Птица в океане

— Камилла мертва, — После этих слов Макс словно выпал из реальности. Он не смог удержать телефон и тот упал на кровать. Сон, как рукой сняло. Сейчас в его голове было перекати-поле, не удавалось сказать и слово. Нет, это какая-то шутка, это не может быть правдой. Он ущипнул себя, желая убедиться в том, что не спит. К сожалению, это была реальность. Он поднес телефон к уху и старался скрыть своё волнение. — Прости, можешь повторить? — Боб повторил, что Камилла мертва. Его тон был серьезным, так что мысли о розыгрыше сразу пропали. Он сел на край кровати и старался собраться с мыслями, но ничего не укладывалось в голове. — Подожди, теперь давай всё по порядку: что, где и как. — Тут и рассказывать нечего. Вчера мы поссорились, так что я не ночевал дома. Сегодня прихожу и вижу… её и надпись на стене: «Верь мне». Я ничего не понимаю, она была идеальной, а тут такое. Ещё и эта надпись и я просто…просто…не знаю, что делать. Полиция сказала, что со всем разберется, но… — С каждым словом его голос дрожал всё больше, а в конце было слышно, что он не смог сдержать слёз. Макс был уверен, что это всё лишь очередная ложь. Вряд ли ему действительно было жаль Камиллу, ведь теперь дом и её банковский счет переходит к нему. Одни плюсы. Макс сидел, как истукан. Он понимал, что замешан в этом. Голос в голове говорил о том, что это он виноват, его предупреждали, что так и будет. Он решил обмануть судьбу и в итоге сам же всё испортил. Надпись была тому подтверждением. Он чувствовал, что ситуация вышла из-под контроля и не знает, что делать дальше. Выбор был невелик: либо поставить угрозу всех, кто окружает его, либо сдаться самому. Впрочем, был и третий вариант, который оказался бы самым лёгким, но печальным. Здесь, в больнице, это можно было бы сделать проще всего, ведь тут было различные препараты и доступ к ним. Из мыслей его вывел голос Боба, который уже был чуть более уверенным, чем прежде. — Может я чего-то не знаю и у неё были враги? — Нет, не думаю, — В голове промелькнула мысль «Кто из нас муж, который следил за каждым её шагом?». В нём бушевал гнев. Ему было мерзко даже думать о Бобе, а уж тем более что-то говорить. Однако сейчас не время для выяснений отношений, нужно узнать всё, что возможно. — Слушай, а что вообще говорит полиция? У них есть подозреваемые? — Они ничего мне не говорили, лишь банальные вопросы вроде: «Были ли враги?», «Как часто ссорились?» … хотя один из них спрашивал был ли у нас кто-то в последние дни, так что я рассказал про тебя. Он сказал, что заедет к тебе в больницу. И, так-то, это всё, — Макс подскочил с места и подбежал к своим вещам. Его посетила идея, что если это действительно был Карлос, то он наверняка оставил какой-то след от преступления. Однако обувь была сухой, а на куртке не было и следа крови. Он заметил, что с того момента, как проснулся, ужасно болело горло. Похоже, что куртку вообще не трогали с того момента, как она была повешена. Отсюда до дома Камиллы минут двадцать ходьбы, так что он вполне мог это сделать. — Мне пора идти, но если что, звони, ладно? — Это была обычная фраза, сказанная из вежливости. Хотя похоже, что он хотел услышать её больше, чем говорить. Всем должно быть его жалко, так почему сейчас ему не могут высказать даже простые соболезнования? — Да, конечно. Прости, что задаю такой вопрос, но как она была убита? — Любой человек, знакомый с психологией, назвал бы Макса сейчас идиотом. Бобу сейчас и без того плохо от пережитого стресса, так ещё и он лил масло в огонь. Впрочем, вряд ли теперь он собирался как-то в будущем контактировать с Бобом, так что уже было без разницы. Сейчас было важно только одно: способ убийства, чтобы понять где искать улики. — Я-я не знаю. Вроде говорили, что её чем-то укололи, а что? — Раз её укололи, значит искать что-то на одежде бесполезно. Главные цели: шприц и что-то жидкое. Куда его можно положить? Он уже осмотрел карманы куртки, значит остается только рюкзак. Зная Карлоса, он либо его на самом видном месте, либо выкинул. — Ничего, просто пытаюсь понять, как всё произошло. В голове не укладывается, что её кто-то мог убить, — Он хотел узнать больше информации, но всё было тщетно. В рюкзаке он также ничего не нашёл. Ни здесь, ни на месте преступления ничего не было. Остаётся один вариант: его выбросили. С одной стороны это успокаивало, ведь у Макса не должно возникнуть проблем, но что-то не давало ему покоя. Из мыслей его вывел стук в дверь. Он обернулся и увидел майора, к которому когда-то приходил по делу Амелии. — Мне пора, — Боб пожелал удачи и сбросил трубку. — Вот мы и снова встретились, мистер Бенсон, — Полицейский с Максом пожали друг другу руки. Макс снова присел на кровать и почувствовал, что у него начали неметь руки и покалывать в них. Он не совсем понимал с чем это связано, но решил не обращать внимания. — Не могу сказать, что я рад нашей встрече. Мне только что звонил Боб, в смысле мистер Уильямс, и рассказал о произошедшем, — Майор пододвинул стул и сел перед ним. Полицейский отметил, что Макс выглядит слишком спокойным для человека, у которого сегодня умерла подруга. Это звучало с упреком и немного поставило Макса в тупик, но он не смог с этим поспорить. Он и вправду был невозмутим, как и в случае с пропажей Амелии. Макс даже не задумывался о том, что и вправду был флегматичен, даже когда узнал о том, что сестра пропала. Да, он беспокоился, но ничего серьезнее. В груди была словно дыра, что поглощала эмоции без разбора. Заметив это, он слегка ухмыльнулся. Голова немного кружилась и ему показалось, что скоро будет новая паническая атака. Он начал глубоко дышать и стал рассматривать форму полицейского, пытаясь отвлечься. — Вы и представить не можете, какой ураган эмоций у меня внутри. Пожалуйста, не надо говорить: «Я всё понимаю», я и сам довольно часто это говорил. Будем честны, Вы ничего не понимаете. — Вы правы, я не понимаю. Зато я понимаю, что рядом с Вами происходит слишком много неприятных… происшествий. Будь то пропажа сестры или смерть лучшей подруги. Настолько я знаю, она когда-то отказала Вам в чувствах, да и Вы ненавидите её мужа, — Макс недоумевающе посмотрел на майора и спросил, что тот имеет в виду. — Ничего, просто очень странное совпадение, не думаете? Ещё, как оказалось, на Вас было совершено покушение. Исходя из всего, возникает вопрос: мистер Бенсон, Вы связаны с чем-то нелегальным? — Макс несколько раз моргнул. Теперь можно было сказать, что эта дыра ещё не тронула одну эмоцию. На его лице появилась улыбка, вся ситуация казалась ему невероятно смешной. Он открыл рот, чтобы что-то сказать в ответ, прежде чем у него случился довольно сильный приступ кашля. Макс согнулся пополам, продолжая кашлять. На глазах появились слезы, а горло невыносимо драло, легкие словно отказывали и от каждого вздоха становилось только хуже. Он упал на пол, а полицейский выбежал из палаты, чтобы позвать врача. Голова сильно раскалывалась, а всё тело словно разрывало. Он поднял взгляд и увидел высокую фигуру. Взгляд не мог сфокусироваться. Быть может поэтому он никак не мог рассмотреть его лица. В глазах всё начало темнеть и в какой-то момент он потерял сознание. Буквально пару секунд он слушал гул, прежде чем наступила тишина. Макс с трудом начал приходить в себя. Первым, что удалось почувствовать — это ужасно ноющую боль по всему телу. Он приоткрыл глаза, но не мог ничего разглядеть, всё продолжало плыть. Голова трещала, будто вот-вот лопнет. Макс постарался приподняться и снова попробовал сориентироваться. Это был тот самый обшарпанный домик, в котором он проснулся в прошлый раз. Он перевел взгляд на свою одежду и понял, что находится в своей куртке. Пошарив по карманам, он достал телефон и посмотрел время: 15:35. Дата совпадала с той, которая была в больнице. Значит прошло лишь несколько часов. Макс не знал радоваться этому или же паниковать. Он перебирал в памяти последние воспоминания и посмотрел уведомления на телефоне. Как он и думал, было множество звонков от полицейского. Макс не знал, что сейчас лучше сделать: позвонить ему и попытаться объяснить всё или просто вернуться обратно. Впрочем, возникает другой вопрос: если выбрать второй вариант, то как он вернётся? Он встал с пола, всё тело страшно ныло. Макс вышел из домика и начал осматриваться, пытаясь вспомнить, как выбирался в прошлый раз. Из мыслей вывел хруст снега где-то рядом. Он взял