Mala suledin nadas

      Солнце спешило поскорее отойти на заслуженный отдых и царапало вычурные крыши Вал Руайо, будто подгоняя и подбадривая разгоравшуюся в городе суматоху. Сравнительно небольшой особняк на ближней к Зимнему дворцу окраине излишним спокойствием тоже не страдал.       Под ростовыми окнами, завешанными тяжелыми тёмно-фиолетовыми шторами, тянулись экипажи приглашённых на маскарад аристократов. Местные жители праздно шатались по улочкам, справедливо рассудив, что бал – вполне достойная причина для бутылочки-другой вина в кругу соседей и друзей. Некоторые норовили вытянуть шею или подпрыгнуть напротив временно снятой Инквизицией резиденции: желали испытать удачу и взглянуть одним глазком на леди Вестницу и её делегацию. Суровые солдаты, принадлежащие к рядам армии организации, впрочем, близко никого не подпускали, а потому едва ли кто-нибудь слышал не прекращающиеся нервные шуточки, смешки и суету последних приготовлений.       Лелиана выпроводила из хозяйской комнаты, отведенной для Элланы, Сэру, хохочущую над Вивьен и Дорианом. Коллеги-чародеи, как заверяла Рыжая Дженни, битый час обеспокоенно крутились вокруг своей оси, проверяя, не торчат ли из рукавов нитки, и достаточно ли идеально подведены веки. Покачав головой, канцлерка вернулась к туалетному столику. Женщина расчесала лоснящиеся каштановые волосы долийки, отросшие пониже лопаток, и принялась аккуратно сплетать их в косу, конец которой затем закрепит над вторым ухом. Лавеллан не захотела и пробовать наносить какой бы то ни было макияж, но согласилась, что правильная прическа добавит утонченности и пару очков к удобству в вероятном бою.       Соловей не дёргала пряди и не утомляла светской беседой, не нагружала фактами о Халамширале, позволяя предводительнице собраться с мыслями перед целой ночью в окружении потенциальных врагов. Эльфийка была за это благодарна, и сама той не докучала, однако любопытство, пробудившееся от тихой улыбки, сорвавшейся с губ шпионки, когда очередь дошла до закрепления маленьких белых цветов в волосах, заставило девушку заговорить:       – Лелиана?       – Да?       – Вы чему-то улыбаетесь?       Не исключено, что ей померещилось, несмотря на яркий свет пары десятков свечей. Или причиной могло быть что-нибудь личное.       Пауза затянулась, и Эллана решила, что советница не ответит, но, задержав взор на лепестках, она всё-таки улыбнулась чуть шире, пусть и недостаточно широко, чтобы показать зубы:       – Цветы напомнили мне о тех, что любила моя мама. Я… Не видела таких около десяти лет.       Волшебница часто заморгала, наблюдая за канцлеркой в отражении зеркала. Её способности к обучению трудно переоценить. Лавеллан хорошо понимала значение небольшого откровения. Секрет Лелианы не имел никакого политического веса – по крайней мере, сейчас Инквизитра не видела в нём перспектив – но был сокровищем, коим поделятся не с каждым.       – Спасибо.       Соловей кивнула и заколола последний цветок, завершая образ.       Вместе они спустились в холл. Последняя иронично-напутственная речь запустила механизм. Эллана, трио советников и Кассандра, а также маги и Варрик с Коулом поделили две просторные кареты, предоставленные в качестве жеста гостеприимства императорским двором, а Сэра, Боевые быки и Блэкволл присоединились к веселью в столице, обеспечивая Инквизицию глазами и ушами за пределами замка вдобавок к основным агентам тайной сети.       Пожалуй, настало время отправиться в Игру.

***

      Под мерное покачивание экипажа по мостовой прекрасно думалось. Лавеллан сидела у окна, намереваясь затем выйти первой на правах главы (хотя Каллен и Кассандра пытались спорить, предрекая вероятность покушения, впрочем, маловозможного при стольких свидетелях), поглядывала на улицу и в последний раз прокручивала всё, что им было известно об участниках переговоров.       Императрица Селина, узурпатор герцог Гаспар и посланница Бриала. Убийца мог скрываться как среди двух последних, так и в свите самой правительницы.       Селине и Бриале Эллана симпатизировала заочно, вспоминая брифинг в ставке командования Скайхолда. Госпожу Вальмон Жозефина характеризовала признанной дипломаткой и реформаторкой, выступающей за мир. Преемника она не объявила, поэтому страна была способна легко погрузиться в хаос, провались их миссия.       Лелиана отмечала, что Бриала собрала подпольную армию халамширалских эльфов, и факт приглашения на переговоры для заключения союза считался скандальным. Остроты добавляли и старые слухи об их с Селиной близком прошлом. Личная обида и тайное войско саботажников – многообещающее сочетание. Стоит слухам подтвердиться, двор будет расколот, но даже если это неправда – Бриала всё равно может прибегнуть к шантажу, поскольку неравнодушна к власти. Вестница не кривила душой, и признавала, что не осуждает её: в конце концов, посланница сражалась за свой народ.       Командор сухо изложил несколько фактов о Гаспаре. Тот имел шансы получить трон после смерти Флориана, однако Селина обыграла его в 16 лет, завоевав расположение Совета Герольдов. С другой стороны, в армии, генералом которой он стал, солдаты его любят, а Инквизитре уже слишком хорошо известно, что это значит. Любимец воинов, шевалье и заручился поддержкой рыцарства. Многие уповают на возвращение Орлея времен экспансии Драккона, таким образом обеспечивая Гаспара небольшим козырем, но Лавеллан расклад не нравился ничуть.       Иронично, что именно Гаспар рискнул позвать Инквизицию на бал. Надеялся на удачу и её благосклонность? В таком случае самоуверенности ему не занимать.       Долийка сравнивала Игру с Алмазным ромбом или Порочной добродетелью. Она пока не умела доставать из рукавов крапленые карты, но из того и иного научилась чувствовать, когда стоит выкладывать на кон всё, а когда нет. Сейчас она понимала, что ни в коем случае нельзя оставить ничего на волю случая.       Перехватывают послания Императрице? Заявись лично.       Для этого потрудись спасти часть орлесианской армии и привлеки внимание верхушки.       Острые уши? Научись строить фразы и возьми с собой нужных людей.       Ей претило подстраивать мышление под интриги. Претило думать, что, возьми она во дворец Сэру или Быков, что-нибудь почти неминуемо обернулось бы катастрофой. Претило, что она осталась довольна окончательным выбором команды: знатоки Игры, Дориан, способный очаровать или взбесить даже кофейник, и Коул, незаметный и незаменимый в разведке. Они с Жозефиной и Лелианой часами вычерчивали схемы и заставляли компаньонов учить планы и условные знаки.       Дамы сидели напротив, перешептываясь и хихикая, будто предвкушали погружение в неспокойный, опасный, родной океан. Искательница старалась спрятать недовольство, состроив безразличное лицо и поправляя перчатки. Резерфорд напряженно сверлил взором проплывающие мимо виды Вал Руайо из окна на противоположной стороне кареты.       Перед визитом к Алексиусу в Редклифф сердце отбивало барабанную дробь. Сегодня Эллана заранее устала бросаться то в жар, то в холод.

