Успеть за неделю

Определëнно происходила какая-то дичь. Последний раз Мэйк творил нечто похожее, удалив профиль Мэйби в Инстаграме. Сколько же в то время было слёз и криков, вспоминать не хочется. Мэйби тогда возвращалась с депиляции абсолютно всех зон, уставшая, красная и истеричная. От рези она не могла даже нормально ходить, и у Мэйка, увидевшего этот ужас, глаза на лоб полезли. Ладно раз в месяц, два, так она горячим воском обливается каждую неделю, какие же это мучения. Мэйк выхватил телефон из рук Мэйби и быстро снёс её инсту, сказав, что это приложение доведет беднягу до депрессии. Тогда они сильно поссорились и не разговаривали два месяца, ибо: "Не хочешь дружить с шаблонной леди, так получай!". Ну не хотел он, чтобы Мэйби шла в тот салон каждую неделю, говорил, что от волос на теле ещë никто не умирал. Чудом сошлись. Всё, что случилось с лёгкой руки Мэйка, несло за собой разрушительные последствия. Но он, кажется, об этом не думал. Бодро шагает вперёд, навстречу тюрьме. — Ты уж прости меня, конечно, — встрял Мэйк, прочитав мысли Мэйби. — но раз уж вот так вот получилась, то должна быть и последняя ссора. Такая, чтобы нервы потрепала как следует, но с хорошим исходом. Как с депиляцией. — Так ты хочешь со мной поссориться? — Нет, вовсе нет. Просто такое обязательно будет, я отвечаю. Нет, стоп, — он остановился и положил руку на грудь. — давай остановимся, у меня уже подмышки горят. Опёршись руками в колени, Мэйк загнанно выдохнул. — Поблагодари Бога за то, что и твои внутренние органы не чешутся. Блин… - он скривился и начал извиваться. - шли-то всего ничего. — Так это вон, ученики шараги курят, ты и дышать не можешь, — сказала Мэйби и указала пальцем в сторону ПТУ. — Шарага — это то, что я отхаркиваю каждое утро, — пытался пошутить Мэйк, вспомнив ту кровавую смесь. — А здесь рядом, кстати, продаются мешки. Местом ограбления оказался небольшой безобидный магазин «Игрушкино», оклееный поблёкшими вывесками с мультяшными героями. Не было сомнений, что в далёком прошлом они были кислотно-яркими. — Здесь? — Упавшим голосом спросила Мэйби, смотря на маленький балдырь. — Начинать надо с малого, — прошептал Мэйк. Его мутные глаза обрели слабый блеск, когда Мэйби запружинила на носках. Он смог её заинтересовать настоящими дворовыми приключениями, а такое случается редко, да! План, который шептала Мэйби, был сыроват, и студенты буквально шли по льду. Стоп, начинать? Про это Мэйк ничего не сказал. Она и не спрашивала. — Готовься. Аскорбинка не знала, как готовиться, поэтому решила повторять за парнем. Он надел повязку, и она достала маску. Он завозился со смартфоном — и она выключила звук на телефоне. Почему-то действия Мэйка внушали какое-то спокойствие, хотя он сам украл лишь яблочко в ларьке. — Мэ-э-эйк, а Мэйк. — Что? — А у кого ты так научился? — У телевизора, — кратко ответил он. План, кстати, был максимально прост: Мэйби – приманка, которая отвлекает продавца, пока Лав обчищает полки. Однако, для того, чтобы всё это запомнить, Мэйби прослушала указания парня ещё раз пять: мозги отказывались работать, как надо. Она заходила в ларёк не спеша, но ноги предательски подгибались, а томный взгляд был неестественным. Даже улыбаться не надо, в медицинской маске ведь. Ну Мэйк и фантазёр, конечно. Эдакое удумать… Неужели Мэйби способна на такое? А по статье она пойдёт соучастницей? Но они же обязательно убегут или спрячутся. Ведь не пойман — не вор, разве не так? О её приходе оповестил звонкий чих, который тут же стал глухим из-за малого количества места. «Игрушкино» был ещё меньше изнутри, везде летала пыль, стены были заполнены мягкими плюшевыми зверьками, на полках расположились куклы, слаймы и другие. Продукция детского счастья была буквально повсюду, и что-то такое было в их стеклянных глазках… Мэйби силой отвела взгляд. Приветливое и сказанное с акцентом «Будь здорова!» заставило её глупо улыбнуться. Воспалённое воображение мигом нарисовало кассиршу-боксёра. Да, её. Она с лёгкостью вырубает Мэйка и задерживает Мэйби. Через силу шатенка подняла голову и увидела худенькую девушку-казашку с необычным именем Айдара на бейджике. Да на её предплечье можно пальцы сцепить, что она сделает двум сильным студентам? Мэйби уже не казалось, что она делает всё наперекор своим моральным принципам. Наоборот, это как игра в прятки с более ужесточёнными правилами. Надо просто применить свои навыки убедительности. Всего-то. Пока Айдара что-то печатала в маленьком смартфончике, Мэйби собрала все свои остатки актёрского таланта, чтобы