Самое долгое задание

В Централ Сити мы прибыли как раз к восходу. Брюс аристократически заметил, что заявляться так рано – моветон. Потому лучше сначала последить за лабораториями. Нет, следить не моветон. Пока мы с Джеем посмеивались его шутке, он подвел Крыло вплотную к зданию Старлэбс. Был уверен в маскировке своего самолета, в ряде диапазонов невидимом. Тихо завис над рекой, собираясь запустить сканнеры. Не успел. Вопреки маскировке мы были раскрыты. Знакомый моложавый голос вторгся на зашифрованный канал, предложил зайти на посадку. Бэтмен схватился за консоль, чтобы не дать перехватить и управление. Я улыбнулась в сторону, Циско такой позер. На берегу в полосе молний возник Флэш. Встал напротив нас, долговязый, упер руки в боки, мне заносчиво подумалось «эх, молодеж-жь». Подумалось, что Уэсту не так уж много лет, из Аллена герой наверняка вышел бы лучший. Более взрослый. Подумалось матом о Джейсоне, когда и он туда же... Едва борт подошел к берегу, Бладрэйн сиганул из люка и приземлился без переката прямо у Флэша перед носом. Тот не шелохнулся. По крайней мере, на человеческий взгляд. Спидфорс при умелых тренировках повышал скорость восприятия, похоже, Уолли их не пропускал. Джею не на что было рассчитывать, может, поэтому Уолли проигнорировал его задиристый взгляд. Не стал продолжать, легко сдался, первым отвел глаза. Пригласил спуститься остальных, вежливо, без фиглярства. Даже придержал лестницу, что сбросил Бэтмен. Я была удивлена. Чтоб Уолли не повелся на слабо? Это Уолли вообще? В других мирах, будучи сайдкиком при Флэше, он умел только блажить. Не подросток, сплошное шило в заднице, не раз чуть не угробился и не угробил других. Это терпели, списывая на молодость, мол, что поделаешь. Много чего, сказали бы в конторе. Нас к телепорту не подпускали до тридцати лет. Аномально вежливый Уолли Уэст вел нас троих внутрь, а я думала – он провожает или конвоирует? Я смотрела по сторонам, искала признаки ловушки, глубоко вдыхала запахи, сжимала в кармане джонов защитный амулет. Через черный ход комплекса, по стерильным коридорам, в деловой конференц-зал. К моему удивлению, там уже были Найтвинг и Чудо-женщина. Девушки стояли у окна и болтали, как давние подруги. Похоже, Рэй добралась чудо-авиалиниями, у Дианы есть способность летать. Я отчего-то сильно позавидовала божественным возможностям, хотя обычно осознаю, что нечему, обязательства тяжелы. Не знаю, верит ли эта богиня, что сила – ответственность, но от боев со «злыми» богами ей не отделаться. Может, это и не зависть была? Увидев меня, Рэй чуть не в припрыжку подбежала и за руку потянула к Диане знакомиться, та уже издали начала улыбаться. От этой идиллии в утреннем свете улыбнулась и я, разжала в кармане амулет. Что же Рэй на меня так сильно действует? Бэтмен с Бладрэйном укоризненной тенью остались за правым плечом. Амазонка оказалась обаятельной, как любая уверенная в себе женщина. К радости Рэй, мы быстро нашли общий язык. Обсудили, как оттирать от доспехов останки ядовитых чудовищ. На лице отиравшегося рядом Уолли было написано желание стрельнуть телефончик у всех трех. Оказывается, девушки познакомились всего-то вчера вечером. Флэш на патруле переживал, что плохо подбросил Найтвинг приглашение, и амазонка полетела проверять. Была застукана, когда тянулась к чужому карману среди улицы, не ее это. Вспоминая, обе хохотали, и утро становилось еще солнечней. Пойманная за руку принцесса решила не бежать, а объясниться. Рассказала затею доктора Уэллса, и что песня его авторства, Диана только подобрала ей подходящих исполнителей. Рэй перебила воодушевленно, что затея мне понравится, осуществит одну мою мечту, я как-то ночью говорила ей. Какую? Я же вслух не предлагала тройничок?.. Происходящее больше напоминало дружескую встречу. Диана уверяла нас, что все без подвоха, мы скоро сами убедимся. Меня вдруг обуяла вежливость, я согласилась подождать с вопросами. Например, насчет толстых стен и бронированных окон – это должно защищать или запирать? Следующий гость, Супермен, пришел без конвоя. Вбежал в