«Я люблю вас, учитель!»

      Следующий день начался, как и у всей страны, когда утро уже перешло в день. Я проснулась и валялась, уставившись в потолок и размышляя о вчерашнем дне. Совершенно не представляю, чего теперь ждать. Но мое сердце сильно билось, как будто в ожидании чего-то. Так или иначе, вчерашнее происшествие не может остаться без последствий. Так или иначе, что-то изменится.       Тем не менее, пора было вставать, скоро Полька потащит на прогулку.Взяв в руки смартфон, я написала привычное мне утреннее приветствие учителю. Потом задумалась, а может зря? Все-таки он вел себя, как негодяй, и не стоило ли мне пообижаться подольше?       Но ладно уж, раз написала, значит, написала. Никогда я не научусь хитростям в любви.       Стоя после душа с феном перед зеркалом в коридоре, я не сразу расслышала телефонный звонок. Наверное, Полька! Быстренько выключив прибор и метнувшись в свою комнату, Я взяла в руки смартфон. И тут же его выронила. К счастью, на кровать. Он! Звонит мне! Меня как будто окатило волной, я задыхалась и не знала, что делать, только глядела во все глаза. Он же сейчас положит трубку!       Опомнившись, я схватила телефон с кровати и провела пальцем по экрану: - Алло! Я слушаю!!!- Я так боялась, что опоздала.       В трубке послышался любимый голос, звучавший с каким-то новым тоном. Напряжение? Хрипотца? Просто грустный? - Не думал, что ты захочешь со мной разговаривать после вчерашнего.       Я смущенно затараторила: - Да что вы, Алексей Викторович, я сама виновата, приперлась не вовремя, вы были нетрезвы и хотели меня припугнуть, чтобы я не ходила одна поздно, я понимаю. Вы бы не сделали мне ничего плохого, я это точно знаю!       В трубке послышался сильный вздох: - Аня, ты просто…. Каждый раз, когда я думаю, что ты меня уже ничем не удивишь, ты доказываешь, что я ошибаюсь.       Почему так приятно от этих слов? Но больше всего – мы разговариваем! На самом деле. Как будто я – обычная девушка, с которой такой человек, как Алексей Викторович может говорить. - Я бы хотел увидеться с тобой. Это возможно?       Вот тут уже мне пришлось сесть. Потому что от его слов подкосились ноги. - Аня?- голос в трубке звучал встревоженно.- Прости, наверное, не стоило просить о таком. Забудь. - Нет!!!- От страха, что я упущу такой шанс и не узнаю, что же учитель хочет мне сказать, я буквально заорала в трубку.- Я очень хочу с вами увидеться! - Ну… я сейчас пойду гулять с Акселем. Хочешь – присоединяйся и поговорим, если ты уже встала. - Да! Я не сплю! Я могу выйти. Уже бегу!       Собиралась я со скоростью урагана, так что Васька, проснувшийся, когда я заорала, смотрел на меня изумленными глазами. Плевать, скорей, скорей! Внезапно до меня дошло, что от вчерашнего страха, заставившего меня сломя голову бежать от него, не осталось ни следа. Лишь радостное возбуждение в предвкушении новой встречи. - Скажешь папе и маме, когда проснутся, что мы с Полькой гуляем!- Сказала я Ваське и чмокнула его в щеку, пока он от неожиданности не успел уклониться.       Пролетая в подъезде по две ступеньки, я только в самом низу расслышала телефонный звонок. Черт! Полька! Я сняла трубку, объясняясь на бегу: - Слух, Полька. Мне нужна помощь. Я сегодня никак не могу с тобой встретиться, по крайней мере, не сейчас. Но официально мы с тобой идем гулять. Ок? - Че? Ну вот! Опять твой учитель? - Ммм... - Серьёзно?! Подарок сработал? - В некотором смысле, даже слишком. - Как это – слишком? - Слушай, я не буду это по телефону рассказывать. Как встретимся, узнаешь. Я напишу. - Ну что, удачи, счастливица! Звони в любое время, даже ночью, я ж спать не смогу пока всё-всё не узнаю! - Обязательно!       К автобусной остановке я прилетела птицей. 1 января. Неужели сейчас буду торчать тут три часа? Но провидение смилостивилось надо мной на этот раз и нужный автобус подъехал почти сразу.

