Быть героем

      Черноспермий в очередной раз подпрыгнул, зацепился руками за край ступеньки и подтянулся, смешно болтая маленькими ножками. Простейшее действие — подняться по лестнице — давалось бывшему могущественному монстру драконьего уровня крайне тяжело. — Чёрт бы побрал этих героев, — процедил он сквозь зубы, останавливаясь на минутку, чтобы передохнуть.       У него были причины злиться. Ассоциация Монстров распалась, большинство её членов были убиты, в том числе казавшийся непобедимым король монстров Орочи. А те, кто остался в живых, потеряли всю свою силу и забились в подполье. Одним из таких и был Черноспермий. Прежде он играючи расправлялся даже с сильнейшими героями S-класса; он мог делиться на триллионы частей и был фактически бессмертен. Сейчас же от былого могущества осталась лишь одна-единственная копия, и та была настолько мала и слаба, что всё его существование оказалось под угрозой.       Он стал размером меньше карликовой собачки и беспомощнее младенца. Какой позор…       С другой стороны, спасибо, что вообще выжил.       Пришлось долго скрываться за камнями и ждать, пока все герои уберутся из разрушенного убежища Ассоциации. В награду за осмотрительность он получил возможность лицезреть финальный бой во всей красе, а заодно отхватить по морде от Охотника на героев.       Черноспермий не знал, что случилось с другими монстрами. По крайней мере, Бродяга должен был остаться в живых, а что насчет остальных?       Впрочем, судьба бывших соратников сейчас его волновала не сильно. Он ослабел, и главной целью было найти хоть немного белковой еды и восстановить силы, создать хотя бы несколько копий, а уже после думать о мести.       Монстрик с трудом вскарабкался на последнюю ступеньку и, втиснувшись в щель в двери, оказался в помещении.       Супермаркет встретил его тишиной и полутьмой. Он огляделся. По обе стороны от прохода возвышались опустевшие стеллажи с полками, покрытыми пылью. Тут и там на полу валялись упаковки от чипсов, пустые бутылки и искореженные консервные банки. Заброшенный город не баловал обилием провизии.       Черноспермий ощутил раздражение. Слишком много сил он потратил на то, чтобы забраться на эту чёртову лестницу, и не намерен был отступать. Если тут есть хоть кроха чего-то, пригодного в пищу — он её найдет.       Он пошёл вперед, активно вертя головой по сторонам. Коробки, фантики и прочий мусор усеивали пол. В лучах дневного света, проникавшего сквозь окно, поблескивала витавшая в воздухе пыль.       Спустя пару минут обследования магазина монстрик наконец увидел на одной из полок ее — запакованную банку с сухим молоком. Радость отразилась на его лице. Как раз то, что нужно! Осталось только понять, как до нее добраться… Банка стояла достаточно высоко, а поблизости не было ничего, что могло помочь.       Эх, если бы только он не был настолько мал… Он бы мог просто подойти и взять ее. Но сейчас об этом оставалось только мечтать.       Черноспермий оглянулся в поисках коробок, которые можно было бы использовать как ступеньку. Одна коробка — он очень надеялся, что пустая — оказалась метрах в пяти. Черноспермий поспешил к ней и постарался сдвинуть, но та не поддавалась. Монстр грязно выругался.       Он уже хотел идти дальше, как внезапно из глубины магазина ему послышался тихий звук. Черноспермий вздрогнул, проворно юркнул за стеллаж и затаился.       «Неужели я тут не один? Или показалось?»       Он прислушался. Какое-то время не происходило ничего, вокруг царила тишина, но тут снова раздался звук, на этот раз более отчетливый. Будто катят что-то тяжелое. Звук приближался. Черноспермий прижался к стенке свои черным тельцем и затаил дыхание, стараясь не выдать своего присутствия.       Что бы это ни было, источник шума был всё ближе. Ещё немного, и он покажется из-за угла…       Глаза монстра расширились, когда он увидел то, что увидел.       По проходу супермаркета шел никто иной, как Зомбимэн. Герой задумчиво рассматривал пачку кукурузных хлопьев, что держал перед глазами в одной руке, другой же катил перед собой магазинную тележку. Содержимое тележки вызывало еще больше вопросов. В ней лежало… Тело. При более внимательном рассмотрении — женское тело. При ещё более внимательном.....       Черноспермий почувствовал, как лоб покрывается испариной. Это же…       Псайкос!..       Глава ныне распавшейся Ассоциации Монстров, накрепко обмотанная изолентой, пребывала в глубоком обмороке. Её ноги, закинутые выше головы, свисали по бокам и мерно покачивались в такт движению тележки. Пышная грудь тяжело вздымалась под тяжестью сваленных на нее продуктов — тележка была доверху наполнена разнообразными пачками, бутылками и коробками. Секунду спустя сверху на эту кучу приземлились и хлопья, что недавно были у Зомбимэна в руке.       