двери, не менее быстрый, чем спидстер. Почти одновременно из телепорта вышел Константин. Оба замерли, оценивая картину. И присоединились к идиллии в утренних лучах. Я заметила мельком, как они забавно смотрелись рядом друг с другом – брючный костюм и суперкостюм. Мятая рубашка с приспущенным красным галстуком и тугой комбез с кокетливым красным пояском. Если вдуматься, мы все здесь забавно смотрелись, Джокер, избравший клоунский грим, был не так уж неправ. Я вглядывалась в окружающих, не замечает ли кто чего? Угадывала в них собственную настороженность, опять заметила пристальный взгляд Рэйчел на Кларка, но спрашивать было не место. Наша группка разбрелась по залу, занимая выгодные позиции как будто невзначай. Пока хозяин встречи не пожаловал, здесь были только его работники. Циско Рамон и Кейтлин Сноу старались развлекать гостей. Единственные без костюмов и масок, ходили по комнате, общались, улыбались. Но уклонялись от вопросов, зачем нас собрали здесь. Сноу делала это с легкостью урожденной аристократки. Не многие здесь догадывались, что она выросла в одной из самых влиятельных семей Америки. Ее дипломатичность понадобилась, когда чуть не поругались Флэш и Супермен. После инцидента с дележом Америки, они явно избегали друг друга, стоя в разных концах зала и стараясь в противоположный не глядеть. Но когда Флэш подошел к Диане, они невольно оказались рядом. Под маской, искажавшей лицо спидстера, не было понятно выражения. Маска, в которой явился Кларк, делала его похожим на собственный монумент. Недовольство сквозило в позах, неодобрение. Желание высказать. Мисс Сноу подплыла к ним, казалось, без спешки. Напомнила обоим причину их противоречий – они оба пекутся о мире. И больше ничего. Этого хватило, чтобы парни сдержались, отвернулись друг от друга. И остались стоять рядом. Маги, люди, инопланетяне – Кейтлин умудрилась найти общий язык со всеми. Покорила и меня с моей симпатией к спокойным людям. Таким, как Грейсон. Я же беспокоюсь из-за всего на свете. Я беспокоилась, что целые мегаполисы остались без прикрытия, один выдающийся дворецкий не в счет. Я беспокоилась, что все яйца в одной корзине, в зале Старлэбс. Но пока самое страшное, что случилось, это Циско с просьбами о селфи. Парнишка нервничал, смущался, светился от радости, даже несмотря на мрачные отказы некоторых. Когда Бладрэйн обернулся на него угрожающе, мне показалось, Циско пискнул как щенок. Я же была не против щенячьего обожания. После нашей с ним неловкой фото-сессии Найтвинг шепнула, что еще один парень рядом со мной покраснел. Мы обе покосились на шлем Джейсона и прыснули. До ощущения полноценной вечеринки не хватало бокала в руке. Как будто нас не заманили сюда без четкого повода, непонятно кто, неизвестно зачем. Оглядывая зал, я недоумевала, и как только все здесь решились прийти? Ах да, из солидарности, успели вместе и повоевать, и побухать. Флэш выбегал разок, вернулся со Стрелой и Наблюдателем. Оба в байкерской защите и немного нервные, я энергично замахала им рукой. Куин кивнул на это с чопорностью королевы Англии, Смоук захихикала в кулак. Я жестом напомнила Стреле, кто сделал маску, в которой он. Или напомнила ему, что он енот, то есть, приложила руки к глазам. Оливер закивал с куда большим чувством, Фелисити зажала себе рот. С этой маски, дизайн которой был украден, начнется мой побочный бизнес – разработка и изготовление брони. Агенту ли не знать, какая защита понадобится героям. Только окажется, клиенты из них не ахти. То на задаток денег нет, то пытаются отдать борзыми щенками. У атлантов очень странные «щенки»... Уэллс появился как-то неожиданно, в какой-то момент его вдруг заметили среди нас. Буднично ходил и приветствовал. Наверное, просто зашел через дверь, но никто позже не смог вспомнить этого. Доктор был рад видеть каждого. Ответив на его рукопожатие, каждый выжидающе замолкал. Я напряглась, когда он подошел ко мне, даже вблизи я не смогла услышать его запаха! Для человека с биологией, перестроенной в детстве, отсутствие запаха – это нонсенс. Все в мире либо пахнет, либо