***

      Подступы к Халамширалу уже наводнили гости, без конца приветствующие и сменяющие друг друга, отчего прибытие не привлекло столько внимания, сколько могло, появись Эллана с компаньонами на час раньше или позже.       Сияние статуй сусальным золотом, журчание фонтанов и причудливые формы живых изгородей поразили эльфийку так же сильно, как столица в день встречи со жрицами Церкви. К добру или худу, от восторгов девушку незамедлительно отвлек целенаправленно идущий именно к ней мужчина.       Великий герцог Гаспар безошибочно выхватил бледное лицо с валласлином из толпы.       Он был немного выше, с бритой головой и щетиной, носил золотую маску с острым носом и выпуклыми узорами, зелено-синий камзол с латными вставками и меховой воротник. Аристократов, занимающих должность в армии, всех учат ходить так размашисто с претензией на изящество? Чопорный, достойный Орлея воин.       – Встреча с вами – большое удовольствие, Инквизитра Лавеллан, – Приветствовал генерал, когда они отступили в сторону. – О ваших подвигах ходит множество разных слухов и новостей. Взять хотя бы Священную равнину. Представьте, чего может добиться Инквизиция с полной поддержкой истинного Императора!       А он времени зря не теряет. Даже не успели порог дворца перешагнуть. Буквально.       – И что потребуется, чтобы получить поддержку Империи? – Эллана вздернула вверх левую бровь, обращая холодный скепсис в меч, наставленный Гаспару в грудь. Постоянные обитатели полей брани уважают демонстрацию силы. Важно показать, что она не станет играть в виляющую хвостом собачку.       – Я не тот человек, который забывает друзей, Инквизитра, – Учтиво отвечал он, оценивающе сверкая глазами из-под маски. – Вы помогаете мне – я помогаю вам. Готовы эпатировать всех своим появлением рядом с ненавистным узурпатором, миледи? Об этом будут рассказывать еще сотню лет.       – Я уже достаточно эпатирую всех собственным происхождением, а также компанией тевинтерского мага – как самое меньшее, ваша милость, – Сухо усмехнулась девушка. Кажется, позади раздались смешки свиты – до них могли долететь обрывки ее фраз. – Я здесь по делу, Гаспар. Как то – найти убийцу. Тоже, увы, из Тевинтера.       – Вы не шутите? – Усомнился мужчина.       – Безусловно, нет. У меня своеобразное чувство юмора, но нынешняя ситуация едва ли располагает.       – Серьезное заявление. Иностранное вмешательство сейчас, в самое неподходящее время… – Представитель дома Шалон явно нахмурился. – Не сомневаюсь, что этот тевинтерец прячется среди эльфийской «делегации». Они что-то задумали. Мои люди видели их «послов» по всему дворцу. Подрыв переговоров – наименьшая из неприятностей, которые они могут доставить.       К горлу подкатила дурнота, как если бы она опять обнаружила себя в несостоявшемся кошмарном будущем. Эллана захотела вымыться в кипятке, а лучше – плюнуть Гаспару в глаз. Или пнуть его под зад.       Однако долийке удалось остаться внешне бесстрастной, не иначе, приложив титаническое усилие. Примерно идентичное потребовалось бы, чтобы поднять и внести в замок Каллена в полном боевом облачении.       – У вас есть другие основания для подозрений, кроме того, что «эльфы как-то странно себя ведут»? – Спокойно парировала волшебница, греясь об уголек гордости внутри: голос не дрогнул от скрываемой ярости.       – Эта «посол» Бриала была служанкой Селины, – Помрачнел собеседник ещё пуще. – Пока моя кузина не арестовала её за преступления против Орлея, надеясь прикрыть политическую ошибку. Если кто-то во дворце и желает смерти Селины, Инквизитра, то это эльфийка. У неё есть на то причины.       Может и так. Сей факт, конечно, не отменял желания Лавеллан хорошенько встряхнуть недоумка электрическим разрядом. Редкая персона была столь раздражающей, чтобы взбесить её за десять минут разговора.       – Будьте осторожны, – Подытожил Гаспар, вновь коротко кланяясь. – Я ненавижу Игру, но если мы будет играть плохо, враги выставят нас злодеями.       Дева мысленно скривилась от этого липкого «нас», однако… Он прав.       Не забыв попрощаться согласно этикету, Вестница принялась продвигаться к воротам, куда должны были подойти её товарищи. Дорожки из белой плитки, мраморные лестницы, пестрые платья… Держать себя в руках и не пялиться. И поменьше слушать бормотание об ушах и татуировках за спиной.       Рядом мелькнула черная шевелюра, убранная в свободную косу, синий плащ и изысканный костюм, голубые очи, бликующие смешинками в прорезях полумаски – Мариан Хоук. Поддерживая условия небольшого маскарада, разыгранного, чтобы провести Защитницу инкогнито, знакомые раскланялись.       – Проблем не возникло? – Будничным тоном полюбопытствовала Лавеллан, притворяясь, что восхищается гербом небольшого орлесианского рода, вышитого на жилете.       – Удивительно, но нет. Думаю, вы догадаетесь по взрыву и киркволльской ругани, когда они появятся, – Подмигнула магесса. – Чудесно выглядите, леди Инквизитра. Начнём наше выступление в цирке?       Обе неслышно фыркнули от смеха.

***

      Оказавшись в обществе соратников и советников, чародейка ощутила себя чуть уютнее, несмотря на прохладное обсуждение слов Гаспара и беглое перечисление их действий. Никакого панибратства, привычного в Скайхолде. Сейчас почти все в команде заковали себя в незримую сильверитовую броню притворства, вежливости и титулов. Приоткрывать её даже друг перед другом, пока они в стенах Зимнего дворца, небезопасно.       Роскошный вестибюль окутал посетителей теплым светом, усладил носы ароматами цветов и дал возможность осмотреться. Времени до начала церемонии представления хватило, чтобы отрепетировать схему: пока кто-нибудь из них с энтузиазмом знакомился с остальными гостями и маячил на виду, кто-то ещё узнавал, что находится в боковых помещениях. Ничего полезного с нахрапа не нашли, однако слаженностью остались довольны.       Вскоре слуга попросил ожидающих занять свои места, и ещё двое в ливреях императорского двора распахнули двери бальной залы.       Эллана хотела верить, что её не получится потрясти сильнее. Огромная комната с натертым до зеркального состояния полом, столиками, ломящимися от яств и вин, с люстрами с сотнями свечей задачу выполнили и перевыполнили.       – Также прибыли… Великий герцог Гаспар де Шалон! – Добротно поставленным голосом зачитал герольд с массивного, украшенного кистями свитка, объявляя ушедшего вперед Гаспара. Вельможа пафосно поклонился, остановившись напротив Императрицы, расположившейся на возвышении. – Его сопровождает… Леди Инквизитра Лавеллан!       Приблизившись, долийка сделала реверанс, отрепетированный столько раз, что она могла бы повторить его во сне или же будучи в стельку пьяной. Чародейка кланялась, не опуская взгляда. Пронзительно-зеленые глаза зафиксировались на светловолосой молодой женщине, одетой в пышное платье цвета ясной ночи. По крайней мере, у неё хороший вкус.       – Инквизитру сопровождают… Искательница Кассандра Аллегра Порция Калогера Филомена…       – Закругляйся! – Отчетливо шикнула воительница, когда у герольда, казалось, кончился воздух.       Смех застрял на полпути где-то на уровне ребер, а губы дрогнули в улыбке. Впрочем, не у неё одной.       – …Пентагаст. Десятикратно правнучатая четырнадцатиюродная сестра короля Неварры…       Зал едва не взорвался аплодисментами при первых же звуках имени Варрика. Соласа почему-то (или не стоит и удивляться?) назвали слугой, хотя тому явно всё равно, Коула не обозначили вовсе. Дориан самодовольно ухмылялся подозрительным и заинтересованным дворянам. Каллену внимание к своей персоне не нравилось. Лелиану и Жозефину здесь уже знали, как и Вивьен.       – Кузина. Дорогая сестра, – Наконец произнес Гаспар, кивая.       – Великий герцог. Ваше присутствие для нас всегда большая честь, – Присела в очередном приветствии правительница.       – Не будем тратить время на обмен любезностями, Селина. Нам нужно закончить с делами.       – Встретимся для переговоров после того, как прибудут остальные гости, – Приняв последний поклон (Митал, они когда-нибудь перестают?) от мужчины, Императрица обратилась к Эллане. – Леди Инквизитра, приветствуем вас в Зимнем дворце. Позвольте представить вам нашу кузину, великую герцогиню Лаидскую, без которой это собрание не состоялось бы.       