трубу, что была на земле и очень надеялся, что если её и придется применять, то исключительно в целях самообороны. Он вернулся обратно в дом и прислонился к стене, прислушиваясь к звукам снаружи. Выглядывая из места, где когда-то была дверь, он заметил тень и ещё крепче схватился за трубу. — Просто восхитительно, — Услышав знакомый голос, Макс вздрогнул. Его ещё здесь не хватало. Голос был очень уставшим и, судя по всему, он тоже недавно очнулся. Макс не был уверен в своих действиях, но что-то внутри подсказывало, что ему стоит выйти. Он опустил трубу и не спеша вышел наружу. — Райт? — Тим, что ранее стоял спиной к нему, развернулся. Он тоже был удивлен этой встречей и не казался враждебным. Во всяком случае, Макс надеялся на это и потому бросил оружие на землю. — Какого хера ты тут делаешь? — Я могу задать тебе такой же вопрос. Класс, мы оба в полном дерьме, — Он достал из заднего кармана пачку сигарет и протянул одну из них Максу. Тот согласился и закурил, всё ещё пытаясь прийти в себя. Ему было тяжело стоять на месте, и он облокотился на стену. — Ты как? — Честно? Пиздец как херово. Ну что, может сейчас расскажешь, что происходит? — Макс вспомнил слова Брайана о том, что Райту нельзя доверять, что он сам не может отличить правду от лжи. Он сильнее вжался в стену, чувствуя, что вот-вот упадет. Он задумался о том, что вообще знает о Райте и где-то в глубине души появился страх. Он не знал, чего именно боялся: того, что может сам сделать или того, что с ним может произойти. Он сделал затяжку и начать думать над планом, как сбежать отсюда в случае чего. Райт слишком близко, труба примерно на таком же расстоянии, а значит его могут без проблем остановить. Сбежать? До леса ещё надо добежать, а в домик зайдет только сумасшедший. — Вообще-то именно это я и хотел сегодня сделать. Что ж, думаю, если мы пойдем сейчас, то где-то к вечеру уже будем в городе, а по дороге можно будет всё обсудить. — Я устал от загадок. Лучше расскажи всё сейчас, — Макс сам не понимал откуда в нём взялось столько уверенности в голосе. Райт удивленно посмотрел от него, но его взгляд был отсутствующим, словно он находился где угодно, но не здесь. Тим его отговоривал и предложил всё-таки всё рассказать в пути, иначе они точно придут домой только ночью. — Либо сейчас, либо я вызываю полицию, — Макс сразу понял насколько это была глупая фраза, ведь он даже не знает куда её вызывать. Эта угроза не дала никаких результатов, кроме небольшой ухмылки. — Было бы неплохо, если бы ты её вызвал. Жаль только, что тогда нас примут за сумасшедших, — Макс удивленно посмотрел на него. Тот продолжал смотреть куда-то сквозь него и думать о своём. — По-твоему они примут рассказ о том, как существо без лица украло нас и стёрло память? — Макс только сейчас вспомнил о том человеке, которого видел, прежде чем потерять сознание. Это бред сумасшедших и их скорее всего отправят лечиться. Стоп, «…украло НАС…»? Значит он тоже его видел и это были не простые галлюцинации? — Теперь ты видел причину, по которой я не хотел впутывать тебя в это. Это дерьмо делает из нас что-то вроде марионеток, а потом стирает память и бросает. Ну, некоторых убивает, тут как повезёт. — Как ты можешь говорить об этом так спокойно? Неужели ничего нельзя сделать? — Эти вопросы немного вернули Райта к реальности, но всё равно чувствовалось, что мыслями он был далеко отсюда. Он бросил сигарету на землю и растоптал её, сказав, что если бы можно было что-то сделать, то он не стоял здесь. Постепенно тревога ушла и Макс задумался над сложившейся ситуацией. Если бы Райт был опасен, то он бы уже напал, а не разговаривал. Да и почему он вообще поверил тому, кто чуть не убил его? Райт не делал ничего плохого, так что не заслужил это недоверие. Черт, надо получше присмотреться к нему и потом уже стоит делать выводы. Похоже, Макс уже окончательно запутался. — Просто давай уже выберемся отсюда, я очень устал, — Макс неуверенно кивнул. Да, Тим не враг. Он просто пытается помочь, хотя и выходит так себе. Он сделал последнюю затяжку и тоже растоптал окурок. Райт пошёл вперед прежде, чем Макс успел заметить, а потому пришлось ускорить шаг, чтобы догнать его. Они шли какое-то время, погруженные в свои мысли. Макс несколько раз пытался позвонить хоть кому-нибудь, но, как сказал Тим, связи и вправду не было. Так что пришлось оставить надежду на спасение и надеяться лишь на Райта. Возникла тишина, которую никто не решался нарушить. Когда Макс уже открыл рот, чтобы что-то сказать, Райт всё-таки решил начать диалог. — Как там доктор Вебер? — Макс остановился, вспомнив, что с ней стало. К горлу подступал комок, хотелось провалиться сквозь землю. Он прикусил губу и вздохнул, пытаясь успокоиться. Райт заметил, что Макс прекратил идти, а потому тоже остановился и повернулся к нему. — Камилла мертва. Он убил её, — Голос сильно дрожал и казалось, что Макс вот-вот заплачет. Вот только уже не было сил плакать. Он не мог понять, что чувствует прямо сейчас. Это было что-то вроде смеси печали, агрессии, самоненависти и желания умереть. Макс постарался натянуть улыбку, чтобы хоть немного сделать вид, что с ним всё в порядке. Они оба понимали, что это откровенная ложь. Она была его лучшей подругой, опорой долгие годы. Он никогда не думал, что их пути разойдутся…так. — Я… соболезную. Она была хорошим врачом. Очень жаль, что так вышло, — Он понимал, как тяжело приходится сейчас Максу и хотел хоть немного оказать поддержку. Он чувствовал свою вину, ведь не остановил его в самом начале, пустив всё на самотёк. — Каким она была человеком? Ну, вне больницы, — Возможно это был плохой вопрос, который сделает ситуацию лишь хуже, но идей больше не было и пришлось выбирать из того, что есть. Это всяко лучше, чем промолчать. — Прекрасным… Особенно в студенческие годы. За последние несколько лет она слишком сильно изменилась. Помню, как до переезда поступил в первый попавшийся универ и первый учебный день решил прогуляться по территории учреждения. Знаешь, хотя я и не люблю Чикаго, но там очень красиво осенью. Университет, окруженный красно-желтыми листьями — волшебное зрелище. В тот день была прекрасная погода, если не считать сильного ветра. Если бы не он, то пачка сигарет не прилетела к моим ногам. Я поднял её и убрал в карман, чтобы никто не увидел, а сам начал искать владельца. Ко мне подбежала девушка с ярко-розовыми волосами, проколотым носом и губой. Она очень выделялась из толпы остальных студентов из-за своей яркой внешности и такой же одежды. Уверен, она до сих пор хранит этот радужный свитер. Её голос был таким энергичным и жизнерадостным, она словно светилась изнутри. — «К тебе не прилетала пачка сигарет? Кажется, мне стоит носить карманы побольше», — Она начала смеяться со своей же глупости. Клянусь Богом, она была как невинный ребенок. — «Курение — опасно для здоровья, так что не злоупотребляй этим», — Я протянул ей пачку и улыбка на её лице стала ещё шире. Сейчас я понимаю, что это действительно было забавно слышать человеку с… не самым лучшим привычками. Вечеринки, алкоголь, сигареты, наркотики — были неотъемлемой частью её жизни. — «Я знаю, спасибо за заботу. Меня зовут Камилла, а тебя?» — Она протянула руку и кто бы мог подумать, что эта девушка станет для меня всем на долгие годы. Как оказалось, мы учились на одном курсе, так что быстро нашли общий язык. Я не преувеличивал, когда сказал, что она была прекрасным человеком. Однажды, на одной из вечеринок, она рассказала, что хочет стать ярким воспоминанием, которое нельзя забыть, давать вдохновение людям и помогать им следовать за своими мечтами. Она пришла в психологию, чтобы помогать другим, отдавать всю себя. Она была той, кто хотел брать от жизни всё и отдавать другим всю себя. У неё было огромное количество знакомых, которым она была готова помочь со всем, чем можно и нельзя. Человек, который действительно был святым. Довольно забавно говорить так о бывшей наркоманке, но факт остаётся фактом. Она обожала птиц и часто проводила параллель между ними и людьми. Впрочем, она сама по себе была похожа на птицу. Свободная, ничем не скованная, которая никогда не сидит на одном месте. Она чем-то напоминала многоцветный лорикет из-за своей красочности. Я даже боюсь представить сколько раз она красилась. Вечно яркие образы и, если в институте она снимала большинство своих украшений, на выходных на её лице не было свободного