Кто ты?

      Как только мы уже хотели идти навстречу нашим мужчинам, перед нами появились незнакомые мужчины в чёрных костюмах, а затем и он. — Здравствуйте, милые дамы, — он обратился к девочкам. — Здравствуй, милая моя принцесса, — теперь он обратился ко мне, слегка поклонившись.       Я же услышала звук чего-то падающего. Ой, а это оказалась моя челюсть, которая упала с неимоверным грохотом. Ведь перед нами стоял мой отец. Мой отец, черт возьми! И он жив, а не мёртв, как я думала все это время.       Он попытался сделать осторожный шаг ко мне, но я отступила назад, оказываясь между Ребеккой и Хейли. — Нет, — сглатывая слезы, произнесла я. В данный момент я не готова с ним разговаривать, возможно, что чуть позже, но не сейчас и не сегодня. — Тогда приятного вечера, — поджав губы и улыбнувшись уголками рта, он покинул нас, оставив в гордом одиночестве.       Он… Он вот так вот просто сдался после того как нашёл свою дочь? Возможно он не хотел давить после моего отказа. Но это лишь мои догадки. — Ты в порядке? — одними лишь губами произнесла Ребекка, обеспокоенно смотря на меня. Выдавив из себя улыбку, я кивнула. — Точно? — не унималась она, спрашивая ещё раз. — Точно, — вновь кивнула я, сглатывая комок в горле. Утро начиналось так хорошо и ничего не предвещало беды, вечер прошёл в дружеской обстановке, а сейчас перед нами предстал сам Господин Азмарен. Больно осознавать, что отец сам не пришёл как только, нашёл меня. — Ну и славненько, а теперь мы идём сводить с ума мужчин, — с хитрой и хищной улыбкой на лице произнесла Ребекка. Эта улыбка оказалась заразительной, что никто из нас не смог сдержать улыбки.       Братья Майклсоны же старались сохранять спокойствие, которое им вообще не дано. Их глаза метали молнии, а именно в нас. Я уверена, что нас всех сейчас четвертуют.       Деда же я сначала не заметила, но потом увидела, как они с отцом поднимаются по лестнице, которая ведёт на балкон. Интересно, зачем Серапион понадобился отцу?       Элайджа же решил от греха подальше ретироваться, потому теперь он стоял в компании каких-то влиятельных мужчин и разговаривал с ними об экономике и политике.       Стайлз, Клаус, Кол и даже Кристиан стояли и прожигали в нас огромные такие дыры, мечтая превратить нас в пепел.       Все мужчины сворачивали на нас свои головы, открывали рты от удивления и изумления. Казалось, что мы были вчетвером королевами этого Рождественского бала. — Я их всех четвертую, — шипел сквозь зубы Клаус, прожигая нас взглядом, как только мы подошли к ним. — Поддерживаю, — бодро отозвался Кристиан. Кто его только пригласил на этот бал? Эта первородная медуза так и не извинилась передо мной, хотя написывала мне сообщения. — Давайте не будем горячиться, — теперь уже Стайлз предпринял попытку мирного разговора, а мне почему-то стало смешно, ведь я вспомнила как также, хотела предотвратить драку Ребекки и светской львицы. — Что смешного? — недоуменно произнёс Клаус, оглядывая нас всех подозрительным взглядом, будто мы задумали его отравить. Хм, а что, хорошая идея. Жаль, что цианид на него не подействует. И мышьяк, кстати говоря, тоже. — Нет-нет, ничего, — произнесла, смотря на Ребекку, которая поняла почему я чуть не захохотала в голос, потому она поспешила прикрыть ладонью улыбку. — Где вас черти носили? — со злостью в голосе произнёс Кол, но в его глазах я не видела именно злости, лишь раздражение и недовольство. — Мы ехали по той короткой дороге, которую указала Ребекка, — с милой улыбкой сказала я, наблюдая за ней. Ребекка только усмехнулась и закатила глаза, ведь я всю дорогу твердила об этом. — Пора бы украсть одну из этих девушек, — рядом с нами возник