Вторая женщина, стоявшая чуть позади, выбрала серебряную маску и бежевые, более теплые и сдержанные цвета в платье.       – Какой приятный сюрприз. Я не знала, что Инквизиция будет участвовать в наших торжествах, – Промурлыкала герцогиня, не утруждая себя сложными пируэтами. – Непременно увидимся с вами позже, Инквизитра.       Её тон, холодные манеры… Флорианна не выглядела особенно недовольной – во всяком случае, не больше, чем иные – однако за её словами что-то такое определенно крылось. А что значила эта ухмылка?       – Ваше появление при дворе – воистину, как прохладный бриз в жаркий день, – Продолжила Селина.       – Будем надеяться, что этот бриз не окажется предвестником бури, – Чародейка качнула головой вбок, пристально глядя на женщину. Если метафора не дойдет – многозначительность взора сообщит всё за неё.       – Даже самые мудрые порой ошибаются в природе ветра. Все мы во власти небес, Инквизитра, – Да уж. К сожалению, едва ли небесам можно доверять. – Какие у вас впечатления о Халамширале?       В колдовской башне на этаже алхимиков ей как-то довелось посмотреть на процесс работы обитателей лабораторий. Точно отмеренная щепотка того, кусочек сего, залить очищенной водой… Построение предложений для ответа было чем-то похоже: доля осторожной лести и несколько капель честности. Насколько можно вообще быть честной, учитывая то, как здесь наверняка относились к её сородичам.       – Боюсь, у меня не хватит слов. В Халамширале так много прекрасного, что оценить всё по достоинству мне не под силу.       Ну, может, крохотная песчинка сарказма.       – Ваша скромность делает вам честь и говорит только в пользу Инквизиции, – Улыбнулась Селина, вероятно, распознав оную. – Бальная зала и все её удовольствия к вашим услугам, Инквизитра. Мы надеемся, что вы будете танцевать.       Последний реверанс дал понять, что аудиенция окончена. Лавеллан, в свою очередь, тоже поклонилась и взошла по ступеням к другим. Лелиана, проходя мимо, попросила переговорить с ней позже, а пока дала шанс освоиться.       Следующие минуты Вестница перемещалась по комнате скорее хаотично, нежели по плану, впрочем, не забывая знакомиться, кивать, запоминать расположение выходов и дверей. Жозефина представила её своей сестре Иветте, едва получилось подбодрить Каллена, страдавшего от щебетания обступивших его дворян и дворянок, и, наконец, дева снова нашла канцлерку у свободных диванчиков в одном из уютных уголков.       Взяв по бокалу вина, коллеги вернулись к прерванному разговору об «информации», выданной Гаспаром.       – Бриала что-то замыслила, но я бы не стала на ней зацикливаться. Опаснее всего для Селины её собственное окружение, – Повторила Соловей, задумчиво отпивая и смакуя на языке сладкий красный напиток. – Императрица увлечена всяким мистицизмом: предсказанием будущего, разговорами с мертвыми и подобной ерундой. У неё есть «советница по оккультизму». Отступница, непонятным образом очаровавшая Императрицу и всех при дворе. Мне доводилось иметь с ней дело. Она бессовестна и способна на всё.       В памяти трепыхнулось воспоминание: Коул как-то обмолвился об обрывке размышлений Вивьен, которой присутствие отступницы и то, что с ней считается Селина, нанесло обиду.       – Она может либо дать нам зацепку, либо и вовсе быть той, кого мы ищем, – Протянула Лавеллан, и тут же небрежно хмыкнула. Слишком просто.       – К ней стоит присмотреться, – Одобрила Лелиана. – Здесь ни в чем нельзя быть уверенными. Начнем с крыла слуг. Я успела оповестить часть наших людей. Буду в бальной зале, если понадоблюсь.       Чародейке не оставалось ничего, кроме как возобновить плавный вальс по помещениям. Обнаружив Соласа в малом зале перед небольшим внутренним двором, долийка не сумела побороть соблазн остановиться и перекинуться с ним парой слов. Увы, отшельник пока не раздобыл ничего ценного, поскольку не мог сойти за слугу, зато наслаждался тем, что знать пока не поняла, как с ним обходиться. Смутить напудренных вельмож было приятно. Порадовавшись за товарища, Эллана попросила его быть начеку, и двинулась дальше.       На входе в сад волшебницу встретили фрейлины Селины – три практически идентичные подруга подруге по росту и нарядам девушки – и передали сообщение с обещаниями поддержки Инквизиции, когда (кто бы могла подумать!) узурпатор будет повержен. Лавеллан буквально заслушалась чудными речами о желании заключения союза и поддержания мира. Если это действительно то, чего хочет правительница – им может быть по пути.       С небес на землю Вестницу спустили шушукающиеся о пятнах крови наверху слуги. Обведя глазами пространство, магесса собрала в голове быстрый и выполнимый план: она сама должна увидеть, в чем дело, поскольку Коул сейчас находился на противоположном конце доступных гостям комнат.       – Дориан, – Как бы между прочим поприветствовала друга долийка, присоединившись к нему возле столика с ликеросодержащими сладостями.       – Эллана, – Кивнул альтус, раскусывая крупную шоколадную конфету. – М! Вишня. Лучше, чем сыр со вкусом отчаяния. Даже не пробуй.       – Не буду, – Согласилась Инквизитра, и добавила потише. – Мне нужна твоя помощь. Отвлеки их, чтобы они не смотрели в сторону решетки, по которой вьется плющ.       – Нет ничего проще. Люблю быть в центре внимания. Неужели ты по ней полезешь?       – Я могу залезть на дерево высотой почти как Скайхолд. А здесь и делать нечего.       – Ну что ж, всё для тебя.       – Спасибо.       Заговорщически подмигнув, и получив ухмылку в ответ, Павус незамедлительно собрал около себя целую толпу: решил развлечь аристократов огненными цветами и фантастическими фигурами. На душе потеплело. Она не рассказывала о том, как проводила вечера для своего клана.       Нет, нет времени предаваться ностальгии и умилению. Встряхнувшись, дева убедилась, что её никто не замечает, произнесла заклятие теневого плаща, и лишь тогда стала уверенно взбираться на второй этаж, подтягиваясь на сильных руках и легко отыскивая опору носком сапога. Босиком дело шло бы еще лучше, однако бесхозная обувь у фонтана вызвала бы вопросы.       Плитка, складывающаяся в замысловатые узоры, действительно покрыта кровавыми разводами, а в боковой комнате нашлись и эдакие виновники торжества – пара слуг и мужчина в железной маске. Сдвинув её, Эллана не сдержалась и негромко выругалась: черты лица мертвеца выдавали в нём тевинтерца.       Лихорадочно соображая, Лавеллан прочесала остаток этажа, постоянно обновляя чары. Прикарманила несколько писем из переписки Селины и Гаспара, гласивших о необходимости подчинения ресурсов Бриалы Империи.       Кто убил убийцу? Что делать теперь?       След крови в людном зале и предупреждение шпионов посланницы о беспорядках в крыле слуг всё-таки вселили уверенность в направлении. Продолжая раскланиваться по пути, дева проложила себе дорогу обратно к залу – предупредить кого-нибудь из советников и прихватить с собой хотя бы пару человек.       Исполнение намеченного пришлось отложить. Со ступеней лестницы в библиотеку в вестибюле прямо на неё глядела, поблескивая золотыми очами, эффектная дама. Дама двигалась, как прирожденная аристократка, будто не чувствуя веса темно-малинового бархата платья и массивных украшений, однако было в ней и нечто неуловимо-дикое, гибкое, чуждое жеманной манерности основного контингента Орлея. Женщина приблизилась к Лавеллан практически с хищным интересом. Эльфийка заметила, что комната весьма удобно для незнакомки пуста.       – Так-так… Что у нас тут? Глава новой Инквизиции, легендарная Вестница веры, – Чуть наклонила голову темноволосая. Фразы купались в вежливой иронии, точно в изысканном шампанском. – Вырванная из хватки Тени дланью самой Андрасте. Что же могло привести столь возвышенную персону в императорский дворец, хотелось бы мне знать? Вы сами-то знаете?       Саркастичная улыбка располагала, напоминая стиль общения ближайших друзей. И вызывала желание тоже похитрить:       – Возможно, мы никогда не узнаем. Нужно поддерживать дух придворных интриг.       – Интриги скрывают многое, – Не стала спорить женщина. – Но не всё. Я Морриган. Меня ещё называют советницей Императрицы Селины по магическим вопросам. Вы… были очень заняты весь вечер, обшарили каждый темный уголок дворца. Возможно, мы с вами выслеживаем одну и ту же добычу?       