***

      Знакомая тропинка в парке и высокая фигура в черном с черным псом. Увидев меня, Аксель рванул навстречу. Обожаю эту собаку! Ничего лучше, чем он для смягчения моего крайнего смущения при встрече с Алексеем Викторовичем и быть не могло. Аксель бил хвостом, выпрашивал вкусняшки и радостно гавкал, приглашая идти к любимому хозяину. Я возилась с ним, пока не услышала голос: - С Новым годом, Аня.- Учитель выглядел точно так же, как всегда, спокойным и собранным.- Рад, что ты спокойно отнеслась ко вчерашнему. Я перед тобой очень виноват и моему поступку нет оправданий.       Я смутилась и щеки опять загорелись. Так просто упомянуть о вчерашнем! Он что, совсем не волнуется? Я быстро подняла глаза, встретилась взглядом с Алексеем Викторовичем, и отвела глаза.       В парке было очень тихо, ни птиц, ни людей. Деревья стояли с голыми ветками, и я так пристально в них всматривалась, что могла бы с точностью нарисовать по памяти. Романтично падал легкий белый снежок, и весь мир казался белым – небо, воздух, земля. - Почему вы это сделали?- Вот вопрос, ради которого я сюда пришла. Вот почему я пришла бы, даже если бы очень боялась. Мне нужно узнать! До сих пор учитель целовал меня только по моей просьбе, это был первый раз, когда он сам это сделал. Так почему? - Я выпил и не удержался. Прости, если можешь. Я не хотел причинять тебе боль. Мне очень жаль.       Черт, опять вдруг защипало в глазах. С какого перепугу на сей раз? Ведь ничего ужасного учитель не сказал. Он просто был пьян, я тут ни при чем. Ничего плохого. - Я не сержусь. Я понимаю. Ничего страшного.       Учитель стоял напротив меня, а мне вдруг показалось, что бесконечно далеко. - Почему ты не испугалась? Разве нормальная девушка не должна бояться, когда с ней делают что-то подобное? - Я не боялась, потому что знала –вы не сделаете мне ничего плохого. Я вам доверяю.-       Глаза учителя были очень грустными, и мне до боли захотелось утешить его. - Почему ты в этом так уверена, Аня? Я вот совершенно не уверен. - Потому что вы меня отпустили и оплатили такси. Вы просто были не в себе. Что-то произошло? До того, как я пришла?       Алексей Викторович сощурил за стеклами очков свои японские глаза и сказал: - Я просто был зол на себя. - А... почему? - Потому что проиграл.       Недоумение росло с каждой секундой. Что? - Во что проиграли?       Учитель рассмеялся: - Аня, я все время забываю, что ты все понимаешь буквально. Наверно сейчас ты единственный человек в мире, который смог заставить меня улыбнуться. - Что?- Вроде бы он не пьян, да? Говорит полнейшими загадками.       Учитель снова подошел ко мне близко-близко, как вчера, только не прижимал меня и не прикасался. Ощущение, что он дает мне возможность убежать. Но я не отступлю ни на шаг. И не только потому, что от его близости ноги снова налились свинцом, но и потому, что не хочу. - Я проиграл, потому что ты победила. Я люблю тебя, Аня. Я влюбился в тебя уже давно. В голове зазвенело с такой силой, что мне с трудом удавалось фокусировать зрение. Любит? Меня?! Алексей Викторович?!! - Ш-ш-шутите?- внятно изъясняться после таких слов я точно не могла. - Нет, Анют. Я не шучу. Ты меня покорила. Я влюблен в тебя.       Все ангелы собрались вокруг моей головы, чтобы спеть песнь. Их голоса звучали так стремительно, что я не могла разобрать ни слова. Белое марево окружило меня со всех сторон. Что-то соображать я начала только через какое-то время, почувствовав знакомое тепло родных объятий: - Аня! Аня! Приди в себя.- Любимые большие руки обвивали мое тело и придавали смысл моей жизни. Онемевшими губами я еле слышно пролепетала: - Кажется, вы сказали... - Я люблю тебя, Аня Сазонова. Дурёха, которая двух слов от восторга связать не может. Теперь понятно? - Д-да… - Хочешь встречаться со мной? - Учитель! Вы хотите сказать, что я теперь ваша девушка? - Да.       Это твердое уверенное «да» окончательно вернуло меня на землю. Я посмотрела в его лицо и не отвела взгляда, как обычно, а наоборот, смотрела в его глаза, надеясь, что смогу понять, если он шутит. Большие (кто сказал, что у японцев они узкие и маленькие?) и сейчас кажутся совершенно черными. Необычный разрез и пристальный взгляд вызывают дрожь. Наверное, так чувствует себя кролик под взглядом питона. Глаза за стеклами очков блестели, губы сжались, руки крепко сжимали меня, а взгляд пронизывал меня насквозь, как будто я должна сказать что-то очень важное. - Я люблю вас! - Обвив руками шею Алексея Викторовича, я потянулась к его лицу. Встретившись, мы слились губами, и я продолжала шептать «люблю тебя», пока нежные губы моего учителя ласкали мое лицо. Поцелуй затягивался, и я теснее прижималась к любимому. Это не может быть правдой! Хоть бы это оказалось правдой... Хоть бы этот поцелуй никогда не кончался.

