А если это судьба?

Когда Джон, устало зевая, вошёл в гостиную, его ждало зрелище, в момент согнавшее с него сонливость. Холмс сосредоточенно глядел на Сандрину, которая удобно расположилась в кресле Уотсона с беспечным выражением на лице. И оба выглядели так, будто хорошо проводили время. — Ложь! — наконец объявил Шерлок, откинувшись на спинку кресла и победоносно глядя на скривившуюся Сэнди. — Тридцать четыре — два, — недовольно резюмировала она. — Жулик. — Да ты просто врать не умеешь, — усмехнулся Холмс. — Ты как Джон, — он кивнул в сторону застывшего в дверях доктора. — На твоём лице так и написано: «Внимание, обман». Сандрина фыркнула и повернулась к Уотсону. — Привет, — она чуть улыбнулась. — А я вот тут позорно проигрываю Шерлоку. — Ему все позорно проигрывают, — успокоил её Джон. — Что ты тут делаешь? — Я пришла к тебе в гости, — пояснила Сандрина. — Но встретила его, — она кивнула в сторону детектива, — и взамен получила много сумасшедших новостей. — Ты рассказал?.. — Уотсон перевёл взгляд на Холмса. Тот кивнул. — Ты как? Нормально? — Джон подошёл к Сандрине и с беспокойством вгляделся в её лицо. Шерлок закатил глаза. — Всё в порядке, — она чуть помялась, прежде чем ответить. — Сейчас уже всё хорошо. Это правда, да? Ну, про Себа... Джон утвердительно качнул головой. — Ты знал? — шёпотом спросила Сандрина, пристально глядя ему в глаза. — Нет, клянусь, — доктор мотнул головой. — Клянусь, Сэн, я об этом только позавчера узнал... — Шерлок сказал, мне надо переехать, — она замолчала. — И сказать Себу, что мы с тобой съехались. Джон замер, а потом посмотрел на Холмса. — Ты с ума сошёл? — удивлённо спросил он. — Зачем это? — Так надо, — отрезал Шерлок. — Я, вообще-то, в отношениях, — заворчал Уотсон. — Сэн, ради тебя я на всё готов, но как я это объясню Мэри? Холмс издал полустон-полувздох. — Вы такие проблемные! — он запустил руки в кудри. Сандрина сразу же впилась взглядом в бледные пальцы, запутавшиеся в чёрных волосах. Она не сможет жить с ними. С ним. Каждый день встречаться, каждый день видеть его, каждый день смотреть в эти глубокие глаза... Она не сможет. Она и так не может. Находиться рядом с ним — это как получать дозу. Он — наркотик. Снисходительный вид, властный тон, презрительный взгляд — и, вместе с тем, изящные тонкие руки, кудри, которые так и хочется потрогать, манящие губы, стройное мускулистое тело — сочетание всего этого разливалось по венам, электрическим разрядом проходясь по телу. А его запах? Что-то свежее, свежее и слегка горькое — она прекрасно почувствовала его, когда он склонился над ней тогда, в больнице. Интересно, он видел, что с ней творится? Сандрина искренне надеялась, что нет. — Не надо никаких жертв отношениями, — она мягко взяла Уотсона за руку. — Это вообще ужасная идея — сказать, что я начала встречаться с Джоном. Я объясню Себу, что нашла предложение получше, рядом с больницей... — Нет, — отрезал Холмс. — Когда вы уже поймёте, что лучше делать так, как говорю я? — задал риторический вопрос он. — Если я сказал, что необходимо представить это так, будто у тебя отношения, значит, надо всё представить так, будто у тебя отношения. Уотсон вздохнул. — Знаешь, не верится, что я это говорю, но... он прав, — Джон поджал губы. — Он всегда прав. И лучше делать так, как говорит он. Шерлок довольно усмехнулся. — Давайте я по-быстрому найду другого парня? — предложила Сандрина, поняв, что двух упрямцев ей не переспорить. — Я не собираюсь рушить отношения друга только из-за твоего идиотского плана. — Зачем левые парни, когда есть Шерлок? — озарило Джона, и тот радостно улыбнулся. Холмсу захотелось хорошенько треснуть его по счастливой физиономии. Только не это. Только не фальшивые отношения с Сандриной. — Это очень смешно, Джон, но мы сейчас обсуждаем реальный план, — строго произнесла Сэнди, надеясь, что никто из этих двоих не заметил, как она вздрогнула, услышав предложение Уотсона. О, пусть он согласится! Пусть скажет, закатив глаза, что да, так и будет! Пусть брезгливо морщится, но хотя бы на пару мгновений она сможет... Нет! Внутренний голос плетью хлестнул по возбуждённому сознанию. Никаких Шерлоков Холмсов в моей жизни! Это гиблая дорожка, она никуда не приведёт. У вас никогда не будет будущего, ты только посмотри на него. Ты всегда будешь лишь тенью, случайной девушкой, подвернувшей ногу. Ты всегда будешь никем. И только по непонятной воле случая ты сейчас находишься рядом с ним, а не сидишь в своей комнате, перечитывая глупые любовные романы и представляя рыцаря на белом коне. Поэтому просто успокойся. Успокойся и забудь о нём. Потому что он забудет о тебе, как только ты хлопнешь входной дверью дома 221В.