Элайджа, который увёл Хейли танцевать вальс и выпить по бокалу шампанского, потому она не отказала и они покинули нашу компанию. — Отличная идея, — воодушевленно сказал Крис и увёл Ребекку, потому остались только я и Лера, которая мило улыбалась и строила глазки Клаусу. Я же чувствовала, что Кол начинает взглядом соблазнять меня, потому лишь мило улыбнулась ему. — Чувствуешь, пахнет красным вином, когда здесь только шампанское, — принюхавшись, произнёс Клаус. Эти слова заставили Леру посмотреть на меня, на что я только улыбнулась. — Я говорила тебе не трогай эту бутылку, — с возмущением в голосе произнесла я, наблюдая за недоумением мужчин. Оу, они явно такого не ожидали. — А потом сказала много не пить, — Лера только закатила глаза, а потом погрозила мне пальцем. — А теперь ты будешь оплачивать химчистку салона, — продолжала парировать я, на что мужчины выдали смешки. Теперь они стали менее напряжёнными и недовольными. — Ты слишком резко повернула, — она махнула рукой куда-то в сторону, мило улыбаясь. — Да-да, конечно, я виновата, и бутылку сама достала, и сама тебя напоила, а потом запачкала салон. — Да! — воскликнула она, а Стайлз поспешил ретироваться из этой чумовой компании. — Балда! — здесь Клаус не выдержал и рассмеялся, что заставило нахмуриться Леру, а Кола лишь улыбнуться. — Теперь ты не откупишься от неё платьем, — похлопав по плечу Клауса, Кол ловко подхватил меня под локоть и повёл танцевать вальс.       Руки Кола властно легли на мою талию, я же положила руки ему на грудь. Эта близость сводит с ума, а тепло тела чувствуется и через ткань одежды. От этих мыслей моё сердцебиение участилось, а во рту предательски пересохло, губы вмиг стали сухими, несмотря на помаду.       Наши лица находились в нескольких сантиметрах друг от друга, потому я чувствовала его обжигающее дыхание. Ладошки вспотели, дыхание участилось, сердце начало трепетать, а в животе, казалось, начали порхать бабочки. Это все говорит о влюблённости, любви и привязанности.       Любить — это видеть другого даже некрасивым, слабым, сбившегося с пути, но не разочароваться в любимом человеке.       Любить — это видеть душу другого, растворить себя в чувстве безудержного стремления сделать другого человека счастливее, быть поддержкой для него, спасительным кругом, его маяком света.       А быть рядом только тогда, когда все хорошо, красиво и радостно, это не любовь.       Это переживать вместе все трудности, что выпадают на долю каждого.       Остаться, выстоять, простить, улучшить, беречь, ценить и быть верным.       Любовь — это пройти вместе через все.       Любить не за что, а вопреки.       Когда мой взгляд в очередной раз упал на его губы, я не выдержала и поцеловала его, оставляя губную помаду на его губах. — Теперь ты не злишься, что мы опоздали? — невинно поинтересовалась я, когда поцелуй прекратился. Его властно и собственнически находились на моей талии, но ему этого было недостаточно и я чувствовала это всеми фибрами своей души. — Вы опоздали на час, — тонко подметил Кол, прижимая меня ближе к себе. От этой близости вновь пересохло в горле. — Мы попали в пробку, — я надула свои губки, а Кол улыбнулся и вновь поцеловал меня. Он целует властно, местами грубо, что заставляет желать большего. — Кол, на нас все пялятся, — я попыталась отстраниться, но его руки не дали этого сделать. Хоть я и была немного сильнее его, но мне все равно хотелось побыть слабой и обычной девушкой рядом с этим мужчиной. Рядом с любимым мужчиной, с которым я в безопасности. — Мне плевать, малышка, я имею право выражать свои чувства, — с недовольством произнёс Кол, все-таки прекращая поцелуй. Я же поспешила стереть свою помаду с его губ. Любимых. Родных. — Мне, конечно, тоже все равно, но я не хочу, чтобы Клаус всадил тебе клинок, — я указала на Клауса, который активно угрожал кому-то. Какому-то блондинчику. — Он его убьёт, если ты не поможешь брату. — Ладно, — он тяжело выдохнул, а перед тем как он отправился к Клаусу, я успела снова поцеловать его.       