Новая жизнь Софи

Pov Лика       Я осталась на кухне одна. В какой момент жизнь превратилась в хреновую второсортную мелодраму? Раздумывая, что лучше — выпить или тоже покурить, я открыла свой плейлист на телефоне и включила музыку. Никогда не любила тишину, она давит, убивает, мне всегда легче думалось под любимые треки.       «Он улетел, но обещал вернуться», я невольно улыбнулась. Любовь с первого взгляда — то, о чём мечтают все девушки. Но как не вовремя и не с тем человеком. В этом была вся моя жизнь, какая-то нелепая, дурацкая, жалкая. И вот появилась Софи, такой светлый человечек, настоящая, искренняя, они были знакомы чуть больше месяца, но сейчас казалось, что ближе никого нет. Она была не такой как все, как будто с другой планеты, но теперь всё встало на свои места, я горько усмехнулась, вспоминая слова матери: «Анжелика, когда же ты научишься разбираться в людях? Нельзя быть такой наивной! Тебя съедят с потрохами и косточки выкинут».       Мама была доброй, хорошей женщиной, как и все в её возрасте — любила поворчать. Лика вспомнила любимое лицо, уже не молодое, но такое родное. Мама всегда делала правильный выбор: и когда уехала из столицы в маленький провинциальный городок, бросив карьеру, за её отцом; и когда решила родить её в сорок три года, хотя врачи говорили, что это опасно; и когда подобрала больную бездомную псину на дороге, которая уже не раз спасала их дом от воров, и когда обменяла большой хороший дом, на маленькую двушку со смежными комнатами, чтобы выручить денег на лечение мужа. Я так хотела быть хоть чуточку похожей на неё, но по иронии судьбы внешне мы были как две капли воды, а характер, ум, хватка, прозорливость и всё остальное достались сестре. Регина всегда завидовала её красоте, но сейчас Лика с огромным удовольствием поменялась бы.       Да, семья её жила бедно, очень скромно, но они жили душа в душу — мама, папа, сестра с мужем и мой племянник. Я была лишней, я всегда всё портила. Я уже сбилась со счету сколько ошибок совершила в жизни. Но самой главной был Андрей, этот ублюдок, из-за которого я, такая гордая, убежала из дома, хотя все кричали — «смотри, кто он! Он — подлец!», но я не верила, я никогда не умела разбираться в людях. Так тебе и надо, Лика, так тебе и надо. И этот долг банку, который выплачивать ещё лет десять, и вина за смерть неродившегося ребёнка, и испорченные отношения с семьёй, и теперь ещё проблемы со здоровьем. Ты просто не заслужила счастье, не в этой жизни. Плакать не было уже сил, всё выплакала. Мысли снова вернулись к нему, Романовскому Егору.       Вот что прикажете делать? Кому верить? Парню, которого знаешь от силы три дня, но который заполнил собой все мысли и сердце? Или подруге, которая как и она — одна в этом дурацком убогом мире, одна против всех. Я так хочу быть на стороне Софи, так отчаянно хочу! Но она всё делает ровно так, как говорил Егор. Эти резкие вспышки гнева на пустом месте, полные ярости глаза, умение лихо перевоплощаться. Он не знает, что Софи работает одновременно на трёх работах и все такие разные — учить детей, петь в дорогом ресторане и красить стриптизерш, раньше такой набор меня веселил, а теперь всё приобрело совершенно иной смысл.       Не удержавшись, сегодня утром я порылась у неё в сумочке. Помятая бумажка, на которой был напечатан номер телефона, имя «Рамшуд» и подписано рукой Софи: «не забыть позвать на свадьбу» — какую нахрен свадьбу и кто этот Рамшуд? Ещё одна бумажка с адресом… Зеленоград? Там-то что она забыла? Этаж, квартира — это точно не магазин, а жилой адрес. Баночка с таблетками, полупустая, этикетка сорвана. Больше ничего интересного, я положила сумку обратно в коридор и взяла её мобильный.       Экстримальный минимализм! Из приложений только facebook, яндекс-такси, гисметео и вотсап. Открываю чаты, кроме меня там только Егор и Кристи. Всё какая-то вода, я знала, что она не любит переписываться, считает это пустой тратой времени. Телефонная книга… и тут у меня случился шок. Девять контактов. Девять сраных контактов в телефонной книге у молодой двадцати летней девушки. Егор, я, Кристи, Веро (управляющая в ресторане, где она поёт), какой-то «Илюша», Климов (это её начальник в стриптиз-клубе), Андрей Анатольевич (декан), Елизавета Витальевна (мама Миши и Эрики) и последний контакт числился как «психованный». Всё. Как такое возможно? Мы никогда не обсуждали прошлое, она сказала ещё в первый день нашего знакомства: — Есть воспоминания, которые тормозят меня, понимаешь, я хочу попробовать начать заново, не хочу держаться за прошлую жизнь.       