Герой остановился, посмотрел по сторонам, словно думая, куда дальше идти, оставил тележку и свернул за угол.       Черноспермий замер, всё еще осознавая увиденное.       Зомбимэн, чёртов герой S-класса, здесь, и у него Псайкос! Встретить в бою такого противника, как она — верная заявка на билет в один конец, но герой преспокойно катает ее в тележке, а заодно грабит его магазин. Монстра перекосило. Сколько он потратил времени, чтобы забраться сюда — и всё зря. Теперь не только не удастся здесь ничем поживиться — лучше вообще не высовываться, если дорога жизнь. На это прозрачно намекал вид девушки в тележке. Неужели Зомбимэн оказался настолько крут, что завалил эспера её уровня? И что, если поблизости ошиваются и другие герои? Особенно тот, лысый…       Сейчас он очень слаб, остается только спрятаться, переждать опасность и уйти ни с чем…       Его взгляд вперился в тележку.       Сколько еды… Помимо воли Черноспермий ощутил, как во рту начинает скапливаться слюна. Он понимал, что нельзя даже думать об этом, но в то же время мозг лихорадочно вычислял, сколько копий он мог бы создать хотя бы с части ее содержимого. К тому же — подсказал коварный мозг — можно попытаться освободить Псайкос. Наверняка она оценит это, когда придет в себя, и это может помочь возродить Ассоциацию монстров. Тогда жалкие людишки вместе с героями получат по заслугам. Но — продолжал колебаться Черноспермий — шанс на успех слишком мал, а риск слишком велик. Даже если он быстро успеет съесть что-то и создаст копий, он будет всё еще слишком слаб, чтобы сражаться с Зомбимэном. Сейчас ему бы совсем не хотелось попасть в неприятности, да и Псайкос он мало чем может помочь. Что, если проследить за ними и подгадать момент? Да, это выглядит вполне разумным решением. Наблюдать и тихо следовать за героем, а когда придет час, он найдет способ вступить в игру.       Решено.       И он уже отвернулся было от тележки… Но все же кинул на нее последний, как ему казалось, взгляд. И задетое самолюбие, пустой желудок и мстительность снова взыграли в нём. На самом краю лежала банка сухого молока — точно такая же, какую он видел ранее. То, что была нужно ему сейчас больше всего. Он был так голоден и так хотел ее получить… К тому же уйти совсем ни с чем казалось унизительным. Сдаться после всего пути, что он проделал сюда, да еще не использовать шанс напакостить герою? Нет, это было выше его сил.       Монстр крадучись двинутся вдоль витрины и осторожно выглянул из-за угла. Зомбимэна нигде не было видно — видимо, он ушел дальше. Это и стало определяющим фактором в его опрометчивом решении.       «Ладно… Если я возьму всего одну банку, он даже не заметит, а мне это пойдет на пользу. Я буду осторожен и быстро спрячусь, если услышу его шаги,» — успокоил себя Черноспермий.       Не теряя времени, он кинулся к тележке. Вблизи она оказалась еще выше, но это его не остановило. Он ловко и быстро пополз по ножке, подпрыгнул, ухватился за одно из прутьев решетки и подтянулся выше. Столь желанная цель — разноцветная банка — казалась так близка. Он протянул руку, касаясь ее пальцами. Она была размером почти с него. Монстрик потянулся сильнее, стараясь протолкнуть банку ближе к краю. Она качнулась, слегка поддаваясь.       «Ну же, еще немного…»       Черноспермий нервно выдохнул и вновь нетерпеливо потянулся вверх, едва не подпрыгивая. Это было ошибкой… Он понял это, потеряв равновесие. Словно в замедленной съемке, смешно взмахнув маленькими руками, он качнулся и полетел вниз, шлёпнувшись прямо на пол.       Подняться ему уже не дали. Тяжесть чьей-то жёсткой подошвы обрушилась на монстра неожиданно, но неотвратимо, припечатывая к плитке пола. — Так-так, да у нас тут завелся воришка, — протянул угрожающе низкий голос.       Монстр с трудом скосил глаза, пытаясь определить, во что он вляпался снова. Над ним возвышалась высокая широкоплечая фигура. Эти хищные, заостренные черты лица, светлые торчащие вверх волосы невозможно было ни с чем спутать. Охотник на героев…       Не может быть.       