○ ○ ○

Сандрина сидела в такси, борясь с желанием хорошенько побиться головой об окно. А то, что они застряли в пробке, делало ситуацию ещё более унылой. Так и не переспорив Шерлока, они всё-таки остановились на первоначальном плане: Уотсон начал встречаться с Сандриной, и они сразу же решили съехаться. Джон клялся, что Холмсу когда-нибудь воздастся за все его проступки, а Сандрина просто молча ходила по гостиной, изредка произнося что-то вроде «это всё невероятно глупо!» или «может, оставим всё как есть?» Детектив же спокойно сидел в кресле и наблюдал за ними с вежливым интересом на лице, иногда кивая. В конце концов, Джон, закатив глаза, попросил его прекратить так делать: это настораживало и нервировало. Вид участливого Шерлока был слишком... слишком. — Значит, сейчас я еду домой, собираю вещи, говорю с Себом... — в который раз уточнила Сандрина, стараясь не смотреть на Холмса. — И потом приезжает Джон, чтобы мы вместе поехали сюда. Уотсон недовольно кивнул. — Не уверен, что тебе стоит говорить с Мораном в одиночестве, — задумчиво произнёс Шерлок. — Всё-таки кто его знает, вдруг у Мориарти есть план и на такую ситуацию. Сандрина с Джоном молчали, ожидая продолжения. Детектив соединил ладони с вытянутыми пальцами — его любимый жест. — Тогда, возможно, стоит... — он снова затих, что-то бормоча под нос. Уотсон переглянулся с Сандриной. — У тебя много вещей? — внезапно обратился Холмс к ней. Сандрина кивнула. Шерлок недовольно цокнул языком. — Слушай, может, я просто съеду на время, а? Необязательно же вывозить все мои вещи? Их правда много, — она даже не представляла, сколько времени займёт упаковка. — Возьму лишь самое необходимое и немного одежды. Ну, как будто мы решили просто попытаться пожить вместе. Джон закивал. — Я же это предложил в самом начале, но вы отказались, — недоуменно посмотрел на неё Холмс. — Что? — в один голос спросили Уотсон и Сэнди. Шерлок на мгновение застыл. — Значит, я просто проиграл эту сцену у себя в голове, — наконец пояснил он. — В любом случае, это хорошая мысль. — И часто он так? — негромко поинтересовалась Сандрина, наклоняясь к Уотсону. — Чаще, чем хотелось бы, — скорбно ответил тот. — Я всё ещё здесь, — напомнил Холмс. — Хотя, вы отлично вживаетесь в роли, продолжайте. Можете сойтись на почве ненависти ко мне. Сандрина не сдержала смешок. — Думаю, ты таким образом свёл множество людей, — заметила она, стараясь не заглядываться на его пальцы. Шерлок хмыкнул, и в его глазах мелькнула искорка веселья. — Тогда сделаем так, — он выпрямился в кресле, — ты сейчас едешь домой, берёшь то, что считаешь нужным, а когда закончишь, напиши мне. Джон будет сидеть где-нибудь неподалёку, получив сигнал, он зайдёт к тебе домой, поговорит с Мораном на тему: «Как, разве Сандрина не сказала вам? Мы решили сойтись, и сегодня она переезжает ко мне» и прочее бла-бла-бла, у тебя это отлично получается, Джон. Скажи, что всё решила ваша встреча в Ланиадо, Сандрина выглядела такой беспомощной, что тебе сразу же захотелось её утешить et cetera. А потом смена плана, и вы уже целуетесь где-нибудь в пустой палате, — он сдержал довольную улыбку, глядя, как краснеет Сэнди и как закатывает глаза Уотсон. — В общем, придумай что-нибудь правдоподобное. — Тогда я поехала? — на щеках Сэнди всё ещё алел румянец. Наверное, представила себе в красках слова Холмса. А что, из них с Уотсоном бы получилась прекрасная пара улыбчивых идиотов. Шерлок едва заметно поморщился и бросил быстрый взгляд на друга. Джон пытался выглядеть недовольным, но Холмс прекрасно видел, что тот только делает вид. Хочешь стать более близким другом, да, Джон? Шерлок вспомнил, каким обеспокоенным был Уотсон, стоило тени опасности нависнуть над Сандриной. Переживал так, будто от её жизни зависела и его. И Шерлок сам дал ему возможность перевести их отношения на другой уровень. Сам. А может, и к лучшему. Пусть Джон забирает Сандрину, пусть она отвлекает его, а не детектива. — Шерлок, эй? — голос Уотсона вырвал его из задумчивости. — Сандрине можно уезжать? — Да-да, — рассеянно махнул рукой Холмс, даже не взглянув на Сэнди. — Следуй плану. Она кивнула. — Пойдём, я провожу тебя, — Уотсон галантно пропустил Сандрину вперёд. «Хорошая работа, Джон».