Тогда я не углублялась в смысл её слов, это казалось нормальным, я сама не раз начинала жизнь «заново». Но у меня в телефоне всегда была куча контактов, переписок, фоток. Она реально стёрла последние пять лет из своей жизни, это немного пугало.       Я сидела и прокручивала в голове последний месяц, и теперь каждая грёбаная мелочь виделась мне странной и подозрительной. Мне казалось, что я сама схожу с ума.       Я закурила, сделала глоток шампанского из бокала Софи и начала плавно двигаться под звуки музыки, раздающиеся из колонок, вспоминая вчерашний вечер. Flashback       Я сидела и просматривала запись на завтра в ежедневнике, пытаясь понять куда мне всунуть пару клиентов, чтобы освободить время после четырёх. Софи всегда просыпалась после ночной смены где-то так, а мне срочно нужно было с ней поговорить. Тут в дверь раздался стук. Я посмотрела на часы: 20:30. Хмм. — Кто там? — почему-то я решила спросить, глазка у нас не было, а время довольно позднее, чтобы открывать просто так, как я обычно это делала, за что получала от Софи. — Это я, Егор, открой пожалуйста, — я вздрогнула, чёрт, а Софи нет дома, мне придётся ему врать, но что? Он сразу меня раскусит, я запаниковала. Так, как там она учила: вдох-выдох, вдох-выдох. Я поправила волосы, кофту и открыла дверь. Он был прекрасен, эта белоснежная улыбка, ямочки на щеках, пронзительные голубые глаза, золотистые волосы, я ничего не могла с собой поделать, это было выше меня. — Так и будешь держать меня на пороге или может быть впустишь погреться? — он улыбнулся еще шире, а я наконец очнулась и сделала два шага назад, освобождая ему проход. — Прости, входи конечно, просто Софи нет дома, вот и растерялась, — пролепетала я. — А я не к Софи. Но, мне всё же интересно, где это её носит? — он продолжал смотреть на меня своим игривым взглядом, а я окончательно пропала. Что значит «я не к Софи», а к кому? Ко мне? — Она меня не уведомляет о своих перемещениях, думаю, что тебе лучше позвонить и спросить самому, — как можно нейтральнее попыталась соврать я, забирая у него пальто, чтобы повесить на вешалку. — Я шучу, она уже большая девочка и, думаю, что ничего запретного или противозаконного делать не будет, — он рассмеялся и пошёл в сторону кухни. — Если ты хочешь узнать что-то про Софи, то мне пока нечего тебе рассказать, прошло всего два дня, даже меньше, я пытаюсь переварить информацию. — Послушай, — он перебил меня и потянул за руку, мы стояли по среди кухни так близко, что я боялась дышать, что же он задумал и как мне себя вести, я совершенно растерялась, — я не знаю, почему ты боишься меня, Лика, может быть из-за Софи, но я не причиню вреда ни ей, ни тебе. Она для меня самый близкий человек в этом мире, кроме неё нет никого, всё, чего я хочу — это чтобы она была здорова и счастлива. Я вижу, как ты к ней относишься, я безумно рад, что наконец-то у неё появилась подруга, мне кажется — ты и есть ключ к её настоящей сущности. С тобой она может быть откровенна. — Я хотела кое-что спросить. — нерешительно начала я. Он сделал шаг назад и присел на барный стул, я развернулась, включила чайник, собираясь с мыслями, — если вдруг выяснится, что это не ремиссия, что она прикидывается, что ты будешь делать? — я с испугом смотрела на него, ожидая ответа. Он нахмурился, но всё же проговорил: — Сложность в том, что мы ходим по очень тонкому льду. Мы не знаем наверняка авария ли послужила спусковым крючком, или её амнезия или еще что-то, возможно всё началось раньше, к сожалению, сейчас нельзя сказать достоверно. И всё-таки прошло пять лет, она совершенно точно не будет той Софи, которой я её запомнил, но, Лика, она не сможет держать свою альтер-личность долго взаперти. Рано или поздно она проявит себя, обычно это сопровождается сильными приступами панических атак, вплоть до удушья, поэтому у неё всегда в сумочке должен быть реланиум. Важно не упустить момент, потому что потом может быть сложнее. Есть разные методы лечения, которые подбирает врач. — Почему ты так уверен, что она не убила её тогда? Когда