Сердце пропустило удар, и от горла к желудку прокатилась волна липкого, обволакивающего ужаса. Черноспермий не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть, и это не только из-за навалившейся на него тяжести, но и из-за чувства неконтролируемой паники. Кажется, у него даже слезы на глазах выступили — настолько он был не готов к такому повороту событий. — Что, теперь язык проглотил? А был такой прыткий минуту назад. — Вес парня сместился, и тяжелая нога ещё сильнее надавила на маленькое тельце. — Н-нет… Я… Я не… — пропищал Черноспермий, отчаянно хватая ртом воздух. — Пожалуйста, я не знал… Я не буду больше! — взмолился он, остро ощущая, что сейчас его жизнь висит на волоске. — Не будешь? — Гароу приподнял одну бровь.- Даже в таком состоянии ты пытаешься пакостить. Ничему тебя жизнь не учит. А значит, я научу. — Нет!.. Не надо! — в панике заверещал монстрик.       Его сейчас просто раздавят. Ему конец.       Перспектива столь близкой кончины напрочь выкинула из головы все иные, несущественные мысли. Он не знал, что делать, животный ужас пронзил всё его существо, а мозг бился в истерике, лихорадочно ища пути спасения. — Не надо! Умоляю! — заливаясь слезами, завизжал он на совсем уж надрывной ноте. — Я клянусь, я не знал!.. Я не хотел!..       Всё бесполезно… Ему конец… Ему конец…       Охотник на героев поморщился. — Какой же ты жалкий червяк, — констатировал он, глядя на монстра сверху вниз. — Не попадайся мне больше на глаза.       Тут же подошва, прижимавшая его к полу, исчезла. Черноспермий замер, не в силах понять, что произошло, а уже в следующее мгновение носком обуви его поддели в воздух и сильным метким пинком отправили в полёт, прямо в открытое окно магазина.       Гароу проследил взглядом за тем, как монстр, описав красивую дугу, скрывается из вида. — Зря ты его отпустил. Он может доставить кучу проблем, когда восстановит силы, — прозвучал сзади спокойный голос Зомбимэна.       Гароу обернулся, окидывая взглядом подошедшего героя. Как давно он тут стоит, интересно? — Связываться ещё со всякой мелочью. — Гароу неопределенно махнул рукой. — Давай уже пожрём наконец.       Он точно помнил, как они засыпали вместе, лёжа в луже крови на полу. А вот проснулся он один.       Гароу нехотя поднялся. Всё тело ломило после вчерашнего. Похоже, сколько ни храбрись, он ещё не восстановился до конца после финального боя, и новые нагрузки дали о себе знать.       Он прошёл на кухню.       В нос ударил тяжелый, прокуренный воздух. Зомбимэн дремал, облокотившись на стол. На столе стоял стакан, доверху полный окурков, а пол был завален каким-то грязным тряпьем, которым, видимо, герой стирал с себя кровь.       Гароу в нерешительности замер в дверном проёме, глядя на затылок Зомбимэна, на его мерно вздымающиеся от дыхания обнаженную спину и плечи. Зомбимэн ткнулся лицом в сложенные перед собой руки. Казалось, он заснул совсем недавно.       Не желая тревожить спящего, Гароу сделал шаг назад и едва не споткнулся о лежащее в проходе тело. Он с удивлением уставился на Псайкос, накрепко, в несколько слоёв замотанную изолентой. — Перестарался я, да? — хмыкнули сзади.       Зомбимэн уже проснулся — видимо, его разбудила эта возня. — Определённо, но… Мне нравится, — в тон герою, с усмешкой ответил Гароу. Ногой он толкнул тело так, что оно перевернулось. Псайкос послушно, как кукла, перекатилась на спину. Её голова запрокинулась, волосы упали с лица, во всей красе демонстрируя последствия встречи с тяжелым кулаком техники горного потока — разбитые губы, опухшие веки и кровоподтек из носа. — Стоило бы её прикончить, не считаешь? — Нет. Её нужно доставить в штаб Ассоциации, — ответил Зомбимэн.       Гароу поджал губы, злобно уставившись на бессознательную эспершу. В груди почему-то медленно разрасталось неприятное, тягостное чувство.       Впрочем, иного и не следовало ожидать. Зомбимэн же не мог нянчиться с ним вечно. Если подумать, он и так слишком задержался здесь. И из-за Милой Маски у него наверняка будут проблемы. — Пошли найдём еды и воды, — как ни в чём не бывало продолжил герой, не дождавшись ответа. — Я видел неподалеку пару заброшенных магазинов, может, там есть хоть что-то. Что скажешь?.. Всё нормально? — спросил он, наконец заметив странное поведение Гароу — тот продолжал молчать, глядя себе под ноги.       Парень медленно, будто нехотя поднял голову, усмехнулся как-то странно. — Спорю, тебя больше волнует поиск курева, чем еда.       Рука Зомбимэна, по привычке бессознательно потянувшаяся к пустому карману, неловко замерла. Ученик Серебряного Клыка был чертовский прав — и чертовски наблюдателен. — Ладно. — Гароу посмотрел ему прямо в глаза. — Пошли. Но сначала — перевяжи меня.       Сбоку что-то мелькнуло. Он не успел разглядеть, что, но среагировал молниеносно, рефлекторно пригибаясь и уходя с линии предполагаемой атаки.       