Димка и Павел, или Искатели приключений на свою задницу

Наконец-то начались летние каникулы! Уже повсюду было зелено, солнце стояло на небосклоне аж до девяти вечера, все рюкзаки школьников валялись по углам их комнат, тоскуя по осени. Димка и Павел под конец года взялись за ум (не без помощи Леры, которая помогала им, как бесплатный репетитор, конечно) и только по химии у парней были тройки. Дома им, разумеется, пришлось за это расплатиться, но всё остальное шло как по маслу. Обычно их отправляли к деду в середине июня, давая немного в начале каникул потусить в городе. Втроём с Лерой они гуляли по центру Москвы, ели во «Вкусно и точка» и других забегаловках на фудкортах торговых центров, купались в реке и ходили в кино. Сразу после сдачи ежегодных контрольных, с отличными оценками в дневнике, Лера подошла к отцу и попросила его позволить ей поехать на каникулы не к тёте на дачу, а в деревню с одноклассниками. - С чего это ты туда захотела? – удивился отец. - Я с ними очень сдружилась за этот год, и теперь хочу провести лето вместе. Ты не беспокойся, мы не встречаемся, просто дружим. Мне ведь на днях 15 только исполнилось, а им ещё по 14. Нам рано даже целоваться. - Ну, целоваться вы можете, но наедине, конечно же. Только сначала реши, с кем из них ты будешь встречаться. И если будешь, то будь послушной, скромной и доброй девушкой. Не скандальничай, не пытайся быть стервой. Парни любят умниц, которые никому не пудрят мозги. - Ты мне разрешаешь встречаться? – удивилась Лера. - Да. Я сам впервые поцеловался в твоём возрасте, не вижу в этом ничего плохого. Но чтобы без интима! Иначе так выпорю, что неделю не сядешь! - Само собой, - испуганно пробормотала Лера. – Ну так что, отпустишь? - Я поговорю с их родителями, если дадут добро, отпущу. Через пару дней он обрадовал дочь, и уже спустя полмесяца димин папа вёз всю троицу на машине в деревню во Владимирской области. Можно было бы доехать и поездом, но в автомобиле комфортнее, да и вообще папа любил ездить на своём «Мерседесе», несмотря на то, что он был куплен аж 10 лет назад и уже не мог быть предметом хвастовства – новые модели были гораздо лучше. Свернув с асфальта на просёлочную дорогу, машина проехала ещё метров триста и остановилась у большого двухэтажного деревянного старого дома, огороженного крепким высоким берёзовым забором. Подростки вышли, а отец развернулся и уехал. У ворот школьников встретил среднего роста, седой бородатый крепкий старик в свободной кофте и брюках. - Димка, сто лет не виделись, как ты, родной? – дед обнял внука, похлопывая по спине и улыбаясь. - Всё хорошо, дедуль. Оценки приличные. - А у тебя, Павел? – поинтересовался дед. - Если бы не Лера, мы бы не справились. Вот, познакомьтесь. – он вывел смущённую девушку перед собой. - Здравствуй, красна девица! Тебя Лерой зовут? Будем знакомы, я Егор Фёдорович. Проходи, не стесняйся. Небось, рассказали тебе мальчики, как я их наказывал? Страшно? Но ты меня не бойся, когда вы все хорошо себя ведёте, я вас пальцем не трону. Ну, проходите, приводите себя в порядок после дороги и спускайтесь в столовую чай с вареньем и баранками пить. Ребята прошли в дом. Спальни располагались на втором этаже, только дед спал на первом, да ещё одна комната служила гостиной. Леру с хулиганами разделяла только тонкая деревянная стена. Её комната была скромной – кровать, настолько мягкая, что в ней можно было утонуть, шкаф для вещей, полки с классической литературой, стол и стул. Девушка переоделась в шорты и футболку, разложила, где надо, вещи из чемодана и