А если это судьба?

Выйдя из такси, Шерлок направился в больницу, периодически посматривая на привычно-хмурое небо. Кажется, будет дождь. Холмс не любил дождь, как не любил остальные вариации погоды. Не относится к преступлению? Тогда зачем обращать внимание? Сделав пару шагов в направлении чёрного входа, он вдруг остановился, замерев на месте. Да, обычно он ходил именно так, но сегодня... Почему бы не зайти через главный вход? «Надо посмотреть, не изменилось ли что-нибудь», — объяснил детектив себе. Мимо него быстрым шагом прошёл высокий мужчина, в спешке докуривая сигарету и обдавая Холмса целой волной ароматов: второсортный одеколон, пот, дешёвые сигареты и кофе. Этих четырёх запахов было достаточно, чтобы детектив быстро нарисовал себе схему жизни прохожего. Не специально — его абсолютно не интересовал этот мужчина. Его мозг машинально проделывал подобную работу, не заботясь о том, что его владельцу совершенно не было дела до того или иного человека. Снова бросив взгляд в сторону чёрного хода, Холмс направился в противоположном направлении. Пересекая нарочито прогулочным шагом парковку, он поглядывал по сторонам — так, на всякий случай. Его раздражало, что мысли, его мысли, не хотят очищаться от противного чувства любопытства, волнения и чего-то ещё, что очень не нравилось Шерлоку. Он ничего не мог с собой поделать: глупая девчонка не хотела вылезать из его головы, забрав с собой все эти совершенно неуместные размышления о том, как там её нога и приедет ли она сегодня. Ему было очень тяжело признаться в этом самому себе, но Сандрина никак не желала забываться. Того сигаретного мужчину, пахнущего кофе, детектив выкинул из головы в ту же секунду, но вот Сандрина... Она так просто не сдавалась. Он стиснул зубы и ускорил шаг, быстрым движением тыльной стороны ладони стирая со скулы первую каплю дождя. Он справится. Он же Шерлок Холмс, величайший детектив. И какая-то девчонка, упавшая на лестнице, не будет занимать его мысли. Рёв двигателя мотоцикла как будто специально влился в уличную мелодию, насмехаясь над метаниями Холмса. До входной двери оставалось совсем немного, но Шерлок сбавил скорость, оправдав это тем, что в это время он может встретить у стойки регистрации Молли, что было крайне нежелательно. «Ты победила, довольна?» До створок оставались считанные метры, когда его окликнули. — Мистер Холмс! — разумеется, это была она. — Мистер Холмс, это вы? Он замер, медленно оборачиваясь. Сейчас он проклинал всё на свете: и её, за то, что приехала и узнала, и себя, за то, что он был рад этому, и парковку, и больницу, и ту лестницу, и туфли Сандрины, на которых она не умела ходить. — Доброе утро, — как можно более безразлично произнёс он. Сандрина подошла ближе; она всё ещё хромала, но уже не так сильно. Холмс машинально окинул её взглядом: узкие чёрные джинсы с чуть растянутыми коленями и сильно приталенная серая кофта, на которой горошинками осели капли дождя. Волосы снова собраны в хвост, подчёркивая правильной формы скулы. На лице минимум косметики, в тёмно-зелёных глазах плещется безмятежность, а запах вишни снова бьёт в нос. Шерлок был готов возненавидеть её только за то, что она моргает, но почему-то не получалось. — Надеюсь, вы тут не потому, что приболели? — участливо произнесла Сандрина, заглядывая ему в глаза. Холмс терпеть не мог, когда так делали. — Я здесь работаю, — холодно произнёс он, не глядя на неё. — В лаборатории? — продолжила светскую беседу Сандрина, не обратив внимания на его тон. — Да, — коротко бросил Шерлок и посмотрел на дверь. Вот оно, спасение. Сандрина немного помялась, а потом спросила: — А можно как-нибудь к вам зайти? Понимаю, вы заняты, но я не буду мешаться, обещаю... — она умоляюще взглянула на него. «Она ведь не отстанет, если я откажу...» — Прямо сейчас? — поднял брови Шерлок «Может, если я пролью немного кислоты на её джинсы, она поймет, что ей не рады?» Сандрина плавным жестом подняла руку и, отодвинув рукав кофты, посмотрела на маленькие металлические часики. — Мне сейчас надо приступать к работе, — она сжала губы. — Но у меня будет обеденный перерыв в полдень. Вы сможете в это время? — Сандрина снова посмотрела на детектива. Он молча кивнул. — Хорошо, — она улыбнулась. Холмс постарался не смотреть на неё. Вместо этого он открыл перед ней дверь. — Тогда я зайду к вам в полдень, — резюмировала Сандрина, выжидающе глядя на Шерлока. — Договорились, — выдавил детектив. Она просияла. — Увидимся! — и скрылась в больничной прохладе, оставив Шерлока в одиночестве наблюдать, как усиливается дождь. Холмс бездумно оперся о стену рядом со створкой и испытал сильное желание закурить. Какого чёрта он только что сделал?