Безобидная пачка галет шмякнулась о стену и красиво сползла вниз. — Ты что, заснул? Я же сказал — лови, — весело прокомментировал Зомбимэн его уворот. — Тебе смешно?       Гароу ухмыльнулся, резко распрямился и точным пинком отправил тележку в героя. Зомбимэн успел отскочить в сторону, и тяжелая конструкция, нагруженная Псайкос и продуктами, потаранила стену.       Но это было не всё. Не успел Зомбимэн опомниться, как быстрым, звериным скачком Гароу сократил расстояние между ними. Он протянул руку, хватая героя за ворот плаща, но тот неожиданно ловко перехватил его запястье и дёрнул в сторону. Теряя равновесие, так и не отцепившись друг от друга, они покачнулись и, толкнув спиной Гароу гостеприимно открывшуюся дверь магазина, вывалились на крыльцо.       Неслабое соприкосновение с землей смягчил Зомбимэн, в последний момент успев подставить руку — она тяжело ударилась о землю рядом с ухом Гароу, не позволяя ему полностью завалиться на парня. Но всё равно удар пришёлся ощутимый.       Пару мгновений Гароу приходил в себя. Когда карусель в голове улеглась, он наконец сосредоточился на восприятии происходящего. Они всё ещё крепко держали друг друга и тяжело дышали. Зомбимэн навис над ним буквально в нескольких сантиметрах. Его брови гневно сошлись на переносице, а взгляд алых глаз выражал что угодно, но не насмешливость, что была в них минуту назад. — Ну и что это было?! — Зомбимэн и не думал сдерживаться, давая волю гневу. — Ты как ребёнок!       Парень смотрел на него снизу вверх. Светлые волосы растрепались, и он тоже больше не улыбался. — А ты — идиот, — отрезал Гароу.       Гароу тихо зашипел сквозь зубы. Сильное жжение в боку распространилось вглубь, охватывая новые участки тканей. До чего же неприятно… — Потерпи. Твои раны снова открылись, нужно всё продезинфицировать, — Зомбимэн убрал руки, давая ему пару секунд передохнуть, пока вновь смачивал тряпку раствором. — Нормально, — выдохнул Гароу. — Можешь не нежничать.       Он уже полчаса лежал на диване и на удивление терпеливо сносил все процедуры, хотя выглядел бледнее обычного.       Перевязку стоило сделать ещё вчера. Теперь всё стало хуже, бинты намертво прилипли к телу, пропитавшись кровью, и стоило большого труда отделить их от ран. Как ни старался Зомбимэн быть осторожным, процесс всё же причинял Гароу сильную боль — это было заметно. На снятие бинтов ушла куча времени, а теперь предстояло как следует обработать глубокие раны, ставшие было подживать, но потревоженные вчерашней беготней.       Зомбимэн положил одну руку на грудь Гароу, чуть выше раны, как бы успокаивая и в то же время придерживая на случай, если он дёрнется. Второй рукой он максимально легко коснулся раны на боку, вновь промокнув её салфеткой с раствором.       Гароу часто задышал, стараясь стерпеть боль. Правда, на этот раз он хотя бы не шипел, что обнадёживало. — Кажется, с этим всё, — наконец сообщил Зомбимэн, окидывая взглядом проделанную работу. Спина, руки и торс были полностью обработаны. — Осталось только забинтовать.       Гароу, уже потерявший счёт времени, вздохнул в облегчением. К нему даже начал возвращаться юмор. — Спасибо, доктор Зомбимэн, — протянул он самым кротким голосом, который только был способен изобразить. — Какие лекарства мне пропишете?       Поймав недоуменный взгляд Зомбимэна, Охотник на героев ухмыльнулся.       Да он просто дразнит его! — Не лезть в драки, заняться чем-то полезным, найти работу, — ответил Зомбимэн невозмутимо. — Пф, ещё скажи — завести семью, — подколол в ответ Гароу. — Почему нет? Тебе это определённо пойдёт на пользу. — А что насчёт тебя? У тебя есть семья? Друзья, девушка?       Вопрос оказался неожиданным. Может, даже более неожиданным, чем когда Гароу зачем-то спросил его имя. Впрочем, пора бы ему уже привыкнуть, что бывший ученик Бэнга — явно не тот человек, рядом с которым может быть спокойно и легко.       Но вопрос был слишком личным, всколыхнувшим нечто, давно похороненное глубоко внутри. — Что-то ты слишком много болтаешь, — довольно грубо закончил Зомбимэн их словесную перепалку.       Гароу, видимо, поняв, что сказал что-то не то, притих, наблюдая, как помрачневший Зомбимэн возится с медицинскими принадлежностями.       Герой отрезал последний лоскут бинта и аккуратно сложил его в стопку в остальным. Бутыль с оставшимся на дне дезинфицирующим раствором он хотел уже отставить в сторону, но мельком бросил взгляд на парня и помедлил. Его голос, минуту назад серьёзный и даже грубый, смягчился. — У тебя всё лицо разбито… кстати. Если позволишь…       Он смочил очередную салфетку и подсел поближе, склонился над ним, внимательно вглядываясь в рассеченную ударом Сайтамы скулу.       