спустилась вниз. Там уже все собрались за столом. - Налетай! – радостно воскликнул дед. Лера присела на широкую деревянную скамью и принялась есть, догадываясь, что именно на этой лавке порют её любимых парней. - Не бойся, за первый косяк сильно сечь не буду. Или ты уже привыкшая? – спросил Егор Фёдорович. - Ну… Меня редко секут, но всегда очень больно. Так что жалеть меня необязательно, - покраснев, ответила девушка. – Я вас боюсь, потому что совсем не знаю вас. Через недельку привыкну, буду своя. - Ну вот и хорошо. Ешь, не стесняйся. Сейчас у нас полдник, а на ужин будет варёная говядина с кукурузой. Спать все ложимся в десять. Ночью из дома не выходить, туалет и ванная в доме, не на участке. - А какие-то ещё правила есть? Хочу знать заранее, чтобы не косячить по незнанию. - Нельзя ходить глубоко в лес, топтать овёс в поле, плавать в реке на глубине, лениться и часто отказывать мне в помощи. Но это больше для наших сорванцов, а ты девушка умная, послушная. И насчёт помощи на тебе будет только огород и стряпня. Я не мастер в кухне, сам себе могу что-то приготовить, но думаю, что ты накормишь всех вкусно. Так что к завтраку свари нам кашу. - Хорошо. После трапезы Димка предложил сходить на речку. Все согласились. Погода была идеальная для купания – не слишком жарко, без ветра, а вода тёплая. Лера прекрасно смотрелась в купальнике, да и парни в плавках тоже были красавцами. Вся троица весело плескалась недалеко от берега, ныряя и обрызгивая друг друга водой. После купания Павел решил позагорать, читая фэнтези, а Димка и Лера отошли на лужайку собирать полевые цветы для венка. Парень вдруг сделался каким-то молчаливым, но порывавшимся что-то сказать, и наконец, выпалил: - Лера, ты мне уже давно нравишься. Ты очень красивая, милая, и я… не могу удержаться. Он обнял её и поцеловал в губы. Лера не сразу всё осознала, но через пару секунд поцеловала его в ответ. - Ты мне тоже очень нравишься… Ты тоже красивый, добрый и веселый! С тобой никогда не бывает скучно. Правда, мне всегда так тяжело смотреть, как тебя наказывают, так хочется остановить физрука, но ведь тебе тоже меня бывает жаль, когда я на скамье лежу… - Ради тебя я готов принять на себя любые мучения, лишь бы ты не страдала! – Димка крепко обнял девушку. Та прижалась к его груди и закрыла глаза. - Не обязательно постоянно геройствовать, я ведь знаю, что виновата, и только физическая боль может заглушить моральную, - заметила она. - Но иногда с тобой слишком строго поступают. И в такие моменты я готов поменяться с тобой местами! - Согласна… Они продолжили собирать цветы и сделали венок. Димка надел его Лере на голову, и белоснежные тысячелистники украсили золотистые волосы девушки. Она засмеялась и побежала в сторону овсяного поля, оглядываясь на парня, который, хитро улыбнувшись, помчался за ней. Это поле засевали две деревни – димкина и соседняя, и жители каждую осень сами собирали урожай и отправляли на машинах на завод, где зерно превращалось в овсяные хлопья, из которой потом всю зиму варили кашу все жители. Поэтому на поле ходили только по узеньким колеям между рядами колосьев, и никому не прощали, когда хоть немного будущего завтрака было затоптано. Но Лера этого не знала. Когда дед сказал, что нельзя топтать овёс, она удивилась, а потом вовсе забыла об этом правиле. Она не привыкла жить в деревне, а городская жизнь очень отличается. Это как две разные вселенные. Тем более, такая маленькая и никому неизвестная деревенька даже не в Московской области, от которой до ближайшего магазина идти полчаса по