Пока ещё не каждый. Однако вот это уже любопытно. При условии, что Лелиана права в подозрениях, раскрывать карты колдунье не стоит. Оптимальнее всего – не прекращать играть.       – Не знаю, – Приподняла брови и уголки губ Эллана. – А вы?       Морриган рассмеялась:       – Вы уклоняетесь от ответа.       – Я проявляю осторожность.       В самом деле, не ко всем же нужно использовать ту же тактику холодного неприступного тарана, примененную в начале вечера к Гаспару.       – Разумное стремление, особенно в таком месте. Ладно, давайте я начну первой, – Поразмыслив, кивнула Морриган. – Недавно я обнаружила и убила незваного гостя в этих самых стенах. Тевинтерского лазутчика. Так что я предлагаю вам это, Инквизитра: ключ, который я у него нашла, – Чародейка извлекла неприметный ключ из скрытого среди тяжелых юбок кармана подобно фокуснице. – Не знаю, от какой он двери. Если Селина действительно в опасности, я не могу покидать её надолго. А вот вы – можете.       – Весьма прозорливо с вашей стороны обратиться ко мне, – Пошутила долийка, пряча предмет за пазуху. Морриган ответила очередной ироничной улыбкой: дескать, обе мы знаем, что решать проблемы – ваша работа. – Позвольте осведомиться… Почему вы защищаете Селину?       – Случись с ней что, обвинения падут на её советницу, даже если моя невиновность будет очевидна. – Ведьма пожала плечами. Это, мол, само собой разумеется. – В мутной воде плавают акулы, и я не собираюсь становиться их жертвой. Ни сейчас, ни потом.       – Благодарю. Я в состоянии ускользнуть, чтобы проверить пару замков.       В крайнем случае – всегда есть господа разбойники.       – Действуйте осторожно, Инквизитра. Вокруг враги, и далеко не все они из Тевинтера. Назревает что-то интересное.       Либо Морриган расставила ей ловушку и хочет отодвинуть в сторону, либо правда пытается помочь. Как ни крути, в общем, интереса тут хоть отбавляй.       Пока в бальной зале объявляли последних гостей, Эллана отыскала Соловья, попросила ту присматривать за Императрицей, а сама прихватила Соласа с Кассандрой, довольно удачно наткнулась на Коула, и повела их в крыло слуг.       Кухня встретила компаньонов буквально гробовой тишиной. Лужи крови необходимо было широко перешагивать, чтобы не оставить липких следов на и без того не слишком чистом полу. У стен и на столах лежали, как безвольные тряпичные куклы, эльфы в одежде поваров, горничных, официантов.       На мгновение Лавеллан вновь оказалась в темных коридорах замка Редклифф, и её охватила ярость пополам с леденящим ужасом. Коул еле осязаемо коснулся ладонью плеча девушки, возвращая её в реальность. Инквизитра сжала челюсти, выуживая из сапога тонкую складную рукоять из лазурита от чародейского меча. Спасибо, Джун, за гениальный ум и умелые руки Дагны.       – Кассандра. Лелиана сказала, что для тебя где-то в дровах у печи припрятали клинок, – Негромкий тон, который Инквизитра пыталась контролировать, всё равно дрожал от клокочущей ярости.       В пустых комнатах их тоже встретили лишь тела эльфов с перерезанными глотками или распоротыми животами. Волшебница старалась не вдыхать слишком глубоко, подавляя тошноту. Друзья молчали.       В саду лучше не стало, однако у фонтана прокралось и некоторое разнообразие – нож в спине демонстрировал мужчина в богатом камзоле. Кассандра узнала герб Шалонов на изогнутом лезвии – очевидно, не обошлось без Гаспара или, что равновероятно, подставы. Однако обсудить столь занимательную тему им не дали: в секцию с криками вбежала миниатюрная служанка, тщась оторваться от проворных убийц в ярких костюмах и масках шутов, а также от более тяжело сложенных людей в железе венатори. Как они сюда вообще попали, не трудясь замаскироваться или хотя бы переодеться? Сколько во дворце затаилось ещё?       Разогнав потоки магии, Эллана призвала сияющее в сумерках лезвие меча – прозрачно-зеленое, напоминающее цвета Тени и метки. Легкость волшебного оружия позволяла держать врага на расстоянии, а свободная левая рука беспрепятственно метала молнии.       Разделавшись с отрядом, компаньоны, беспокойно переглянувшись, поспешили углубиться в замок, устраняя потерявшихся. Через дворянские покои продирались, постоянно ощущая опасность и ускользающее сквозь пальцы время. Коул нашел в одном из хранилищ эльфийский медальон, бормотал о застарелой боли и привязанности – Эллана бы отбила каблуками сапог тройку ритмичных тактов, не будь она сейчас такой злой и нервной. Безделушка вполне могла принадлежать Бриале, и несложно догадаться, кто оную сохранила. Поймать на крючок саму Императрицу, и иметь возможность потянуть за него, когда будет нужно добиться чего-то для Инквизиции… Одновременно мерзко и приятно.       В крыле, закрытом на ремонт, товарищи подпортили строительные леса там и тут, и разнесли бы их с громким треском, однако подоспела посланница. С поразительной точностью девушка метнула кинжал венатори в глаз, а затем помогла справиться с оставшимися.       – Подумать только: встретить вас здесь! Инквизитра Лавеллан, решили, наконец, перебраться в людскую, поближе к своему народу? – Дама выдернула клинок из плоти противника, вытерла лезвие о его доспех, и вложила в скрытые за спиной крепления. – Мы не были представлены. Посол Бриала.       – Очарована, – Усмехнулась Эллана ей в тон.       – Основательно вы подчистили это место. Тевинтерскую кровь с мрамора месяц смывать придется, – Эльфийка отставила ироничные интонации, вмиг сделавшись серьезной. – Я пришла, чтобы спасти своих исчезнувших агентов или отомстить за них, но вы успели раньше, – Новая пауза, во время которой посланница повела друзей к балкону. Наверное, чтобы легче было следить за передвижениями новых шпионов, при условии, что те будут рыскать по саду. – Так… Эмиссар Совета Герольдов во дворе – не ваша работа, полагаю?       Время разыграть недавно попавший ей в руки козырь или пока рано? Селина и Бриала могут стать ценными союзницами, а вот Гаспара не мешало бы устранить… Однако осуществлять расчистку пути возле трона долийка собиралась далеко не убийством и не казнью. Ей нужно разрушить репутацию генерала – или заставить его плясать под их дудку.       – На рукоятке герб Шалонов, – Наконец произнесла она, побуждая посланницу усмехнуться.       – Я так и знала. Я знала, что Гаспар проводит внутрь рыцарей, но убить Эмиссара Совета? Привести во дворец тевинтерских убийц? Это жесты отчаяния. Он, должно быть, планирует ударить этой ночью.       – Но он привел и меня… Хм. Разве что рассчитывает на мою поддержку.       Или кто-то всё ещё играет от его имени – Гаспар не выглядел отчаявшимся. С другой стороны…       – Улыбка – его маска, он орлесианец. Это может быть и двойная игра. – Озвучила Бриала ее мысль. Двойная игра, как и у почти всех, собравшихся здесь. – Я неверно оценила вас. Вы можете оказаться достойной союзницей, Инквизитра. Какие возможности откроются, имей вы в распоряжении армию эльфийских шпионов? Подумайте об этом.       Чародейка бросила взгляд на Соласа, и не прогадала – тот тоже перевел взор на неё. Они оба понимали, как незаметны и умны могли быть эльфийские агенты. Основная часть лучших под крылом Лелианы была выходцами из эльфинажей.       – А взамен?       – Помогите мне и своему народу. Я понимаю, куда ветер дует. Наверняка этой ночью вы будете участвовать в переговорах. Что, если вы склонитесь чуть-чуть в нашу сторону? Это… может принести пользу нам обоим. Просто мысль.       Бриала не стала дожидаться никаких обещаний, прекрасно осознавая, что рассчитывать на них сейчас не приходится. В Орлее на них рассчитывает лишь дурак. Дева завершила беседу, плавно прыгнув с балкона, а затем растворилась в тенях живых изгородей.       Все три предложения в сборе.       Кассандра недовольно сопела, пока они возвращались в людные залы, и, кажется, каждый думал о своём и по-своему.       Поддержка Бриалы была её долгом и безотносительно использования ресурсов посланницы. Это меньшее, что Лавеллан способна сделать для их народа в этой части Тедаса. Даже личность правителя теперь отходила на второй план по сравнению с важностью благополучия эльфов. Главное, чтобы Бриала стояла за троном.