разыграть обморок. Она то и дело прикладывала ладонь ко лбу и ненароком опиралась на полки, выписывая медленные круги по магазину. Волнение захлестывало её с головой, и вскоре стало жарко. Потерять сознание по-настоящему не хотелось, поэтому Мэй оголила нос и для пущей верности решила глубоко подышать. Пыль попала в ноздри, и «Игрушкино» сотряс громкий чих. Мэйби споткнулась о велосипед и с грохотом повалила небольшой стеллаж с книгами. Пользуясь положением, она упала прямо на книжки, прикрыла глаза и изящно раскинула руки. Толстый том упал ей на лоб. — Девушка! — Окликнула Айдара. А девушка не отвечает. Лежит и пытается угадать, заметна ли её дрожь в руках и подрагивают ли веки. Дико болела нога; пальцы сжали велосипедную спицу. — Жоқ! Бұл әлі жетпеді! — забормотала на своём женщина. Бросает всё и через секунду оказывается у её ног. Схватила за плечи, встрясла так, что вестибулярный аппарат взвыл. Дала несколько пощёчин, громко проорала в ухо. Да где Мэйк?! Пострадавшая Мэйби героически не выдавала себя, хотя чувствовала, как каждая клеточка её тела начинает чесаться, а усмешка так и просится на лицо. Те, кто сказал, что адреналин можно получать только беготнёй и перестрелками, были явно поверхностны. Сильнее всех паниковала Айдара. Она не слышала никакого стука сердца, нашатырь не нашла, разбудить не смогла. Было так страшно, что с этой брюнеткой может произойти что-то серьёзное, что Айдара не вытерпела и расплакалась. «Да, в сказках же после этого покойники оживают», — подумала раздраженная Мэйби, твёрдо уверенная в том, что Мэйк скоро явится сюда. На мгновение сравнив его с ослом конём, она попыталась услышать что-то поверх всхлипов. Она даже не услышала, что Мэйк прошмыгнул в магазин и забрал со стола телефон Айдары. От него и звука-то не было, но Мэйби всё слышала, и ей стало так интересно… Открытые глаза шокировали Айдару. Поняв ошибку, Мэй снова томно прикрыла очи и даже на этом прокололась — вызвала громкий ржач у Мэйка. А потом его лёгкие снова зачесались. Перевозбуждённый клиент махнул рукой на Айдару и, кашляя, начал расправлять сумку и обчищать всё. А, пускай смотрят. Мэйк тут же убедился в темпераменте Айдары — при опасности такие обычно замирают, — и продолжил оперативно сметать с полок всё, что видит, прямо в мешки. Казашка разрывалась между симулянткой Мэйби и вором, поэтому кидалась то к одному, то к другой. Так и стояла посередине, дёргалась по сторонам и в конце концов осталась беззащитной. Но и тут Мэйк предугадал её действия. — Мэй, дверь! — Какая дверь? Мэйк растерянно стоял и ждал, пока Мэйби встанет из завалов, уберёт волосы с лица, сориентируется и пойдёт к двери. Теперь те ожидали друг от друга действий, и так слепо дали Айдаре схватить куртку и пулей вылететь из магазина. — Чёрт! Мэйк, прости, я… Сильная рука вздёрнула Мэйби наверх и вручила несколько сумок. — Тикаем отсюда, пока она до отделения не добежала. Нас найдут через несколько минут. Мэйби кивнула и начала заправлять шнурок в ботинок. - Быстро! Мэйби трясло всю дорогу. Ноги уносили подальше от места преступления, руки держали четыре клетчатых мешка — ровно половину того, что Мэйки успел забрать. Где-то внутри билась даже некая гордость — они новички в этом деле, и так мастерски всё обчистили. Конечно, они лучшие. В ушах слышен надрывной быстрый топот, но воображение дорисовывало чьи-то крики. Казалось, что за ними уже гонятся полицейские с пистолетом наготове. Если их поймают и задержат, то Мэйби получит, ой как получит… это не мелкое хулиганство, и тут нельзя встать на учёт, за это сажают на несколько лет, а после ограничения на всю жизнь. А после она будет сидеть под домашним арестом — это жёсткое наказание от родителей. Конец прогулкам и друзьям, Мэйби будет сидеть в четырёх стенах, изнемогая от учёбы, но уже поздно. Истёк свой срок. Не станет она танцовщицей. Тогда и наступит настоящий конец жизни. — Стой! — Окликнул её Мэйк. Он схватил Мэйби за предплечье и завернул в чужой подъезд. Дозвонившись до жителей дома и еле-как спокойно объяснив им всё, Мэйби на последнем дыхании взобралась по лестнице и села на корточки. Провела рукой по мокрым прядям. Дико хотелось пить. Мог бы Мэйк взять какой-нибудь сок с полок… Парень на ощупь добрался до лифта и лёг рядом на ступеньки. — Сколько мы...