жаре. И Лера ступила босыми ногами на первый участок овса, потом на другой, потом побежала ещё дальше… Димка, хохочущий, с разыгравшимися гормонами, сначала нёсся по полю как угорелый, забыв обо всём, но внезапно осознал… - Лера! Леееераа! Постой, погоди! – он начал задыхаться. Лера занималась бегом профессионально, участвовала в соревнованиях, и обычному мальчишке было не так-то просто её догнать. Девушка убегала всё дальше, и не по прямой, а зигзагами, уничтожая всё больше урожая. Ей казалось, что Димка зовёт её не чтобы она остановилась, а просто играет, не думала об опасности, расслабилась и упала на овёс только когда выбилась из сил – то есть, когда лишила каши примерно три дома на полмесяца. Парень, запыхавшийся, лохматый и вспотевший, со страхом в глазах наконец подбежал к девушке и, задыхаясь, проговорил: - Это же еда жителей деревень… Зачем ты её растоптала? Дед же говорил не ходить по полю! - Еда? – в глазах Леры появился страх. – Жителей? Я думала, они продукты только в магазинах покупают… - Тут деревня! Пенсии маленькие, все сами себя кормят, даже скот у некоторых есть, пасеки… - Точно… Егор Фёдорович же говорил…. – вспомнила девушка и побледнела. – Он же до крови меня высечет! Она заревела, как маленькая. Димка обнял любимую и прижал к себе. Он судорожно продумывал план действий. В принципе, если ничего не говорить, то возможно, пронесёт, но… А что, если придут в гости соседи и расскажут, что нашли поле подпорченым? Нет, скрывать нельзя… Но не объявлять же об этом на входе! Конечно, он возьмёт вину на себя, придумает историю, иначе он просто не сможет, но как перебороть страх перед наказанием и рассказать о проишествии деду?.. Подбежал перепуганный Павел. Увидев, что друзья ушли в поле, он почувствовал, что добром это не кончится, и подумал, что начал затею лучший друг. - Димкаааа… Ты чего натворил? Тебя же дед запорет… - шокировано выговорил он и заметил зарёванную Леру. - Так, Павел, деду про Леру ни слова, - твёрдо, прижав к себе девушку, сказал Димка. – Наплетём, что мне голову напекло, и я сдуру начал носиться по полю и помял немного. - Думаешь, поверит? - Там разберёмся. Но свою милую я в обиду не дам! «Они что, уже встречаются?» - подумал Павел, но вслух ничего не сказал. - Димочка… Не надо! Я сама как-нибудь… - тихо проговорила Лера, утирая платком глаза. - Лер, ты просто не представляешь, какая это боль. Ты сознание потеряешь. Я справлюсь, - парень погладил девушку по голове и поцеловал в лоб. - А если ты сознание потеряешь? – забеспокоилась Лера. - Для парня такая боль терпима, да и я постараюсь не потерять. А вообще, дед всегда сразу останавливается, когда кто-то на лавке отключается. Он же не палач, - попытался улыбнуться Димка. Получилось криво. – Ладно, идём. Если первые сообщим о своей вине – меньше достанется. - Хорошо, - шмыгнула носом девушка. Ребята дошли до пляжа, оделись и, хмурые и взволнованные, побрели домой. У Димки крутило живот, он судорожно сжимал ягодицы, Лера мелко дрожала, кусала губы, жалея своего спасителя, молилась, чтобы он как можно меньше страдал, а Павел молча шёл, опустив взгляд и мысленно обвиняя себя, что недоглядел, не додумался предупредить подругу заранее, и его душевные муки были не меньше страхов Димки. Но вот дом, вот двор, полный орешника и краснотала, растущего вдоль забора, крыльцо со скрипучими половицами, оповещающими о возвращении подростков, тяжёлый, давящий на голову запах нагретых солнцем досок деревянного дома. Лера нервно сжала ладонь Димы, девушку обдало холодом страха, она начала стучать