Гароу напрягся. Иррациональное волнение, как в тот, первый раз, когда Зомбимэн обрабатывал ему раны пару дней назад, скрутило живот. Под нависшим над ним мужчиной, под его пристальным взглядом стало как-то даже труднее дышать.       Если бы Гароу хотел остановить его, он мог бы это сделать сто раз. Но, если он и хотел, то момент был упущен.       Большой палец Зомбимэна лег сбоку от его подбородка, слегка разворачивая его лицо в себе.       В момент прикосновения их обоих будто ударило током.       Это было такое неожиданно сильное ощущение. Дыхание тут же сбилось, и сердце забилось в два раза сильнее.       «Вот чёрт,» — подумал Гароу.       Зомбимэн моментально отдёрнул руку — кажется, он и сам не ожидал подобного. Бросил раздражённый взгляд.       Он злится на него? Почему?..       Гароу снова почувствовал себя не в своей тарелке, не на своей территории. Он слишком мало общался с другими людьми — в смысле, нормально общался — чтобы понимать все тонкости и грани. Раньше у него были другие приоритеты в жизни, другие цели, и сфера человеческих отношений как-то прошла мимо.       И сейчас он снова почувствовал себя провинившимся ребёнком. Он не знал, что конкретно сделал не так, но что-то явно нехорошее.       С другой стороны, он не знал, что делать с этим странным, незнакомым, но таким явным и ярким, сильным ощущением — ни один человек никогда не вызывал в нём подобное. А Зомбимэн? Он ведь почувствовал то же самое?.. Что это?       Герой тяжело вздохнул и сказал бесцеремонно: — Не дёргайся.       На этот раз — не без опаски — коснувшись его лица салфеткой, он аккуратно провёл ею по краю рассеченной скулы.       Было холодно… И немного щекотно.       Гароу сглотнул. — Ты — идиот, — повторил Гароу, глядя снизу вверх прямо в лицо Зомбимэну, прижавшего его к холодному крыльцу. — Делаешь вид, что ничего не происходит. — А что, что-то происходит? — ответил мужчина, чётко выговаривая каждое слово и ещё сильнее сжимая его запястье.       Он и правда злился. И теперь — Гароу готов был поклясться, что смог прочитать — злился в первую очередь на себя. — Хочешь сказать, что не так? А вчера ночью?.. — Мы были пьяны! — прервал его Зомбимэн, чуть ли не крича в лицо. — Ты был пьян. А я тебе сказал — не стоит ко мне лезть. — Ну, сейчас я в трезвом уме. — Гароу скептически смотрел на то, как на скулах героя ходили желваки. Он и сам уже начал раздражаться. — И это — всё, что ты мне можешь сказать? — Всё, что было вчера ночью — ничего не значит, — повторил Зомбимэн, словно вдалбливал простейшую истину в голову несмышлёного ребёнка. — Давай не будем усложнять. Обойдёмся без всех этих… драм. Или чего ты от меня хочешь? Чтобы я извинился? Или хочешь мне в морду заехать? Называй вещи своими именами — мы просто напились, и… Всё. Ничего не было.       Гароу молча слушал эту тираду.       На него будто вылили ведро ледяной воды.       Изнутри поднималась тяжёлая, тёмная волна… Злости? Боли? Обиды?       Всё, что было — ничего не значит? Что, прямо вообще всё? И то, как Зомбимэн спас его от смерти? И то, как защитил от Милой Маски? И как прибежал на помощь, когда он совсем отчаялся, готовый сдаться Псайкос? Всё это ничего не значит? А то, что они вчера заснули вместе? Вместе сражались против монстра? И чёртов недопоцелуй, и то, что произошло сегодня во время перевязки, и до этого… Ничего не значит?       Гароу не понимал, как вести себя, когда люди… Когда такое происходит. Но он не любил врать — ни себе, ни другим.       Впервые он почувствовал к человеку что-то большее, чем желание превзойти в бою или доказать свою силу. Это было настолько иное… Он не знал конкретно, что, но точно не сказал бы, что это ничего не значит.       Гароу молча ждал, пока Зомбимэн закончит. И когда тот наконец выдохся, он просто разжал пальцы, до этого плотно сжимавшие ворот плаща, и отпустил его. — Да пошёл ты, — сказал Гароу.       Он с удовлетворением смотрел, как Зомбимэн меняется в лице. Впрочем, разбираться во всей гамме эмоций героя S-класса он больше не собирался. — Отпусти меня, — он резко отпихнул героя в сторону в попытке освободиться и встать. Ему хотелось уйти, сейчас же, немедленно.       Но, вопреки его ожиданиям, Зомбимэн не отцепился, он всё так же держал его за руку и не давал подняться. — Постой… — начал было он, но Гароу локтём свободной руки резко ударил под дых.       Такого его противник точно не ожидал. Его хватка ослабла, и Гароу, рванувшись, смог наконец освободиться.       Недолго думая, он поднялся на ноги и пошёл прочь. Он не знал, куда. Неважно.       