Баллада о Пламени Дракона

      Всё-таки по жизни я была скорее оптимисткой, чем скандалисткой, поэтом вволю нагоревавшись о загубленой репутации, в целом и о катастрофическом происходящем, в частности, уже через час принялась любоваться проносившимися за окном автомобиля вспаханными полями и весьма живописными перелесками. Кажется, между стволов цветущей дикой вишни даже удалось рассмотреть резвящихся зайчат, но мне, если честно, и двух братцев-кроликов в салоне джипа хватало выше крыши.  — Я смотрю, Ори сумел произвести на тебя неизгладимое впечатление своим ораторским искусством? — в очередной раз попытался растормошить моё впавшее в анабиоз существо Кили. Не дождавшись ответа или взгляда, он отвернулся к Фили. — Ну хоть ты мне подскажи, как возлюбить ближнего своего, если она сопротивляется?  — Может, для начала спросить её согласия? — оторвавшись от созерцания становившихся всё более густыми дубовых перелесков, я с надеждой взглянула на пылкого гнома. Вдруг в нём всё-таки проснётся совесть? Или, на худой конец, капля воспитанности? Вряд ли, конечно. Судя по всему, у него отродясь не имелось ни того, ни другого. — Оно вообще имеет для тебя значение?  — Для него? С чего бы вдруг? — подозрительно громко откашлявшись, а скорее, подавившись смешком, старший племянник Торина резко затормозил, пропуская неспешно пересекавшего трассу ежа. — Вообще, конечно, такими вещами ночью занимаются.  — Это какими? — тут же заинтересовался Кили, пока я, вскинувшись от возмущения, пыталась подобрать подходящие слова для достойного ответа на подобное заявление.  — Которыми ты нашу малышку с самого утра запугиваешь, — косо зыркнув на просигналившего нам Двалина, Фили и не подумал прибавить газу, пока нерасторопный ёж не добрался до обочины. — Я бы на её месте уже наладил тебя в одиночное эротическое путешествие.  — А что, так можно было? — округлив глаза от удивления, я не могла поверить своим ушам. Неужто он и впрямь меня защищает? Мне казалось, они заодно. — В один конец?  — Размечталась. Согласен только на тур туда и обратно, — хмыкнул Кили, послав мне такой томительно-мёдовый взгляд, что в животе невольно скрутило от волнения, а щёки залились предательским румянцем. — И только в твоём обществе.  — Ладно, можешь оставаться здесь, — смекнуть, куда он клонит, было несложно, но ответить любезностью на любезность духа не хватило. Гораздо легче было трусливо потупиться и, нашарив рукой телефон, убраться восвояси — на свою страничку в соцсети.  — Спасибо, моя прекрасная леди! Век не забуду твоей доброты!       Какой же у него бархатный… Тьфу ты, нелёгкая!.. наглый голос!       Еда заткнув уши наушниками и порадовавшись тому, как хорошо ловит интернет, я уже снова готова была взвыть от досады. Племянники Торина вездесущи! Орки принесли их даже на мою скромную страничку. И если старший прекрасный принц просто послал заявку в друзья, то младший, похоже, не спал всю ночь и половину утра. Иначе когда он успел отлайкать все мои фото и прокомментировать нелёгким словом добрую часть постов? Окончательно же меня добили сообщения от Глои и Сетти. Оказывается, мои подруги уже были в курсе появления у меня гарема и теперь им не терпелось услышать объяснения насчёт происходящего и узнать, что из услышанных сплетен правда, а что выдумка.       Повторив обеим приятельницам ту же байку про поездку на могилу родителей и нанятый отряд охраны, которую ранее озвучила мистеру Гэмджи, я едва не подпрыгнула на сидении от громкого звука пришедшего сообщения. Смешок Кили тут же подсказал, от кого оно, и как он доволен моей реакцией.         — Готовься, сегодня после ужина я исполню все твои желания.       