места. Уши, нос, язык, бровь и ещё несколько, которые я не буду называть… Она давно сбилась со счета сколько раз была у мастера. Что ж, она действительно добивалась своей цели: было непросто забыть такую девушку. Знаешь, всю жизнь я считал, что любовь — лишь слабость, которую слишком легко взять под контроль. Так вот, в какой-то момент я понял, что она стала моей слабостью. Я ходил с ней везде, где мог: будь то простые прогулки, вечеринки или какой-то новый фильм. Из-за неё я и набил себе тату. Я обожал в ней всё: дружелюбие, некоторая наивность, мечта о мире во всём мире и большой семье. Она мечтала создать семью, которая не будет такой, как у неё: брат, который спрыгнул с крыши; пьющие родители; отца, который бил жену; непонимание со стороны друг друга. Впрочем, они жили хорошо в плане денег. Не помню кто её родители, но это не так важно. Знаешь, что самое ироничное? Однажды на вечеринке, когда мы закончили 3 курс оказалось, что она сказала, что влюбилась. Не абы в кого, а в Боба. Гребанного экономиста, с которым она познакомилась на каком-то сайте знакомств. Боб, который и в жизни ничего не скажет дурного и, как говорится: «Не курит, не пьет, матом не ругается». Он обычный скромный парень, который скорее умрет, чем решит попробовать что-то новое. Ах да, она искала себе мужа, который всю жизнь будет сидеть в офисе за копейки, но зато он будет хорошим примером для детей. Он хорошо подходит под эту категорию лишь из-за здорового образа жизни и, хоть убей, не знаю, что она ещё нашла в нём! Вот только в нём была одна деталь — он был энергетическим вампиром. Он забирал все соки, что были и в ней и я глубоко сомневаюсь, что отдавал ей что-то в ответ. Это был волк в овечьей шкуре. Наши отношения с Камиллой немного охладели, стали намного реже видется. Из-за того, что Бобу не нравятся «такие» девушки, она потихоньку прекращала свои гулянки, завязывала с вредными привычками и со временем её пирсинги заросли. А я решил посвятить свободное время воспитанию Амелии. Я поставил её на первое место в своей жизни, отдавая всю любовь. Сейчас я понимаю, что просто хотел заполнить чем-то своё сердце и быть нужным. У Амелии не было никого другого, кто знал бы её лучше, чем я. Я был её поддержкой, а она заполняла пустоту во мне. Если из-за Камиллы участились случаи, когда мной овладевал Карлос, то когда мы отдалились друг от друга, я начал выполнять всё, что говорил врач и пытался встать на «Путь истины». У нас с Амелией было туго с деньгами и я глубоко сомневаюсь, что их бы хватило на оплату обучения, так что я ушёл с головой в учёбу. В новогодние праздники 4 курса она призналась Бобу в чувствах. Они начали встречаться и до сих пор… были вместе. Забавно то, что, как мне кажется, он никогда не любил её в ответ. Она была невероятной девушкой, у которой было много поклонников, с собственным домом и со связями, а значит и с готовым местом работы. Идеал, не правда ли? Грех от такого отказываться, так что я более, чем уверен, что он просто не захотел отдавать такой «подарок» другому. Не знаю, может они и вправду сблизились за это время, но я скорее умру, чем поверю в это. Камилла же изменилась до неузнаваемости. Она вернула свой блонд, перестала носить пирсинг на лице и стала носить одну или две серьги на ушах. От яркой, броской одежды она перешла к спокойным пастельным тонам. Более того, она бросила курить и стала бережнее относиться к своему здоровью. Самое отвратительное, что она никогда не любила подобных людей. Они были слишком спокойными и такими обычными, что вряд ли могли кому-то врезаться в память. К сожалению, она стала именно той, кем хотела быть меньше всего. Она потеряла все свои краски и стала серой. Даже её характер довольно сильно поменялся: теперь она отдавала силы лишь Бобу и отказалась от мечты о большой семье, ведь он хотел посвятить жизнь работе. Она отказалась от рисования, ведь тогда у неё не оставалось времени на то, чтобы держать в доме порядок. Да даже дом, который раньше был наполнен яркими, иногда режущими глаз, цветами, огромным количеством картин, стал таким, как тысячи других. Она перестала искать приключений на свой зад и старалась жить максимально спокойно. Как ты понимаешь, она не была счастлива в этих отношениях, но это казалось самым лучшим вариантом. Больше серой жизни она боялась только одного — одиночества. Она была согласна на любую жизнь, лишь бы Боб не оставлял её. Естественно, она была всё так же моей лучшей подругой, которая всегда принесёт пиво в трудную минуту и выслушает всё, но она перестала меня понимать. Знаешь, это состояние, когда ты влюблен и думаешь ТОЛЬКО об этом человеке? У неё было такое же. Чувствовалось, что её не очень интересуют мои проблемы и мыслями она была где-то дома и думала о том, что приготовить на ужин. Около месяца назад я узнал, что она беременна. Отвратительно то, что узнал я не от неё, а от общей знакомой. Она перестала меня посвящать в свои личные дела, а я перестал делиться своими проблемами. Потом вся эта история о свадьбе, на которую я даже не был приглашен. Думаю, она давно выкинула меня из своей жизни. Даже не знаю, что сейчас чувствую. За последние две недели столько всего произошло, я так устал. Не знаю сколько ещё выдержат мои нервы, но, чувствую, осталось совсем немного. Главное, что во всём этом дерьме виноват только я, — Макс закрыл лицо руками. Единственный друг мертв по его вине, сестра в ужасном состоянии, бабушка одной ногой в могиле, Фийона мертва, он чуть сам не умер. Всё это по его вине. Он ненавидел себя и хотел исчезнуть, наконец-то умереть, чтобы не доставлять никому неприятности. Да, так было бы лучше для всех. Это казалось идеальным вариантом для данной ситуации. Райт подошёл ближе и неуверенно обнял его. — Ты ни в чём не виноват, это мне нужно было остановить тебя в самом начале. Прости, мне жаль, я такой идиот, — Макс не знал, что ему сейчас стоит делать, а потому просто опустил руки. Он не помнил, когда в последний раз с кем-то обнимался, а потому не был уверен, что лучше сейчас сделать. Одно можно было сказать точно: несмотря на всю ситуацию, в которой они находятся, он чувствует себя немного в безопасности. Он впервые смог расслабиться за эти две недели, он решил, что возможно всё-таки есть выход даже из такой ситуации. Он положил голову на плечо Райта. — Тогда давай остановимся на том, что мы два идиота, — Тим согласился и они так простояли ещё какое-то времени, пока Макс не почувствовал вибрацию в кармане. Райт отодвинулся, так что тот смог спокойно достать телефон. На экране было написано, что звонит майор. Макс вроде и обрадовался возможности добраться до города на машине, но в то же время он понимал насколько подозрительно выглядит сейчас. Если верить Райту, то получается, что его похитили, а значит проблем будет очень много с тем, чтобы объяснить, что он не сбежал. Они с Тимом переглянулись и тот кивнул. Глубоко вдохнув, Макс всё-таки поднял трубку. Полицейский был вне себя от злости и хотел поскорее узнать, где Макс находится сейчас. Он объяснил, что они с…приятелем сами не уверены в том, где находятся. Макс старался объяснить, что не помнит, как оказался здесь и заметил, что Райт кивнул в сторону, куда они шли. Намёк был понят и они пошли дальше, продолжая попытки объяснения ситуации. Вот только ничего не получилось, и майор совершенно его не слушал. Впрочем, оно и понятно, ведь объяснение из серии: «Я правда не знаю, как мы здесь оказались и куда идём, но я не сбегал от Вас», вряд ли могло бы хоть немного его успокоить. Когда они вышли из леса, то увидели место, где в прошлый раз парковали машины. Это напомнило тот раз, когда Макс очнулся совершенно один. В груди появилось неприятное покалывание, но он не мог понять из-за чего этот случай так задевает. С одной стороны, они уже всё решили, и он прекрасно понимает, что против той штуки лучше не лезть лишний раз. С другой же, это не помогало и внутри всё ещё чувствовался некий осадок. Макс с Райтом остались на месте, где раньше были их машины и объяснил полицейскому их местоположение. Он сбросил трубку и убрал телефон в карман. Райт вновь закурил и протянул ему сигарету. Макс поблагодарил его и с четвертой попытки удалось прикурить. Призрачные ощущения объятий Райта не давали покоя и Макс чувствовал себя дискомфортно. Он не мог объяснить с чем это связано и как от него избавиться, а потому решил просто