бежали, — еле спросила Мэйби. Мэйк что-то ей ответил, но его голос стал звучать так хрипло, что слов и вовсе не различишь. Откашлявшись, он не добился результата и пошёл к мусоропроводу. Крови внутри оказалось много. — Врача на тебя нет, — подбадривающе хмыкнула она и толкнула его в бок, когда побледневший Мэйк бахнулся рядом. К слову, кукла-врач покоилась на дне пакета вместе со стетоскопом, пластмассовым градусником и таблетками-драже. — Нам стоило взять большого зайку в углу, он с меня ростом будет, как считаешь? — Если бы мы его понесли, то нас бы спалили. Хотя, нас найдут, когда мы выйдем отсюда. Оббежали пару домов, как дураки. — С такими-то махинами не разберёшься, — поддакнула девушка. — Ты всё равно молодец. А что ты вообще взял? Мэйби с Мэйком ещё долго обсуждали их воровство с лёгкой руки, подкалывая друг друга и иногда смотря в маленькое подъездное окошко — одни ли они? Мэйби радовалась, что беседа разгорелась довольно легко, и тема смерти и болезни не затрагивалась. Только яркость, такая, как цвет игрушек, как отражение в ярких серо-голубых глазах Мэйки. И никаких чисел там не было. Если бы Мэйби купили все эти игрушки ещё в детстве, то она бы кинулась на шеи родителям. Но теперь она сдавливала в объятиях свою половинку, вертя в руках маленьких плюшевых медвежат и китайские версии дорогих кукол. Мэйк рассматривал машинки и пытался вычислить марку каждой. Шатенка в это время вскрыла набор детской косметики и добавила ярко-красного в свой бежевый маникюр. Это было так миниатюрно для них обоих. Для Мэйка это вообще был последний шанс увидеться с игрушками. — Может, сделаем селфи? — предложила Мэйби. — Такой момент надо запечатлеть. — Ну не, только не селфи. Но, если у тебя в голове появится идея фотопроекта, скажи, я не против. — Ну Мэйк! — Ты же знаешь, что я это не люблю. Смысл показывать свои формы, как ты говоришь, всему миру, если они принадлежат мне? — Я всё ещё сама по себе, — покачала головой Мэйби и включила камеру. Всë равно фотографироваться было еë хобби. Мэйк лишь хмыкнул и кое-как удержался от улыбки. Мэйби была в лучшем случае трендовой, в худшем — шаблонной. Но сегодня она сфоткалась без губ-уточек. Грань между первым и вторым начала показываться, и как же это прекрасно. Моральная атака началась внезапно, когда Лав решился встать и немного размяться. Ослабшие ноги запутались, и он шлёпнулся на бетон. Бэйби тут как тут. «Так ему и надо», — сказал голос, да так злобно и мстительно, что Мэйби даже испугалась. Фраза совести крепко впилась в память, как заноза. Плач Айдары тут же зазвенел в ушах. После этого Мэйби поймала себя на мысли увидеть в маленьком окошке милицейскую машину, выйти к ней и во всём признаться. Поразвлекались и хватит. Они растоптали чувство защищённости Айдары в пух и прах, её самооценку и сильно расстроили. Так нельзя поступать. И почему Мэйби подумала о человеке в последнюю очередь? «Зато мы разнообразим ей будни» — попыталась развеселить себя преступница. А что, если Айдара получит за это? Или магазин полностью её? Получается, они поедут отдыхать в Италию, куда Мэйк давно хотел, а кассирша из России будет страдать от убытков? — Что-то случилось? — Спросил Мэйк, уловив состояние Мэйби. Та кивнула. — Пошли сдадимся? — Предложила девушка, найдя способ очиститься от грязи. И она высказала парню все, что её тревожило. А потом робко наблюдала, как Мэйк переваривает информацию и заливается краской. Как-никак, Мэйби смела всю беззаботность на нет. — А ты права… знаешь, я вчера прочитал, что многие йоги знают о существовании трёх миров: Правь, Явь, Навь. Правь — Божий мир, второе — человеческий, а в Нави обитают низшие, ну, духи. После смерти тебя распределяют в один из миров. Всё зависит от того, насколько ты хороший человек. Скажи, что тебя сильнее волнует: то, что ты нарушила закон или то, что ты расстроила женщину? Мэйби пожала плечами. Мэйк хмыкнул. — Ладно, неважно. По-любому в Правь попадешь, поняла свои ошибки. А я нет. Я не хотел разрушить ничьих моральных принципов. И продавщицу обидеть не хотел. Просто на меня накатило, захотелось чего-то необычного, но… — он вздохнул. — Детский день прожит зря. — Почему ты так думаешь? — Если детская мечта омрачилась разговорами о грехах, то она не удалась. Идём обратно? И Мэйби не стала ему говорить, что этот случай был схож с мультиком, который она посмотрела недавно. Пара, не сговариваясь, развернулась и кинулась обратно. — Айдара? — Робко позвал Мэйк, стоя рядом с магазином. Никаких машин, голосов, ничего. Парень подошёл к стене магазина и прижался ухом к кирпичу. Именно, тишина. Мэйк оглянулся, взял Мэйби за руку и по-воровски забежал в «Игрушкино». Он быстро отсчитал деньги, и положил их на кассу. Сумма оказалась равна одному билету на самолёт.