***

      Убедившись, что их не успели хватиться, приключенцы умылись, как могли, стерли кровь с сапог, спрятали оружие и по одному, делая вид, что ничего не произошло, разошлись. Эллана направилась в бальную залу, надеясь обсудить находки с Лелианой или Жозефиной, однако из гущи людей весьма некстати (или напротив?) выступила хозяйка маскарада.       – Инквизитра Лавеллан? Мы встречались прежде, – Долийка раскланялась в ответ в знак узнавания. – Я великая герцогиня Флорианна де Шалон. Приветствую вас.       – Полагаю, вы не просто так захотели увидеть меня сейчас.       – Это Орлей, Инквизитра. Здесь ничего не случайно. – Загадочная улыбка на завуалированный вопрос о произошедшем в саду, кажется, была исчерпывающим ответом. Либо она заодно с Гаспаром, либо что-то знает о его планах. – Вероятно, и вы, и я оказались сегодня здесь, потому что нас чрезвычайно волнуют действия… некоей персоны. Потанцуйте со мной. Во время танца шпионы нас не услышат.       – Разумеется. Почту за честь, ваша милость, – Эльфийка поклонилась снова, протягивая руку и позволяя вывести себя на площадку под балконами, к остальным танцующим.       Она сделала всё возможное, чтобы подавить нервозность и ничем оную не выдать. Прокрутив в голове движения, Вестница ненароком вспомнила совет Соласа вообразить своего партнера посохом, чуть не засмеялась, одернула себя и сосредоточилась.       – У долийцев неожиданно проснулась страсть к политике? – Тем временем заговорила Флорианна, начиная серию шагов и задавая темп движений. – Что вам известно о нашей гражданской войне?       – Уверяю, последствия этой войны простираются далеко за пределы Орлея, – С готовностью польстила Эллана.       «В принципе, я не соврала. Потому что последствия разгребаем мы», – добавила она про себя.       Шаг, шаг, поворот.       – Думаю, это так. Меня не должно удивлять, что Империя считается центром мира. Устроить сегодняшние переговоры было непросто. И при этом одна из сторон может использовать их для ужасного предательства, – Герцогиня совмещала надменность и беспокойство в идеальной пропорции. – Безопасность Империи на кону. Никто из нас не хотел бы видеть ее падение.       – Значит, мы обе желаем одного и того же, леди Флорианна?       Эллана была ещё напряжена после впечатлений, испытанных в крыле слуг, и, зациклившись на контроле собственного лица, чуть не пропустила пируэт. Легче не стало.       – Надеюсь, в этом вопрос наши мнения сходятся.       – В такой момент сложно сказать, кто друг, кто враг, так, ваша милость?       – Я знаю, что вы прибыли сюда как гостья моего брата Гаспара, и уже успели здесь неплохо осмотреться… Вы многих интересуете, Инквизитра. И многих беспокоите.       – Кто же я для вас?       – На самом деле всего понемногу. Мне интересно, какую роль вы сыграете. Знаете ли вы, кто вам друг, а кто враг? Кому из придворных вы можете доверять?       Хождение вокруг да около утомляет. Флорианна до сих пор пыталась прощупать, насколько она глупа, и этот вопрос – прямое тому доказательство. Ни один здравомыслящий чужак не станет доверять ни единому участнику Игры. Впрочем, можно было бы вновь ей польстить…       Нет, хватит. Уже зубы сводит.       – Я доверяю себе. И Инквизиции.       – Может, это разумно, – Еле заметно кивнула герцогиня, прокручиваясь вокруг свой оси, и возвращаясь в исходную позицию. – От вашего внимания наверняка не ускользнуло, что некоторые стороны сегодня вовлечены в опасные интриги.       – Некоторые? – Вежливо улыбнулась Лавеллан, чтобы скрыть ехидство. – Мне казалось, опасные интриги – национальное развлечение Орлея.       «Клянусь, если она сейчас не перейдет к делу, я кого-нибудь ударю».       – Времени у вас немного. Остановите Гаспара, пока он не нанес удар, – Наконец-то посерьезнела женщина, завершая танец. – В саду императорского крыла вы найдете капитана наемников. Ему известны все его секреты. Вам под силу убедить его быть достаточно любезным.       – Скоро мы это узнаем. Благодарю, ваша милость.       Партнерши раскланялись, прощаясь, и Инквизитра практически незамедлительно попала к Жозефине, буквально лучащейся облегчением. Антиванка хвалила незаурядные способности эльфийки к обучению, пока они искали канцлерку и вырывали Каллена из когтей придворных, чтобы успеть посовещаться перед следующим этапом. Единогласно сошлись на том, что Флорианна либо предала Гаспара, либо водит их за нос, однако императорское крыло так или иначе требует расследования. А вот выбор правителя для сотрудничества вызвал тихую перепалку: Лелиана предлагала позволить Селине умереть, с чем была не согласна Эллана, зато одобряла союз с Бриалой; Резерфорд скромно голосовал за Гаспара, но Жозефина утверждала, что нельзя доверять посланнице.       Вестница честно прислушивалась к их аргументам, поскольку на кону стояло будущее довольно обширной части Тедаса. И решать, каким оно будет, выпало именно ей. Впрочем, решение и сбор дополнительной информации всё равно оставила за собой.       Она обдумывала пути к примирению Бриалы и Селины, прикидывала, кого возьмет с собой на очередную вылазку, и пыталась примелькаться аристократии, убеждая всех в своем постоянном присутствии, танцуя с Дорианом. Тевинтерец пошутил с ней о парочке скандальных слухов, передал сообщение о готовности остальных, и поворчал, узнав, что опять будет барахтаться за бортом. Объясняя другу, что его пропажа бросится в глаза, на периферии зрения девушка заметила Хоук, кружащуюся с высоким, худощавым светловолосым мужчиной в опрятном костюме, забавно украшенном перьями. Мариан беззаботно улыбалась, и подмигнула Инквизитре, поймав её любопытный взор.       Отвлекшись, Эллана сдалась, соглашаясь с незаменимостью дружеского плеча в возможной передряге, и надеясь, что оставленных на виду Вивьен и Варрика, не говоря о любимцах двора – советниках – будет достаточно.       В залах пришлось задержаться ещё ненадолго, воплощая отчасти безумную идею в жизнь. Лавеллан не надеялась ни на что, кроме удачи и верного подбора слов. Она показала эльфийский медальон Бриале и сумела заинтересовать и выбить её из колеи – настолько, что посланница поспешила перевести тему на пользу их союза для Инквизии.       – Моя сеть охватывает не только Долы. Она охватывает всю Империю и простирается за её пределы. Уши моих агентов мало что пропускают. Помогите нам, и секреты половины Тедаса будут ваши, – Обещала она.       Для себя Вестница уже решила, что либо поможет Бриале, либо, если не получится, не допустит падения подозрений на неё. В противном случае люди сожгут эльфинажи Орлея. А может, и Ферелдена, Вольной марки и Неварры.       Теперь Селина. Императрицы пока нигде не видно, но в углу девушка заметила её фрейлин. Госпоже Вальмон не откажешь в уме, учитывая юный возраст, в котором она села на трон, поэтому, вероятно, стоило рискнуть. Дамы, осознавая важность находки, не помедлили с организацией краткой встречи.       – Инквизитра, – Кивнула правительница, как только они скрылись от посторонних. – Мне жаль, что у нас не было времени побеседовать раньше. Не сомневаюсь, у вас накопилось много вопросов.       – Рада, что мы можем поговорить, – Учтиво отозвалась Эллана, вновь демонстрируя амулет между тонких пальцев, затянутых в перчатки. – Боюсь, ко мне попал медальон явно эльфийской работы. Вам он, должно быть, очень дорог, раз пролежал столько лет с тех пор, как некая служанка покинула замок.       Разумеется, волшебница использовала приглушенный тон и убедилась сперва, что поблизости нет никого, способного их подслушать. Попади эти сведения Гаспару… Он бы просто уничтожил свою кузину.       – Это… личное, – Резковато ответствовала Селина, и Эллане почудилось, что впервые та сняла метафорическую маску. На неё словно нахлынула ностальгия, грусть и тоска, смывая ложь, и оставляя женщину с разбитым сердцем. – Не знаю, зачем я его хранила. Это было не очень разумно.       – Почему ваши пути разошлись? – Вопрошала долийка, спрятав украшение, и вложив в свой голос столько сочувствия, сколько могла.       – Она хотела перемен. И была уверена, что со мной на них нечего рассчитывать. Моё слово – закон, Инквизитра. Но законам людские сердца неподвластны. Культуру нельзя изменить в корне за одну ночь… Я подвела её, – Горько качая головой, призналась Императрица. – Мне нужно было быть смелой. Но прошлое, как и много другое, тоже мне неподвластно.       Дева чуть не скривилась от отвращения, зная, что должна надавить, продолжить манипулировать:       – Возможно, вы хранили медальон, потому что неравнодушны к Бриале.       – Наверное, да. Но я не могу предпочесть её всем остальным жителям Империи.       – Мой народ не относится к её жителям? – Лавеллан подняла брови, и тут же мысленно выругалась: она звучала злее, чем нужно.       – Поступайте с медальоном, как считаете нужным, – Совладала с наваждением Императрица, расправляя плечи. – Для меня он ничего не значит.       Лгунья.       Однако, судя по всему, желаемое достигнуто.