Он шёл вдоль стены дома. Солнце тускло светило с неба, скрытое свинцовыми облаками. Прохладный ветер чувствовался даже сквозь туго перетянутый бинтами торс — после вчерашнего ненастья на улице было прохладно.       Зомбимэн догнал его спустя десяток метров.       Герой вновь схватил его за предплечье и дернул, поворачивая к себе.       Гароу хотел уже снова от всей души заехать ему в челюсть, но Зомбимэн моментально сократил расстояние и коснулся его губ своими.       Рука, сжатая в кулак, так и осталась висеть вдоль тела. Глаза расширились от изумления. Он настолько растерялся, что даже позволил прижать себя к стене, спиной почувствовал её шершавую поверхность.       Поцелуй длился пару секунд, а затем Зомбимэн чуть отстранился. Не сильно, ровно настолько, чтобы взглянуть Гароу в лицо, понять его реакцию.       Зомбимэн выглядел как человек, который собрал всю свою решимость и сделал шаг в пропасть, не успев вспомнить, прихватил ли с собой парашют — неуверенно, словно сам сомневался в целесообразности того, что делает. Он был готов к тому, что Гароу его ударит, либо намеревался сам отступить при малейшем намёке на негативную реакцию. Но, поскольку бить его никто уже не собирался, да и Гароу не выглядел недовольным или разозленным — максимум, застывшим как истукан от изумления — Зомбимэн вздохнул, подался вперед, прикрыл глаза и поцеловал снова, на этот раз по-настоящему, вдумчиво, со вкусом.       Мир замер.       Пальцы, до этого зажатые в кулак, медленно, непроизвольно разжались. Оглушённый, ошарашенный, Гароу судорожно выдохнул, окончательно и бесповоротно теряя контроль над ситуацией.       В голове воцарилась звенящая тишина, а внутри от касаний чужих губ всё мгновенно скрутило, разлилось горячей, тягучей, болезненной слабостью. Он стоял, полностью отключенный от внешнего мира. Не замечал, как вспотели ладони, как тяжело вздымалась его грудь, как стремительно кровь прилила к лицу. Зато чувствовал дыхание Зомбимэна на своей щеке, легкое касание его ресниц к коже, слабый, но хорошо ощутимый горьковатый вкус сигарет.       Гароу никогда не предполагал, что можно целоваться так. Что поцелуем можно передать куда больше, чем высказать словами. Их лица были на одном уровне. И это было… Так чувственно, так приятно. Неспешно. Невозможно откровенно.       Гароу закрыл глаза, полностью отдаваясь этому трепетному чувству, и наконец несмело ответил. Теперь уже Зомбимэн страстно вздохнул, прижался плотнее, ещё сильнее вжимая его в стену. Его рука непонятно как перекочевала к парню на талию, аккуратно придерживая, но не позволяя себе вольностей. А поцелуй стал более смелым, глубоким, увлекая их обоих в омут.       Они целовались долго, до головокружения. И не похоже было, что кто-то из них хотел это прекращать. Без запретов, без условностей. Просто было кайфово. Гароу млел от этой непривычной ласки, тяжело дышал, снова и снова ловил губы героя своими, с готовностью отвечая, вторя каждому его движению.       Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они наконец оторвались друг от друга.       Гароу неловко хватал ртом воздух. Он раскраснелся, отвёл глаза. Мысли вновь появились в голове, но разрозненные, путанные. Почему-то первая и самая навязчивая была о том, что Зомбимэн классно целуется. Даже слишком. Где он так научился? Не то чтобы у Гароу имелся большой опыт в этом деле, чтобы судить. Если честно, вообще не имелся, это было впервые. Но его до сих пор потряхивало от их затяжного марафона и тянуло внизу живота. Он был уверен, что от обычного поцелуя не может быть такой острой реакции. Может, от поцелуя с кем-то другим, но не с Зомбимэном.       Это было нечто новое.       И это изменило всё.       Он знал, что их отношения никогда больше не будут теми, что раньше, и сам он никогда уже не станет прежним.       Несмотря на то, что они только что самозабвенно и без стеснения целовались, Гароу почему-то не решался поднять взгляд и просто посмотреть ему в лицо. Это было глупо, но он не знал, что сказать. Да и что говорить, если то, что только что было — намного честнее слов?       Так они оба молчали какое-то время, стоя друг напротив друга.       Адреналин и возбуждение понемногу схлынули, и ощущение окружающего мира начало возвращаться. Подул свежий, промозглый ветер, заставляя поёжиться. Потянуло сыростью от стены. — Тут холодно, заболеешь. Пошли в дом, — сказал наконец Зомбимэн.       Он сделал шаг и потянул Гароу за собой — как оказалось, он так и не отпустил его руку за всё это время. Не сопротивляясь, Гароу поплелся следом.       