○ ○ ○

Сандрина открыла своим ключом замок и, быстро проскользнув внутрь дома, замерла, прижавшись спиной к двери. Тишина. — Себ? — неуверенно позвала она, молясь, чтобы его не оказалось дома. Ей никто не ответил, и Сандрина облегчённо выдохнула. Меньше всего она хотела сейчас видеть полковника. Она поднялась по лестнице в свою комнату и привычно упала на кровать. Она не знала, что делать. Всё происходящее было нереально. Авария — больница — Джим — снова Джим — Шерлок — Себастьян. Сандрина перевернулась на спину и раскинула руки, уставившись в потолок. Как так получилось? Ведь только-только она жила нормальной жизнью, пила чай с Себом, играла на скрипке и собиралась на гастроли в Прагу. А потом появился он, мистер Великий Детектив. И перевернул всё с ног на голову. Он ворвался в её жизнь на той самой злополучной лестнице, а потом незаметно влез ей прямо в голову, поселившись где-то там, вырвав себе место в её сердце. Ах, выйди она из сестринской пятью минутами позже... Выйди Холмс из лаборатории пятью минутами раньше... И всё было бы по-другому. Она бы продолжала слушать рассказы Молли, внимательно кивать, а потом забывать о Шерлоке, стоило только Хупер замолчать. Сейчас Холмс не забывался, даже если она сильно старалась. Он стал её наркотиком. Его кожа. Кудри. Пальцы. Манящие на самое дно Ада стальные глаза. О, и она бы с радостью утонула в них, будь у неё возможность. И за это Сандрина презирала себя. За то, что влюбилась, как школьница, как девчонка. И, главное, она и сама не поняла, как такое произошло. Их встречи можно было сосчитать по пальцам. Как и встречи с Джимом. Но Джим... Да, он, безусловно, привлекал её, но... Было что-то в его глазах, что пугало Сандрину. Что-то очень нехорошее. Сколько бы он ни улыбался, она чувствовала едва заметную фальшь. Будто он просто играл свою роль. А Холмс... Холмс не играл. Он действительно был абсолютно равнодушен к Сандрине и даже не пытался это скрывать. Не будь Джон таким настойчивым, Шерлоку было бы абсолютно всё равно, кто живёт с Мораном — если, разумеется, это не влияло на расследование. О, Холмс был готов на всё ради своей чёртовой работы. Только она могла зажечь огонь в его глазах, только из-за неё он мог вскочить среди ночи и ехать на другой конец Лондона в какие-нибудь пропахшие мочой трущобы, только благодаря ей он ещё жил, а не существовал. И так будет всегда. Работа на несколько порядков важнее для него, чем всё население Земли. Сандрина была уверена в этом. Громкий хлопок входной двери, донёсшийся снизу, резко вырвал её из размышлений и заставил подскочить на кровати. Может, оставить всё как есть? Наплевать на план Шерлока и просто спуститься вниз, чтобы привычно поболтать с Себом? Заманчиво. Но Себ был убийцей. Так сказал Шерлок. Так сказал Джон. И, как бы Сандрине ни хотелось забыть всё произошедшее несколькими часами ранее, вернуть время назад не было возможности. Пикнул телефон. Сандрина протянула руку к сумочке и двумя пальцами выудила мобильник. «Долго ещё? ШХ» Вот и всё — только такого рода сообщения она будет получать от него. Она будет второй Молли. Только бесполезней. Нажав клавишу ответа, Сандрина быстро набрала: «Я напишу, как закончу», поборов желание добавить свои инициалы в конце. Он вообще в курсе, что сейчас у всех есть определители номера?

○ ○ ○

Уотсон сидел в небольшой закусочной в квартале от дома полковника и рассеянно гонял зубочисткой шарик из салфетки по столу. Он выехал из дома сразу же после Сандрины, попросив таксиста сделать большой крюк, прежде чем прибыть на место назначения — чтобы отвлечь предполагаемую слежку. У Джона была своя версия, зачем Мориарти нужна Сандрина, но озвучить её вслух он пока не решался. Холмс успешно скрывал все свои чувства за толстенной стеной безразличия, но Уотсон был не так слеп, как считал детектив. Да, он не мог по рукаву куртки понять, мороженое с каким вкусом съел её обладатель и сколько лет его маме, но ему под силу были другие вещи. Во-первых, Джон ни разу не видел, чтобы Холмс посмотрел на Сандрину с презрением. Кому-кому, а женщинам вызвать это выражение на его лице не составляло труда. Во-вторых, Шерлок почти не оскорблял её — неужели боялся обидеть? В-третьих, он предпочёл провести время, поиграв с ней в правду-ложь, а не сбежав в свою комнату. Конечно, для кого-то эти наблюдения показались бы смешными. Надуманными. Абсурдными. Но Джон Уотсон был Джоном Уотсоном, и выбить прочно засевшую у него в голове идею не мог даже саркастический взгляд Холмса. Лежащий на столешнице телефон завибрировал. На экране высветилось имя Сандрины. — Всё в порядке? — сразу же взял трубку Уотсон, нервно сжав зубочистку в пальцах. — Моран дома? — Джон... — Сандрина замолчала. — Джон, я не знаю, что делать.