воняет. Причина могла быть только одна – запах Уэллса нейтрализован магически. Это давало большой простор для подозрений, кто под его личиной. Слишком большой. Я даже грешным делом подумала, не напарник ли. Но ничего, кроме застарелого желания его увидеть, на это не указывало. Я, как многие, косилась на Константина, ведь он не из лени полвека не убирал с визитки забавную надпись «Повелитель темных искусств». Это констатация важного факта о нем. Маг был задумчив, как и все здесь. Может, и понимал больше нашего, но не спешил поделиться, и кто бы сказал, что творится в его голове? Уэллс поднялся к кафедре, на ступеньку не дойдя до верха, под пристальными взглядами остановился, сам пристально оглядел зал. Он начал свою речь, емко сказал, зачем собрал нас. У так называемых злодеев просматривается тенденция к группированию. Доказательствами служат – внимание на экран. Во всю стену высветились графики, перекрестные ссылки, я узнавала все имена. Данные были подробными, с моделированием ближайших событий. Бурного эффекта не вызвали, герои – публика трудная. Если бы они тоже узнавали, как я… Информация на экране отдавала спойлерами, будто собиралась спецами моей конторы, я жадно вчитывалась, выискивая подвох, – и хочется и колется поверить. Когда прервалась связь с Центром, я упала с огромной высоты знаний о прошлом и будущем. Снова вспыхнула надежда, что передо мной коллега. Захотелось подбежать и просто на удачу сказать – Сокол! Таков его позывной. Нет, вряд ли, логичней будет пошпионить за псевдо Уэллсом. В голове билось «на кого он работает?». Такая логика уже переросла в рефлекс. Бэтмен о чем-то спросил меня, я кивнула, слушая с трудом. Наконец, уняла волнение, вникла. Он говорил про Кинг Шарка, в моделировании нашлось и про того. Уже произошедший эпизод и пара в будущем. Нет, Би, я просто угадала. Доктор просчитал. В зале началось обсуждение. Не то, чтобы собравшиеся приняли данные на веру, но многие, как мы, подметили кое-что сами, ранее. Подозревали, ожидали, просто не работали со статистикой. Хотели знать источник данных. Я же хотела алгоритмы статанализа, данные и у самой есть. Уэллс говорил, что все источники – открытые. Еще, конечно, Диана и Флэш ему помогли. Предлагал начать обсуждение, обмен знаниями. Его вклад в копилку произвел эффект. Какое-то время ушло на то, чтобы справиться с подозрительностью. Перепроверить источники на пять раз. Прикинуть, чем может грозить открытость. И сделать непривычный первый шаг. Его сделал Бэтмен, молодости свойственна решительность. А может, на него давил компромат, ведь Уэллс знал о Джонни Спичке. Пока доктор не спешил поминать чужие секреты, но что будет дальше? Бэтмена поддержала Наблюдатель, и другим смысла молчать не стало, мало кто был осведомленней нее. Информация, которой герои смогли обменяться благодаря встрече, подтверждала выводы доктора – преступники, пока что, более организованы, чем те, кто им противостоит. Подпольная сеть Черной маски, махинации Лекса Лютора, еще с десяток полууголовных имен – все паутиной взаимосвязей восходило к двум лицам. К древним бессмертным, Рас аль Гулу и Вандалу Сэвиджу. Этот Уэллс не дал героям разгадать мировой заговор самим. Заспойлерил. Теперь история пойдет иначе, я не знала, радоваться ли. Самой не раз хотелось рассказать, предупредить. Но без докторской степени я бы звучала как те сумасшедшие, что на перекрестках пророчат конец света. Хотя, Брюс, может, и поверил бы, ведь он и сам сейчас немножко Рас. Под давлением внушительных графиков герои стали готовы сотрудничать, и куда только делась спесь. Под экраном, полным диаграмм, уселись за круглый стол. Может, Уэллс имел компроматы на всех. По ходу дела вырабатывали правила совместной работы, и вот тут я не могла молчать. По долгу службы я насмотрелась на различные уставы и их столкновение с жизнью. Упрямо перебивала, когда кто-то предлагал правило, которое не сработает. По сути, тоже спойлерила – приводила им примеры из их же жизней, только меняла имена. Например, если не доверять коллегам ничего личного, то они не заметят, когда