Магазин с оставленными припасами и едой оказался недалеко. Они почти дошли, как вдруг в воздухе послышался тихий жужжащий звук. Они вскинули голову одновременно. Мимо них по воздуху летело странное устройство, напоминающее игрушечного солдатика с пропеллером. Лампочки маленького устройства непрерывно мигали, а зеленые лучи, время от времени расходящиеся в стороны от него, указывали на то, что оно сканировало местность.       Гароу никогда не видел таких странных штук, и рассмотреть толком ему не дали. Зомбимэн под ухом чертыхнулся, а в следующую секунду его резко схватили за плечо и, не давая опомниться, дёрнули в сторону, буквально вталкивая внутрь магазина.       Пресекая готовое вырваться возмущение напарника, Зомбимэн сделал знак рукой, показывая, что нужно молчать. Они замерли. Жужжащий звук на какое-то время завис рядом, видимо, сканируя пространство поблизости, а затем неспешно удалился. — Кажется, не заметил. — Зомбимэн выглянул в окно, чтобы удостовериться, что робот улетел. Он выглядел обеспокоенным. — Что это? — спросил Гароу хмуро. В принципе, он уже догадался — это было не трудно, но ждал объяснений от Зомбимэна, который, судя по реакции, знал куда больше. — Это дрон Императора, — пояснил герой, поворачиваясь к нему. — Наверно, он ищет меня. Я… Должен идти. Сейчас.       Тягостная волна желчи шевельнулась внутри. Было очень похоже на утреннее ощущение, когда Зомбимэн сказал про Псайкос, тем самым давая понять, что совсем скоро их пути разойдутся. Только на этот раз сильнее.       Гароу думал, что готов к этому моменту. Но оказалось, что нет. Всё случилось слишком неожиданно.       Он знал, что так и будет. Эти пять дней бок о бок всё равно бы ничего не изменили, они по разные стороны, из слишком разных миров.       Он не имел права обижаться. Зомбимэн ему ничего не должен. И да, ему правда пора уже вернуться. Это звучит разумно. Скорее всего, у героя и так будут проблемы из-за того, что он ему помог. — Иди, — сказал он, стараясь, чтобы это звучало максимально нейтрально. Стараясь не выдать своих чувств, отгородиться от всего этого, закрыться эмоциональной бронёй.       Вышло всё равно как-то не очень. Прозвучало сухо и с заметной долей горечи. — От меня несколько дней нет вестей, вот он и забеспокоился. Но если он найдёт меня, то и тебя, понимаешь? А ты ещё не восстановился. К тому же… Мне нужно доставить Псайкос в Ассоциацию.       «Он оправдывается передо мной?» — отстраненно подумал Гароу. — Я понимаю. Иди.       Зомбимэн посмотрел так виновато. От одного этого взгляда в груди неприятно засаднило. Но герой быстро справился с собой, кивнул в благодарность за понимание, и, отвернувшись, направился в дальний угол.       Гароу опустился на один из ящиков, которыми был заставлен весь магазин, оперся руками о колени и просто молча наблюдал, как тот поспешно выгребает всё из тележки в попытках раскопать Псайкос. Зомбимэн составлял в сторону продукты, которые они вдвоем собирали всё утро, но так и не успели поесть.       Атмосфера неловкости, суеты, неожиданно возникшая необходимость прощания угнетали. Гароу перевёл взгляд себе под ноги.       Почему всё происходит именно так?       Он давно привык к одиночеству — так ему казалось. Но почему-то перспектива вновь остаться одному подавляла.       Увидятся ли они снова — хоть когда-то?       Он замер, задумавшись и больше не обращая внимание на окружающий мир, глядя в одну точку перед собой, и не сразу заметил, как Зомбимэн тихо приблизился. Вышел из оцепенения, лишь когда тот опустился прямо перед ним и взял его руку.       Гароу с удивлением смотрел на рукоять мачете, что вложили в его ладонь. Внушительное оружие — последнее, что осталось из многочисленного арсенала героя — теперь тускло поблёскивало перед ним. — Знаю, ты больше по части рукопашного боя… Но пусть будет у тебя. Не знаю, сколько ещё монстров здесь осталось… — проговорил Зомбимэн немного неловко. — С тобой всё будет нормально. Твои раны… Выглядят уже лучше, но старайся их не тревожить хотя бы какое-то время.       Они смотрели прямо друг на друга. — Да, и… Гароу… Что бы тебе ни сказала тогда Псайкос… Это не так. — Зомбимэн смотрел очень серьёзно. — Не слушай её. Ты вовсе не тот, кем она хочет тебя видеть.       Гароу почувствовал, как слова застряли в горле. Он лишь кивнул, неосознанно сжимая в пальцах мачете. — Что ж… Я уведу отсюда дрон. Постарайся не попасть в неприятности снова. И… Прощай.       Мужчина пружинисто поднялся, взвалил на плечо бесчувственную Псайкос и направился к выходу.       Уже у самой двери его окликнули. — Эй, Зомбимэн!       Он обернулся и с удивлением увидел, как лицо Охотника на героев прочертила усмешка. — Мы ещё встретимся.       Помимо воли он невесело усмехнулся в ответ.       «Надеюсь, не врагами».