***

      Передавая сообщения друг через друга, Эллана и её отряд сговорились по одному юркнуть в императорское крыло. Собравшись, компаньоны прочесывали комнаты с усердием охотничьих собак, сующих носы в лисью нору. Крики из спальни, к коей они приближались, подстегнули, и, ворвавшись внутрь, друзья засвидетельствовали нападение тонкой фигуры в маске шута на щуплую эльфийку. Не растерявшись, чародейка шарахнула застывшего на мгновение в изумлении ассассина током, подскочила и отвесила пинок в грудную клетку. Неприятель стоял точно перед распахнутым окном.       Её передернуло. Счёт убитых на посту Инквизитры давно шел на десятки, но это никогда не было просто.       Спасенную тоже трясло. В благодарность девушка поведала им о приказе Бриалы обыскать старые покои герцогини Флорианны, и они догадались, что это было ловушкой: агентесса являлась невыгодной посланнице свидетельницей, способной разрушить её репутацию.       Вот он. Рычаг, должный обеспечить лояльность Бриалы.       Не задумываясь, Лавеллан предложила служанке защиту и велела найти Каллена в бальной зале.       Ещё один источник информации не заставил себя долго ждать: спасенный из комнаты Императрицы шевалье раскрыл как её замысел, так и Гаспара. Да, Селина действительно хитра, раз могла использовать план кузена по организации переворота против него. Но, разумеется, нерадивый солдат был завербован.       На подступах к саду, указанному великой герцогиней, опять послышались крики – только вот не высокие и испуганные, а грубые и низкие:       – Размалеванные орлесианские ушлепки! Вот выберусь отсюда, всех порешу!       Товарищи распахнули резные двустворчатые двери...       Чтобы насчитать полтора десятка стрел на натянутой тетиве луков, смотрящих им прямо в лица. Чуть повыше зловеще сиял теневой порез на ткани пространства. Пока закрытый.       – Инквизитра! – Весело воскликнула Флорианна, прохаживаясь по балкончику. – Рада видеть! Уж думала, не придете. Вас так трудно предугадать, до конца не знала, попадетесь – не попадетесь.       – По крайней мере, я верно почувствовала, что вы замешаны, – Холодно хмыкнула колдунья, пряча руку, мерцающую якорем сквозь перчатку, за спину.       – Какая жалость. Почти орлесианский ум. Только вам бы ещё думать чуточку быстрее. – Притворно вздохнула аристократка, и ухмыльнулась. – Как мило с вашей стороны добровольно залезть в западню. А то я уже подустала. Корифей настаивает, чтобы Императрица сегодня умерла, а я очень не хочу его разочаровывать.       Мозаика сложилась, хотя не сказать, что Эллана была этим довольна. Всю ночь она вальсировала с целой страной. Они пытались найти слабости, наступали друг другу на ноги, а теперь её пытались сбить на зеркальный пол и придавить несуразным каблуком горло.       Эльфийка очутилась на пороге невозможной временной ветки, полной гниения и смерти. Запах затхлого подземелья и реки, отравленной красным лириумом, ударил в нос как наяву. Нецензурный шепот выдал Павуса, наверняка оказавшегося во власти тех же воспоминаний.       Но ещё не поздно поменяться местами и занести сапог самой.       – Считайте это моим последним желанием, ваша милость. Давайте поболтаем пару минут. Зачем Корифей хочет её убить?       По спине побежали мурашки от трепета магического фона – Солас концентрировал энергию, сообразив, что она тянет время. Кассандра не произнесла ни слова, но Лавеллан ощущала ее напряжение. Воительница мало чем могла сейчас помочь. Дориан вступит в игру, как и она, лишь под покровом барьера. Со стороны Коула не слышно ничего, однако мальчик умел становиться незаметным – девушка надеялась, что разбойник догадается зайти стрелкам за спину, и успеет расправиться с кем-то из них.       – Смерть Селины – первый шаг на пути к идеальному миру, – Пожала плечами предательница. – Корифей войдет в Черный город и станет богом – он так долго этого ждал. Мы свергнем вашего бестолкового Создателя, – Искательница презрительно фыркнула. – и будем жить в новом, лучшем мире под дланью заботливого бога.       Не будь она так сосредоточена на том, чтобы выиграть ещё минуту, две, три жизни, расхохоталась бы.       – …посмотреть бы на лицо Гаспара, когда он поймет, что я его перехитрила. Он всегда был таким дурачком.       – Я привыкла дарить Корифею разочарование. Вам не сойдет это с рук и всех вы не обманете.       – Уже обманула. Никто и в самых диких подозрения представить не может, что я убью Селину собственноручно. Главное – не подпускать вас к бальной зале, пока я не нанесу удар.       Вестница замерла. Флорианна права. Они подозревали её, но не думали, что она – потенциальная убийца. Одно хорошо: пока герцогиня здесь, время идет. Время нужно, чтобы добраться до Селины. Чтобы занять удобную позицию для убийства и воцарения хаоса. У них пока есть шансы.       – …жаль, что вы пропустите остаток бала. Он будет шикарен! – Елейным голоском пропела вельможа, а затем махнула своему отряду. – Убить её. Руку с меткой принесете мне.       Госпожа де Шалон скрылась в коридоре.       Тетива тренькнула под уставшими от напряжения пальцами лучников.       Стрелы врезались в сверкающий хрусталь барьера в десятке сантиметров от её носа, но эльфийка была уже слишком занята, открывая разрыв и привлекая демонов, чтобы испугаться.       Сад превратился в настоящую свалку из членов Инквизиции, солдат и чудовищ. Драка завязалась даже в коридорах следующего этажа. За перилами на мгновение показался долговязый мужчина, замеченный ранее с Хоук, издал предостерегающий клич, и швырнул в пару бойцов, сражающихся с порождением Отчаяния, огненный шар. На него попытались напасть сзади, и спаситель скрылся из виду. Защитница, громко ругаясь, свесилась вниз ему на смену.       – Мы расчистим вам путь, насколько сможем! – Пообещала Мариан, рефлекторно проводя ладонью перпендикулярно носу и оставляя на маске кровавую полоску. Ситуация нарисовалась столь серьезная, что магесса не нашла слов для шутки.       Залатав разрыв, команда занялась привязанным к столбу наемником, чудом оставшимся в живых.       – Клянусь панталонами Андрасте! – Дрожащим голосом произнес он. – Что это такое было? Демоны, что ли? А новые не явятся?       – Они самые. Не явятся, – Отчеканила Эллана, прислушиваясь к звукам сверху. – Идти можете? Нельзя терять времени. Коул, беги вперед. Предупреди Лелиану.       – Ну Гаспар, конечно, скотина! Не думал, что он кинет меня страшилищам, чтобы не платить, – Продолжал сокрушаться воин, когда парень будто растаял в воздухе. Сами они начали более медленное продвижение вперед, подстраиваясь под темп хромающего. Волшебница не подгоняла его, пользуясь моментом для получения сведений.       – Гаспар вас сюда отправил? – Уточнила она.       – Вообще сестрица его, но затея наверняка Гаспара. Всё, что она болтала, пустая брехня. Это Гаспар устроил.       – Продолжайте.       Из речи Флорианны выходит, что генерал не имеет отношения к их с Корифеем авантюре, однако никто не мешает узнать, что Гаспар ещё задумал.       – Герцог хотел сегодня захватить дворец. Но бравых шевалье у него маловато, так что он нашел меня с ребятами, предложил втрое больше обычного, чтобы мы из Ферелдена приехали! – Эмоционально изложил мужчина, и пробормотал в усы. – Вонючий слюнявый сырный огрызок!       – Работайте на меня. Жалованье неплохое, а демонам тех, кто мне не нравится, я точно не скармливаю. Боевые Быки вступили в Инквизицию почти в самом начале, наверняка вы слышали.       – Дорогая, да ты коллекционируешь свидетелей! Ещё чуть-чуть, и мне станет страшно, – Посмеивался Дориан.       – Вы нас нанимаете? – Заинтересовался солдат. – Согласен. Всё лучше, чем эта гадость. Рассказать Императрице, двору, долбанную песню в церкви про это спеть? Всё будет сделано!       Сдав мужчину на руки агенту Каллена, присланному, видимо, после сообщения Коула, друзья одернули изрядно потрепавшиеся камзолы, и направились было прямиком в зал, часто дыша и боясь, что безнадежно опаздывают. Отнюдь.       Удача явно на их стороне – Флорианна и Гаспар двигались в том же направлении немного впереди. Герцогиня не без неудовольствия приметила пышущую решимостью и здоровьем Вестницу. Предпринимать, впрочем, ничего не стала.       – Надо их остановить, – Процедила Кассандра, спешно шагая рядом.       – Да, но мы не можем просто схватить её за шиворот. Чертова Игра, – Прошипела себе под нос Лавеллан.       Каллен, проложивший дорогу к друзьям, устало провел ладонью по щеке, пряча облегчение:       – Слава Создателю, наконец-то! Императрица вот-вот начнет свою речь. Какие планы?       – Я бы очень хотела натравить на неё наших людей, – Вздохнула Вестница, колюче буравя очами спины де Шалонов. Идея разгоралась в разуме, подобно пожару. Риск. Большой риск. – Жди. Я обращусь ко двору.       – Что? У нас нет времени! – Горячо возразил Резерфорд, и, спохватившись, понизил голос. – Императрица может начать речь в любой момент!       Быстрый взгляд, которым она встретилась с храмовником, заставил его замолчать.       Глубокий вдох. Никто не должен знать, как сильно она волнуется, иначе всё пропало.       – Пожалуй, мы должны порадовать двор ещё одним зрелищем, если вы не возражаете, – Девушка заставила себя прохладно улыбнуться, вперив змеиный взор во Флорианну. Она надеялась, что со стороны выглядела угрожающе, но в рамках приличия.       – Инквизитра?.. – Моргнула из-под маски, которая вот-вот слетит (не в буквальном, конечно, смысле), дама.       – Глаза всей знати сейчас смотрят на нас, ваша милость. Улыбайтесь, – Покровительственно посоветовала Лавеллан, медленно поднявшись по ступеням. – Вы – хозяйка праздника. Вы ведь не хотите, чтобы они решили, что вы не владеете ситуацией?       – Общаться с вами – разве это не истинное наслаждение, Инквизитра? – Заискивающе парировала выпад де Шалон, невольно попятившись.       – Припоминаю, как вы недавно сказали: «Главное – не подпускать вас к бальной зале, пока не нанесу удар». Когда вашим лучникам не удалось убить меня в саду, я подумала, что вы едва ли оставите мне танец, – Улыбка Вестницы стала более искренней – она уже наслаждалась выражением замешательства на лице герцогини, входила во вкус. Собравшиеся молчали, потрясенные. То ли ещё будет. – Как легко люди расстаются с хорошими манерами. Вы даже подставили собственного брата, обвинили его в убийстве Эмиссара Совета!       Толпа зароптала. Несогласных или недоверчивых возгласов не прозвучало. Хороший знак. Значит, влияние и сведения, полученные сегодня вечером, чего-то стоили. Власть над точно загипнотизированными сливками Орлея согревала и трепетала на кончиках её пальцев.       – Амбициозный план, – Будто одобрительно кивнула Инквизитра. – Селина, Гаспар, Совет Герольдов в полном составе, я, мои товарищи… Все враги под одной крышей.       «Надежнее было бы только нас всех взорвать, перенимая практику Киркволла», – мелькнула мысль.       – Всё это чрезвычайно интересно, но неужели вы всерьез рассчитываете, что кто-то поверит в ваши безумные истории?       Интонация Флорианны дрогнула. Похоже, аристократка в первую очередь сама сомневалась в том, что кто-то не поверит в её невиновность.       – Я слыла на досуге сказочницей дома, но сейчас на моей стороне слишком много фактов, ваша милость.       – Я бы не хотел верить, но выбора у меня, кажется, нет, – Качал головой генерал.       – Гаспар! Как ты можешь верить в эти россказни?! Ты же знаешь, я бы никогда…       Мужчина не стал утруждать себя, и развернулся, чтобы уйти. На смену ему заступили двое крепких парней в военной форме с глазом Инквизиции, выгравированном на нагрудниках. Флорианна попятилась снова.       – Гаспар? – Позвала она, не желая оставлять надежду.       – Пожалуйста, уведите герцогиню, – Мягко обратилась Лавеллан к солдатам. – Уверена, что императорский суд будет справедлив.       На удивление предательница не сопротивлялась. Вероятно, не вынесла позора: двор ведь поверил эльфийке, а не ей.       Какая жалость.       – Ваше величество, я думаю, нам нужно поговорить наедине. В другом месте, – Предложила Эллана, вежливо наклонив голову, но по-прежнему не опуская глаз.       Её заявление было четким и ясным.       «Теперь я могу здесь распоряжаться. Вы не можете вести переговоры без меня. Отныне командование принадлежит мне».       Разумеется, её наглость также сопряжена с риском, однако Селина прислушалась к ней без лишних фокусов.       Вчетвером самые влиятельные персоны Орлея удалились на совещание в ночную прохладу балкона. Очень кстати – от скопившегося в крови адреналина и отпускающей эйфории Вестницу бросило в жар. Колени снова едва не подкосились – удовлетворение, с которым она обличила Флорианну, пугало.       Однако осталось потерпеть ещё немного. Она довольно неплохо уладила вопросы с Анорой, вернувшись из кромешного ада, справится и теперь.       – Твоя сестра, Гаспар, чуть не убила правительницу на глазах у всего двора, – Нарушила неловкую тишину Бриала, складывая руки на груди.       – Это ты у нас главная по шпионажу. Если кто и знал, что готовится покушение, то это ты, – Отмахнулся тот.       – Я вижу, ты даже не отрицаешь своей причастности.       – Отрицаю! Я ничего не знал о планах Флорианны! А ты знала и ничего не предприняла!       Посланница в ответ насмехалась:       – Не пойму, что меня больше радует: твоя уверенность в моем всеведении или твоя попытка изобразить невинность.       Селина и Эллана, остановившиеся чуть поодаль, переглянулись и обнаружили идентичное скучающее выражение на лицах подруга подруги. Пора бы призвать к порядку этот балаган, и у Инквизитры язык чесался приказать им замолчать, однако всё же стоит уступить Императрице, чтобы поддержать иллюзию контроля.       – Довольно! – Незамедлительно бросила женщина, поднимая руку. – Мы не станем браниться, пока Тевинтер плетет интриги против нашей страны! – Она вновь обернулась к Лавеллан. – Ради безопасности Империи мне нужно знать всё.       Выжидательные взоры, направленные на долийку, символизировали её власть. На крючке все трое, обязанные ей жизнями, а также жизнью и троном. Всё целиком зависит от неё. Она могла сказать что угодно.       Вот оно – истинное искушение. Приятное и невозможно манящее.       Она едва ли сможет перестать играть, вкусив этот яд однажды, но не позволит ему забрать всю свою порядочность – поэтому решила поступить правильно и выдержать испытание.       – Каждый из вас виновен. Из-за того, что все трое плели заговоры, случилось то, что случилось, – Качнула головой девушка, готовясь обрушить на них всю свою честность. Волна сметет их и одновременно, при отливе, затащит на глубину – к ней в лапы.       – Смелое обвинение, Инквизитра. Чем вы готовы подкрепить его? – Кисло вопрошала Селина.       «Что ж, извольте, ваше величество. Я не так глупа, чтобы рисовать на себе мишень без веских на то причин».       – Вы намеренно позволили великому герцогу провести солдат, чтобы он допустил политический промах, – Принялась перечислять волшебница, переплетя пальцы за спиной.       – Это даже для тебя вершина двуличия, Селина, – Разочарованно протянул Гаспар.       – Вы проглотили наживку, – Безжалостно оборвала его Лавеллан. – Я встретила капитана наемников. Он говорит, что сегодня вы собирались атаковать.       – Умный ход, – Усмехнулась посол. – Если хочешь отправиться на виселицу за предательство.       – А Бриала играла с вами обоими. Она убила ваших связных и отправила фальшивые письма.       – Если и так, вы ничего мне не сделаете.       – Никто вас не защитит, если вскроется, что вы с Селиной были любовницами, когда она сожгла халамширалский эльфинаж, – Девушка пожала плечами, отмечая, как Бриала побледнела.       На минуту или две балкон сдавило напряженное молчание. Каждый мучительно осознавал свое шаткое положение.       – Ваша позиция ясна. Что вы предлагаете? – Холодно осведомилась Императрица.       – Получается, что Инквизиция вас обыграла. Поэтому я предлагаю вам работать на благо Орлея вместе, а также помнить, что я где-то рядом. Гаспар не умеет править, но умеет воевать, Селина, вы умеете вести государственные дела, а вы, Бриала, умеете собирать информацию. Такой триумвират довольно эффективен, – Выдержав паузу, Вестница завершила речь финальным аккордом. – При должном руководстве.       Генерал поморщился, однако никто ничего не сказал.