с твоей личностью случится что-то не то: инопланетный контролирующий чип, магический гипноз, подмена клоном – все это уже было с Лигой Справедливости в нулевом мире. Рядом должен быть кто-то, кто знает тебя. Доказывать это коллегам приходилось тоже не выдавая ничего личного, не поминая их прошлого, о котором я не могу знать. Потому я не была уверена, что мои басни кого-то впечатлили. Но я была полна решимости изменить будущее Лиги, толкнув ее членов на путь тимбилдинга. Мы провели за обсуждением часов шесть, и даже не все из них ссорились. Еще бы, выяснилось, что Наблюдатель знала интересные вещи о готэмских психах, а Диане было что рассказать о Лиге Теней. Я не могла нарадоваться, но не понимала, зачем все это нужно Уэллсу. Тот хранил молчание в большинстве споров и иногда с интересом смотрел на меня. Под вечер, уловив всеобщую усталость, доктор объявил, что приготовил для нас приятный сюрприз. Он назвал наше собрание достижением, иронично прибавил – заслуживающим поощрения. В соседнем зале нас ждал фуршет. Напитки и легкая музыка были приняты на ура. Герои с удовольствием пошли отдыхать, за день найдя больше поводов для сотрудничества, чем для конфликтов, многие продолжали разговор. Легко и незаметно Лига складывалась. Слишком легко, гораздо легче, чем в нулевом мире, я ощущала манипулирование. И старалась не сводить с Уэллса глаз. Доктор отдыхал наравне со всеми, но в какой-то момент отделился от толпы, отошел к стене. Он окинул взглядом оживленный зал, и к моему удивлению его лицо приобрело настолько удовлетворенное выражение. Прямо засветилось, будто он выиграл олимпиаду или даже целое дружеское пари. Я не выдержала и двинулась к нему. – Что дальше, Младшая и Темная? – подперла я стенку сбоку. – Джон уже заговаривает о подобии Темной Лиги, осталось придумать толерантное название, – тут же отозвался Уэллс. Тут же понял о чем я. – Чур, никакой Младшей, я против подростков в пубертатный период на ответственной работе. Учиться надо, в школу ходить. – Эксплуатировать детей, пусть даже ради мира, конечно, не хорошо, но куда девать их суперсилы? – Я же сказал, в школу, – Уэллс подпустил в улыбку лукавства. Тут же вспомнилось, как лукаво умел улыбаться профессор Ксавье. Полная подобных намеков, беседа завязалась сама собой. Уэллс, как между делом, заговорил противниках-злодеях и зле как таковом. Я, как между делом, упомянула Друзей человечества, к месту уронила имя Стервятника – представителей чужого измерения. Внимание привлекла. – Каковы твои источники? – спросил Уэллс, нагнувшись ко мне. – Рассказы переселенцев? Видения? Комиксы? На слове «видения» кольнул кафф, пришлось напрячься, чтобы рука не потянулась к уху. – Все вместе, – уклончиво и предельно честно ответила я. Источники нашей конторы весьма разнообразны. В мирах DC мы существуем лишь в художественных произведениях, если вообще существуем, и моему собеседнику это явно известно. – Значит, герои, что ж, сыграем? – я процитировала его. – Какая осведомленность, – Уэллс улыбнулся, слегка отстраненно, погрузившись в свои мысли. – Игра в итоге стала личным. Он с теплотой посмотрел на команду Старлэбс, на смеявшихся среди новых знакомых Уолли, Циско и Кейтлин. По-человечески, трогательно. Я стала уговаривать его раскрыться, назвать свое настоящее имя. Подозревала в нем как раз-таки переселенца. Он не хотел. – Ты будешь смотреть на меня предвзято, если скажу. – Я не настолько необразованна, чтобы не видеть суть сквозь имена! – вспыхнула я, он явно жеманничал. – Чего только не повидала, варианты, реверсы… – Апокалипсис. Я замолчала, сбившись с речи. Я не поверила, мотнула головой. Он доказал. Достав КПК, показал сигнатуры излучения, разрушающего ментальный контроль камней Апокалипсиса. Раскалывающего те красные рубины, что во лбу Синистера и всех его жертв. Это секрет, известный только их автору, до сих пор не добыт нашей разведкой. «На бумаге» сигнал выглядел рабочим, я кое-что в них смыслила. Был элегантным в своей простоте, я даже поразилась, почему раньше никто не додумался, так просто все казалось