Кто спасет этот день

Белые больничные коридоры, заполненные людьми, звук сирены, ботинки, испачканные серой пылью. Такой сон часто снится Квентину, но сегодня что-то меняется. И вместо пакета с вещами Майка, ему отдают костюм, который он сделал для Питера. Он не видит ни тела, не слышит даже имени погибшего. Но все равно просыпается в холодном поту, испуганно озираясь. Нет, все хорошо. Он здесь, а Питер — в гостиной, спит на диване и видит десятый сон. Номер Кейдена появляется в его системе спустя пару часов. Бек все равно не может заснуть — прошлое почему-то именно сейчас решило напомнить о себе с новой силой. Каким образом Фьюри, или кто это вообще, получает доступ к его системе, Квентин так и не смог выяснить. Сколько бы ГВЕН ни пыталась, система будто обманывала саму себя. В конце-концов, он бросил это дело и решил просто позвонить на присланный номер.  — Слушаю? — через пару гудков раздается сонный голос конгрессмена.  — Мистер Кейден? — Слушаю, кто это?  — Я думаю, вы ожидали моего звонка, — первым желанием было включить диктофон и просто записать их разговор. Но кто сейчас поверит в телефонную запись, которую так легко подделать?  — О, ну конечно, Мистерио! — Джон, кажется, окончательно проснулся, — чем могу помочь?  — Я думаю, у нас общие интересы. А именно: нам обоим мешает Человек-паук, и нам обоим хочется, чтобы вся эта история с супергероями закончилась раз и навсегда.  — Полагаю, что так. И, насколько мне стало известно, вы можете привести ко мне этого «дружелюбного соседа»?  — Да, — Бек старается сдержать удивление. Откуда они так быстро узнают всю информацию, неужели из ЩИТа?  — И что вы хотите за это, м? Место в сенате?  — Было бы неплохо. На другом конце провода раздается смех, но затем воцаряется молчание. Не особо хороший знак.  — Знаете, мне говорили, что с вами почти невозможно выторговать выгодные условия. Я, признаться, думал, что ниже кабинета министров или вице-президента вы не попросите. Или какие времена, такие и запросы? Черт. Бек осознает свой прокол только сейчас. Не хватало еще, чтобы уже сейчас Кейден начал подозревать его. Думай, Бек, думай!  — Вот когда на вас объявит охоту сам Ник Фьюри, я посмотрю на ваши запросы, Джон, — как можно спокойнее произносит Квентин. Все или ничего. Он вслушивается в тишину на другом конце линии, пытаясь угадать, о чем же думает эта самодовольная бумажная крыса. И почти сдается, когда Кейден снова начинает говорить:  — Хорошо, считайте мы договорились. Приведите мне Паркера живым в Капитолий к слушанию о моем законе, и обещаю, что вы получите свободу и место в правительстве. Также, как и новое имя. Думаю, миру пора забыть о таком герое, как Мистерио.  — Полностью с вами согласен, — довольно улыбается Бек, — будьте уверены, Джон. Я это сделаю хотя бы ради того, чтобы посмотреть, как вы прищучите ЩИТ.  — Вот и славно, — судя по голосу, Кейден необычайно доволен собой, - а сейчас извините, нужно выспаться. До скорой связи, Мистерио.  — До скорой связи, идиот. Бек показывает средний палец системе, слушая частые гудки. Это будет несложно.