игнорировать. Видимо не только Макса не оставляло это странное чувство. — Прости, я не должен был нарушать твоё личное пространство. Просто я подумал, что это может хоть немного помочь. Давай забудем то, что произошло, ладно? — Макс улыбнулся. По Райту видно, что ему было весьма неловко. Это сильно контрастировало с образом холодного молодого человека, которого он придерживался ранее. В голове проскочила мысль, что такая перемена довольно милая. Стоп, что? — Боже, ты говоришь так, словно мы не обнимались, а сделали что похуже, — Теперь Тим тоже улыбнулся. Макс убедил, что всё нормально и объятья действительно были ему нужны. Похоже, что Райту стало легче после этого, но ему всё ещё было неловко. Макс его поблагодарил и они продолжили ждать полицейских, но уже в тишине. Они оба чертовски устали и с удовольствием легли бы спать, но скоро приедет машина, а значит Максу придется долго объяснять как он оказался в лесу. Да и надо бы заняться выпиской из больницы, он чувствовал себя в разы лучше, чем раньше. Рука почти не болела, значит можно было спокойно ехать домой, но из-за сложившейся ситуации, его вряд ли отпустят. Хотя, если учитывать, что он работает в этой больнице, то можно попросить главврача, чтобы тот замолвил за него словечко. С другой стороны, прошло около двух суток с момента выстрела и возможно не стоит так рано выписываться. Да, стоит ещё хотя бы день полежать в больнице, пока он не придумает, что делать дальше. Макс вновь достал телефон и посмотрел время: 16:29, прошло уже около двадцати минут с момента, когда звонил полицейский. Идея находиться около этого проклятого леса, когда почти стемнело — не очень ему нравилась. Он посмотрел на Райта, который что-то листал в телефоне. Макс только сейчас заметил, что от сигареты почти ничего не осталось и он сделал последнюю затяжку, прежде чем бросить её. — Как думаешь, они уже близко? — Тим оторвался от телефона и пожал плечами. — Надеюсь, что да. Я не горю желанием оставаться тут вечером, — Макс кивнул и снова повернулся в сторону дороги. Не было и намека на то, что кто-то скоро приедет и это ужасно беспокоило его. Он присел на корточки, наплевав на холод. — Ты как? — Макс и сам не сразу понял, что сказал это вслух. Он приложил все силы, чтобы держать серьезное лицо и не показать замешательство. — Бывало и лучше, а ты? — Снова эта немногословность. Невольно вспоминается их первая встреча. — Всё ещё хреново. Если сейчас приедет машина, то станет получше. Я бы сейчас готов даже переночевать в участке. Не знаю, что делал эти несколько часов, но точно не спал, — Он увидел вдалеке небольшой свет и прищурил глаза, пытаясь разглядеть источник. Вскоре он увидел, что это свет от фар. Внутри загорелась надежда, что это всё-таки был майор. Машина и вправду ехала к ним, а значит вариантов того, кто это, было не так уж и много. Она остановилась около ребят и вышел мужчина в форме. Как и ожидалось, это был тот самый полицейский. Он постучал по крыше машины и был явно рассержен. — Живо сели оба в машину, — Он сел обратно на водительское кресло. Макс посмотрел на Райта и пожал плечами, после чего они направились к машине. Макс сел сзади и еле удержался от того, чтобы не лечь. Райт же сел на переднее. — Не ожидал Вас снова встретить, майор Джонсон, — Они с Райтом пожали друг другу руку. Только сейчас Макс понял, что всё это время не знал даже фамилию этого полицейского. Ему стало немного неловко, но он не мог вспомнить, чтобы тот хотя бы представился. Насколько он помнил: они сразу перешли к делу, даже не познакомившись. Нет, Макс определенно представился. Ладно, главное, что сейчас он смог узнать его фамилию, а то, что было или не было раньше — уже не так важно. Джонсон сказал, что тоже не ожидал встретить их вместе. Он повернулся к Максу, который откинул голову назад, чтобы хоть она лежала на чем-то мягком. Шея чертовски ныла и было чувство, что она вот-вот отвалится. Похоже, что у него была температура, а значит его вряд ли выпустят из больницы до полного выздоровления. — Мистер Бенсон, Вы ничего не хотите сказать? — Максу пришлось опустить голову, чтобы встретиться с взглядом майора. — Только то, что я чертовски рад Вас видеть. Ну, ещё я хотел спросить: можно ли полежать у Вас? — Майор лишь цокнул языком и отвернулся. Макс решил, что это знак согласия, а потому снял обувь и лег настолько удобно, насколько смог. Машина тронулась с места и они поехали в город. Как оказалось, они сначала заедут в участок, чтобы разобраться, что эти двое делали в лесу. Вот только Максу было уже без разницы, он просто хотел поспать. Прежде чем уснуть, он начал рассматривать черты лица Райта, которые можно было довольно хорошо разглядеть под этим углом. — Райт, — Сказал Макс в полтона, чувствуя, что вот-вот заснет. Веки становились всё тяжелее и Макс ко-как всё же смог закончить фразу. — Побрейся, тебе больше шло без щетины, — После чего он провалился в царство Морфея. Райт же отвернулся от него и улыбнулся. С чего вдруг он решил это сказать? Кто знает, но это замечание явно было принято к рассмотрению. Тим закрыл глаза и подумал, что было бы неплохо тоже подремать, пока есть возможность. Похоже, что в участке её точно не будет. Макс много ворочался во сне. Скорее всего ему снился кошмар. Иногда он бубнил что-то себе под нос, что нельзя было разобрать. Вскоре он уже перешёл на крик. — Нет, хватит, отпусти меня! — Майора раздражали ещё больше эти крики и он толкнул Райта в бок. Тот посмотрел на полицейского, который кивнул в сторону Макса. Они уже почти подъехали к участку и в любом случае стоило его разбудить. Райт снял ремень безопасности и потянулся к плечу Макса. Кое-как схватив, он начал его трясти. Макса всегда был довольно легко разбудить, а потому это не составило особой проблемы. Когда он проснулся, то подскочил с места и отодвинулся назад, ближе к двери машины. Райт удивленно посмотрел на него. Макс выглядит невероятно напуганным, а на его глазах были слезы. Когда он понял, где находится, то он начал переводить дух, не разрывая зрительного контакта. — Это просто был плохой сон, ты в безопасности, — Макс прикрыл глаза и начал успокаиваться, похоже это ему и нужно было услышать. Он кивнул головой, после чего поблагодарил Тима. — Да не за что, я даже ничего не сделал. — Даже не представляешь насколько сильно я нуждался в этой фразе. Господи, я снова видел это дерьмо, это было так реально, я чуть не умер. Интересно, как часто умирают люди от кошмара? — Он улыбнулся и придвинулся к середине сиденья и начал надевать обувь. — Это был просто сон, так что не заморачивайся. Сейчас всё нормально и мы почти приехали. Давай, приводи себя в порядок, — Он отвернулся и начал смотреть на дорогу. Что-то в тоне Райта было действительно успокаивающим и это заставляло довериться ему. Вероятно, Брайан просто хотел запутать Макса и на самом деле Райт действительно его друг. Хотя слово «друг» вряд ли подойдет здесь. Они действительно почти ничего не знали друг о друге. Райт знал исключительно по тому, что Макс сам рассказывал, а тот на основе историй Камиллы. В любом случае, выходило довольно мало информации, как не посмотри. Возможно он просто идиот, который просто привязался к человеку, который оказался в нужное время в нужном месте. Довольно забавно выходит, ведь Макс тоже опасен, так имеет ли смысла тогда бояться Райта? Они просто два неудачника, которые во время очередного приступа могут переступить через закон и убить кого-то. От одной мысли об этом внутри него всё сжалось. Нет, он не убийца. Это не на его совести, он тут не при чем. Он просто несет в себе убийцу, но не является им. Да, точно, он невиновен. Макс достал телефон и заметил, что было уже пять часов. Как всегда была куча сообщений от бабушки, на которые пришлось ответить. Как оказалось, Амелия сегодня впервые сама вышла из комнаты и даже поужинала с ними, хотя почти не говорила. Это успокоило душу Макса, но все мысли заняты были событиями этого дня, а потому он не особо вчитывался в это. Бабушка тоже знала о том, что случилось с Камиллой и очень соболезнует ему и Бобу. Только сейчас до Макса дошло, что Боб сегодня вёл себя довольно странно. Почему он сразу позвонил ему? Почему притворялся, будто ему так страшно и плохо? А может Макс зря на него наговаривает и ему действительно было плохо после случившегося и это была не актёрская игра? Это всё было довольно странно и он не мог найти