пыталась покончить с собой? Ты же сам говорил? Почему ты не веришь ей? — Я верю ей, верю! И я очень надеюсь, что ошибаюсь и у меня уже просто развилась какая-то паранойя за пять лет. Но жизнь научила быть начеку, я уже один раз оставил её, расслабился и это очень плохо кончилось, больше я своих ошибок повторять не буду. — Во всё это просто невозможно поверить, — я даже не заметила, как слёзы полились из глаз, он придвинулся ближе и аккуратно вытер их пальцами. — Я знаю, мне самому порой кажется, что я как будто живу не своей жизнью, что это всё сон или чья-то дурацкая шутка, но если мы будем рядом с ней, то всё будет хорошо. Есть ты, ты сейчас ближе всего к ней, я буду приезжать раз в две недели, не плачь пожалуйста!       Он так искренне говорил, гладил меня по щеке, я и правда стала чувствовать, что тревога уходит, хотелось поверить в его слова, что все будет хорошо! А потом он поцеловал меня, это было и странно и с другой стороны так необходимо. Как будто он хотел через этот поцелуй передать мне часть своей уверенности и спокойствия, но я хотела ещё чего-то, тепла, любви, не грубого траха по пьяни. Почему-то мне казалось, что Егор может дать мне это. Я ответила на поцелуй так, как умела, вложив всю свою чувственность, все свои скрытые глубинные эмоции, он обхватил рукой мою шею и отстранился. В его взгляде было удивление, он провёл большим пальцем по подбородку, посмотрел на мои губы и снова в глаза, я молчала и ждала.       Видимо все-таки что-то решив для себя, он приподнял меня и посадил к себе на колени боком, так, что мне пришлось обхватить его шею одной рукой, он взял меня за подбородок и притянул к себе. Второй поцелуй был не таким как первый, между нами разгоралась страсть, и я уже не представляла, какую надо иметь силу воли, чтобы сейчас остановиться. Моя рука упёрлась ему в грудь и пальцы на автомате стали расстёгивать пуговицы рубашки, в то время как он лишь придерживал меня за талию, а второй рукой гладил по волосам. Егор не делал ничего пошлого, не пытался залезть ко мне в трусы, но от него так сильно веяло возбуждением и сексом, что я уже была не уверена, что мы доберёмся до спальни. Я первая оторвалась от затяжного поцелуя, чтобы перевести дыхание, чем он тут же воспользовался, скинув с себя рубашку, а затем на пол полетела моя домашняя кофточка и лосины.       Он встал и резко прижал меня к стене, сталкивая нас лбами и очень медленно повёл рукой от шеи вниз, я тяжело дышала и умирала от желания, желания ощутить его внутри и как можно скорее. В следующую секунду его губы обожгли шею, я застонала, потому что не могла больше сдерживаться, почувствовав руку, сжимающую сосок. Я притянула его голову вверх, ища губы, мне нужно было показать ему, как сильно я хочу.       В тот момент, когда наши языки переплелись в каком-то безумном танце, его пальцы жадно гладили через мокрые трусики мою промежность, я держала руками его голову, желая немного помучить, не давая ничего взамен, кроме поцелуя. Но, кажется, балом правил он, потому что в следующую секунду он развернул меня спиной и плотно вжал в себя, а пальцы проворно отодвинули край трусиков и проникли внутрь, я готова была умолять, я так хотела его.       Продолжая движения пальцами внутри, второй рукой он стал расстёгивать ремень, и я вспомнила про презервативы — первая трезвая мысль за последние несколько минут. — Егор, там, во втором ящике…аххх — он ускорил темп и снова поцеловал меня в шею, я стала тереться попой о его член, и наконец услышала сдавленный стон в ответ.       Я уже была на грани, когда он резко отстранился и метнулся в сторону кухонных шкафчиков. Словно в каком-то бреду я хотела развернуться, но он не дал, положив руки мне на талию и слегка потянув на себя, подошёл вплотную. Я упёрлась руками в стену и сделала еще шаг назад, открываясь ему. От резкого и глубокого движения, из меня словно вышибло дух. Он замер на мгновение и наклонился, обхватывая мою грудь рукой. Тела сложились, словно пазл, казалось, что невозможно быть ближе, я чуть подалась вперёд, а затем назад, снова насаживаясь на его член. Егор будто очнулся и стал двигаться сначала медленно, но быстро наращивал темп, продолжая сжимать поочередно мои соски и тяжело дышать в шею. Я хотела поцелуев, стонать ему в губы, чтобы крышу снесло нам обоим. Откинув