Дипломат

Не Хуай Сан редко путешествовал один да еще так далеко. Сейчас он был взволнован, взбудоражен и сам на себя не похож. Он сбежал. Ни больше, ни меньше как сбежал из дома, из Нечистой Юдоли к другу. Даже сразу к двоим. Пока он плакался на жизнь одному Цзян Чену: Яо был занят сверкой расходов и доходов. Цзян Чен посчитал, что не стоит его отвлекать и сам принимал Не-сюна в своих покоях. За дверью, у Яо, было тихо. Возможно, тот ушел в библиотеку или к управляющему. — Цзян-сюн, ну что я буду делать? Как я буду без брата? Я же не переживу такую ответственность!!! — Хуай Сан натурально заливался слезами. Сидели они лишь вдвоем в покоях Цзян Чена, так что Хуай Сан дал волю своим эмоциям и рыдания были весьма громкими. — Цзян Чен, все нормально? А-Лин упал у тебя в комнате? Давай я его заберу…- Яо уже открывал дверь. Гостей они не ждали и стучались друг к другу, зная, что никого кроме них нет, крайне редко. Цзян Чен не ожидал, что Яо все же у себя. Впрочем, появление еще одного зрителя Не Хуай Сана нисколько не смутило, даже напротив: он еще пуще залился слезами. — Приветствую вас в Пристани Лотоса, второй господин Не! — Яо поклонился как подобало, — Что приключилось? — Брат… он… — Что-то случилось с Первым братом? — Яо заволновался. Состояние Не Мин Цзюе давно внушало серьезные опасения. Лекари из Гу Су Лань прогнозы давали довольно пессимистичные, а лекари из Нечистой Юдоли вполне конкретно говорил, что главе ордена осталось не так долго и второму господину Не надо как можно скорее входить в курс всех дел. Сам глава ордена был этому, конечно же, не рад и крайне волновался, что лишь усугубляло искажение ци. — Не-не-нет, — кажется, сама мысль о таком напугала Хуай Сана до заикания. Он весь сжался, будто целиком хотел спрятаться за веером. — К счастью нет. Не-сюна заставляют учиться, — пояснил Цзян Чен. Яо выглядел так, будто у него гора с плеч свалилась. — Опять? — Яо был удивлен. Второму господину Не давным-давно перевалило за двадцать, а он все еще был занят безуспешным постижением довольно элементарных вещей. Не Мин Цзюе едва ли не в каждом письме сетовал, что боится что после его смерти ордену придет конец с таким главой, как его младший брат. Не Хуай Сан был не слишком силен физически, а перспектива занятий с саблей, могущих привести к искажению ци, вызывала у него панику. Говорить о том, что при его уровне развития золотого ядра искажаться практически нечему было бесполезно. Естественно, такое упорное нежелание второго господина Не совершенствоваться и тренироваться вызывало гнев у главы ордена Не, что было крайне нежелательно в данном случае. — Да. Я не смог освоить всего, что требуется для управления орденом… — последнее слово утонуло во всхлипе. Если физические и духовные силы второго господина Не и правда были сомнительны. то в его сообразительности и интеллекте сомневаться было нельзя. Яо ни разу не смог обыграть Хуай Сана в шашки или го, хотя обыкновенно выигрывал. Да и написанный Не Хуай Саном роман был весьма остроумен и полон неожиданностей. — Не-сюн, в таком случае тебе следует взяться за ум. Если ты сможешь помогать брату, то ему не придется напрягаться и искажение ци станет менее заметно. — Но я не смогу! Я же ничего не знаю…- начал Не Хуай Сан свою любимую песню.Он никогда ничего не знал и до определенного момента эта тактика помогала вести ему довольно праздную жизнь, не обремененную ничем.что было бы ему неинтересно. — А кто знает? — Цзян Чен прекрасно знал характер друга и как тот мастерски умеет прикидываться дураком. — Это Нефритовый сокол все знает, а я… я… — Яо понимал, о чем говорит Второй господин Не. Нефритовый сокол и впрямь был идеальным воином и весьма остроумным человеком, находящим выход из любой, порой выглядящей совершенно безвыходной, ситуации — Нефритовый Сокол? — переспросил Цзян Чен. — Да… Это у него есть на все ответ! — Хуай Сан цеплялся за чужой рукав и явно хотел порыдать на груди у Цзян Чена, обняв его покрепче. Яо старательно делал вид, что не замечает этого. Он был бы не против, если б его супруг нашел себе кого-то, но тот не спешил. — Это персонаж его романа. Он крайне умен, находчив и образован, — пояснил Яо. — Вот это странно. — Что господин Не смог такое написать? — Яо не понимал суть странности. — Нет. Не-сюн ведь смог все это придумать для романа, смог придумывать все шалости. пока мы учились. Заметь, с его планами мы лишь раз попались в Облачных глубинах, где за дисциплиной следят днем и ночью. И то, попался Вей Ин и с ним вместе наказали Лань Ван Цзи! — Я не знаю, что делать… — выл Не Хуай Сан, уже укладывая голову на плечо Цзян Чену и почти сев ему на колени. Возможно, это тоже был хитрый план, потому что для дружеских слишком уж близкими и крепкими были эти объятья. — А что бы сделал Нефритовый Сокол? — вдруг спросил Яо. Не Хуай Сан задумался и даже сполз с коленок друга обратно на подушку. Слезы вмиг высохли, будто их и не было. Зато на лице появилось столь знакомое еще по годам совместной учебы выражение. Второй господин Не что-то придумывал. — Он нашел бы способ дать выход ярости главы ордена Не, чтоб та не вызывала искажения ци. Для этого нужны постоянные битвы, которые давали бы выход гневу, ярости и злости. Однако на землях Цин Хе нет столько нечисти, а глава ордена не может часто выезжать далеко на охоту, чтоб выплескивать все скопившиеся негативные эмоции… — Хуай Сан задумался, сложил веер и держал его сложенным у подбородка. — И как это видится Нефритовому соколу? — осторожно спросил Яо. — Хм… во время войны ярость сабли выплескивалась на поле боя на других заклинателей, а вовсе не на нечисть и лютых мертвецов, значит объект не слишком важен, нужно просто найти нечто, приемлемое для главы ордена Не. Возможно, соревнования по борьбе на саблях… хотя нет, там не должно быть смертельных исходов… да и наша казна не позволит такого расточительства, — казна в Цин Хе и правда была не слишком уж богатой. Любовь Хуай Сана к роскоши тоже была одной из больных для Не Мин Цзюе тем. Он боялся, что дай брату волю — спустит все в один день на безделушки. Хуай Сан возмущался, что его ограничивают в расходах и бранят за расточительство. Он как-то особо не задумывался над тем, что за этим стоит, пока Яо в момент своего последнего пребывания в Нечистой Юдоли не объяснил на пальцах как орден получает деньги. Хуай Сан весьма расстроился, что они уже не так богаты, как до войны, но, кажется, понял, что брат ему позволяет больше, чем надо бы. — Нефритовому соколу надо подумать и об этом? — Яо говорил с Хуай Саном ровно с теми же терпеливыми интонациями, что и с племянником, когда тот капризничал и его надо было, например, переубедить сначала съесть рис, а после конфету. — Пожалуй… Можно устраивать большие охоты на регулярной основе в Ци Шане. Там много добычи, а купцы жалуются, что сейчас проще карабкаться по предгорьям Цин Хе, чем пробираться по старой дороге… Хотя… — Не Хуай Сан торжествующе улыбнулся, — Скажи, Цзян-сюн, ты можешь в случае чего одолжить нашему ордену немного денег? — Зачем? — Нефритовый сокол хочет сделать кое-что масштабное. Лань Лин Цзинь на такое взаймы точно не даст,— о, вид у Хуай Сана был похитрее, чем порой у Яо. Кажется, его посетила какая-то любопытная идея. — Не забудь обсудить это с братом, - напомнил Цзян Чен. — Ой… я совсем забыл — Хуай Сан мгновенно сник и опять едва не перешел в слезы.

