Там, по ту сторону зеркал

      Это было так странно, заниматься этим после того, что было. Так глупо, так жестоко. Равнодушно глядя в окно такси, везущего меня к очередному клиенту, я чувствовал, что эти недели с Дэном разом разделили всю мою жизнь на "до" и "после". Изменили меня и что-то поменяли во мне самом. Я даже сейчас толком не мог осознать, что делал. Чувствами, а не мыслями, оставаясь в той комнате, в той квартире, где находился мой альфа. С ним рядом. Ещё не в силах осознать то, что сейчас буду возвращаться к той жизни, которая была у меня до недель с Дэном. И которая, как мне казалось в эту минуту, и останется после, когда альфа снова уедет прочь, как и в прошлом, не выполнив своего обещания позаботиться обо мне и нашем ребёнке. Почти кожей болезненно ощущая, что надежда на его помощь нам несмотря ни на что, растаяла после утреннего разговора, как дым. Оставляя в душе лишь проблеск тупой безысходности и единственную решимость вертеться, как я делал это почти что всегда. *** Это было так странно, однако, прибыв на место встречи и глядя в лицо своего насильника, я не испытал той всепоглощающей ненависти, что охватывала меня ещё столь недавно. Не отказавшись от неё в полной мере, но точно отключившись от этой бренной реальности. В которой я, почти что никак не реагируя на сальные шутки альфы, уж слишком холодно и цинично договаривался с ним обо всём, что будет. И, придя к решению, шёл по направлению к ванной комнате, по пути расстёгивая и стягивая рубашку лишь для того, чтобы соблазнить своего клиента и быстренько освежиться. Надеясь, при этом, не задерживаться в ванной комнате слишком долго, ещё боясь остаться наедине с собою. И старательно отгоняя прочь все режущие сознание мысли о том, что этим сексом я предаю Дэна. Так глупо, я не считал Дэна своим, после того, как он вернулся в наш город. Не воспринимая его моей парой или даже своим любовником после того, как он не помог мне. Со всей чёткостью понимая и то, что я был лишь частью его воспоминаний о прошлом, сейчас оказавшийся в роли шлюхи. Простой игрушки для развлечения. Осознавая, что он больше не любит меня и, кажется, уже не способен влюбиться вновь. Но всё равно, приближаясь к кровати с лежащим там уже голым чужим альфой, я всё равно чувствовал с каждым шагом нарастающую тяжесть. Не физическую, душевную. И ощущение, что я совершаю ошибку, ту роковую ошибку, которые не прощают, не покидало мою мятежную душу. Отчего я ужасно, Боже, просто до безумия сильно хотел, чтобы всё это прекратилось. Ещё по-дурацки в тайне от самого себя надеясь, чтобы Дэн сейчас оказался здесь. Чтобы попросту наорал на меня. Может быть, дал ещё пощёчину. Чтобы он, по-любому, хоть как-нибудь, но остановил меня. Так как в этот самый момент, даже несмотря на то, что я делал все эти годы, омерзение к себе достигло своего пика. Особенно от того, что лежащий на простынях и гаденько ухмыляющийся обнажённый альфа так хотел, чтобы я улыбался. Так просто и сложно одновременно, ведь, даже осознавая, что делаю это, чтобы спасти своего ребёнка, я не мог отрешиться от воспоминаний о Дэне полностью. Скидывая напоказ остальную одежду и невольно думая лишь о том, как Дэн пожирал меня глазами, когда я делал то же самое для него. Испытывая неимоверное желание зажать нос, чтобы не ощущать больше чужого запаха. Мечтая закрыть глаза и представлять, что я делаю это с ним. Только лишь с ним. Со своим. Одновременно прикусывая нижнюю губу, чтобы меня не стошнило от отвращения, когда я сел альфе на бёдра и, чувствуя животом его вставший член, чуть наклонился, чтобы поцеловать его толстые губы. Зная, как сильно любит последний принимать последнюю из деталей моего унижения. И я уже опустил ниже руку, чтобы начать ласкать его пальцами, почти что коснувшись головки его вставшего члена, как что-то произошло. Невообразимое и невероятно странное. Непонятное и настолько неосязаемое, что я даже толком не осознал, что случилось. Когда чья-то рука, чья-то воля и сила быстро оторвали меня от столь противного альфы, резко откидывая прочь и ставя на ноги. Оставляя при этом лёгкое головокружение от слишком уж быстрого