Быть героем

      Он брёл по разрушенному городу Z, едва переставляя ноги.       Болело абсолютно всё. Всё тело было словно открытая рана. Одежда прилипла к телу, из-за засохшей крови став единым целым с кожей.       Каждый новый шаг давался с трудом. Но не только из-за боли. Гароу чувствовал, как его душу словно выпотрошили, вывернув наизнанку. Всё то, чем он жил и во что верил, в одночасье стало бессмысленным. После стольких усилий, тренировок, после издевательств и вынужденного одиночества… Снова и снова он поднимался, ступень за ступенью восходя на вершину. Он хотел стать величайшим монстром и спасти этот мир от глупых лицемеров, именующих себя героями.       Как же он их ненавидел. Никчёмные, не способные ни на что, кроме бахвальства. И он это доказал. Почти… Всё же он оказался недостаточно силён. Проиграл… какому-то недогерою, который даже не воспринимал его всерьёз.       Тц. Гароу сплюнул кровь на землю.       Монстра вело, он едва держался на ногах. Его измождённое тело окончательно подвело его. Необходимо было отдохнуть и восстановиться. Обработать свои раны. Он потерял слишком много крови и слишком много сил. Даже внутренние органы ныли. И, кажется, у него было сломано несколько рёбер.       Нужно найти безопасное убежище. Наверняка его будут искать. А он сейчас не в том состоянии, чтобы сражаться с превосходящим числом противником.       Покачиваясь и держась за стенку, Гароу зашёл в первое попавшееся здание. Разрушенный город-призрак представлял на выбор любой уцелевший дом, но Охотнику на героев было уже всё равно. Сил не осталось.       Он чувствовал себя разбитым. Он потерял цель всей своей жизни. Сломанный, униженный, никому не нужный. Для чего ему теперь жить?       «Реши уже для себя, кто ты,» — воспоминанием всплыли в голове слова лысого героя. Гароу болезненно поморщился. Кто он? Это же ясно. Он — Охотник на героев, Человек-монстр. Уже ничего не изменить. Он сам выбрал этот путь.       Если бы не малец, герои бы его казнили. Особенно Милая Маска выступал больше всех. Гароу стиснул зубы от ненависти. И тут же болезненно сжалось сердце. Малец Тарео… И старик Бэнг… И даже Лысый Плащ. Они ведь не хотели его смерти.       «Мне не нужна их жалость, — одернул себя Гароу. — Уж лучше бы убили тогда. А теперь… Я, скорее всего, и так сдохну. С такими ранениями мне долго не протянуть.»       Мысли путались, сознание уплывало. Гароу привалился к стене, медленно погружаясь в забытье, полное отчаяния, ненависти и одиночества. — Гароу сегодня снова будет монстром! — дети обступили его со всех сторон. — Стой смирно, Гароу, дай нам победить тебя. — Почему я должен постоянно проигрывать? — мальчишка со светлыми волосами насупился и сжал кулачки. — На этот раз я хочу сразиться по-честному. — Глупый, ты что, не понимаешь? Монстры всегда проигрывают. А ну, ребята, держите его! Сейчас я покажу ему пинок Мистера Справедливость!       Так было и так будет всегда. В мире нет места справедливости. Тот, кого все любят — победит, а тот, кого все ненавидят — проиграет.       Если ты слаб, тебя уничтожат. Если ты силён, тебя задавят числом. У тебя нет шанса, кроме как стать самым сильным. С тобой никто не будет дружить, все будут тебя бояться, зато больше никто и никогда не посмеет тебя обидеть, сделать грушей для битья против собственной воли.       Ты должен стать сильнее, а потом проучить подонков. Доказать им, что вся их игра в героев — не более чем блеф. Столкнись они с реальной опасностью, встретившись со смертью лицом к лицу — они напрудят в штанишки и побегут к мамочке.       Такие отбросы чувствуют себя героями только тогда, когда противник слабее. Они не смогут никого защитить.       