волосы на одну сторону, я повернула голову и тут же наткнулась на его горячий рот. Он целовал жадно, не сдерживаясь, внизу движения уже были настолько резкими и частыми, что ноги подкашивались от напряжения, его рука переместилась с груди на клитор, я вскрикнула от яркости ощущений. Невозможно было терпеть, я чувствовала как все внутри сжимается перед кульминацией. Он полностью вышел и вошёл на всю длину, затем еще и еще, помогая руками внизу, от такой смены темпа и характера движений я уже стонала не стесняясь, громко и протяжно. Оргазм накрыл как цунами, в глазах потемнело и, казалось, что я сейчас просто упаду. Я даже не поняла, когда кончил Егор — до, вместе или после меня, он прижимал меня крепко к себе, одной рукой упираясь в стену. — Пожалуй, нам следует теперь сходить в душ, — тяжело дыша проговорил он.       Я смогла лишь кивнуть в знак согласия, он развернул меня к себе лицом, быстро поцеловал и посмотрел в глаза: — Когда я шёл сюда, то не думал, что всё так закончится. Но сейчас я даже рад, это было прекрасно, ты — прекрасна, — и он снова припал к моим губам, а я настолько была не в себе, что потеряла какую-либо способность не только говорить, но и мыслить. End of flashback Pov Софи       Я подошла к двери в нашу квартиру и услышала музыку. Таак, танцы Лики под музыку сравнимы с моими дыхательными упражнениями и пристрастием к текиле, каждый снимает стресс по-своему. Сделав вдох, я открыла дверь и вошла внутрь, в нос тут же ударил запах сигарет. — Ты совсем спятила?! Забыла про свою астму, тебе нельзя курить! — я подлетела к рыжей, которая извивалась в клубах дыма с почти истлевшей сигаретой в одной руке и полупустым бокалом шампанского в другой. Затушив сигарету и поставив бокал на стол, я пошла открыть окно, чтобы впустить свежий воздух. — У меня есть повод для беспокойства? — строго проговорила я, скрестив руки на груди. Лика смотрела каким-то затуманенным взглядом, у меня даже промелькнула мысль, не хапнула ли она моих таблеток из сумки. — Ау, есть кто дома? — защелкала я пальцами перед её носом. — Да, всё в порядке, — пришла в себя рыжая. — Оно и видно! Это кого из нас двоих нельзя оставлять без присмотра?       Она подошла и обняла меня, крепко-крепко, а я продолжала стоять, словно оловянный солдатик, пока не услышала характерное покашливание со стороны прихожей.  — Всё в порядке, — ещё раз повторила Лика, отпуская меня, — идите, погуляйте, а я еще немного потанцую. И в подтверждении своих слов, она начала плавно двигаться под музыку. Я повернулась в сторону Максима, который ошарашенно стоял и наблюдал за нами, психичками.  — Подожди меня в машине пожалуйста, минут через пять-семь спущусь, — кинула я, проходя мимо него в свою комнату.

***

— Это у неё из-за нас кукушка поехала, — проговорил Максим, когда я села рядом, кинув сумку на заднее сидение. — Считаешь, она ведёт себя неадекватно? — вопросительно подняла бровь я. Он долго и изучающе смотрел на меня, после чего переключил передачу и тронулся. — Куда едем? — бросил Макс, выворачивая со двора. Я посмотрела на часы, прикидывая сколько у меня времени до работы. — Мне нужно быть в восемь в Войсе. У нас около часа времени в запасе, — я сказала «у нас», оговорочка по Фрейду, он тоже заметил, кинул быстрый заинтересованный взгляд, потом, видимо, прикинул что-то в уме и проговорил: — Может перекусим? Торт попробовать не удалось, я проголодался, — он улыбнулся, я улыбнулась в ответ, как будто не было вот этого всего треша полчаса назад. — Я не против. — Как на счёт роллов? — Обожаю! — он ухмыльнулся моему ответу и нажал какую-то кнопку на приборной панели, после чего громко проговорил: — Алиса! Найди нам ближайший японский ресторан! Я вздрогнула и замерла от неожиданности. Он вопросительно посмотрел: — Ты что никогда не общалась с голосовым помощником? — Н-нет…не в этом дело. — промямлила невнятно я. — А в чём?       Я не могла ему ответить на этот вопрос. Мне стало не по себе, кто-то резко засигналил, Макс выругался и дал по тормозам, моё тело дернулось вперёд, но вернулось обратно под воздействием ремня безопасности. — Вот мудак! С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил он, наклоняясь ко мне, — эй, Софи? Софи! В глазах потемнело, послышался какой-то шум в ушах, стало тяжело дышать. Пожалуйста, только не это….