объяснений. — Приехали, — Из мыслей его вывел голос майора и Макс перевел взгляд на лобовое стекло. Они и вправду были перед участком. Он пододвинулся к двери и вышел из машины. Райт вышел раньше Макса и тот спросил всё ли нормально. Было видно, что его что-то гложет, а потому Макс положил ладонь ему на плечо, пытаясь показать, что он не один. Тим кивнул. — Хватит стоять, в участок идите. — Я хочу кое о чем поговорить, но давай не сейчас, — После этих слов он убрал ладонь со своего плеча и пошёл ко входу в здание. Макс начал думать, что сделал что-то не так, но решил, что не стоит сейчас давить. Если Тим не готов говорить сейчас, то не стоит его заставлять. В любом случае он знает, что Макс всегда готов его выслушать, не зря же он получал диплом психиатра, верно? Он тоже направился ко входу. В участке было также душно, как и в прошлый раз, Макс расстегнул куртку. Майор Джонсон подошёл к другому полицейскому, который отвел Макса в какую-то комнату. Райта же увели в другую. Это была обычная комната, со столом посредине и огромным зеркало. Она чем-то напоминала допросную. Ох, стоп, это и есть допросная. Он сел на стул повесил куртку на его спинку. Он положил руки на стол, уткнувшись в них лбом. Голова всё ещё ужасно раскалывалась и он даже через кофту чувствовал, что лоб был горячим. Похоже, что у него поднялась температура. Подняв голову, он стал рассматривал себя в зеркале, что стояло справа. Довольно забавно, что Оно дало ему забрать куртку, но не нормальную одежду. Макс всё ещё был в больничной пижаме, которая вся пропиталась потом и пахла просто отвратительно. Когда он вернется в больницу, то стоит попросить сменную одежду. Он попытался поправить волосы, которые больше были похожи на гнездо. Всё ещё ужасно непривычно видеть себя с новой прической и он до сих пор не мог придумать как вернуть волосы в прежний вид. Конечно, можно было бы купить смывку для краски и отрастить волосы, но на это нужны время и деньги, которых и так почти не было. Он вспомнил, что за весь день так и не принял таблетки. Какой же сюрприз его ожидает сегодня? Карлос всегда держал своё слово, это заставляло Макса задуматься о худших вариантах. Услышав, как сзади закрылась дверь, он повернулся к майору Джонсону. — Мы слишком часто встречаемся сегодня, — Отметил Джонсон. Макс кивнул и повернулся к стулу напротив. Третья встреча за день с полицейским, а последняя и вовсе в допросной комнате… Такая статистика не особо радовала. Максу было страшно, ведь кому захочется сидеть в тюрьме за преступление, которое он даже не совершал? Он молил Бога, чтобы Карлос хорошо скрыл улики и на них не было никаких подозрений. Всё, что сейчас требовалось от Макса — сохранять спокойствие и уверенность в том, что это не его вина. Он старался держать голос максимально уверенным, не давая ему дрожать. В связи со всеми событиями этого дня, вполне очевидно, что вышло просто отвратительно. Полицейский сложил руки замком и наклонился вперед. — Советую тебе сделать чистосердечное признание, если хочешь скоротать срок. — Зачем признаваться в том, что я не совершал? Не стоит скидывать всё на меня, лишь потому, что она мой друг. — Не строй из себя идиота. У тебя есть связи в больницы, ты знаешь все потайные ходы и выходы, тебя могли прикрыть, ты знал, что мистера Уильямса не будет дома — это прекрасная возможность для преступления. Твой сегодняшний фокус доказывает, что ты без проблем можешь сбежать из палаты. Она была другом, который не пригласил тебя на собственную свадьбу и, насколько мне известно, ваши отношения стали довольно натянуты после университета — это мотив. Остаётся только орудие преступления и если ты скажешь, где нам найти его, то я поговорю о том, чтобы с тобой были поласковее, — Голос полицейского отдавался эхом в почти пустой комнате. Макс чувствовал себя загнанным в угол зверьком, которого в любой момент могут разорвать. Он старался сохранить спокойствие, повторяя в голове, что он ни в чём не виноват. Макс хотел зацепиться за любую деталь в словах майора, которую можно будет использовать в качестве защиты. Раз заговорили про потайные ходы, то, очевидно, он не попал под камеры видеонаблюдения. Стоп, но как это возможно? Единственным вариантом было бы то, что Эта штука его телепортировала, но как это вообще может быть реальным? Ладно, предположим, что это так. Орудия преступления у них и вправду нет, значит и улик, как таковых тоже нет. В противном случае он бы сказал об этом. — Получается, что у вас ничего нет, кроме предположений, верно? — На лице Макса появилась улыбка. Значит он и вправду невиновен, как ни посмотри. Всё, что сейчас есть полиции — это догадки. Он ни в чём не виноват, это был не он, не он, не он… — Боюсь Вас расстроить, мистер Джонсон. Я даже пальцем не трогал Камиллу, так что ничем не могу помочь. Я всего лишь друг, с которым её отношения ухудшились за последнее время. Могу поспорить насчет того, кто строит из себя идиота, — Полицейский начал терять терпение и не скрывал это. Он, взяв Макса за воротник, поднял его с места. Макс удивился такому повороту событий, но решил не сопротивляться. — Послушай, щенок, не забывай с кем ты говоришь. То, что у нас нет прямых улик — вопрос времени. Идеальных преступлений не бывает, так что лучше бы тебе прекратить улыбаться, пока не получил по роже. — Так бейте. Я всё равно не буду признаваться в том, чего не совершал. Найдите улики, а потом уже устраивайте допрос. Не беспокойтесь, я готов ждать столько, сколько потребуется, — Он осторожно положил ладони поверх рук полицейского и тот ослабил хватку, давая Максу высвободиться. Он поправил кофту и сел обратно на стул. Он сам не ожидал, что начнет дразнить майора и понимал, что это может впоследствии сыграть против него же. Вот только голос в голове продолжал утверждать, что в этом нет ничего такого, ведь ему нечего скрывать. Он обычный врач, за спиной которого нет ни одного преступления. Разве он когда-нибудь переступал через закон? Нет. Он добропорядочный гражданин, который вовремя платит налоги, работает и является опекуном для своей сестры. Кто нужен полиции, так это Карлос, на руках которого кровь жертв. Это он всё сделал, это его вина, это он преступник. Макс — не Карлос, а значит ему нечего бояться. Голос в голове отчётливо повторял это снова и снова, заставляя поверить в это. Когда Джонсон уже начал говорить что-то, их прервал стук в дверь. Они оба обернулись и увидели молодого человека в белом халате. — Сожалею, майор, но мне необходимо забрать его. Я достаточно наблюдал и вижу, что у моего пациента ухудшения состояния. Если Вы не против, то давайте продолжим допрос завтра, а лучше тогда, — Харрисон перевёл взгляд на Макса и кивнул в сторону двери. Тот недолго думая, поднялся с места и надел куртку. Он еле держался, поэтому Даниэлю пришлось подойти ближе, чтобы поймать его, в случае чего. Когда они уже начали выходить, то Макс напоследок повернулся к полицейскому и спросил, что будет с Райтом. Тот явно не хотел отвечать, а потому сказал, что это не его дело. В общем-то он прав. Полицейский решил проводить их до самого выхода. Макс чувствовал усталость, которая с каждой секундой становилась всё больше и больше. Даниэль потрогал его лоб и подтвердил, что у него жар. Просто прекрасно. Как странно, он уже второй раз просыпается в лесу на полу непонятного домика, да ещё и ночью ходит по городу в одной пижаме. Интересно, как он умудрился заболеть? Когда они вышли из участка, то было уже совсем темно и лишь фонари освещали всё вокруг. Макс остановился, когда заметил курящего Тима около одной из машин. Даниэль продолжил путь и явно направлялся именно к нему. Когда Макс вернулся в реальность, то вновь начал идти рядом с ним. — Он захотел подождать тебя, — Сказал Харрисон и сел на водительское кресло. Райт сел вперед, давая Максу возможность вновь поспать. Вот только после прошлого кошмара, особо не хотелось ложиться вновь. Когда Макс уже залез в машину, то заметил на заднем сидении свой рюкзак. Он закрыл за собой дверь и спросил у Даниэля откуда он тут. Тот как раз завел машину и повернулся назад, чтобы отъехать назад. Они встретились взглядами. — Главврач приказал тебя выписать. Сказал, что домашняя обстановка более благоприятно воздействует на тебя, чем больница. Не знаю, чем он думает, но кто я, чтобы спорить с начальством? В общем, я забрал вещи и меня наняли таксистом. Они выехали на