***

- С третьего раза дошло, слава богу! А то я думал, ты окончательно поглупела на радостях. - С такими словами Алексей Викторович разомкнул объятия.       Я, с бьющимся сердцем, смущенно извинилась: - Просто для меня это очень странно…       Мы пошли по дорожке и Аксель радостно носился рядом, чувствуя какие-то перемены. Я робко поглядывала на учителя, не в силах поверить, что он это сказал. Алексей Викторович взглянул на меня, улыбнулся и протянул руку. Я медленно тронула её пальцами, и он их поймал. Иду, держась за руки с учителем… Невероятно… Сердце стучало с шумом и почему-то не в груди, где ему положено быть, а в ушах. - Что странного в том, что кто-то признался тебе в любви? - учитель свистнул Акселю и тот подбежал, хлопая ушами, и чинно пошел рядом с его левой ногой. - Не кто-то, а именно вы, это-то и странно.       Алексей Викторович вздохнул: - Я тоже просто человек. И чем раньше до тебя это дойдет, тем лучше. Пойдем, я тебе чаю заварю. Надо поговорить.       В его дом я входила уже привычно, как будто к себе. В голове шумело от всего, что я услышала и то, что теперь я не просто гость, а девушка учителя, добавляло сумбур в мои мысли. Алексей Викторович помог мне снять верхнюю одежду и прошел на кухню.       На ватных ногах я поплелась за ним и плюхнулась на стул. Чаю совсем не хотелось. Хотелось остаться в объятиях учителя. Когда меня окружали кольцом эти сильные руки, всегда казалось, что ничего плохого произойти просто не может. Да и не мешало бы еще раз услышать те слова… А то вдруг я все-таки что-то не так поняла?       Тем временем Алексей Викторович накрывал на стол. Я любовалась его стройной фигурой и изящными движениями. Даже когда он просто заваривает чай, ощущение, что это какой-то танец. Налив две большие кружки ароматного чая, добавив в них мёд и лимон, Алексей Викторович сел напротив меня. - Пей.       Я нервно отхлебнула и, само собой, поперхнулась. Откашливаясь, я хлопала себя по груди. Учитель сказал: - Аня, ты в своем репертуаре. Осторожней, хорошо? - Ага. - На самом деле я очень нервничала. И потому, что недавнее признание в любви меня выбило из колеи, и потому, что он собирался мне что-то говорить. А я сейчас была слишком счастлива, никакая новая информация ничего к моему счастью не добавит, а вот убавить очень даже может… - Аня, теперь всё будет очень непросто. Надеюсь, ты понимаешь.       Внимательные глаза следили за моим лицом. - Ты несовершеннолетняя студентка, а я твой педагог. Такие отношения никогда не смогут быть простыми. Если о нас узнают раньше времени, произойдет много плохого. - П-плохого?- звучало очень угрожающе. - Да. У меня могут быть неприятности на работе. А для тебя еще хуже. Твое имя будут трепать все, кому не лень. Ты станешь новостью номер один. Каждая наглая рожа будет лезть к тебе с вопросами, как давно ты крутишь роман с учителем, и неужели решила таким способом оценки заработать. А учителя смотреть, как на нахалку, которая решила не учиться, а …Неважно. И это еще самый мягкий вариант. А я при этом, возможно, даже не смогу быть рядом, чтобы защитить. Не исключено, что и тебе, и мне придется оставить колледж.       Я храбро заявила: - Я не боюсь.- Хотя на самом деле мне стало очень страшно. - Ты вообще излишне храбрая. Даже себе во вред. - Почему? - Например сегодня. Так просто взять и приехать сюда. Повторения вчерашнего не боялась? - Я уже говорила, что нет!       Алексей Викторович вздохнул: - А еще твои родители. Как ты думаешь, как они отреагируют на подобные отношения.       Вот тут мне было что возразить: - Вы не знаете моих родителей, Алексей Викторович, они совсем не обычные. Сильно подозреваю, что мама вообще уже обо многом догадывается. И уж точно они не побегут на вас в суд подавать. А на чужие сплетни они просто скажут, что это полная ерунда или что никого не касается, кого любит их дочь. Это я вам точно говорю.       Любимый улыбнулся: - Становится понятнее, в кого ты такая не от мира сего уродилась. -А? -Неважно. Даже самые либеральные родители не одобрят того, что их дочь бросила колледж из-за скандальной связи с учителем. Я не хочу, чтобы ты ломала себе жизнь из-за меня. Никогда себе не прощу, если это случится. Ты должна окончить колледж. Это как было моим условием, так и осталось. Если наши отношения будут этому мешать… - Но ведь вы сказали, что мы будем встречаться, а раньше вы говорили, чтобы я окончила колледж только чтобы…. Отделаться от меня. Учитель нежно сказал: - Глупенькая. Ты мне уже тогда понравилась.       