***

      Обсудив какие-то мелочи, переговорщики покинули балкон. Императрице предстояло вынести и выгодно представить дворянам результат. Разумеется, не обозначая реального положения вещей, но Эллана не возражала.       Бриала, поворчав, встала в стороне, опершись на увитую лентами колонну. Гаспар и Инквизитра заняли места по бокам от правительницы. Любопытство и нетерпение народа можно было легко прочесть даже из-под масок.       – Лорды и леди двора! – Госпожа Вельмон радушно развела руки. – Мы счастливы вам объявить, что достигли согласия. Наш кузен Гаспар займет почетное место в нашем кабинете.       Зал облетел удивленный шепот. Конец войне? Так просто?       – Друзья! – Прочистив горло, вступил командующий. – Все собравшиеся здесь – предводители Империи. И мы должны подать пример всему Тедасу. Мы не можем враждовать, когда на наши земли посягает сама Тень!       – Мы должны объединиться, иначе все погибнем поодиночке, – Поддержала Селина.       – Мы можем спасти этот мир, – В свою очередь вставила Эллана, внимательно обводя взглядом помещение. Не позволит забыть, какую роль она здесь сыграла. – Готовьтесь. Нас ждет настоящая битва.       – Но сегодня давайте радоваться наступлению мира. Да начнется праздник!       В это верилось с трудом. Больше никаких погонь, уворотов от вражеских ножей и притворства? Возмутительно.       Друзья поздравляли её и хвалили за поразительную работу. Лелиана шепнула, что в одной из комнат для неё припасен запасной камзол – девушка немедленно воспользовалась возможностью освежиться. Защитница пересказывала Варрику драку, в которую они впутались в императорском крыле, и уважительно пожала Эллане руку.       – Я думала, у меня неплохо вышло с аристократами в Вольной марке, но вы… Просто отвал башки. Ваше здоровье, – Добродушно хохотнула магесса, и подняла за неё бокал.       Наконец, пресытившись чужим обществом, долийка скрылась на каком-то уединенном балконе, благо, в Зимнем дворце их было в избытке, налила себе вина, однако не притронулась к нему. Разум бунтовал, анализируя сегодняшние события и её двуличное поведение, и в то же время совершенно отказывался о нём думать. Инквизитре хотелось просто скинуть ненадолго маску и надышаться ароматами цветов внизу. Она потратила минут двадцать, чтобы найти место, с которого не будет чувствоваться кровь, залившая половину замка.       – Орлесианская знать без конца поднимает тосты за вашу победу, а вы их не слышите, – Раздался вкрадчивый ехидный голос вслед за еле слышными упругими шагами. Леди Морриган плавно подошла и встала на достаточном расстоянии. – Как же так? Вам так быстро наскучили их поздравления, Инквизитра? Всё это так преходяще. А вы столько для них сделали.       – Они поднимают тосты, думая о том, как я оказалась опасна. Как сильно они недооценили иностранку из диких земель, – Усмехнулась долийка, повернув голову. Морриган на мгновение прищурилась. – К тому же, у них пунш закончился. Недопустимо.       Разоткровенничалась. Впрочем, советница и так всё понимала. Эллана была рада ее компании.       – В самом деле? – Засмеялась колдунья. – Посмотрим, что вы скажете о новости, которую я вам сообщу. Только что подписанный указ назначает меня посредницей между Империей и Инквизицией. Селина хочет предложить вам всю возможную помощь, включая и мою. Поздравляю.       Конечно, глупо ждать, что, обзаведясь оком, неустанно следившим за верхушкой Орлея, Императрица не попытается заслать кого-нибудь к этому самому оку. Чтобы затуманить его, ослепить? Или действительно помочь?       Или и то, и другое. Или вообще ничего из перечисленного.       – Любопытно. Не думала, что вы хотели бы присоединиться к Инквизиции.       – Я получила назначение. От меня это не зависело, – Резковато ответствовала женщина. – Селина знает, что наш противник обладает огромной магической силой, и понимает, что это важнее ее мистических забав. Вам пригодятся мои знания, чтобы справиться со столь сильной магией. Но как бы то ни было, Корифей – угроза как для страны, так и для меня. Поэтому назначению я не противлюсь.       – А какова область ваших знаний? – Любопытствовала Вестница. – Не подумайте, что я сомневаюсь в компетентности, это скорее чародейский интерес.       – Мои знания лежат… за пределами знаний большинства магов. Пожалуй, и о Корифее можно сказать то же самое, – Приметив живую заинтересованность, Морриган приободрилась. – Так что вам не помешало бы расширить свой колдовской арсенал, не так ли? Обычное знание ведь не заставит дыру в небесах закрыться.       – Говоря «за пределами знаний большинства магов», вы имеете в виду магию крови?       – Я знаю много забытых, малоизвестных и запрещенных искусств. Некоторые из них можно назвать магией крови. Если же мысль об этом кажется пугающей, позвольте мне вас успокоить. Одно лишь знание не причиняет зло. То, чем я владею, я могу предоставить в ваше распоряжение. Игнорировать его или использовать – дело ваше.       Волшебница кивнула, удовлетворившись ответом, и улыбнулась. Устало, но вполне радушно.       – Спасибо за честность. Мне кажется, у нас есть шанс сработаться – в клане я занималась практически тем же. Училась хранить знания. Добро пожаловать в Инквизицию, Морриган.       – Вот это приятный ответ. Значит, встретимся в Скайхолде.       Собеседница удалилась, шелестя юбками (забавно: когда она появилась, шума одежды слышно не было), но нет покоя грешникам – её сменил Солас.       – Так и знал, что ты будешь здесь.       – Пытаюсь снова собраться, – Призналась девушка, опираясь на перила, как и маг, и легко касаясь головой его плеча. Половина цветов выпала от бешеного темпа, в котором она перемещалась по коридорам замка. Жозефина вплела новые.       – Это был воистину твой триумф. Осторожные разговоры о том, как вечеринка стала принадлежать тебе, вспыхивают всё чаще, – Отступник звучал воодушевленно – вероятно, он был рад за неё даже больше других, учитывая их общее положение. – Может, я могу развлечь тебя, пригласив на танец, пока музыка не стихла?       Отстранившись, отшельник изящно склонился в церемониальном поклоне, протянув руку с раскрытой ладонью.       – Не могу отказать, – Мягко посмеялась Эллана. – Приятно потанцевать не для передачи сведений или плетения интриг.       «Если я ещё когда-нибудь буду вынуждена оказаться в гуще Игры, то просто сойду с ума от напряжения».       Тем не менее сложно отрицать, что ей… в чем-то понравилось. Наконец-то у неё была власть заставить людей задуматься и объединиться. Возможно, помочь своему народу. Да, страх провалиться сопровождал её всю ночь, но едва ли она откажется от преумножения всего, чего достигла.