проезжую часть и Даниэль сказал, что пока они едут, то Макс может спокойно переодеваться в вещи, которые ему принес дед. Это предложение было довольно соблазнительным, особенно учитывая, что в машине было тепло, а его уже тошнило от собственного запаха пота. Он снял куртку и взял пакет, что лежал рядом с рюкзаком. Там была серая кофта, да джинсы с носками. Довольно простенько, это и вправду было похоже на деда, который живёт по принципу: «Чем проще — тем лучше». Макс забеспокоился, ведь обычно вещи ему готовит бабушка, а тут от неё почти ничего не слышно. Неужели её состояние настолько плачевное? Если так подумать, то он даже не был уверен, что те сообщения писала бабушка, а не дед. Не легче ли было бы ей позвонить? Он снял с себя пижамный верх, который обычно дают пациентам. По спине пробежали мурашки. Несмотря на то, что, благодаря печке, тут было довольно тепло, это не избавляло от некого дискомфорта. Он посмотрел на своё плечо и заметил, что боли уже почти не было. Макс заметил несколько швов и понял, что рана была довольно серьезной. Возможно, если бы Макс не бежал, то был бы уже мёртв. Он прикрыл глаза, пытаясь отвлечься на что-то хорошее. Он вспомнил, как раньше его всегда его ждали дома вкусный ужин, сестра рассказывала о том, как прошёл день, дед с бабушкой будут снова обсуждать какой-то сериал. Обычный вечер, которого ему так не хватало. На его лице появилась улыбка от воспоминаний, хотя он и понимал, что так уже вряд ли будет. Он вспомнил Камиллу, которая сделала эскиз его татуировки и из-за которой он вообще решил её набить. — Тим, помнишь, я говорил, что когда-то давно сделал себе тату из-за Камиллы? Вот она, — Райт кивнул и повернулся к нему. Макс протянул руку, чтобы было видно татуировку змеи на правом предплечье. Это был прекрасно выполненный удав, за которого он отдал кучу денег. Все влюбленные несколько сумасшедшие, не правда ли? Они перестают знать цену деньгам, лишь бы угодить партнеру. Так вышло и здесь. В голове начали всплывать воспоминания о том вечере, когда был сделан эскиз. Камилла всегда была хорошим художником и часто делала эскизы для друзей. Во время одного очередной вечеринки, она заметила террариум со змеями. Одна из них особенно сильно привлекла к себе внимание. Это был императорский удав, который лежал в углу, он словно хотел уйти подальше от своих собратьев. В нём было что-то, что зачаровывало. Камилла взяла первый попавшийся листок бумаги и начала рисовать. Один эскиз за другим, но всё было не то. Она чувствовала, что чего-то не хватает в рисунке. Подумав, что это музыка отвлекает, она хотела закрыть дверь спальни, но увидела недалеко Макса. Когда он её заметил, то зашёл в комнату и закрыл дверь. — Чего не веселишься? — Спросил он и начал осматривать комнату. Это была ничем не примечательная спальня с красным диваном-раскладушкой в углу. Тут было много книг и больше это напоминало комнату отдыха, чем спальню. Вот только деревянные шкафы с одеждой, куча фотографий на полках и учебники по анатомии говорили об обратном. Кто-то определенно здесь жил, это заметно даже невооруженным глазом. Макс заметил, что Камилла сидела возле террариума и подошёл к ней. Он никогда не понимал, как можно любить змей, а потому было противно даже стоять рядом с ними. Он увидел кучу зарисовок и спросил нужна ли помощь. — Только если ты придумаешь, как придать скетчу жизнь, — Она бросила очередной лист на пол и достала новый. Это были обычные листы А4, пачку которых Камилла купила на следующий день и передала однокурснику, у которого и была вечеринка. Макс постучал по стеклу, но никакой реакции со стороны удава не последовало. Макса это и забавляло, но и вызывало тошноту. — А ты пробовала нарисовать его в движении? Ну, знаешь, когда он ползет куда-то, — На лице Камиллы появилась улыбка и она засияла. — Ты гений! Черт, точно! Погоди, но как заставить его двигаться? — Она задумчиво посмотрела на свою «модель». Возможно алкоголь придавал Максу огромное количество решимости, а возможно он совсем сошёл с ума. — Сейчас всё будет, — Он закатал рукава, отодвинул крышку террариума и взял удава на руку. Он оказался больше, чем Макс думал. Он был невероятно противный на ощупь и хотелось бросить прямо на пол. Камилла быстро закрыла крышку и говорила, что он сумасшедший. Тем не менее, она продолжала рассматривать удава, пока тот начал обвивать руку Макса. Он напоминал одну большую мышцу с ужасно сильной хваткой. — Ладно, возможно это была плохая идея! — Не бойся, императорские удавы не ядовиты, — Камилла посмеялась и начала делать очередной эскиз. Теперь работа шла лучше и она точно знала, что хочет увидеть в качестве результата. Несмотря на всё отвращение, Макс продолжал стоять и держать змею на руке. На нём довольно большие коричневые пятна, а само тело было темным. Впрочем, может это лишь игра освещения, так что нельзя было сказать наверняка какой у него окрас. — Черт возьми, ты лучший, — Она сделала ещё несколько штрихов, после чего подняла рисунок вверх и начала вертеть его в руках, пытаясь найти недостатки. Камилла переводила взгляд с удава на эскиз, что-то поправляла, потом снова на удава. Казалось, что это длилось целую вечность. — Готово! — Господи, ну наконец-то, — Макс с помощью Камиллы всё-таки смог отцепить змею от руки и положить обратно. Он начал вытирать руку об низ кофты и раскатал рукава. — Я думал, что буду жить с этим дерьмом до конца своих дней, — Он выдавил из себя смешок, стараясь скрыть отвращение. Вышло плохо, но уже как-то плевать. Главное, что всё это закончилось и можно было смело посмотреть на результат его мучений. Камилла протянула ему учебник с листом и он попытался сфокусировать взгляд. Это был черно-белый рисунок, довольно хорошо нарисованным, учитывая, что она пьяна. Конечно, он был несколько стилизирован, но это не мешало ему выглядеть красивым. Он похвалил её и отдал рисунок. Пока она рассматривала своё творение, то Макс не мог отвести от неё взгляд. Камилла казалась такой идеальной, он готов был бы создать для неё отдельную религию. Она казалась слишком прекрасной для этого мира.  — Ты когда-нибудь думал перебороть свой страх змей? — Она сложила листок и положила к себе в сумку. Макс сел на стол и закатил глаза. — Я не боюсь змей. Они мерзкие, противные и могут убить тебя, — Камилла спросила: «чем лучше люди?» и это заставило задуматься. Ничем, совершенно ничем. Чем мы отличаемся от змей? Кто-то скажет, что у нас есть ноги и руки. Да, а ещё у нас нет чешуи! Вот только речь шла не про физиологию. «Мы можем мыслить и вести речь!» — неужели это всё? Макс посмеялся, поняв всю нелепость его отвращения. — Ничем. Что ж, тогда это объясняет почему я не люблю людей. — Но ты находишься в доме, где несколько десятков людей. Другими словами, ты в доме, где несколько десятков змей, но это тебя не особо беспокоит. Да брось, если ты не любишь людей, то зачем вообще пошёл на эту специальность? — Хм, — Возникла тишина. Камилла достала телефон и начала с кем-то активно переписываться, пока Макс не мог прекратить думать о её словах. В них действительно был смысл. — Тогда что ты предлагаешь? — Она оторвалась от телефона и непонимающе посмотрела на него. Когда пришло осознание, то она убрала его в карман. — Для начала: избавиться от страха. Хорошо, от «неприязни». Попробуй больше контактировать с ними. Вроде скоро будет выставка змей, можем сходить, — Его передёрнуло от одной мысли, что придется смотреть на них. Макс начал думать о том, что бы сделать, дабы избежать похода на выставку. Он и сам не понял в какой момент потерял контроль над ситуацией. Он давно хотел впечатлить Камиллу и подумал, что это будет довольно хорошей идеей. Сам того не поняв, он сказал: — Как ты отреагируешь, если я набью себе этот эскиз? — Вероятно, это просто была пьяная «гениальная» идея. Он подумал, что если набьет её, то она подумает, что он готов всю жизнь ходить со змеей ради неё и что это должно впечатлить. Довольно глупо, но тогда это казалось чем-то гениальным. Убедив её в серьезности своих намерений, он действительно добился своего: Камилла была впечатлена. Он не думал ни о том, как будет объяснять это семье, ни о том, где достанет денег, ни о любых последствиях. В тот момент было важно лишь то, что он смог её впечатлить — теперь он обязан сделать эту чертову татуировку. Возможно это было совпадение, а может так пожелала судьба. Дело в том, что рядом