***

За окном все еще темно, когда Питер просыпается. В квартире тихо, только слабо светится проекция системы. Паркер ищет взглядом часы, но нигде их не находит. От случайного резкого движения боль пронизывает грудную клетку, заставляя резко выдохнуть. Окей, нужно быть осторожнее. С трудом, но ему удается встать и медленно добраться до ванной. Питер чувствует себя довольно паршиво, но все-таки решает хотя бы умыться и посмотреть, насколько сильно ему досталось. Первая мысль, которая возникает у него: хорошо, что этого не видит тетя Мэй. Спина и ребра практически полностью расцвечены темно-синими, а где-то почти что черными кровоподтеками и гематомами. Задрав кофту чуть выше, Питер обнаруживает почти заживший рубец на лопатке — видимо, когда обвалился пол, он упал на какой-то фрагмент арматуры. Становится не по себе, рассматривая повреждения, и он в который раз за эти несколько лет благодарит свой метаболизм. Через пару часов большинство гематом станут менее заметными, а к концу дня и вовсе исчезнут.  — Бывало и хуже, — ободряюще улыбается он своему отражению. И будто бы в ответ на его ранние мысли о метаболизме, голодный желудок дает о себе знать громким урчанием. Инстинктивно, Питер обхватывает себя руками и слишком поздно вспоминает о больных ребрах. Шипя от боли и ругаясь себе под нос, он аккуратно разводит руки. До кухни идти уже легче. Не совсем понятно, что тут стоит благодарить: регенерацию или голод. Паркер даже не особо осторожничает с движениями, открывая один шкафчик за другим, в поисках еды. Находится только банка консервов, которая легко открывается найденным в другом шкафчике ножом. Мэй бы точно пришла в ужас, увидев, что приходится есть ее любимому племяннику. Спрессованные кусочки курицы в «тайском соусе» выглядят, мягко говоря, не очень. К тому же, как парень не вертел банку, срок годности он так и не нашел. Но даже от вида сомнительного содержимого, желудок снова дает о себе знать. Питеру стоит усилий отложить себе на тарелку только половину, а не съесть всю банку на месте. Чувство голода притупляется, но не уходит окончательно. Питер сглатывает слюну, глядя на оставшуюся в банке половину порции. Он еще раз проходится по всей кухне, в поисках хоть чего-то съестного, но ничего не находит. Нужно поговорить с Беком, объяснить, что им нужны продукты. Питер бросает взгляд в сторону темного коридора, ведущего в комнату Квентина. Прислушивается, но не слышит никаких звуков. Скорее всего, он еще спит. После всего, что вчера случилось, немудрено. Прошвырнуться за продуктами кажется не такой уж большой проблемой. Учитывая, что вчера Квентин спас его, рискнув собственной жизнью. Питеру хочется как-нибудь выразить свою благодарность, и вариант: быстро «слетать» в супермаркет, очень даже подходит. К тому же, если в ЩИТе и так знают, где они, то от кого им тогда прятаться? Вряд ли люди Джона Кейдена так быстро доберутся до Нью-Йорка. Фьюри же сказал, что у них будет хотя бы пара дней передышки. Паркер сам с собой договаривается, что нигде не будет задерживаться. Одна нога здесь, другая там. Бек только проснется, а он уже успеет вернуться с полными пакетами еды. Беспроигрышный план.  — ГВЕН? — обращается он к системе. Та выходит из режима «ожидания» практически мгновенно.  — Доброе утро, Питер.  — Да, доброе. Ты не могла бы вывести мне на карту ближайший супермаркет?  — Выполняю, — ГВЕН на пару секунд умолкает и выводит на проекции карту вместе с отмеченными магазинами продуктов, — дополняю: отметила те, которые соответствуют вашему бюджету. Как почувствовать себя нищим в присутствии ИИ за пять секунд? По крайней мере, в пяти минутах есть подходящий магазин. Питер выдыхает с облегчением: миссия выполнима. Стараясь не шуметь, достает куртку, находит в рюкзаке шарф и наматывает его так, что видны лишь глаза. Натягивает капюшон и удовлетворенно кивает своему отражению в зеркале. Вряд ли его можно отличить от обычного ньюйоркца, забежавшего в супермаркет по пути на работу или на учебу. Порывшись в карманах, он находит несколько свернутых купюр.  — Должно хватить, — задумчиво произносит он себе под нос, в уме прикидывая, что можно купить на это на Манхэттене. Вряд ли столько же, сколько и в Квинсе, но будить Бека ради того, чтобы добавить еще хотя бы двадцать долларов, он не решается.  — Что-то передать Квентину? Этим вопросом система умудряется поставить Паркера в тупик. С одной стороны, надо бы — вдруг, Бек проснется раньше, чем он вернется? Еще сообщит Фьюри или сам отправится на поиски? С другой стороны, он проснется раньше, услышит запись, психанет и снова устроит выволочку дома. Зная то, как легко можно вывести из себя Квентина, Питер был в полной растерянности, какой вариант хуже.  — Нет, ГВЕН, — решает, наконец, он, — никаких сообщений. Часы в лифте показывают пять минут девятого. Внизу, он ни с кем не сталкивается, кроме, разве что, сонного швейцара. Питер быстро выскакивает на улицу, натягивая капюшон как можно ниже. Но это Манхэттен. Здесь, люди заняты, преимущественно, только своей жизнью. Да и Питер, в своей потрепанной куртке и плотно замотанном шарфе, вряд ли сойдет за местную икону стиля или знаменитость. А на других людей, жители Верхнего Ист-сайда и внимания не обращают. Он очень редко бывал в этой части города. Питер рассматривает припаркованные прямо на улице дорогие автомобили и чуть не пропускает момент, когда зажигается зеленый сигнал светофора. Наконец-то начинает светать. Небоскребы отражают редкие лучи ноябрьского солнца, пробивающегося сквозь белесые облака. Паркеру даже немного жаль, что он не может сейчас спокойно прогуляться и как следует осмотреться. Может, когда-нибудь, ему это все же удастся. Проходя по переулку, он прислушивается к чутью: ничего. Но он все равно ускоряет шаг, преодолевая последние метры, отделяющие его от завтрака. Оказывается, что отмеченный на карте продуктовый, скорее, походит, по внешнему виду, на склад нелегальной продукции. От пола до потолка высятся полки со всевозможными странными коробками и банками. Изредка, но попадаются и привычные Reezes и даже Twinkies. Может, утренние консервы тоже были отсюда — почему-то эта мысль смешит Питера, и он прячет улыбку в плотно замотанный вокруг шеи шарф. Но несмотря на такой ранний час и неказистое помещение, народ тут все же был. Стараясь не привлекать к себе внимание, Питер направляется к полкам над которыми висит ярко-желтый транспарант с надписью: скидка до 50%. Хватает первую попавшуюся под руку упаковку с хлебом для сэндвичей, пару банок арахисового масла и самый дешевый джем, который только может найти. Полусонный парень на кассе, ненамного старше его самого, даже не поднимает взгляда, пробивая продукты. Питер быстро отсчитывает пятнадцать долларов, пытаясь не задерживать очередь. Он уже протягивает смятые купюры кассиру, когда замечает знакомую женскую фигуру. Нет, этого не может быть. У соседней кассы, собирает продукты в пакет тетя Мэй. Выглядит она подавленной и усталой. Ни привычной укладки, ни макияжа. То и дело, она бросает взгляды на выход, будто ожидая кого-то. Питер прослеживает за ее взглядом, но не видит никого подозрительного. Она сдержанно улыбается, когда продавец желает ей хорошего дня и быстро покидает магазин. Как она здесь оказалась? Где Хеппи? Почему с ней нет никого из ЩИТа? Может, она бежит от чего-то? В голову приходит идея связаться с Беком и попросить помочь ему выяснить, где сейчас остановилась его тетя, но тут Питер вспоминает, что единственный коммуникатор у него был в маске, которую он оставил дома. Тем временем, Мэй успевает перейти улицу и теперь направляется в сторону переулка, из которого пришел сам Паркер.  — Сдачи не надо, — на одном дыхании произносит он, хватает продукты и выбегает из магазина на улицу. Он хочет окликнуть ее, позвать, но в последний момент вспоминает, что они не одни. Бросается прямо через дорогу к переулку, в котором только что исчезла Мэй. Чутье предупреждает о надвигающейся угрозе, едва он сходит с основной улицы. Что-то определенно не так, Питер чувствует это. Он осторожно ступает вперед, оглядываясь.  — Тетя Мэй? — окликает он удаляющуюся фигуру женщины. Та останавливается и медленно оборачивается. Удивление, радость и беспокойство — все эти эмоции так быстро сменяют одна другую.  — Питер? — пакеты с продуктами падают на асфальт, — Это правда ты? Они бросаются друг к другу одновременно. Только зажившие ребра снова дают о себе знать, когда тетя стискивает его в объятиях. Паркер утыкается носом в каштановые волосы и облегченно выдыхает.  — Я так скучал, Мэй!  — И я скучала, Питер, — она чуть отстраняется, заглядывая в глаза, — ты не представляешь, как. Дальше, все происходит как в замедленной съемке. Паучье чутье будто берет контроль над сознанием, а Питер в этот момент отстраненно наблюдает: вот он отклоняется, несильно, но достаточно, чтобы выстрел откуда-то сверху не пробил грудную клетку. Отталкивает Мэй, точнее, ту, которая ей притворялась, и отпрыгивает в сторону, прежде, чем прозвучат еще два выстрела. Раздается крик: судя по всему, выстрелом задело женщину.  — Твою мать! Стреляй, Эрик, стреляй! — незнакомая блондинка, сбросившая с себя иллюзию, выбрасывает в его сторону какой-то предмет, отдаленно напоминающий шумовую гранату. Питер выстреливает паутиной, взлетая в воздух, но следующий выстрел обрывает ее, и он падает обратно, больно ударяясь спиной об асфальт. То, что он принял за гранату, оказывается проектором — вокруг все становится похожим на зеркальный лабиринт. Прямо, как в Берлине с Мистерио. Во второй раз не так страшно, — Питер полностью отдается чутью и закрывает глаза, уворачиваясь от все новых и новых атак. Чутье же должно вывести его отсюда?  — Питер! Мишель. Паркер распахивает глаза, встречаясь лицом к лицу с подругой, и через мгновение пропускает удар. Его отбрасывает назад, но ему удается удержаться на ногах.  — Как же тебя легко заманить, Питер, — голос ЭмДжей холоден, — я бы никогда не стала встречаться с таким, как ты. Это не ранит так сильно, как должно. Питер понимает это, одним точным ударом отключая того, кто бы ни притворялся его подругой. Иллюзия на секунду рассеивается, и он видит другой конец переулка — туда ему и нужно бежать. Он бросается к спасительному просвету со всех ног, уворачиваясь от выстрелов. Одна из пуль задевает плечо, но лишь по касательной.  — Помоги мне! — голос тети кажется настолько близким, что Паркеру кажется, что она бежит с ним рядом, — Питер, они убьют меня, помоги мне, Питер!  — Да, Паркер. Помоги своей тете, — голос Ника Фьюри заставляет его отвлечься. И когда он уже перестанет попадаться на эти уловки? Следующее, что он чувствует: ноги стягивает чем-то, напоминающим леску. От неожиданности, Паркер теряет равновесие и падает.  — Готово! — раздается возглас. Судя по всему, нападающих было больше, чем два. Он силится выпутаться, скорее, инстинктивно, но путы лишь сильнее затягиваются, врезаясь в икры.  — На твоем месте я бы не стал этого делать, — раздается голос прямо над ним, — закончится тем, что леска затянется так сильно, что порвет тебе сухожилия и мышцы. Неплохая штука, да? Взяли у военных. Просто так сдаваться он не будет. Питер расслабляет мышцы ног и смотрит, как к нему приближаются четыре фигуры. Реальность вокруг них мерцает, переливаясь, будто портал доктора Стрейнджа. Питер жалеет, что у него нет браслета-коммуникатора от старого костюма. Но он сам виноват — слишком глупо было полагать, что бывшая команда Бека будет ждать пару дней, чтобы нанести удар. А Питер просто сделал им подарок, выйдя в город без защиты.  — Где он прячется? Этот вопрос немного ставит в тупик.  — Кто?  — Ты прекрасно знаешь. Бек, где он? Так вот кто им был нужен. Паркер приподнимает брови, изображая удивление.  — В каком смысле? Он мертв.  — Что-то я в этом сомневаюсь, — неизвестный мужчина опускается перед Питером на колени, — судя по тому костюму, что на тебе был во время пожара, он не то что жив, так еще и умудрился оправиться от нашего «сюрприза». Блондинка, похоже, оправившаяся от удара, тоже подходит к ним, держась за плечо. Пуля ее все же задела.  — Давай, паучок, скажи нам где Бек, — хищно улыбается она, — и твоя смерть будет быстрой. А, ну конечно. Куда же без угроз, верно? Питер удерживается, чтобы не закатить глаза. Ему нужно тянуть время, ослабить их бдительность. Чуть опираясь на руки, он приподнимается.  — Еще раз повторяю: я не знаю, где ваш Квентин Бек. Я не видел его уже полгода. Да если бы и встретил, то явно не стал бы помогать, вам так не кажется? Мое лицо теперь знает каждый, ЩИТ оставил меня под домашним арестом, я никогда не увижу своих друзей. Зачем мне помогать тому, кто сделал это со мной?! На доли секунды, ему кажется, что ему поверили. Мысленно он даже успевает поздравить себя с этим. Но затем его опрокидывает на землю точный удар ботинком прямо в нос. Раздается противный хруст и во рту появляется тошнотворный привкус крови.  — Хватит врать, — резко прерывает его худощавый мужчина в камуфляжной куртке, — рассказывай, Паркер. И, может быть, не доживешь до того момента, как мы распилим твоего дорогого дружка на мелкие кусочки и разбросаем по всему Манхэттену.  — О, ну вот это действительно клише! — раздается совсем недалеко. Питер облегченно выдыхает, когда слышит этот голос. Все нападавшие оглядываются в растерянности, ожидая увидеть Бека. Этого замешательства оказывается достаточно. Питер выстреливает паутиной и отбрасывает двух мужчин к стене. Женщина уворачивается и стреляет в воздух, видимо, в надежде попасть в цель. Но как можно пристрелить того, кто невидим? В следующую секунду она сама падает на землю с простреленным коленом. Паркер морщится — это наверняка охренеть как больно. Леска на ногах разрывается. Он оказывается на ногах в доли секунды и тут же получает довольно ощутимый подзатыльник.  — За что?! Материализовавшийся буквально из воздуха Бек выглядит явно разозленным. Он не отвечает на вопрос, только делает взмах рукой — рядом с ними появляются несколько дронов.  — Бек, прости, — Питер пытается поймать взгляд мужчины, пока тот оглядывается по сторонам. Но тот будто и не замечает Питера.  — От тебя требовалось лишь одно, — произносит Квентин сквозь зубы, — одно, Паркер. И у тебя хватило мозгов именно сейчас сбежать?  — Я не сбегал, — пытается оправдаться Питер, — просто я проснулся, и…  — Дома поговорим, — мужчина хватает его за капюшон и буквально тащит его прочь из переулка к основной улице, — пошли.  — А мы не будем никому сообщать об этом? — Питер оглядывается на связанных паутиной людей, — Просто оставим их здесь? Бек бросает на него удивленный взгляд и усмехается.  — А ты хочешь, чтобы сюда сбежался весь ЩИТ? Что-то мне не улыбается встречаться с Фьюри, ни сейчас, ни в обозримом будущем. Вряд ли он оставит меня в покое после Лондона. Питер резко останавливается. Внутри все буквально холодеет от ужаса, когда он осознает, что происходит.  — Ну что на этот раз, Питер? — поворачивается к нему Квентин, — Что тебе опять не нравится?  — Ты, — еле слышно произносит парень. Иллюзия растворяется. Исчезает Бек, но исчезает и переулок и шумная улица. Вместо этого, Питер оказывается в каком-то заброшенном здании. Чем-то похожим на ту стройку, на которую его заманил Мистерио.  — Ну вот мы и узнали, как теперь можно обмануть Человека-паука, — раздается откуда-то незнакомый голос, — понравилось? Это крутая вещица — система Бека. Какой бы болью в заднице он ни был, разработки у него на высшем уровне. Чертов двинутый псих! Питер в растерянности крутит головой. Он абсолютно один, впрочем, он уверен, что сейчас окружен дронами. Да и какова вероятность, что это не очередная проекция.  — Окей, Питер. Давай я тебе быстренько расскажу что происходит: мы тебя увели с маршрута как только ты вышел из дома. Как тебе наши иллюзии улиц, магазинов, твоей тети, в конце концов?! Насчет Бека претензии заслуженные, у нас была его запись годичной давности, но думаю, тебе было не до деталей. Не волнуйся, с Беком ничего не случится, пока мы тут с тобой разговариваем. Насчет тебя не уверен… Извини, но лично меня уже достало, что ты уже столько времени путаешься у нас под ногами. Если бы не твое любопытство, то ничего бы и не было, Паркер. Может, Квентин даже был бы с нами сейчас.  — Что вам нужно? — прерывает этот поток сознания Питер.  — Ты, Питер. Нам нужно, чтобы ты, наконец, перестал нам мешать! Он срывается с места. Дроны начинают стрелять, но каким-то чудом ему удается проскользнуть мимо них. Бежать в куртке тяжело, и Паркер сбрасывает ее, вылетая на лестничный пролет. Похоже, это здание все-таки реально. Чуть не спотыкаясь о брошенные бутылки, он перескакивает с пролета на пролет, уворачиваясь от града пуль. Чутье подсказывает — он действует. И сейчас оно говорит ему бежать на второй этаж.  — Тебе не сбежать, Питер! — раздается позади. Кажется, они решили, что он спустился на первый, к выходу. Это поможет выиграть несколько минут. Ноги сами несут его вперед, и Питер буквально кожей ощущает свое спасение, когда вдруг его резко кто-то хватает и впечатывает в стену. Он выкручивается из захвата, ударяя локтем нападающего, и только услышав знакомый голос вскидывает голову.  — Твою мать, Паркер! — Бек потирает ушибленное плечо, — Спасибо, что шею не свернул.  — Отойди от меня! — Питер готовится к нападению и отступает на пару шагов.  — Прекрасно, это-то с чего? Если кто в этой ситуации и должен злиться, так это я — кажется, до мужчины, наконец, доходит и он вскидывает руки в примирительном жесте, — Ладно, у нас нет времени доказывать, кто есть кто. Надеюсь, я хоть получился похоже? Питер в отчаянии смотрит на Бека. Как узнать, какой из них — настоящий? Он пытается прислушаться к чутью, но он ведь все еще в опасности, так что какой эффект это даст? Идея приходит внезапно, но очень кстати.  — Подними майку. Жаль, что у него нет с собой камеры — выражение лица Бека в этот момент действительно бесценно.  — Ты спятил что ли? — мужчина даже не находится, что ответить, — Нашел время!  — Шрам, — Питер отходит назад, — покажи.  — О, господи. Бек быстро задирает куртку и худи. Действительно, шрам пробегает ровно в том месте, как запомнил Питер. Парень с облегчением выдыхает и в пару шагов преодолевает расстояние между ними, сжимая Квентина в объятиях.  — Так, меня начинает это все пугать, — Бек слабо хлопает его по плечу, — только не испачкай куртку кровью, парень. У тебя, кстати, нос сломан.  — А я и не в курсе, — улыбается ему окровавленными губами Паркер, отстраняясь. Где-то под ними раздаются звуки выстрелов. Они замирают, переглядываясь. Им нужно как-то выбраться на улицу, подальше отсюда.  — Как ты узнал, что я здесь, — понизив голос, спрашивает Паркер.  — Ты не снял шутеры, — кивает на его руки Бек, — я встроил туда маячок. Думаю, ты не против? Вообще, против. В любой другой ситуации, Питер наверняка бы возмутился. Но когда тебя постоянно хотят убить, а ты настолько глуп, что сам практически пришел «плохим парням» в руки, такая вещь даже радует.  — Ладно, надо уходить отсюда, — Бек хватает парня за руку, — ГВЕН, попробуй восстановить режим невидимости.  — Выполняю. Они спускаются ниже. Квентин что-то переключает на прикрепленном к руке дисплее. Вокруг них, появляются дроны. И их явно больше двадцати.  — Ничего не могут нормально сделать, — самодовольно улыбается Бек, — делов-то было…  — Что ты сделал? — тихо спрашивает Паркер.  — Отключил их систему. Больше никаких иллюзий, — Квентин что-то меняет, — теперь, они даже не смогут нас видеть или слышать.  — Ты в этом уверен? — раздается чужой голос. Квентин вскидывает голову, в удивлении смотря на то, как все дроны, вдруг, поворачиваются к ним. Щелкают предохранители.  — Мы не настолько безнадежны, как ты думал. Сообща, можно свернуть горы.  — Стивен? — Бек поднимает руки, смотря в камеру на одном из дронов, — Тебя что, уже допустили до управления?  — Как только ты ушел!  — Я не уходил, — саркастично улыбается мужчина, — вы пытались убить меня. Так что у меня, считай, не было выбора. Вы решили все за меня.  — Потому что не надо было быть таким козлом!  — Он слишком эмоционален даже для меня, — обращается к Питеру Бек, — у нас пять секунд. Питеру не нужно ничего объяснять. Выстреливая паутиной, он разворачивает несколько дронов прежде, чем те начнут стрелять. Чувство дежавю посещает его, и он пытается успеть развернуть как можно больше дронов прежде, чем те успеют выстрелить в них. Питер знает, что сможет если не увернуться, то хотя бы оправиться от выстрела. А вот насчет Квентина он не был так уверен.  — Уходим! Они бросаются к выходу. Холодный ветер обжигает лицо и Питер жалеет, что оставил куртку где-то в здании. Бек буквально тащит его за собой, уже больше не прикрываясь дронами.  — ГВЕН, отвлекай, — отдает команду системе. Окружающие их дроны рассредотачиваются по периметру. Бек ругается себе под нос, вытаскивая пистолет. Замечая удивленный взгляд парня, он пожимает плечами:  — Как ты думал, как я смог в тот раз уйти от них без оружия?  — Куда теперь? — вместо дальнейших разъяснений, спрашивает Питер. Он слышит звук тормозов и оглядывается. Черный внедорожник Хеппи тормозит на другой стороне улицы. Распахивается дверь.  — Когда ты успел с ним связаться?  — Как только увидел, где ты. Надо было быть полным идиотом, чтобы так поступить, Паркер! Он стреляет в одного из враждебных дронов. В ответ раздается целая очередь выстрелов. Кто-то из прохожих на улице начинает кричать.  — Только этого нам не хватало! Питер оглядывается по сторонам: люди выбегают из соседних зданий, асфальт усеян гильзами. Он будто снова вернулся на несколько месяцев назад. Все будто снова не настоящее, иллюзорное.  — Что мне делать, Бек? — выходит немного растерянно, и он сам себе кажется слабым мальчишкой из-за этого глупого вопроса.  — Будь добр, выведи из строя эти штуковины и давай убираться отсюда, — раздраженно бросает Квентин. Шутеры действительно работают исправно. Паркер расправляется с дронами в несколько секунд и снова бросается бежать. Кто-то из зевак уже начинает снимать их на телефон, и что-то подсказывает ему, что Фьюри явно будет не в восторге от всей этой затеи. Машина срывается с места тут же, как только они оказываются в салоне.  — Отвезу вас к самолету, дальше ждите указаний от Фьюри, — сообщает Хеппи, бросая взгляд в зеркало дальнего вида, — привет, парень.  — Привет, — выдыхает Паркер, — как тетя?  — Ну, — от неожиданности, Хоган даже немного теряется, — на самом деле, хорошо. Она пока не знает, что тут происходит. Надеюсь, и не узнает. Становится немного спокойнее. Это была всего лишь иллюзия, не более того.  — То есть, она в безопасности? — на губах появляется слабая улыбка.  — Да, — кивает Хеппи, — она в безопасности.  — А можно мы прервем эту светскую беседу и сбросим с хвоста вот тех вот парней? — Бек оборачивается, высматривая два легковых автомобиля, обгоняющих другие автомобили в потоке и явно следующие за ними.  — Дай мне хоть пять минут, Бек, — раздраженно отвечает Хоган, — до аэропорта еще ехать и ехать. Они не вернутся домой. Хотя, Квентин уже не уверен, что он у него остался. Насколько он успел понять своих «подчиненных», они были настолько же обидчивыми и вспыльчивыми, как он. А значит, не достав их самих, они вернутся и уничтожат его лабораторию, а значит, и его квартиру. Он не питает особых чувств к этому месту, да и вещи надо было бы когда-нибудь разобрать. Но все равно, мысль, что все это вот так просто исчезнет, злит его. Он не должен сорваться сейчас. Слишком большие ставки на этот их ход. Он может злиться на Паркера, да, но кто сказал, что на них бы не напали дома? Бек использует все доводы, чтобы успокоиться и, пользуясь тем, что Паркер и Хоган так увлечены «хвостом», достает телефон. Я думал, у нас была договоренность. Сообщение читают спустя пару секунд после получения. Бек прикусывает губу в раздражении смотря на экран. Я в курсе, но это было сделано не по моему приказу. Кажется, некоторые сотрудники решили проявить инициативу. Но лучше признать проигрыш, чем увиливать, правда? В то, что Кейден был в неведении и сладко спал в то время, как их с Паркером хотели убить, верится с трудом. Да, возможно, Джон захотел пересмотреть условия сделки и счел Бека «ненадежным». Это вполне понятно, но тогда и сделка с Фьюри окажется под угрозой. Квентин решает рискнуть: Хотите отменить сделку, конгрессмен? Минуту ничего не приходит. Машина резко уходит в сторону, и Квентин чуть не выпускает мобильник из рук. Дыхание сбивается, когда приходит новое сообщение. Нет. Думаю, мы договорились. Я сообщу своим людям, чтобы поговорили с вашими. Думаю, это их успокоит. Все в силе. Квентин выдыхает и переводит взгляд на Паркера.  — Оторвались, кажется, — слабо улыбается он ему, — кому ты писал?  — Фьюри, — лгать ему снова, оказывается, привычно, — но он ничего ценного не сообщил.  — Понятно, — Паркер откидывается на спинку кресла, — Бек, мне так жаль. Это все произошло из-за меня. О чем я только… Черт, я думал, у нас будет больше времени! Квентин устало прикрывает глаза. Все полетело куда-то в пропасть, хотя только утром ему казалось, что все было нормально, они могут выбраться.  — Я тоже так думал, — произносит он. Питер наверняка думает, что он злится. Смотрит щенячьим взглядом и взъерошивает и без того торчащие во все стороны волосы. А Бек просто не знает, как остановить эту лавину событий и вытащить их обоих из всего этого дерьма.