Игры со временем

— Неужели опять? — недовольно сказал Снейп, грозно глядя на своего мужа из-под нахмуренных бровей. — Скажем так, это было предложение, от которого невозможно отказаться, — с полуулыбкой ответил Гарри, надевая свою мантию аврора. Он давно привык к ворчаниям зельевара, немного позлится и успокоится. А вот опасный артефакт сам собой не обезвредится. — Уверен, что успеешь вернуться до завтра? Ты и так постоянно на каких-нибудь «важных» заданиях, Катарина очень расстроится, если ты ещё и её День рождения пропустишь, — теперь уже усталым тоном продолжил Снейп, прислонившись к стене.       Гарри на секунду замешкался, уже готовый бежать на очередное задание аврората, и пожал плечами. Он очень любил своих детей, и от того, что бывший профессор лишний раз напомнил ему о Дне рождении собственной дочери, легче не становилось. — Честно? Я не знаю, Северус, — с сожалением в голосе сказал он. Зельевар неодобрительно покачал головой и отвёл взгляд, как будто даже смотреть на Гарри не хотел. — Ясно. Очередной семейный праздник без тебя, — не желая ничего больше говорить и слушать какое-нибудь оправдание, Снейп развернулся и пошёл прочь. — Ну и отлично! Как будто я не работаю, а сбегаю в другую семью! — нервы аврора сдали, и он все это прокричал безразличной спине своего дражайшего супруга. Северус остановился. — До свидания, мистер Поттер. Удачи Вам на задании. — До свидания, сэр, — сквозь зубы сказал Гарри и вышел из дома, громко хлопнув дверью.