с тем домом жил друг Камиллы, который и был мастером. Как оказалось, его услуги были довольно дороги, а учитывая, что они были пьяными, то она (как оказалось, мастер был девушкой) до конца не хотела приниматься за работу. Камилле пришлось подарить ей свою брендовую сумку, сумму которой он ещё долго отдавал ей. Это была просто идея, придуманная в пьяном угаре. Поступок, о которой он жалел уже на следующее утро, но даже если бы можно было повернуть время вспять, он бы повторил это. Он бы сделал это снова и снова, лишь бы она продолжала восторженно смотреть на предплечье, где красовалось её творение. Теперь это будет вечным напоминанием о том, каким он был идиотом. Влюбленным идиотом. Пока в голове всплывали воспоминания, связанные с историей данной татуировки, Макс успел полностью переодеться. Более того, он успел рассказать всё Райту с Даниэлем. Сейчас язык был развязан, словно он был чертовски пьян. Как жаль, что это не так. А ведь так хотелось бы напиться, обблевать собственный ковёр и уснуть на полу. Напиться настолько, чтобы забыть обо всём, что произошло за последние две недели и не думать о том, что будет сегодня ночью. Хотелось сбежать от всех мыслей и просто расслабиться, забить на всё, что произойдёт позднее. — Слушай, у меня есть одна идея, — Райт повернулся к Максу, тем самым вырвав его из потока собственных мыслей. Эти слова не сразу дошли до него, а когда пришло осознание, то Макс непонимающе посмотрел. — Мне придется пропасть на несколько дней, но, если что случится, сразу звони. Я перезвоню так скоро, как только смогу. Знаю, как это звучит, просто доверься мне, ладно? — Хорошо, я доверю тебе, — Макс выдавил из себя улыбку и Райт поблагодарил его за понимание. Он не знает, что прямо сейчас в голове Макса настоящая каша и что он даже не хотел как-то понять, что придумал Райт. Он согласился лишь потому, что действительно доверяет ему. Как бы это не было странно, но это так. Сейчас Тим — единственный, кому он мог хоть немного доверять. С другой стороны, сейчас было так плевать на всё. Возможно утром он проснется в собственной рвоте в какой-то канаве. Возможно он уже не сможет вернуть контроль над ситуацией. Возможно проснётся где-то в лесу с зелеными волосами. Кто знает? Макс вспомнил, что за весь день так и не поел, а про таблетки и вовсе говорить не стоит. Раз Макс так и не выпил лекарства, то значит его близким не грозила опасность. Сейчас это единственное, что хоть немного могло успокоить его душу. Тогда в голове появилась мысль, что напиться — не такая уж плохая идея. Он смотрел в окно и заметил супермаркет. Макс оживился и, не отводя взгляд от окна, взял Даниэля за плечо. — Слушай, давай заедем в магазин, — Тот уже хотел начать отговаривать от идеи, но она была довольно безобидной. Разве может что-то пойти не так из-за просто похода в магазин?  — Как скажешь, чудик, — Харрисон повернул в сторону того супермаркета. Когда они вышли из машины, то он всё-таки решил узнать, что понадобилось Максу. — В идеале коньяк, но денег у меня не так уж много, так что посмотрим, как пойдет, — Он махнул им и пошёл ко входу. Не успел Макс отойти от входа, как Даниэль встал перед ним. — Антидепрессанты нельзя смешивать с алкоголем и ты это прекрасно знаешь. Мистер Бенсон, как Ваш лечащий врач, я запрещаю покупать спиртное, — Он положил руки на бока и гордо улыбнулся. Макс тяжело вздохнул и обошёл его. — Я уже выписался, так что иди на хер. Если хочешь, то можем и тебе что-нибудь купить, — Он повернулся к Харрисону и изобразил удивление на лице. — Ох, совсем забыл, что ты за рулём! Что ж, теперь ты точно идёшь на хер, — Он повернулся к Райту в ожидании какой-то реакции. Тот лишь пожал плечами. — Как настоящий друг, который желает тебе только хорошего, — Он выжидал небольшую паузу, создавая впечатление, словно собирается отговаривать Макса от этой затеи. — Я поддержал бы эту идею, если бы это не было опасно для твоего здоровья. — Но ты мне даже не друг, так что не вижу причин для отказа, — Даниэля явно обидели эти слова, но он всё равно пытался остановить того, кого считал другом. Макс развернулся и направился к винно-водочному отделу. — Найдите хоть одну стоящую причину почему я не могу выпить после тяжелого дня. — Если ты выпьешь, то произойдёт реакция с таблетками и тебе станет плохо, — Даниэль продолжал ходить рядом с Максом и отговаривать его, пока Райт немного отставал от них. — Я не пил их сегодня, — Он разглядывал полки, но ничего не цепляло взгляд. Он даже не знал чего именно хочет. — Может подумаешь о сестре? Ей сейчас нужен брат, а не алкоголик, — Сказал Райт, убрав ладони в карман. В его словах был смысл, но Макс всё ещё не видел его, ведь, скорее всего, Карлос всё равно решит напиться. Почему бы ему не сделать это первым? Он ничего не ответил и продолжил рассматривать стеллаж. Тим вздохнул и подошёл ближе. — Тогда объясни: зачем оно тебе? — Мам, я просто хочу расслабиться. Разве это так много? — Макс встретился с разочарованным взглядом Райта. Он чувствовал, что испортил мнение о себе, но имело ли это какое-то значение? У него и так целая очередь из разочарованных людей, так имеет ли разница: на одного больше или меньше? — Допустим, что я скинусь с тобой и мы купим нормальное что-нибудь. Ты и так заболел, значит нам придется точно тащить тебя до самого дома. Ладно, пусть будет так. Что потом? Что ты получишь с этого? Почувствуешь взрослым, которому всё можно? — Райт, не учи меня жизни, ясно? Мне не нужны твои лекции про то, что я должен быть примером для подражания, — Они продолжали смотреть друг на друга, ничего больше не говоря. Прошло буквально несколько секунд, прежде чем Макс сказал «ладно» и, взяв банку с пивом, пошёл к кассе. Даниэль удивленно посмотрел ему вслед, после чего перевёл взгляд на Райта и снова на Макса. — Как?! — Хотел бы я знать, — Тим взял вторую банку и тоже пошёл к кассе. Даниэль не сразу понял, что они оставили его. Он продолжал смотреть им в спины и думать почему его никто не слушает. Вздохнув, он ускорил шаг и догнал их. Подходя ближе, он услышал обрывок диалога между Максом и Райта. — Пить в одиночестве — признак алкоголизма. — А пить, когда вам обоим запрещено — признак идиотизма, — Макс заплатил за них обоих и они вышли из магазина. Даниэль продолжал просто идти следом, чувствуя себя лишним. Несмотря на то, что он всё-таки является частью их компании, но даже со стороны было видно, что эти двое были на «своей волне», которая непонятна Харрисону. Даже выпить он с ними не мог или покурить. Не столько потому что был за рулем, а из-за того, что старался поддерживать здоровый образ жизни. Он чувствовал себя лишним и молился, чтобы этот вечер скорее закончился. Когда они вышли из магазина, то Макс хотел открыл пиво и сразу выпить, но не учёл, что почти всё могло вылиться ему на одежду. Поругавшись себе под нос, он всё-таки отпил немного и размазал жидкость по куртке, пытаясь убрать. — В машине есть влажные салфетки, — Сказал Даниэль и кивнул в сторону машины. Макс махнул в его сторону и продолжил пить. Создавалось ощущение, что он в принципе не пил несколько дней, так как вскоре банка была уже пуста. Он выкинул её и достал сигарету. Посмотрел на Райта, он протянул ему вторую, но тот отказался. Макс закурил и лишь щелканье зажигалки хоть немного нарушило тишину. Даниэль хотел сказать что-нибудь, чтобы разрядить атмосферу, но никак не мог решиться. Он чувствовал себя пятой ножкой стола. Он несколько раз смотрел на ребят, пытаясь придумать за какую тему можно зацепиться и которую они все могли бы поддержать. Вот только он с Максом почти не общается, а Райта видел первый день и ничего не знает о нём. Вспомнив о том, что пообщался с человеком с участка, он улыбнулся. — Кстати, я поговорил с какой-то девушкой, которая сидела при твоём допросе! — В этот момент он понял, что идея была отвратительной, так как ничего хорошего узнать не удалось. Он начал думать о том, какой он идиот. — И что же она сказала? Пора приходить на 3 этаж не как врач, а как пациент? — На лице Макса появилась улыбка. Ему было смешно с сложившейся ситуации. Конечно, скорее всего, ему решат навешать кучу разных диагнозов, лишь бы появилась возможность спокойно обвинить его в преступлении. Учитывая всё, что произошло ранее… Что ж, у них появилось огромное количество предлогов, чтобы засадить его в больницу. — Она предполагает, что у тебя проблемы с психикой. Они