***

Не Мин Цзюе приехал за братом через два дня. Вариантов, где искать Хуай Сана было не так уж много: либо здесь, либо у родственников его матери, что жили подле Нечистой Юдоли. Судя по всему гнев старшего господина Не порядком остыл и он себя чувствовал пристыженным. Из-за искажения ци Не Мин Цзюе вел себя уже иначе и это было хорошо заметно. Яо говорил,что порой его всерьез побаивается, чего ранее не было. Впрочем, перемены не в лучшую сторону и сам Не Мин Цзюе в себе замечал, что его тоже не радовало. Ему надо максимально долго пробыть на своем посту, чтоб Хуай Сан успел научиться всему, что необходимо и сохранить престиж и уважение к Цин Хе Не. С нервным, вечно на взводе, главой это тяжеловато. Впрочем, вид Не Хуай Сана, гуляющего по саду, Не Мин Цзюе опять разозлил. — Собирайся, ты едешь домой! - сказал он вместо приветствия. — П-п-п-привествую, брат! — Хуай Сан слегка начал опять заикаться, — Я… хотел бы погостить тут еще пару дней — Ты.Едешь. Домой. - Мин Цзюе выдохнул,пытаясь успокоиться, - Это не обсуждается. — Хорошо, - склонил голову младший Не. — Первый брат, приветствую! - Яо подошел сзади. — Здравствуй! — старший Не развернулся и одарил Яо хмурым прищуром. — Позволь мне проводить тебя испить чаю и послушать успокаивающих мелодий, - обстановку надо было как-то разрядить, пока братья Не не начали ругаться опять. — Только пока он будет собрать свои манатки, - согласился Не Мин Цзюе. — Это не займет много времени, - заверил Яо. Хуай Сан поклонился и молча скрылся в доме. Яо знал, что вещи в гостевых покоях он будет собирать как можно медленней. Не Мин Цзюе несколько расслабился после трижды сыгранного "Покоя", стал более сдержанным и адекватным. — Может уедешь с нами в Нечистую Юдоль? Расслабишься слегка, от семейной жизни передохнешь, - Не Мин Цзюе давно не видел своих названных братьев и скучал по ним. — Я бы рад, но глава Цзян дал мне много поручений на ближайшие дни, - Яо был доволен этим.Он чувствовал себя здесь нужным и значимым благодаря этому. —  Надеюсь, этот оболтус вас тут не слишком утомил? — Первый брат, Не Хуай Сан не так глуп, как ты думаешь… — Хочешь сказать, он еще глупее? — Нет. Он весьма умен, просто боится проявлять себя. Выслушай его один раз. Мне кажется, ему надо просто дать чуть больше свободы в решениях.

***

- Слушай, а как ты вообще догадался спросить Не-сюна о том, что бы делал Нефритовый сокол? Как тебе такое вообще в голову пришло. Его прям как подменили! - удивлялся вечером за совместным чаем Цзян Чен. — Я так делаю с А-Лином, когда он слишком сильно капризничает. Я спрашиваю, что бы сделал Зимний туман или дядя Цзян и он успокаивается… — Остроумно! - Цзян Чен был этим почти восхищен. А-Лин при всем его вздорном нраве слушался Яо почти идеально. — Главное, что это помогает. Хотя я не думал,что это же сработает со вторым господином Не…