Дипломат

Такого переполоха в башне Кои, даже во всем Лань Лин Цзинь не видели на разу. Ситуация была ужасающая, угрожающая спокойствию и миру между великими орденами. Цзинь Гуань Шань велел хоть из-под земли достать виновного. После смерти госпожи Мо его и так неприятный характер испортился окончательно и слуги лишнее слово при нем сказать боялись. На ноги были подняты все адепты и прислуга. Все, кто мог обыскивали закоулки дворца и сада. Охрана была усилена. Однако это все не давало результатов. Происшествие было серьезнее некуда: пропала сабля Не Мин Цзюе! Как такое вообще возможно никто не знал. Человек, отважившийся такое провернуть, должен быть либо невероятным наглецом, либо самоубийцей. Причем сделано сие было очень поздним вечером или ночью, когда господа Не отправились спать. Они как раз оба были гостями башни Кои. Как бы не были плохи отношения между орденами - а они сильно испортились после суда над Цзинь Гуань Яо - деловые и торговые связи, от которых зависела жизнь простых людей, все же не ослабевали. Накануне обнаружения пропажи вечером второй господин Не позвал брата в свои покои обсудить завтрашнее заседание. Вероятно, у него были свои взгляды на взаимовыгодные соглашения двух соседствующих провинций. Ума и хитрости младшему из братьев было не занимать. В этом уже многие успели убедиться, особенно Цзинь Гуань Шань, которого уже от упоминания имени второго господина Не передергивало. Давно ему не попадалось столь сложного оппонента. Второй господин Не мало и робко говорил, но в голове будто шашки расставлял на доске. И всегда выигрывал. Он с легкостью утер нос Лань Лин Цзинь с дележкой Ци Шаня, в последний раз едва не сорвал так тщательно выстроенный план судить и казнить Цзинь Гуань Яо. Теперь, когда на очереди была какая-то еще проблема, из-за веера слышалось робкое: " Ну я не знаю..." - а далее следовало нечто такое, что в неосведомленности второго господина Не возникали сильнейшие сомнения. В тот вечер братья Не обсуждали дела до поздней ночи. Все это время Не Мин Цзюе был без сабли, а придя в свои покои он сразу же лег спать, не проверив оружие. У его дверей стояла охрана. Ночью ни сам глава Цин Хе Не, чувствующий свою саблю как часть себя, ни его охрана ничего даже не заподозрили! Да и кому пришло бы в голову утащить его саблю, известную как крайне опасный артефакт? Не Мин Цзюе сам еле справлялся с ее возросшей мощью. Как справиться с таким оружием знали лишь адепты ордена Не, но никто из них точно не посмел бы украсть саблю главы. Им бы даже в голову не пришло трогать Ба Ся по целому ряду причин. Начиная от того, что оружие было вещью... ну почти интимной. Взять чужую саблю без разрешения владельца было бы как заигрывать с чужой женой. У каждой из сабель был дух, укротить который было под силу только ее владельцу. Покушаться на имущество главы ордена так вообще везде считалось преступлением. Да и зачем бы? Ба Ся была слишком приметной на вид, но не имеющий дорогой отделки, могущей заинтересовать воров. Тащить ее просто так никто посторонний не стал бы, а свои - так уж точно. Каждому оружие подбирали по силам, а сабля Не Мин Цзюе уже получила печальную известность став из-за впитанной темной ци причиной недуга, медленно сводившего в могилу, у своего хозяина. Что бы она сделала с рядовым членом ордена можно было лишь гадать. Сам глава Не связи со своим оружием не потерял и чувствовал, что сабля где-то недалеко, но где точно сказать не мог. Его разбирали гнев и ярость от такого. Он обещал голыми руками покарать того, кто посмел так подло покуситься на его оружие и сомнений в исполнении этого обещания ни у кого не возникло. Перепуганный Не Хуай Сан носился вокруг, опасаясь как бы у брата не началось опять искажение ци, которое в последнее время почти не проявлялось благодаря заботе Цин-Цин. Второй господин Не был не на шутку встревожен, ведь его брат от злости откашлял огромный сгусток застоявшейся крови! Такой приступ гнева грозил большими проблемами с ци через несколько дней. Обсуждение дел было сорвано напрочь. Сегодня должны были договариваться о продлении торговых соглашений и это было не слишком важное или срочное заседание, чтоб сорвать его таким вот образом. Орден Не сейчас набрал мощь и влияние, финансовые дела там тоже шли весьма недурно благодаря торговому пути. Однако земли ордена Не как были каменистыми и не слишком плодовитыми, таковыми и оставались. Лань Лин поставлял чай, фрукты, рис и соленую рыбу в Цин Хе, а оттуда привозили камень для строительства, шерсть и лес. В Лань Лине не было камня, а в Цин Хе ничего толком не росло, так что этот договор существовал уже не первое поколение и не нарушался даже во время самых напряженных отношений между орденами. Его продление на прежних условиях было весьма выгодно обеим сторонам. Так что, когда найдется виновный в краже сабли, и Не Мин Цзюе по какой-то счастливой случайности не свернет ему шею,то это сделает Цзинь Гуань