Проводив Кола взглядом, я решила выпить шампанского, потому отправилась к столику с алкоголем. — Прости меня, — как только я взяла в руки бокал, я его чуть не выронила из рук, потому эти слова произнёс Кристиан. В его глазах была боль, которую я не видела утром. — Мне показалось или… — Тебе не показалось, — он не дал мне договорить, но потом продолжил. — Прости, что уделял мало времени тебе и твоей жизни, что постоянно прятался за делами.       В голове проскочила мысль, что он говорит правду, что его слова правдивы… — Твои слова заставили меня задуматься о многом, — помедлив, добавил брат. Я же поставил бокал шампанского на место и… Обняла его. Именно простых братско-сестринских объятий мне и не хватало.       Пусть я смеялась и веселилась, но мне было больно и эту боль я умело прятала от всех, даже от Кола, которому это жутко не понравится. — Обещаешь, что будешь рядом? — тихо спросила я, смотря ему в глаза. — Обещаю, — твёрдо ответил Крис. — Нужно спасать второго брата, — он посмотрел мне за спину, где был Стайлз и двое мужчин, судя по всему вампиры.       Поцеловав меня в щёку, он оставил меня одну рядом со столом алкоголя, которого мой организм требовал. Очень требовал. — Ты ведь девушка Кола? — как только я уже потянулась к заветному бокалу шампанского, как рядом оказалась какая-то русоволосая девушка. Сначала я приняла её за Ребекку, ведь они были похожи чертами лица. — Кола Майклсона, — поспешила добавить она. — С незнакомыми людьми я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь, — терпеливо ответила я, чувствуя, что эта девушка ведьма. Майклсоны и эта ведьма похожи, и мою голову посещает мысль, что они родственники. — Я знаю, — несмотря на мои слова, она как-то тепло улыбнулась, что было чуждо для ведьм. — Фрея, — она вежливо протянула мне руку. — Карина, — я представилась и не задумываясь пожала ей руку, в знак знакомства так сказать. Удивительно, что ведьма решила заговорить с вампиром, с первородных вампиром на минуточку. — Он любит тебя, — она вновь улыбнулась, указывая взглядом на Кола. — Я знаю, — я улыбнулась и проследила за её взглядом, но когда повернулась Фреи не оказалось рядом.

***

      Весь оставшийся вечер прошёл без происшествий и конфликтов, что было очень удивительно для нас всех.       Мы веселились, танцевали, выпивали, кроме меня. Как только я хотела взять бокал шампанского после ухода Фреи, рядом со мной оказался Кол, который потащил меня на второй этаж в укромный уголок. Это действие он аргументировал тем, что очень соскучился и я была настолько красива, что он не смог сдержаться и захотел взять свою малышку прямо на Рождественском балу. Конечно мы старались быть тихими, но Ребекка кидает на меня двусмысленные взгляды на протяжении нашей езды.       Ах да, сейчас же мы едем в дом Майклсонов на яблочной плантации. Все сошлись на том, что все переночуют там и никто против не был. Потому мы решили разделиться — мальчики на одной машине, а девочки на другой. Здесь снова против никто не был. С нами не поехал лишь дед, обосновывая каким-то серьёзным делом. — Боже, это такой кайф, — снимая туфли на каблуке, сказала Ребекка, прикрывая глаза. О, как же я её понимаю, ведь сняла свои туфли как только мы ступили за порог, я сразу же сняла туфли и пошла босиком. — Ка-а-айф, — протянула Лера, когда достала две