Я слушала, затаив дыхание: - Правда?       Алексей Викторович закурил и тихо, глядя на меня начал рассказывать: - Аня, думаю, я влюбился в тебя с первой песни. Помнишь, когда мы были в походе первым курсом? Я шел по берегу и услышал волшебный голос, певший красивую песню. Он брал за душу. Так, наверное, пели сирены, заманивавшие моряков в Древней Греции. Я шёл и хотел только одного – увидеть краем глаза девушку, которая пела. Конечно, я думал, что там какая-то компания. Когда я понял, что девушка сидит одна, я даже испугался. Понимаешь, это как колдовство: ночь, лес, река и красивая песня. Слишком хорошо, слишком сказочно. И вдруг – моя студентка. Помнишь?       Я кивнула. Каждая секунда той ночи была навсегда отпечатана в моей памяти. - Я был страшно поражен. А ты разразилась речью. Обо мне, о своих чувствах. Такая красивая, юная и решительная. Кто бы тут устоял? Ты попросила поцеловать тебя… - Вы и поцеловали! - радостно воскликнула я. И тут же, стихнув, добавила. - Правда, только потому, что я вас заставила… - Дурёха. Если бы я не любил тебя уже тогда, никакие просьбы не заставили бы меня целовать малолетнюю студентку. Я просто поддался чувству… И поверь, остановиться было очень трудно. Сдерживаться с тобой вообще всегда трудно. Вчерашний день – еще одно тому доказательство.       Радость затопила меня горячей волной, а бабочки в животе, похоже, решили устроить буйную вечеринку. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы учитель сейчас обнял меня и целовал до беспамятства. Но он сидел за столом и крепко держал кружку обеими руками, как будто она собиралась убегать. - В общем, дела обстоят так: о нас никто не должен узнать, пока ты не окончишь колледж. - А почему так долго? - возмущенно запротестовала я.- Мне восемнадцать меньше чем через год, а учиться еще два! - Там видно будет. Хотя я предпочел бы, чтобы о нас узнали, когда ты уже выпустишься. Меньше разговоров, косых взглядов и перешептываний за твоей спиной. И шансов, что меня все-таки выгонят за связь со студенткой. Колледж - это образовательное учреждение. И такие связи не способствуют его доброй славе. - Понятно.- Я вздохнула. - Ты точно поняла? «Никто не должен знать» означает, что мы не будем общаться в колледже. Не будем ходить по людным местам вместе. Нам придется с осторожностью выбирать места для свиданий. Не сможем гулять в парке за ручку, как вот сегодня. Выдержишь?       Я кивнула. - Прости, что из-за меня тебе приходится скрываться. - Но ведь у вас же есть…,- я огляделась в квартире. - Аня!- учитель снова вздохнул.- Я не приветствую твое посещение моего дома. По крайней мере, слишком часто. - Что?! Но почему?!- неужели пошли прахом мои мечты о вечерах вдвоем, с книжками или лучше вообще без ничего… - Во-первых, потому что я тебе уже сказал: сдерживать себя в твоем присутствии мне все труднее и труднее. - Но я совсем…- Как признаться, что ты совсем не против, чтобы он не сдерживался? Не то, чтобы совсем-совсем не страшно, но…       Учитель склонил голову и посмотрел на меня, как будто с нежностью. По крайней мере, мое сердце отозвалось на такой взгляд биением. - Понимаю. Но у меня своя точка зрения на этот вопрос. Тебе надо думать об учебе, а еще подрасти. Извини, это одно из неприятных последствий романа с учителем. С ровесником бы такой вопрос не стоял… - А «во-вторых» что?- огорченно спросила я. - Во-вторых, если бы стала здесь часто бывать, рано или поздно об этом узнали бы. В том числе – моя семья. А я считаю, что с этим тоже лучше пока повременить. - А…- Он не хочет представлять меня своим родным, как девушку? Я совсем было расстроилась, но… - Ну что, уже жалеешь, что согласилась? - учитель снова смотрел нежно. - Нет! - Не дождетесь, я столько ждала и даже не верила, и тут упущу такую возможность? Тем более что все эти ограничения…- А учитель, все это только на время, да? Когда мне будет восемнадцать, и я получу диплом – мы будем встречаться как обычные люди? - Именно так. Обещаю. После этих его слов и, в особенности, от этого взгляда у меня внутри снова запорхали бабочки и все опасения и страхи моментально улетучились. - Я так счастлива!