Шань лично. Продление договоров отложили до момента, когда отыщется Ба Ся и лучше бы это случилось до момента сбора нового урожая. В общем, происшествие было неслыханное по своей сути. Все главы орденов, адепты и прислуга отправились на поиски оружия по всему дворцу и саду и продолжалось это до глубокой ночи без всяких результатов. Цзинь Гуань Шань даже думал расширить зону поисков, но глава Не был абсолютно уверен, что Ба Ся не покидала пределов башни Кои. К всеобщему удивлению на следующее утро Не Мин Цзюе вышел из своих покоев подпоясанным саблей. Вид у него было на удивление умиротворенный. Не Хуай Сан как обычно семенил следом, довольный и в тоже время настолько испуганный, что даже забыл прикрыть свое удивленное лицо веером. Вышло нечто странное. Сабля утром появилась так же таинственно , как и исчезла. Ни охрана, ни сам глава Не опять ничего не ощутили. Ба Ся была цела, на ней не было ни единой царапины. Ее даже кто-то почистил ничуть не хуже самого главы Не! Но с ней произошло и кое-что странное: дух сабли заметно ослаб, затаенная злоба утихла, а темная ци ,впитанная в Безночном городе семь лет назад будто утекла сама собой. Это было ровно то оружие, что Не Мин Цзюе держал в руках с ранней юности, не могущее ему никак навредить. И лишь это обстоятельство остановило уже начавшийся вчера дичайший скандал, грозящий перерасти в войну двух орденов. Не Мин Цзюе, узнав о весеннем суде над его младшим названным братом пригрозил, что ордену Лань Лин Цзинь после такого несдобровать, а Цзинь Гуань Шаню лучше очень хорошо думать, что он делает и пусть только возникнет хоть намек на малейший повод для войны... Пропажа сабли была даже не намеком - настоящим поводом. С одной стороны возвращение Ба Ся было концом скандала, с другой все становилось лишь загадочнее. Убрать излишек темной ци из сабли не могли в самом Цин Хе Не. Ничего не смогли придумать в Гу Су Лань, а тамошние адепты славились тем, что умели исцелять одержимых, убирать без следов темные метки и успокаивать самые злобные артефакты. Однако кто-то или что-то в Лань Лин Цзинь за сутки решил это! Сутки! Время от одного восхода солнца до другого потребовалось какому-то безвестному умельцу, чтоб сделать то, что не смогли лучшие умы двух величайших орденов за несколько лет! Кто это вообще мог быть, что настолько быстро справился с темной ци? Сюэ Ян - а он был несомненно талантлив и силен в обращении с темной ци - даже в подметки не годился бы такому заклинателю! Или это был не один человек? Цзинь Гуань Яо ведь говорил, что нападавшие на него заклинатели обладали невероятной силой и проклятия у них тоже были незаурядны. Неужели эти люди опять проявили себя? Тогда стоило заключить с ними сделку, коль они столь могущественны и вернуть Лань Лин Цзинь его законное первое место среди великих орденов. С какой тогда целью это все было сделано? Если они хотели опорочить Цзинь Гуань Шаня и окончательно погубить его орден, то зачем вернули исцеленную саблю? Срыв подписания договора и вовсе виделся причиной смехотворной, тем более, что он был подписан на следующий день без всяких сложностей или уловок со стороны второго господина Не. Вероятно, даже этот хитрец растерялся от такого поворота событий. Едва посольство из Цин Хе отбыло во башне Кои вновь начался обыск. Цзинь Гуань Шань задался целью выяснить, что вообще произошло и где сутки была эта сабля. Весь дворец во второй раз был осмотрен с еще большей тщательностью, чем позавчера. Все павильоны, беседки и даже гроты в саду были изучены вдоль и поперек. Не пощадили даже покои Цзинь Сюань Юя, в которые не рискнули вторгаться в прошлый раз. По правде говоря искать там было совершенно нечего. Младший сын Цзинь Гуань Шаня после смерти матери совершенно замкнулся в себе и зрелище представлял довольно печальное. Он целыми днями сидел в своих комнатах, не впускал учителей, игнорировал тренировки и крайне редко выходил куда-либо. Даже еду он забирал у слуг сам, едва приоткрывая дверь. Служанки у него убирались чуть ли не с боями прорываясь в его спальню. Никакие увещевания или угрозы его отца не действовали. Цзинь Сюань Юй, как и следовало ожидать был внутри, среди раскиданных книг и бумаг. На людях он не появлялся долго, с момента его появления на суде над братом. Занят он был рисованием портрета Цзинь Гуань Яо, который все не выходил. Вокруг на полу валялись еще менее удачные наброски. На стене висел портрет покойной госпожи Мо, тоже нарисованный не слишком точно, и ее шарф. Вторжение в свои покои Цзинь Сюань Юй воспринял довольно болезненно и был весьма удивлен тем, что позавчера во дворце был переполох. Когда его спросил, где он был в это время, то он задумался, но все же сообщил, что уже несколько дней не покидал своих покоев. Стоящие у дверей слуги это подтвердили. Выходящий куда-то молодой господин был явлением крайне редким. В лучшем случае он мог выйти в сад прогуляться в погожий день, а лето выдалось дождливым.