перемещения и полную сумятицу в мятежной душе. Особенно после того, как, через пару минут открыв глаза, я заметил стоящего передо мною взбешённого Дэна. — Как?.. — только и сумел выдавить из себя я слишком робко. Слишком тихо и, наверное, слишком трусливо, ведь это было последнее место из всех на свете, в котором я бы хотел быть увиденным Дэном. Даже после всего того, что он, наверняка, уже успел обо мне узнать. Самым последним местом и с самым последним альфой из всех, которого, судя по взгляду, Дэн достаточно быстро опознал, как моего насильника. Разозлившись от оного только в разы сильнее. Отчего я просто не смог бы сейчас, да и, признаться, был не в состоянии, объяснить, почему сделал это на самом деле. — Одевайся, сука! — его злые слова куда больше, чем повышенный тон, ударили меня, подобно пощёчине. Заставляя более почувствовать, чем понять, как альфа быстро сунул в руки застывшему и оглушённому мне ещё так недавно разбросанную по номеру мотеля одежду. Веля, тем самым, выполнить свой однозначный приказ и начать натягивать одежду как можно быстрее. Ещё ни во что не веря, и только по бешеному сердцебиению отмечая: чудо, всё же, произошло. Дэн, всё же, пришёл за мной. Дэн меня не оставил так же, как это было в далёком прошлом. — Эй, парень, жди в стороне и жди своей очереди! — начал было злиться уже заплативший мне и оставленный ныне альфа. Тоже в первый момент толком не понявший, что же произошло, но уже осознавший, что оплаченная покупка может вот-вот уйти. Что меня попросту заберут и весьма приятная и уже оплаченная ночь рискует вылететь в тартарары. С чем он, кажется, совсем не собирался мириться, так как, он видел, поджимая от злости губы, я начал поспешно одеваться. Явно намереваясь потом уйти. — Я же сказал... — разозлился он ещё больше, подметив, что Дэн не обращает на его слова ровно никакого внимания. Что он просто стоит, привалившись к стене, не обращая внимания ни на кого вообще. Смотрит в пол. И просто ждёт, когда же мы сможем отсюда уйти. — Найл! — выкрикнул покинутый альфа, отрываясь от чужака и возвращая своё внимание мне. Уже начав соображать, что я слушаю пришедшего слишком сильно. Что я выполняю приказ последнего без единого нарекания. Видимо, вспоминая, что я никогда не был таким послушным с ним. А также, что с его перечисленными мне на карту деньгами я попросту собираюсь свалить. — Стой, чёрт! — альфа взревел, всё-таки соизволив встать со своего ложа. И протянул ко мне руку, пытаясь схватить и уже силой заставить обратно лечь в свою койку. Явно намереваясь подмять под себя и взять попросту силой, как в прошлый раз. Отчего я резко отшатнулся, вздрогнув настолько сильно, что пол под ногами точно прогнулся, заставляя схватиться за стул, чтобы не упасть. И коротко вскрикнуть в следующую минуту от звука удара. Так как приложенный сильным хуком Дэна насильник быстро повалился обратно. — Пошли же! — бросив громко и удивительно холодно, Дэн довольно больно подтолкнул меня в спину. Видя, что я копаюсь, пытаясь хоть как-то разобраться в произошедшем. Не позволяя мне сделать этого и призывая идти перед собою, даже несмотря на то, что у меня и в мыслях не было сбегать от него. Ещё представляя взбешённого Дэна в некоем роде своим спасителем, а не кем-то иным. Ведь ненавистный покупатель резко остался в далёком прошлом и снова не осталось никого, кроме нас двоих. Так же, как и не осталось моей дилеммы и моих сомнений. И был ему благодарен, правда. — Дэн, я... — почти что готов всё ему рассказать, когда мы вышли на улицу. — В машину, — перебив, сквозь зубы "выплюнул" альфа. И я без пререканий снова исполнил его приказ, понимая, что, несмотря на охватившие меня чувства, лучше подождать, когда он остынет. Садясь в машину альфы почти без страха и не ожидая никакого подвоха. Так как я знал, что хоть Дэн и зол, и зол справедливо, произошедшее не было даже изменой. Так как я ещё не давал ему обещание хранить верность. Так как он ещё совсем не был моим. Веря в его адекватность. Пока совсем не зная того, какой ад ожидает меня в дальнейшем. Но тогда, в тот самый момент моего "спасения", я так доверял своему любимому.