Подружка

      Добрый вечер, я диспетчер, вам не нужен… Короче, дальше все понятно.       Я не диспетчер, но секс на вечер предложить могу. Я вообще очень раскрепощенный. Так все думают, потому что я гей, и не скрываю этого. По факту — мне нравится заигрывать с любым симпатяжкой, но обычно дальше страстных лобзаний у подъезда дело не идет. Не мое.       Я знаю, что не могу не нравиться: высокий, гибкий, всегда хорошо выгляжу и прекрасно пахну новыми ароматами от Бруно Банани. Метросексуалю помаленьку — одеваюсь так, что течет даже наш препод по логике, а ему, на минуточку, далеко за шестьдесят.       Сегодня понедельник, сегодня — классика: черные обтягивающие джинсы с дырками, белая рубашка с высоким воротом, длинные светлые волосы — гелем и на одно плечо, чтобы было видно татуировку на шее и проколотое по всей раковине ухо. Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что такой соске я бы дал.       Филологический факультет — рассадник эстетики, чувство прекрасного и желание сходить в картинную галерею или в театр появляется уже на входе. Я немного не вписываюсь в общий поток одухотворенных барышень в очках-блюдцах и кофточках в мелкую рябушку, однако среди всех — я самая красивая баба. Это признает даже декан факультета, постоянно путая меня со своей лаборанткой и шлепая по заднице в пустом коридоре. — Романов, опять ты! — краснеет он, когда я начинаю гневно сопеть. — Опять Вы, Геннадий Палыч, я вас скоро по рукам узнавать буду, — возмущаюсь я, гордо вышагивая дальше.       В том же коридоре я останавливаюсь у стенда факультета физкультуры и спорта, чтобы полюбоваться на спортивных парней, и вижу объявление о наборе в команду по волейболу. Думаю я недолго — иду на следующий день в спортзал, где должны набрать команду по результатам тренировочных игр, переодеваюсь в синюю форму и отворачиваюсь к окну, разглядывая баскетболистов на уличной площадке. Шорты мне не нравятся, слишком длинные, и я их подворачиваю до середины бедра, открывая татуировку — лисичка с розами. — Ни хрена себе задница, — негромко произносит голос за спиной, и я улыбаюсь, зная, что охрененная задница тут только одна. — У нас теперь и девчонок берут? — Щас проверим на упругость, — отвечает другой голос, с хрипотцой, и на мою многострадальную ягодицу опускается крепкая ладонь. — Подкат засчитан. Я теперь твоя подружка, — усмехаюсь я, разглядывая высокого красавчика в синей форме.       Тоже блондин, глаза серые, умненькие, губы чувственные, брови и скулы волевые, эдакий Джеймс Бонд из волейбольной команды.       В моем вкусе.