Я стану величайшим монстром. Я докажу всем, чего стою. Этот мир не нуждается в глупых героях, им нужен тот, кто действительно сможет открыть им глаза на то, чем является добро и зло. — Принеси мне голову героя, — Орочи смотрит на него сверху вниз. Взгляд его мертвенных глаз пронзает насквозь, проникая в самое естество. — Принеси, и я позволю тебе стать истинным монстром. — Так, значит, ты переметнулся на сторону людишек? — В голосе Потрошителя лишь жажда убийства. Монстр насмехается над ним. — Как я и думал, ты всё ещё цепляешься за то человеческое, что есть в тебе. Быть монстром — это значит отбросить человечность и мораль, возвыситься над ней. Ты не достоин стать монстром. И поэтому я уничтожу тебя. А потом я выпотрошу этого маленького мальчика, которого ты не сможешь защитить. — Малой, встань позади меня. — Гароу прикрывает собой ребёнка и встаёт в стойку. Он не может позволить мерзкому отродью сделать то, что тот намеревается.       На глазах Тарео слёзы. Этот пацан всегда почему-то в слезах и соплях. Интересно, он вообще способен на что-то, кроме как рыдать? — Дядя, вы спасли меня! Вы… Вы пришли за мной. Вы — герой? — Ты — лишний в этой битве между героями и монстрами, — голос Зомбимэна тихий, но режет, будто сталь. — Только для того, чтобы заставить нас себя ненавидеть, ты зашёл так далеко, отбросив свою жизнь и став монстром? Что ты собираешься делать дальше?        Ему так плохо на душе, что он почти физически ощущает, как сдавило грудь, как ломит виски.       В полубреду Гароу чувствует чьё-то присутствие. Ему вытирают лоб. Затем подают воды. С жадностью, достойной настоящего монстра, он припадает к бутылке, начисто опустошая её. Вода стекает по подбородку, пока его придерживают за затылок. Затем незнакомец отступает.       Гароу силится разглядеть, что это за человек, но никак не может понять что-либо в стоящей перед глазами кровавой дымке. — Старик, это ты? — наконец бормочет он. Определённо, это не может быть никто больше. — У-убирайся, с-страрикан… Я не просил тебя… спасать меня… — Уже на грани бессознательного состояния Гароу снова и снова повторяет: — Мне не нужна твоя жалость… Проваливай… — Тише. Всё хорошо. — Этот голос… Смутно знакомый, но это точно не Бэнг. Так и не выяснив имя таинственного гостя, он вновь проваливается в забытье.       Когда он вновь пришёл в себя, уже светало. Сколько он проспал?       Гароу попробовал привстать на кровати. Все мышцы будто налились свинцом, так тяжело было двигаться. Парень оглядел себя и знатно удивился: всё его тело было аккуратно перебинтовано. Где он? Что произошло?       Гароу огляделся по сторонам. Вроде обычная квартира, только, судя по виду, давно пустующая. У кровати кувшин с водой, видимо, оставленный кем-то для него. У окна стол, на столе — открытая пачка сигарет.       Пока Охотник на героев пытался прийти в себя и сориентироваться, где-то в глубине скрипнула дверь. Насторожившись, Гароу с трудом принял сидячее положение. Никогда ещё он не чувствовал себя таким разбитым, ему стоило огромного труда собраться. Тем не менее, чувствовал он себя лучше, чем накануне, обработанные раны болели уже не так невыносимо.       Дверь распахнулась, и в комнату вошёл… Зомбимэн. Глаза Гароу расширились от шока. — Ты?! — Превозмогая сопротивление непослушных мышц, он вскочил в боевую стойку. В глазах стремительно потемнело. Делая глубокий вдох, Гароу тряхнул головой, отгоняя непрошенную слабость. Сейчас он должен защищаться. — Уже очнулся? — До трясучки спокойный голос заставил Гароу ощутить прилив ярости. Зомбимэн прошёл к столу и засунул пачку сигарет в карман плаща. Затем обернулся к Гароу. — Ты был без сознания почти двое суток. Выглядишь уже лучше. Для человека твоя регенерация действительно впечатляет. Заживает всё как на собаке. Но ты всё ещё слишком слаб, твои раны до конца не зажили, не советую подвергать своё тело новым нагрузкам — тебе от этого будет только хуже, Гароу. — Так, значит, ты выследил меня? — Гароу оценивал расстояние до врага и до двери, анализируя, каким образом он может победить в этой схватке. Дело плохо. Он еле держится на ногах, а в кобуре за поясом героя пистолет. Что, если… Провести мгновенную атаку, не дав противнику применить огнестрельное оружие? В любое другое время он бы так и поступил, но сейчас чувствовал неимоверную слабость и боялся свалиться, едва сделав шаг. — Геройский Атлас не врал, ты и правда имеешь способности следопыта. Что ж, пришёл меня убить? Я просто размажу тебя по стенке, снова. — Я не собираюсь тебя убивать, успокойся, — Зомбимэн поднял руки перед собой, показывая, что не собирается применять оружие.       