Мертвецам предоставлен выбор

Салазар не мог пошевелиться. Призрака трясло и выворачивало, как утопленника, захваченного водоворотом. Чёрная магия и колдовская музыка сплелись в сознании, железно опутав своими сетями. Но не одного его. Команда тоже обратилась в мерцающие тени и упала на колени у ног живых, уронив оружие. Содеянное капитаном не было выбором совести. Было чем-то другим. Сотканным из гнева и выгоды, дыма и страха. Потому эффект вышел столь сокрушительным. То, что Армандо пронзил сердце спрута, оказалось по большей части исключительным везением, вышедшим за рамки хорошо продуманного духом плана. Просто так сложилось. Судьба. Джонс давно потерял себя. А что делает фатум с такими людьми? — Доподлинно известно. Салазар добил того, кто и так был уничтожен временем. Вряд ли старина Дэйви обрёл покой, но и мир живых он однозначно покинул навсегда. И где-то на самой кромке восприятия, заходясь в судорогах, капитан «Немой Марии» слышал голос зовущей его Карины и чувствовал её мягкие ладони, проходящие сквозь его нематериальное тело. Сейчас он был больше по ту сторону, чем по эту. — Армандо! — закричала девушка, вывернувшись из рук, попытавшегося удержать её младшего Тёрнера. — Я сейчас! — Теперь она понимала, о чём наедине просил её призрак, и бросилась очертя голову на неуправляемую никем «Елизавету», которая медленно, но верно снова начала оседать в пучину, утягивая за собой испанский галеон, аналогично потерявший управление и плавучесть. — Мисс Смит, вернитесь! — Уильям и Элизабет не успели опомниться, как авантюристка оказалась возле распростёртого на палубе Салазара. — Вы ему не поможете. Музыка отпустит мертвецов не сразу. Как арфа для Цербера. Это стихия, но принцип тот же. — Нельзя было сказать об этом сразу? Я знаю что нужно делать! — огрызнулась в ответ дочь Барбоссы. Попытки привести покойника в чувство не увенчались успехом. — И я знаю, — донеслись до авантюристки слова Джошами, перепрыгивающего на своей деревянной ноге через обломки мачты и рангоута. — Нам нужно спасаться! Сейчас все потонем! Нужно бежать на «Возрождении», пока пушки форта не начали палить. Испанские молодчики реквизировали для нас бриг. Так что есть шанс скрыться, а потом дойти до Тортуги. Там искать не станут. Схоронимся. — Верно, мистер Гиббс, это наш шанс, — согласился Генри, припомнив реакцию духа, когда тот взял амулет Калипсо в руки впервые, — но я не брошу девушку. Даже если она не в себе. — А их, значит, бросите? — подняв медальон, Карина захлопнула крышку и сердито воззрилась на товарищей. — Капитан выполнил условия сделки. — Но ты не учла, что на свой лад. Пусть катится в бездну. Они и так мёртвые, а мы — живые. Не хочу присоединиться к потусторонней компании, — жестко парировал Тёрнер-старший. — Мне на том свете не понравилось. К тому же… — мужчина подошёл к планширю, готовясь спрыгнуть в воду. — Салазар свою функцию выполнил. Это просто деловой подход. — Не глупи, — вторила мужу Элизабет, размашистым движением отправив свою саблю в ножны. — Карина, бежим скорее! — Нет… Дочь Барбоссы хотела сказать что-то ещё, бросив колючий взгляд на растрёпанных родителей Генри, от которых ожидала большего благородства и ёмко высказать им, что думает, но голос брюнетки заглушил рокот пушек Порт-Ройалла. Всё, что успела сделать мисс Смит, прежде чем младший Тёрнер насильно сгрёб её в охапку и столкнул в море — сфокусироваться на бледном, истекающем чёрной кровью Салазаре, в тот момент, когда слева от него в квартердек «Елизаветы» с треском врезалось ядро, разметав на острые щепки нактоуз с судовым компасом. Опомнившись от оскорбления, нанесённого испанцами, командор Артур Дженкинс, присланный на Ямайку по протекции Ост-Индской торговой компании вместо погибшего Джеймса Норрингтона, отдал приказ стрелять по вражескому кораблю. Потрёпанный мортирами «Марии» форт превратился вдруг в оживлённый улей. У пушек выстроились солдаты, в руках канониров тлели фитили, но лишь немногие ядра долетали до отклонившихся к западу кораблей. Англичане недоуменно наблюдали за сцепившимися судами, пока не рассмотрели через пороховую гарь и туман, что оба они и так тонут. — Ага! — торжествующе захохотал лорд Дженкинс, приложившись к окуляру подзорной трубы. — Эти испанские свиньи готовенькие. Не знаю, чёрт возьми, что Джонс им устроил, прежде чем подохнуть, но это того стоило. — Я не думаю, что это он. Кажется, они наступили на свои же грабли. Прикажите отправить туда отряд, чтобы убедиться? — осведомился дрожащий от страха и одновременно от возбуждения молоденький лейтенант в отутюженном мундире и треуголке. — Всенепременно! — улыбаясь, Артур взглянул на подчинённого, как король на вассала. — У нас есть деньги и средства, чтобы задержать даже дьявола. Пусть приготовят для проклятых мерзавцев мальтийскую клетку в порту на воде. Допросим их с пристрастием о планах испанской короны, а после преподобный Августин изгонит бесов, как полагается, сослав на сушу. Никто не отнимет пальму первенства на море у Компании. — А что делать с живыми? — помощник указал на барахтающихся на волнах людей. — Арестовать и повесить, что же ещё, — равнодушно бросил командор, засомневавшись в интеллектуальных способностях лейтенантика, которого чуть было не похвалил за усердие. — Не думаю, что их кто-то хватится. Но я почти уверен, что это знаменитый Уильям Тёрнер. Лорд Катлер Беккет сотрудничал с этим пройдохой, за что — поплатился. Наши агенты на Гаити сообщили, что Тёрнер затевал нечто подобное вместе со своей женой — урождённой Суонн. Дочерью бывшего губернатора Уэзерби. Помните такого? Его казнили. К слову, оба они — преступники, разыскиваемые нами и властями Ямайки. Так что… Всё правильно. — Да, — робко кивнул помощник. — Но они почти взобрались на наш бриг! У нас на это не хватит времени, сэр. — Тогда потопите корабль. Лучше уничтожить его, чем отдать пиратам. Не дайте им уйти.