○ ○ ○

Стрелки часов то намертво приклеивались к циферблату, то, наоборот, ускоряли свой ход. В лаборатории было слегка душно и резко пахло реагентами, но Холмсу это не доставляло ровным счётом никаких неудобств. Он целиком и полностью увлёкся проводимым опытом — сопряжённой реакцией с синтезированным гемоглобином в роли актора. Реакция требовала предельного внимания — как раз то, что нужно было Шерлоку, чтобы выгнать из головы Сандрину. Жидкость в длинной стеклянной пробирке резко вспенилась багряными пузырьками, злобно шипя. Детектив едва заметно улыбнулся — всё прошло точно так, как он и планировал. Снова. Он аккуратно поставил пробирку на подставку и глубоко вдохнул наполненный искусственными запахами воздух. Спина едва заметно ныла: сказывались несколько часов напряженного стояния над колбами. Кстати, о часах. Холмс бросил взгляд на стандартный белый циферблат на стене. Двадцать минут первого. «А она не спешит». Шерлок потёр ладони и задумчиво оглядел лабораторию. Сегодня ему предстояло сделать ещё пару дел, с опытом он закончил, а значит, пора было покинуть больницу. Он побарабанил пальцами по столешнице, размышляя о причинах того, что он ещё в лаборатории, а не спускается по лестнице. Собственно, причина была одна, и её звали Сандрина, но Холмс всё ещё не хотел окончательно признаваться себе в этом. «Она ведь совершенно, просто абсолютно обыкновенная! Да, возможно, слегка привлекательная, но не более. Ни блестящего ума, ни чего-то другого необычного в ней нет — так почему, чёрт возьми, я всё ещё помню, как её зовут?» Детектив нахмурил широкие брови, продолжая выстукивать партиту. «Это всё Уотсон со своей одержимостью найти мне девушку. Это заразно; вот я и обращаю внимание на всяких там, которые хоть как-то со мной контактируют. Не хватало ещё начать делать комплименты Молли». Невесёлые размышления Холмса прервал робкий стук в дверь. — Да, — он резко выпрямился и застыл посередине помещения. — Мистер Холмс? — створка открылась, и в лабораторию неуверенно проскользнула Сандрина в голубой униформе медсестры. — Я уже закончил, — уведомил её он, не без досады отмечая, что голубой ей идёт. На лице Сандрины отразилось искреннее огорчение. — Ну вот, — уголки её губ опустились. — А я так хотела посмотреть, как вы работаете... Никогда не видела, чем занимаются детективы в лабораториях. — В большинстве случаев я провожу анализ улик, — Шерлок провёл ладонью по поверхности стола. — Например, чтобы понять, где находилась жертва, мне достаточно взять пробу почвы с обуви и сравнить её с имеющимися данными. Иногда — к сожалению, в наше время травить почти перестали — я работаю с ядами. Это уже поинтереснее, так как с нынешним доступом к разным фармацевтическим средствам люди изобретают совершенно невероятные вещи. Сандрина внимательно слушала, разглядывая лабораторию. — Молли говорила, вы прекрасно ориентируетесь в видах табачного пепла, — произнесла она, когда Холмс замолчал. — Их двести с чем-то... — Двести сорок три, — с гордостью отозвался Шерлок. — И каждый я знаю поимённо. — Ого, — в голосе Сандрины слышалось восхищение. — Это очень необычный навык! Холмс пожал плечами. — Если хотите, — подумав, произнёс он, — я покажу вам, что бывает с кровью, если добавить в неё фтористоводородной кислоты. — Конечно, — на лице Сэнди просияла улыбка. — С удовольствием посмотрю, хоть и звучит это жутковато. Шерлок про себя усмехнулся.