зубами, а ног не чувствовала вовсе. - Павел, отведи Леру в нашу спальню, ждите меня там. И возьми в погребе холодной воды из бочки, дай ей попить, успокой. - А как ты один…. - Я справлюсь. Просто ждите. Не спускайтесь на первый этаж. Павел молча кивнул, и они с подругой начали подниматься наверх. Дима глубоко вздохнул, пытаясь высвободить страх, но живот скрутило ещё сильнее, а тело стало словно не своё, им было очень сложно управлять. Внук пошёл на кухню к деду, который тушил капусту со свининой. - Деда… - нерешительно подал парень голос. - О, вы уже вернулись! Скоро обед, садитесь, я почти всё приготовил, - сказал старик, поворачиваясь лицом к Димке. Хулиган побледнел. Дед прочитал каждую знакомую ему эмоцию внука и нахмурился. - Дня не прошло, а ты уже накосячил. Опять на середину реки заплыл? - Хуже… Я забыл свою кепку, мне напекло голову, и я помял много овса. - Сколько? Димка выдавил: - Три дома без каши на полмесяца… Дед молча пошёл в столовую, выдвинул в центр комнаты лавку и достал из сундука верёвки. - Жди здесь. Он отлучился на три минуты во двор, за которые Димка немного попытался себя успокоить. «Ну это хоть не проводом, без солёной воды, хотя сотня ударов гарантирована» Мысли в голове носились как муравьи в полуразрушенном муравейнике, но одна лишь помогала не терять самообладания: «я спасаю Леру, любимую девушку». Дед вернулся. Он сжимал в руке пять толстых прутьев. Как его привязывали, Дима помнил плохо, но заголосил парень с первого удара – самая жестокая оттяжка, да ещё и розга неочищенная от лишних сучков и почек. - Ааааааааааа!!! - Рано ещё надрывать горло, это ещё цветочки, - холодно и ровно сказал дед. «Я от ягодок помру», «Нет, ты же парень, не ори, не заставляй Леру страдать от чувства вины ещё сильнее» «Если Лера прибежит сюда и скажет правду, тебя загрызёт совесть, только медленно и очень мучительно» - мысли скакали в голове, а тело рефлекторно пыталось освободиться от пут, но всё было без толку. - Деда, молю, не надо так сильно и быстро… - парень зарыдал, как ребёнок, слёзы солили искусанные губы. - Надо, внучок. Слишком страшный проступок. На такое глаза закрыть невозможно. - Аааааааааай! Герой не считал удары, но он был уверен, что отключился после 60-того. Он не чувствовал, как его отвязали и отнесли на кровать, не слышал просьбу Лере позаботиться о мученике. Дед побежал к соседям извиняться и дарить соленья. Лера ватным диском стёрла кровь с ягодиц любимого, намазала кремом все страшные пылающие алым вздутые полосы, обняла страдальца и зарыдала ещё сильнее, чем когда слышала полные боли, срывающиеся крики. - Дима, Димочка, прости меня, дуру, я больше не накосячу, ты мой рыцарь! - Лер, всё хорошо, - хрипло ответил благородный мученик. – Я в порядке. Я люблю тебя, а это главное. Он поцеловал её, приподнявшись на локтях, и снова упал, обессиленный, сдерживая стон. Весь день девушка пробыла рядом с парнем, успокаивая его и себя, а Павел помогал Егору Фёдоровичу по хозяйству. Ночью Дима тихо постанывал, чтобы Лера не слышала через стенку, а сама одноклассница еле сомкнула глаза. Днём зашёл дед. - Димка, ты прости, погорячился я… - неуверенно прошепелявил он. - Деда, это в порядке вещей, я справлюсь, сам виноват. А ты лучше попроси Павла калитку смазать, скрипит. Егор Фёдорович поцеловал внука в лоб и вышел вместе с Павлом. Спустя пару дней Димка с Павлом наловили рыбы, и Лера сделала уху. Сидеть во время ловли и вообще было дико больно, но рыцарь не жаловался. А Лере предстояло всё же расплатиться кое-за что. Но это уже другая история…