теперь. Почему никто не подумал, что камни не камни, а органические компьютеры? Это бесценный подарок, он поменяет расклад в войне... Я осознала, что, склоняясь к экрану, соприкасаюсь плечами с Врагом. Усилием воли заставила себя не дернуться. А он продолжил непринужденно беседовать, чем проявил такт. В нем не было и следа раздутого эго Апокалипсиса, зато была бездна ума. Эн Саба Нур – доктор нескольких наук, интереснейшая личность. Таким он мне предстал. Быстро избавил от потрясения, отвлек рассказом своего появления здесь. Его причиной, хм, поразил. Апокалипсис решил помогать героям потому, что прямо перед попаданием сюда выпивал с Логаном. А по пьяни сел играть в карты с Гамбитом. А проиграв, попался трезвому Чарльзу… Бог невозмутимо изложил это, человек бы постыдится. – В новом времени я ни с кем не воевал, это не то, что нужно моей родине, какой бы она ни стала. Я просто жил для себя. Как я его понимала. Так, что впору задуматься, не посмотрел ли он мысли в моей голове. Но у агентов защита от телепатии божественного уровня, баба Яга ставила. – Ксавье уговаривал меня присоединиться к героям. Имел в виду своих, местных ребят. Не знал, насколько я не люблю проигрывать споры. Что богам осталось, кроме азарта? Ребята, скучающе на Олимпе, согласились бы с ним. – Я видел во сне, – продолжил египетский бог, – в этом измерении героев не хватает. Не хватает для сражения с Дарксайдом. Не хватает Фонарей для поддержания порядка в космосе… Эн Саба Нур говорил что-то важное, я не слушала. Не могла. – Значит, Апокалипсис пил с Росомахой? – мой разум буксовал. – Значит, видишь сквозь имена? – Просто переход резковат. От «я должен править миром» до «выпьем, Логан, где же кружка». – «Править миром» было давно. Молодой я был!.. Я чуть не заржала как лошадь. – Раз повзрослел, чего с Гамбитом в карты сел? Проф точно караулил, я бы на его месте караулила… Эн засмеялся сам. Чуть раньше он попросил называть его просто Эн, чем я пользовалась, уменьшительное имя помогало примириться с масштабом его личности. – Не горячись по пустякам! Большую часть своей жизни я проспал, – вдруг тон его изменился, – в гробнице заточения спал и видел другие Земли… Пытаясь вообразить это, я глупо приоткрыла рот. Ну, по крайней мере, он не агент аль Гула или Сэвиджа, другой масштаб личности. А Эн уже стремился мыслью дальше. Ему явно нравилось играть за героев, строить планы, рассуждать. – У нас по Централ Сити бегает еще один спидстер, – он как Штирлиц давал информацию к размышлению. – На Земле-2 Найтвинг попал под лазерный взгляд Супермена. Тамошний Зум засекает переход между мирами, Реверб чувствует телепорты Циско, придумываем другой способ туда попасть. О, Диана целуется с Джоном. Я встряхнула головой. Не послышалось, взгляд Эна упирался в Константина, зажатого в углу Чудо-женщиной. Тот был активно не против. Эн между тем продолжал: – Местный Арес шокирует меня своей логикой. В его планах заложен провал. Арес может лишь прикидываться злодеем… Я с трудом поспевала за ходом его мыслей. Про себя удивлялась выводам, но не хотела перебивать, обратилась в слух. За весь вечер не пригубила алкоголь, иметь ясную голову было интересней. Не мне одной. Атмосфера в Старлэбс постепенно становилась оживленнее, громче. Эн снова улыбнулся, оглядывая зал, и я получила необходимую паузу, голова лопалась от мыслей. Измерения бесконечны как цифры после 3,14, есть все варианты хода истории. Человечеству хочется знать что будет, как правильнее жить, куда развиваться. Перед моей конторой стоят фундаментальные вопросы, помимо сиюминутного «спасения мира» – получение знаний. Полевые агенты отнюдь не флагманский отдел. Эн, возможно, знал ответы даже на риторические вопросы, он, как говорится, видел время. Зачем ему спорить, играть за героев или злодеев? Почему остается этот азарт? Я не спрашивала, не ставила бога в неловкое положение, ведь нельзя заставить людей понять, если мы не понимаем сами. Какого я не сказала, что я из другого мира, не спросила его, как вернуться домой? Надо понимать, не очень-то мне этого хотелось…