поговорили с твоим психотерапевтом и думают, что у тебя височная эпилепсия, — Макс удивленно посмотрел на него, после чего перевёл взгляд на Райта и рассмеялся во весь голос. — Теперь мы точно в одной лодке! — Он облокотился на стену супермаркета, продолжая смеяться. Теперь эта ситуация максимально нелепая. Зато стало понятно как так вышло, что Райту поставили такой же диагноз. Если примерно прикинуть, то со стороны действительно всё указывало на эпилепсию, так что такое предположение вполне оправдано. Возможно если бы Макс не знал, что не только он видит Ту штуку, то сам бы поверил в диагноз. Все симптомы подходили: перед тем, как увидеть Это у него онемели руки, головокружение, неприятные ощущения на коже, да и за последнее время его зрение начало ухудшаться. Всё указывало на сенсорную ауру. Как по книжке, ей Богу. Сейчас он понимал, что если это дойдёт до начальника, то придётся искать новую работу. Зная свою медицинскую карточку, он понимал, что вряд ли найдет хоть какое-то место. — Погоди, но как они могли это предположить, если я даже ничего не рассказывал про своё самочувствие? Они должны были сверить какая у меня аура, её симптомы и всё такое, разве нет? — С учётом того, что недавно у тебя была травма головы и частыми пробелами в памяти, они решили, что это самый подходящий вариант. В общем, они сложили всё это и предположили, что ты либо эпилепсик, либо шизик, — Картина маслом. Макс стал смеяться ещё сильнее. Ему было смешно со всей сложившейся ситуации, с себя, с женщины, что поставила диагноз. Она и вправду знала своё дело, височная эпилепсия действительно довольно хорошо подходила под описание его недугов. Какая-то его частичка была готова согласится с диагнозом, но он знает, что видел. Он знает, что это не просто галлюцинации. Он ещё в своём уме, чтобы определить реальность от иллюзий… Во всяком случае, он надеяться, что ещё способен на это. — Райт, ты ведь тоже видел Его? Ты же не соврал? — Кое-как успокоившись, спросил Макс. В его голосе была слышна некая мольба. Он не сошёл с ума, нет. Его разум в порядке, не только он его видел. Галлюцинации не могут быть заразны. Это же бред, значит он не сумасшедший. Тим выкинул свою банку и, подойдя ближе, положил руку на плечо Макса. — Если мы говорим об одной высокой штуке в костюме, то да. Не думаю, что их так уж много, — Он улыбнулся, пытаясь хоть немного приободрить Макса. Это было довольно мило с его стороны, а потому он улыбнулся в ответ. Макс не мог объяснить почему, но несмотря на всё, что произошло за последние две недели, рядом с Тимом он чувствовал, что всё не так уж и плохо. — Спасибо, — Сказал Макс в полголоса, чтобы только Райт смог услышать. Тот кивнул и предложил поехать домой. Когда он убрал руку и сделал несколько шагов в сторону машины, Макс схватил его за предплечье, привлекая к себе внимание. Он сам не понял, что только что сделал, а потому пытался придумать хоть что-нибудь. Рядом с Райтом он хоть немного чувствовал себя в безопасности и не готов был отпускать его. Он знает, что всё это неправильно, что нужно остановиться. Он не мог объяснить откуда в нём возникла такая привязанность и осознавал, что нужно избавляться от неё. Впрочем, чего ему терять? Если Карлос сдержит своё обещание, то сегодня никто не умрёт. Значит ли это, что он может провести с ним ещё времени? Нет. Он не может ставить Тима в опасное положение. Более того, надо оборвать все эти мысли, пока не стало слишком поздно. Они просто знакомые, которых связало общее несчастье. Они никто друг другу. Райт — просто парень, который появился в нужное время и в нужном месте, не более того. Макс прикусил губу и отпустил его. — Ничего. Давайте просто поедем уже. — Всё в порядке? — Неуверенно спросил Даниэль. Макс даже забыл, что тот всё это время был здесь. Он кивнул и пошёл к машине, больше ничего не говоря. Весь оставшийся путь прошёл тихо, словно в гробу. В гробу, где было радио, из которого не прекращали играть корейские песни. Макс не понимал, что Даниэль в них нашёл, но не имел ничего против, так что ничего ему не говорил. Он пытался разобраться, что происходит в своей голове. Камиллы показала, что Карлос не остановится ни перед чем, пока не добьется своей цели и не заполучит тело. Было страшно представить, что произойдёт этой ночью. Что, если Карлос всё-таки подумает, что Макс принимал таблетки и убьёт кого-нибудь? Что, если эта привязанность станет слабым местом, на которое он начнет давить? Что, если придёт Эта штука? Один вариант был хуже другого и Макс не знал какой самый вероятный. Он лишь надеялся, что эта ночь пройдёт спокойно, а главное — без смертей. Пока они ехали, то Боб написал, что похороны Камиллы будут через три дня. Довольно быстро, даже удивительно. Впрочем, похороны, как правило, всегда проводят на третий день, так что удивляться не стоит. Макс планировал, что собирается делать после похорон и решил, что лучший выход из ситуации — уехать, но понимал насколько это рискованно. Даже если он уедет на другой конец света, то какова вероятность, что Карлос просто не откроет GPS или не спросит у прохожих где он находится. Когда они подъехали к нужному подъезду, то Макс сглотнул. Ему было страшно, но он же мужчина, верно? Он не должен бояться. Он должен быть гребанным роботом без чувств. Господи, эти гендерные стереотипы совершенно не помогают. Как он вообще должен не проявлять чувств, когда сейчас встретиться с сестрой, которую похитили и держали в лесу посреди зимы? — Спасибо за всё, ребят. Райт, будь осторожнее, — Тот пообещал, что всё будет нормально. Макс забрал рюкзак и вышел из машины. Холодный ветер бил по лицу, возвращая к реальности. Настало время встретиться с той, из-за которой всё и началось. Естественно, он был рад встретить свою любимую сестренку, но страх был сильнее. Страх перед ночью, страх увидеть сломанную Амелию, страх осознания, что это всё его вина. Ни на секунду он не переставал себя винить во всех грехах вселенной. Он покачал головой, пытаясь выбросить все лишние мысли и открыл дверь в подъезд. Он вышел из лифта и уже повернулся в сторону своей квартиры, как увидел Брайана выходящего из неё. Сердце пропустило удар. В дверях стояла улыбающаяся бабушка. — Ой, ты вернулся! Ну наконец-то, мы все так ждали тебя! Брайан как раз искал тебя, — Она кивнула в сторону гостя, который победно улыбнулся. Макс чувствовал, как в нём появляется злоба, он начал винить себя в том, что дал ему войти в собственный дом. Сейчас в его голове всплыло, что именно с Брайаном он чуть не столкнулся в лифте в день, когда пропала Амелия. Теперь злоба смешалась со страхом. Значит он всё это время знал, где он живет. — К сожалению, я уже ухожу, — Сказал он и подошёл ближе к Максу. — Надеюсь ты решил не искушать судьбу. Он был зол вчера, — Макс уже хотел дать ему по лицу, но старался держать эмоции при себе. Он лишь сказал Брайану проваливать отсюда. Тот и спорить не стал и, войдя в лифт, поехал на первый этаж. Макс подошёл к бабушке и обнял её так крепко, как только смог. Всё будет хорошо, они со всем справятся, всё будет под контролем. Сегодня никто не умрёт… Когда они зашли в квартиру, то он закрыл за собой дверь и оглянулся. Всё было таким же, как и прежде. Он собрался всю силу в кулак и пообещал себе, что со всем справится, он не подведёт их. Он снял куртку с обувью и прошёл в гостиную, где сидел дед. — С возвращением на родину, — Сказал дед, обняв его. Они проговорили ещё какое-то время и Макс заметил, что ещё не видел Амелию. Он спросил, где она сейчас. Как оказалось, она вновь сидела в комнате. — Пожалуйста, поговори с ней, — Макс кивнул и покинул гостиную. Мысленно он пытался придумать, что лучше сказать ей, когда он зайдёт, ведь понимал, что она, скорее всего, испугается. Всё-таки она была больше недели похищена второй личностью собственного брата. Он даже не рассчитывал на какой-то тёплый прием, а потому никак не решался открыть дверь. Он понимал, что деваться было некуда и поговорить им всё равно придётся. Он сделал глубокий вдох и схватил дверную ручку. Всё будет хорошо, он ни в чём не виноват, он сможет её защитить. Он всё-таки её брат и она прекрасно понимает, что его вины в случившемся нет, значит они смогут во всём разобраться. Да, она не глупая, а значит всё будет хорошо. Он собрал всю волю в кулак и повернул дверную ручку. В момент, когда дверь открылась, он понял: Ничего не будет хорошо.