Нет, это точно какой-то трюк. Нельзя верить S-классу, ведь не далее как позавчера все они хотели его смерти. — Значит, хочешь доставить меня в Штаб Ассоциации героев живым? Для меня это равносильно смерти. Меня будут судить и казнят, — продолжил Гароу, пытаясь понять мотивы противника. — Я не собираюсь сдавать тебя Ассоциации, — ответил Зомбимэн. — Я просто хочу помочь. Если бы не я, ты был бы уже трупом, с твоими-то ранениями. Как думаешь, кто позаботился о тебе? — он кивнул на бинты на дрожащих руках Гароу, всё ещё стоявшего в защитной стойке. — Если бы я хотел твоей смерти, мне ничего не стоило убить тебя, когда ты был беспомощен. — Логично, но… Довольно странно с твоей стороны оказывать мне такую любезную услугу, — едко выдал Охотник на героев, всё ещё метаясь взглядом к двери и обратно, как забитый, загнанный в угол зверь. — Тебя попросил об этом старикашка Бэнг? Где остальной S-класс? Что это за место? — Оставшиеся герои отправились в Штаб Ассоциации, чтобы доложить о результатах операции и получить дальнейшие распоряжения по восстановлению города. Мы сейчас всё ещё в городе Z, он разрушен до основания битвой с Ассоциацией Монстров. Это пустующая квартира в одном из заброшенных кварталов города. Никто не сможет тебя здесь отыскать.       Гароу в упор смотрел на Зомбимэна, не зная, как на это реагировать. По-хорошему бы сломать ему шею и смыться, но он не понимал, отчего Зомбимэн решил ему помогать. — Что тебе от меня нужно? — наконец выдавил он. — Серебряный Клык беспокоился за тебя. Он чувствует себя ответственным за то, что с тобой случилось. Я тоже не желаю твоей смерти. Сейчас ты не опасен для Ассоциации, - герой задумчиво помял в руке сигарету, сжимая её кончиками пальцев. - Во время битвы я пытался понять, что тобой движет, и в конце концов пришёл к выводу, что ты не такой, каким хочешь казаться. Все герои, с которыми ты сражался, живы. К тому же маленький мальчик сказал, что ты не единожды спас его от монстров. — Зомбимэн пристально посмотрел в глаза Гароу. — И тогда, в пещере… Ты же не хотел действительно убить мальчика, верно? Ты даже шёл не в его сторону. Я слышал, как Сайтама - герой B-класса, с которым вы сражались - сказал, что ребёнок был совсем в другой стороне. Ты блефовал.       Гароу сжал кулак, стараясь сдержать накатившую злобу. — Ты ведь не монстр, Гароу. Не знаю, что с тобой случилось, почему ты так ненавидишь героев, но все твои нелогичные действия — это капризы обиженного ребёнка, — закончил наконец свой монолог Зомбимэн. — Значит, ты решил поиграться во всепрощающего добренького героя, а, Зомбимэн? — Гароу усмехнулся. — Ты ничего обо мне не знаешь. Мне не нужны ваши геройские подачки. Я — монстр, и никогда не буду с героями заодно. Уже одно твоё присутствие тут — абсурд. Не ты ли кричал вместе со всеми, что меня надо уничтожить? Я ни за что не поверю, что такой, как ты, может думать о чём-либо ещё, кроме глупой славы и рангов. — Это ты меня совсем не знаешь, — хмуро пробормотал Зомбимэн. — Гароу, прекрати это наконец, иначе мне придётся приложить тебя, чтобы ты мог спокойно долечиться и не травмировать своё тело ещё больше. — А ты заставь меня прекратить. Такие жалкие слабаки, как вы, могут мне что-то диктовать? Если бы не лысый хрен, ваше внезапное спасение, все вы давно бы уже плакали кровавыми слезами. И — никого из героев не убил, говоришь? Тебя, Зомбимэн, я убил не меньше десятка раз. Будь ты чуть менее живуч, давно бы уже не мешался под ногами.       Зомбимэн тяжело вздохнул. Как и ожидалось, никаких доводов, кроме силы, бывший ученик Серебряного Клыка не понимал. Он не хотел сражаться, но, раз нет иного выхода… Нужно как можно скорее вырубить задиру, чтобы он не наломал ещё больше дров. Иначе такими темпами он и правда загонит себя в могилу.       Зомбимэн уже опустил руку на пояс, намереваясь выхватить оружие, как стена позади них во мгновение ока разлетелась на куски. Краем глаза он заметил, как отскочил в сторону Гароу, в последний момент успев среагировать на взрыв. Едва пыль рассеялась, в разрушенном проёме появилась тёмная фигура. — Охотник на героев, я пришёл уничтожить тебя.