6 часов спустя

      Ситч в который раз утирал платком пот со лба, но это не помогало.       Кажется, с подачи Милой Маски руководство Ассоциации и правда взъелось на него всерьёз. Угрозы поп-идола не были голословными, он и правда намерен был добиться отстранения Зомбимэна от обязанностей героя — а если это не удастся, то хотя бы как следует помотать куратору нервы.       Сейчас он стоял и потел в своем строгом костюме перед длинным столом, за котором сидели важнейшие люди в Ассоциации героев. Люди, благодаря которым Ассоциация вообще существовала — мультимиллиардеры и спонсоры, влиятельнейшие чиновники, рядом с которыми Ситч чувствовал себя букашкой.       Заседание длилось уже полчаса, но они так ни к чему и не пришли. Собравшиеся начинали терять терпение. — Я понимаю вашу обеспокоенность, мистер Агони, — сказал мистер Наринки, — я и сам доверяю Милой Маске. Но и оснований не верить Зомбимэну у меня нет. Насколько я знаю, он принимал непосредственное участие в спасательной операции моего сына Ваганмы. Вряд ли он за такое короткое время мог изменить своим принципам и примкнуть к монстрам. — И всё-таки, — в нажимом произнёс мистер Агони, — от Зомбимэна до сих пор нет никаких вестей. Я хочу знать, какие гарантии, что он остался верен Ассоциации и где он находится. Почему он до сих пор не найден? — мужчина с массивным подбородком перевёл испепеляющий взгляд на Ситча. — Может быть, следует наказать виновных, которые не в состоянии нормально сделать свою работу, и отстранить не только Зомбимэна? В эти смутные времена, когда монстры объединяются и укрепляют свои позиции, мы должны достойно им противостоять и иметь в штабе только компетентных людей.       Мистер Агони был основателем Ассоциации героев и её главным покровителем. Попасть под его немилость — последнее, чего желал Ситч. Очередная капля пота скатилась по его и без того мокрому лбу. — Мистер Ситч, вы же давно взаимодействуете с героями S-класса и характеризуете Зомбимэна с положительной стороны? Но после того скандала с причастностью Зомбимэна к Палате Эволюции можем ли мы быть уверены в нём по-прежнему? — подал голос ещё один спонсор, мистер Гуичи. — Я только хочу сказать, что, пока мы не узнаем все обстоятельства, не нужно принимать необдуманных решений… — пробормотал Ситч, чувствуя, что проигрывает в этом давлении. Кажется, ему не только не удастся защитить Зомбимэна, но и его собственная голова может полететь, попавшись под руку. Встревоженные и накрученные Милой Маской спонсоры нешуточно наседали на бедного куратора, вынуждая его занимать оборону в этом неравном словесном бою.       Он уже готов был сдаться, так как прекрасно понимал, что обстоятельства не на его стороне.       Запиликала мелодия телефона. — Э… Простите, это Ребенок-Император. — Ситч неловко, не с первой попытки выудил смартфон из кармана брюк и поднёс к уху. — Алло… Да. Что? Зомбимэн?! Хвала ками-сама… — проговорил он с нескрываемым облегчением. Все присутствующие с интересом уставились на него. — Хорошо, я сейчас им скажу… — он нажал на кнопку отбоя. — Господа, Император нашёл Зомбимэна и прямо сейчас он…       В дверь пару раз постучали и, не дожидаясь ответа, обе створки распахнулись. -… идёт сюда.       В проёме появилась мужская фигура в истрёпанном плаще на голые плечи, с коротким ёжиком чёрных волос и неизменной сигаретой в зубах. — Извините за вторжение, — сказал Зомбимэн.       Несмотря на то, что выглядел Зомбимэн ужасно, будто все эти пять дней он занимался бог весть чем — его появление было, несомненно, эффектным.       «Как раз вовремя». Ситч готов был расцеловать героя только за одно это появление — спонсоры, которые пару минут назад вытрясали из куратора душу, застыли в изумлении, во все глаза таращась на вновь пришедшего. — Император сказал, что вы хотели меня видеть, — спокойно продолжил Зомбимэн и, не дожидаясь приглашения, вошёл в зал. На плече у него моталась чья-то — на первый взгляд, безжизненная — фигура, которую герой небрежно придерживал одной рукой. — Кажется, из-за моего отсутствия началась небольшая паника. Приношу извинения за, э-э, небольшой форс-мажор. Я всё объясню. Но сначала… — Он скинул свою ношу и тяжело, как тюфяк, опустил на стол, прямо перед носом у мистера Агони. — Это Псайкос, глава Ассоциации Монстров. Наверно, надо распорядиться, чтобы о ней позаботились врачи, она не в лучшем состоянии.       Спонсоры в молчании воззрились на девушку на столе перед ними.