***

— Извините за беспокойство, обычно в это время кроме меня здесь никого нет, — робко начал Гарри, обращаясь к себе из будущего. — Да, я знаю. И можешь называть меня просто Гарри, — с лёгкой улыбкой сказал мужчина, убирая куда-то в складки аврорской мантии довольно потрепанную колдографию. Кто на ней — парень так и не сумел разглядеть.       Встретились два Поттера, конечно же, в астрологической башне уже под вечер, и оба, как ни странно, пришли сюда обдумать все, что сегодня произошло. Конечно, даже у проворного профессора Снейпа и всезнающего Дамблдора не было способов сразу же отправить взрослого Гарри восвояси, они могли только послать весточку в будущее, но даже к этому придётся готовиться не меньше недели. Целая неделя… А самое главное, что гарантий на успех данного мероприятия — ноль. Для любящего мужа и отца это настоящее испытание. Аврор даже боялся думать о том, что же будет с его супругом и детьми, когда им сообщат, что он пропал. Да Северус перевернёт с ног на голову все министерство магии и аврорат, чтобы найти своего недотепу. — Вы… Ты очень волнуешься, — озвучил парень достаточно очевидный факт. В основном для того, чтобы нарушить неловкую тишину, хотя неловкой она казалась только ему. — Похоже, я пропущу День рождения моей дочери, — с глубоким сожалением в голосе сказал мужчина, вглядываясь в закат.       Конечно, его беспокоило не только это. Во-первых, для своего времени он наверняка просто пропал без вести. Во-вторых, дети уж точно будут волноваться за любимого папочку, как и он всегда волнуется за них. В-третьих, они с Северусом не очень-то хорошо расстались, поэтому Гарри чувствовал себя виноватым за ту ссору, ведь он понимал, что зельевар небезосновательно предъявлял ему претензии. Но что поделать, мир всегда в опасности. — У меня будет дочь? — удивлённо спросил юный мистер Поттер.       Аврор хитро улыбнулся и кивнул своему собеседнику. В том, чтобы рассказать самому себе из прошлого, что у него есть дети, мужчина не видел ничего страшного. Это и так вполне очевидная вещь, как, например, то, что однажды ты рано или поздно состаришься. Тем более, законы магии работают так, что подобные аномалии, как путешествия во времени, максимально нейтрализуются, так что в прошлом не будут помнить о его визите. — Если быть точным, то детей у меня пятеро. Да, да, знаю, у меня большая семья. Самая лучшая, — взгляд аврора сейчас излучал какое-то особое тепло, такой взгляд Гарри раньше видел только у миссис Уизли.       Насчёт Уизли. Молодому волшебнику ведь нравилась Джинни. Может она…? Да ладно, столько всего ещё может измениться, может и не она. А если не Джинни, то кто? Кто может вместо неё стать любимой женой и матерью его детей? Верно, никто, кроме неё. Но тогда… — Так. Подожди. У меня кое-что не сходится, — школьник нахмурился и внимательно посмотрел на себя взрослого. — И что же? — Там, в больничном крыле, ты сказал, что у тебя давно другая фамилия. Неужели я возьму фамилию жены? Нет, не то чтобы я против, но мне это кажется весьма необычным для магов, — сказал парень.       А ведь действительно, почему его это смутило только сейчас? Правильно Гермиона говорит, что иногда Гарри просто невыносимо глуп и невнимателен. Впрочем, к их рыжему другу у неё всегда больше претензий. — А кто говорил про жену? — аврор чуть приподнял бровь в вопросительном жесте. Пока юный Поттер думал, что же на это сказать, его взрослая копия уже скрылась из вида.       Сон все никак не приходил. Мистер Поттер был слишком взбудоражен недавними событиями и открытиями, чтобы уснуть. Если взрослый он не шутит, то выходит, что вместо жены у него муж. А муж — это мужчина. Гениальное умозаключение, где-то на краю сознания он даже представил профессора Снейпа, который аплодидирует его великолепным дедуктивным способностям. Но ведь парень никогда не замечал за собой «таких» наклонностей. Ему нравятся девочки! Ему нравится Джинни! Если это все-таки шутка, то глупая. А если он все не так понял? Ну да, конечно… — Гарри, ты чего не спишь? — шёпотом спросил Рон, его стал напрягать шорох, с которым друг переворачивался с одного бока на другой. — Что ты можешь сказать обо мне из будущего? Какой я по-твоему? — Поттер привстал и попробовал разглядеть в сумраке комнаты лицо Рона, получалось увидеть только очертания фигуры. Лунный свет из узкого окна их спален падал только на тяжёлый красный бархатный полог одной из кроватей, и можно было увидеть, как потоки воздуха чуть колышат ее. За пределами этой полосы все утопало в черноте.       Какое-то время мистер Уизли молчал. Наверное, целых минут пять. Гарри даже подумал, что друг снова уснул. — Ты из будущего… взрослый, как бы странно это не звучало. По тебе сразу видно, что ты знаешь, что делаешь, знаешь, что хочешь. Выглядишь как министр магии, как очень добрый министр магии, — шептал Рон, поэтому Поттеру приходилось не дышать и не двигаться, чтобы услышать его. Что ж, в словах мистера Уизли, по мнению Гарри, была истина. — Вот и я бы увидел себя спустя двадцать лет. Это же так круто! Столько всего можно спросить… А самое главное, узнать, какие команды по квиддичу станут чемпионами в ближайшие годы. Ну, чтобы сделать ставки, — начал рассуждать окончательно проснувшийся Рон.       Поттер улыбнулся и покачал головой. — Думаю, это не сработает. Чтобы не ломать реальность, мы забываем о случайных перемещениях во времени. — Ты совсем, как Герми. Дай хоть помечтать немного, — протянул рыжий.       Гарри и Рон посмеялись, но негромко, чтобы никого не разбудить. На самом деле парень ещё хотел узнать у друга, похож ли он вообще на гея, но решил пока не спрашивать. Тогда непременно нужно будет объяснять, с чего он вообще такие вопросы странные задаёт. Пока Поттер попробует разобраться с этим сам.       Взрослому Гарри выделили небольшую округлую комнатку в одной из башен, в которой раньше жил один из профессоров лет сто назад, не меньше. Судя по её состоянию, не убирались здесь столько же. Однако домовики быстро исправили это, и захламленная комната превратилась в уютный уголок, похожий на гостиную гриффиндора. Здесь даже был узкий и высокий камин с разными фарфоровыми феечками на полочке. Видимо, они принадлежали предыдущему жильцу. У маленького витражного окна стояла кровать с лоскутным пледом и тремя подушками. Также здесь было красивое дубовое кресло-качалка, миниатюрный кофейный столик, на котором лежал очередной выпуск Ежедневного пророка, и пузатенький комодик на изогнутых ножках. Едва заметная дверь возле кровати наверняка вела в уборную, в чем Гарри, конечно же, решил сразу удостовериться. — Спасибо, здесь очень мило, — сказал аврор домовикам, но они уже исчезли, оставив на столике рядом с газетой горячий чайничек и вазочку с лимонными дольками. Ох уж эти лимонные дольки…       Мужчина, наконец, снял с себя мантию и повесил её на крючок возле двери, на нем остался только красивый строгий костюм темно-синего цвета с высоким горлом и объемными рукавами с узкими манжетами. Кресло громко заскрипело, практически застонало, когда Гарри в него сел. Что ж, если не шевелиться, не дышать и не моргать, то скрипеть оно не будет. Только аврор немного расслабился и отвлёкся от мрачных мыслей о разлуке с семьёй, как в дверь постучали. — Войдите, — сказал мужчина, вставая с кресла, которое и в этот раз молчать не стало. — Гарри, мальчик мой, как ты? Надеюсь, тебе нравится комната? — сразу же стал спрашивать Дамблдор как только вошёл. — Да, спасибо, профессор. Но… Вы ведь пришли сюда не для того, чтобы спросить, нравится ли мне комната. Я прав? — взрослый Поттер чуть прищурил глаза и внимательно посмотрел на директора. Правда за бликами от очков половинок он так и не смог увидеть глаз волшебника. — Ты прав, да. Северус думает, что ты что-то задумал. Он не очень-то поверил в твою  историю с артефактом, точнее, в её случайность, — спокойно говорил Дамблдор, решив занять кресло, его ничуть не смутил скрип. — И Вы, соответственно, тоже сомневаетесь? — решил сразу прояснить аврор. — Нет, ну что ты! Я верю, мальчик мой. Поэтому ты не мог бы поговорить с Северусом? Может, у тебя получится переубедить его. Тем более, как я понял, ваши отношения в будущем несколько потеплеют, — прошелестел директор, взяв в руки одну лимонную дольку.       Было ясно, что и Дамблдор был насторожен. Что ж, оно и понятно, но зачем тогда врать, что веришь? Черт его разберёт. — Хорошо, сэр, я поговорю с профессором Снейпом, — кивнул аврор, глубоко вздыхая. — Спасибо за понимание, и, если мы сегодня больше не увидимся, приятных снов, Гарри, — после этих слов он ушёл, и взрослый Поттер снова остался один.       Значит, ему нужно доказать Северусу, что он действительно Поттер и он действительно попал сюда случайно. А если убедится Снейп, то убедится и Дамблдор. Кажется, все предельно ясно.