бутылки шампанского. Две. Бутылки. Шампанского. Черт… — Откуда? — указывая на бутылки, спросила Хейли. Мужчины же ехали рядом с нами и могли наблюдать за нами и нашими действиями. Мы ехали поравнявшись друг с другом. За рулём джипа Клауса был Кол, а за своей ласточкой, как всегда, я. — Когда мы уходили, я захватила эти две малютки, — она влюблённым взглядом посмотрела на эти две бутылки шампанского. — Время сторис! — весело воскликнула Ребекка, снимая сторис в инстаграм. Я же опустила окно, потому свежий воздух трепал волосы и обжигал лицо. — Помаши ручкой, Карина, — Майклсон навела на меня камеру, прося помахать рукой, но я лишь показала средний палец не отрываясь от дороги. — Фу, как некультурно, Карина! — произнесла она, делая какую-то подпись к сторис. — Не тебе учить меня культурности, — спокойно отозвалась я, следя за дорогой и успеваю смотреть на то, как Лера пытается открыть бутылку шампанского. — А кому? Колу? — не унималась Ребекка, продолжая источать волны сарказма. — Заткнись, — прошипела я, а Ребекка начала заливаться смехом, что чуть не уронила свой любимый телефон.       Кол слишком неожиданно решил подрезать нас, что я резко затормозила, а потом прибавила скорости и вывернула руль, снова равняясь с ними.       Внезапно бутылка шампанского начала шипеть, потому что Лера не наконец открыла и все содержимое било фонтаном, обливая все вокруг и всех. — Ой, — произнесла Лера, держа бутылку в руках. — Чёрт, оно само, Карина!       Ребекка заливалась диким хохотом, Лера сидела с шипящей бутылкой, Хейли была в пене от шампанского и только я услышала звук разбивающегося стекла. — Твою мать, Лера, — обречённо выдохнула я. — Это машина провоняет шампанским и вином. — Каким вином? Каким шампанским? О чём ты вообще, женщина! — Тем вином, которое ты пила по дороге на бал. И тем шампанским, которое ты пыталась открыть, — из машины мужчин послышался смех, но чуть сдержаннее нашего. Ну да. Оно и понятно. — А платье тебе не жалко? — Ты оплачиваешь химчистку, Лера. — Нет! — выкрикнув, она открыла окно и просто выкинула в окно бутылку шампанского. Выкинула бутылку. Дорого шампанского. — Не было никакого шампанского. — Ты всё равно будешь платить, — я усмехнулась, а она принялась за вторую бутылку шампанского. — Черт, я умоляю тебя, не разбей. — У меня всё под контролем, — после этих слов пробка пулей вылетела из бутылки и прямо в окно Ребекки, которая еле успела увернуться. Пробка попала в руку Клауса, который зачем-то тянулся к окну, явно ничего не подозревая. — Да, конечно, — сдерживая смех, кивнула я.       Остальной путь до плантации мы доехали без приключений, слава всем святым и не святым за это. Как только мы приехали, мужчины сильно смеялись с нас и обещали долго напоминать нам об этом. Из машины Лера вышла вся в шампанском, волосы липкие, платье мокрое. Хейли пострадала чуть меньше, лишь намочила волосы. Ребекка только лёгким испугом. На меня также попало немного шампанского, но я пострадала меньше Леры и Хейли.       Остаток вечера мы провели каждый в своей компании и каждый по-разному. Кол же весь вечер, пока мы были все вместе в гостиной, приставал ко мне, снова. Потому как только мы переступили порог его комнаты, он прижал меня к стене. — Наконец-то, — с хрипотцой в голосе сказал Кол, покрывая шею жаркими поцелуями. — Я очень соскучился по своей малышке, — расстегивая пуговицы его рубашки, которую он с огромным удовольствием одолжил мне. — Тогда действуй, — мои руки потянулась к пряжке его ремня. В глазах обоих горел огонь, яркое пламя чувств. Похоть и страсть. Любовь и жаркие поцелуи, что обжигали кожу и заставляли желать большего, заставляя раствориться друг в друге.