Твои-ж, дуриновы отпрыски! Ну что за жизнь?! И почему мне раньше не пришло в голову ограничить круг тех, кто может писать в личку? Теперь уже поздно и неловко это делать…        — Угостишь трюфелем и сольёшься с закатом?        — Любишь сразу переходить к десерту? Одобряю!        — Грибы ллюблю! И жареное мясо!        — Замётано.       С опаской выглянув из-за экрана телефона, я встретилась взглядом с Кили, который бесцеремонно пялился на меня в зеркало заднего вида. Ну что за несносный гном?! Похоже, ему доставляет неслыханное удовольствие доводить меня до кипения!       И как быть в подобной ситуации? Честно говоря, я об этом не имела никакого, даже самого отдалённого представления. Всё потому, что он был первым, кто проявил такой живой и пылкий интерес к моей скромной персоне. Это пугало, смущало, заставляло краснеть до корней волос, а вкупе с лучистым смешливым взглядом этого красавчика ещё и будило предательскую дрожь в животе и коленках.       Точно!       Он просто смеётся надо мной, а я ведусь, как последняя наивная идиотка!       Была бы во мне хоть капля красы и привлекательности, то, учитывая моё баснословное состояние, размещённое в трёх банках Удела, у меня бы давно появился хоть один самый запропащий ухажёр. И даже не посмотрел бы на моё скандальное происхождение. А так получается, что только заезжий гном и позарился. Кошмар какой! Может, это всё ещё и на спор, как в том ужасном сериале, который прошлым летом, охая и причитая, смотрели все ширские кумушки?       Тяжело вздохнув, злясь на захлестнувшее душу разочарование, я отвела взгляд и вновь принялась изучать живописный пейзаж за окнами автомобиля. В конце концов, хватит жалеть себя и печалиться о несостоявшемся кавалере, а точнее, злостном шутнике. Всё-таки у меня начинается первое в жизни путешествие, и это гораздо познавательнее, чем глупый флирт. Но, к сожалению, не так интересно.       Берёзы. Берёзы в брызгах нежной молодой листвы и буйно цветущие дикие тюльпаны — именно они, в конце концов, заставили меня отвлечься от мрачных мыслей, расслабиться и удобнее устроиться на кожаном сидении. Все времена года прекрасны по-своему, но весна, она полнится особо трогательной нежностью, капелями в начале и самыми чистыми росами в конце. Весной мир дурманит радостью и неизречённой любовью, которая заставляет отступать мои горькие отчаяние и одиночество на задний план. Весной хочется творить. И, конечно, трудный путь лучше начинать весной. Просто пусть это будет хорошей приметой.         — Солнышко?       Мне едва удалось сдержать рванувшее сердце, таким ласковым было это обращение.        — Ты плачешь?        — Я хочу жить, — сморгнув непрошеные слёзы, я подивилась внимательности Кили, — а вы везёте меня на съедение к дракону.        — Ни один волос не упадёт с твоей головы, пока я жив.        — Он и тебя съест.       Отложив телефон на приборную панель, он всем корпусом развернулся ко мне, буравя таким непривычно тяжёлым взглядом, что засосало под ложечкой.  — Ну и что ты предлагаешь? Хочешь развернуть назад?  — Хочу шоколадку, — сумев не стушеваться и выдержать его праведное негодование, я вдруг поняла, что ужасно хочу есть. — Вы так много надежд на меня возлагаете, может хотя бы кормить будете почаще?  — Мы же только час как…  — Я куплю вам обоим по торту, если прекратите отвлекать меня от дороги и дадите спокойно добраться до отеля, — перебивая брата, вмешался Фили, и только тут до меня дошло, что, пытаясь следить за нашим полу-виртуальным общением, он даже сбросил скорость на минимум, и теперь джип находился в самом хвосте гномьего каравана. — Идёт?  — Торт и жареную картошку с грибами!       Да, я жадина!       А что, гномы думали, что только им присуще это меркантильное чувство? Вот уж дудки!