Дипломат

— Я тебе нравлюсь? — прозвучало крайне кокетливо. Цзян Чен потряс головой, чтоб убедиться, что не надышался дымом из курильницы или не хлебнул вместо чая какого-то снадобья из секретных гусуланьских рецептов, которыми Лань Си Чень отпаивал Яо при болях. Это жеманное, вертлявое существо на кровати в распахнутых на груди одеждах на Яо походило только внешне и то весьма отдаленно. Формы у него уже заметно округлились, он начал порой вести себя не лучше избалованной юной госпожи и пытаться себя украшать. Лань Си Чень писал обо всем этом. Наверное, видя Яо каждый день, перемены можно было и не сразу заметить, все это не так бросалось в глаза, потому как происходили они постепенно, но Цзян Чен не был тут две недели. Яо изменился разительно. И если в прошлый раз это было даже как-то мило, то сейчас стало понятно, почему глава Лань так жаждет выздоровления своей любви. Яо, кажется, даже умудрился чем-то подвести глаза и теперь хлопал густо подкрашенными ресницами. Потом он переложил затейливо причесанные волосы на плечо. — А так? — интонации были что у девиц в весеннем дворце, желающих привлечь еще клиентов. Цзян Чен аж рот открыл, — Так я тебе больше нравлюсь? — прозвучало как-то фривольно. Яо, не дождавшись от изумленного супруга ответа, притворно надул губы и обратился к стоящему здесь же Лань Си Ченю все тем же развязным тоном, — Но тебе-то я нравлюсь? — А-Яо, пожалуйста… — только и выдавил в ответ Цзе У Цзюнь. — Разве мне не идет? — Яо наклонил голову к плечу откровенно заигрывая и открывая часть груди в вырезе одежд. Цзян Чен не думал, что делал. На кровати сидел точно не Яо. Этот кто-то не мог быть его супругом. Яо никогда не вел себя так вызывающе! Он не интересовался, нравится ли его внешность Цзян Чену, не красил глаз и уж точно не мог говорить со столь пошлыми интонациями. Цзы Дянь сверкнул в воздухе, Яо упал от удара на кровать, зарыдав в голос. Однако, из тела не вылетело духа какой-нибудь мертвой девицы или обрезанного рукава. — А-Яо, я… — Лань Си Чень бросился к нему. — Цзян Чен, ты!.. — кажется, Яо было не столько больно, сколько он был зол за такое обращение, — Это так ты обращаешься со своей любимой женушкой? — Мэн Яо, ты… Ты не в себе! — Цзян Чен сжал кулаки, чтоб не повторить удар еще разок для надежности. К его разочарованию тело Яо никто не захватывал. — Лань Хуань, почему он меня обижает?.. — он теперь вис на Лань Си Чене и вел себя совсем уж неприлично, почти усевшись на его колени. — А-Яо, тебе сейчас надо собраться и успокоиться, попытаться найти баланс инь и ян… Я придумаю, как вернуть тебя обратно в нормальное состояние. — Но я не хочу! Мне так больше нравится… Ты же ведь меня тоже хочешь?..- Яо уже вполне конкретно тянулся к его поясу. — Женушка, знай меру! Не при мне же! — вспылил Цзян Чен. Какие призраки мертвых шлюх покусали Яо, что он превратился в такое вот? — А почему нет? — Лань Си Чень, воспользовавшись заминкой, уже встал и сделал пару шагов назад. Похоже, эти перемены в Яо его пугали ничуть не меньше.Эти томные интонации, развязность и явное желание затащить кого-то из них к себе в постель были слишком уж непривычны от Яо. Невозможны. Не от того Мэн Яо, которого он знал и любил. — Нам лучше выйти и поговорить в кабинете, — Лань Си Чень весьма ловко выволок Цзян Чена из спальни, оставив Яо прихорашиваться дальше.Тот принялся расправлять бинты под одеждой. — Что это вообще такое? Его тело точно не захватили? — Точно нет. Вы уже сами в этом убедились. В теле Яо слишком мало энергии ян, его жизнь по-прежнему поддерживает энергия инь и я так и не придумал способ передать ее разом в достаточном количестве. Его золотое ядро пока еще не до конца освобождено и ци не течет как надо. — Он всегда теперь такой? — Нет. Временами. По сути он стал темным существом. Если делиться с ним ци он куда спокойнее. Если этого не делать, он начинает себя вести как типичная нежить и делать все, чтоб найти источник энергии ян. — В смысле «все»? — Случился, — Лань Си Чень замялся, как бы думая, стоит ли Цзян Чену вообще о таком знать, — довольно неприятный инцидент с моим дядей и он теперь разделяет мою решимость поскорее устранить эту проблему. Еще А-Яо очень хотел отправиться на источники, где купаются юные адепты. — Надеюсь, он этого не сделал? — Его раны нельзя мочить. Да и холодная вода лишь усилит влияние энергии инь… — Я не об этом. Он же чуть не в штаны ко мне полез, едва я зашел! Какие к гулям купания с адептами?! — Я как-то не подумал об этом… — кажется, весь масштаб проблемы Лань Си Чень упускал из вида, — В любом случае надо найти способ донести до его нижнего дяньтаня энергию ян. Сейчас получается замкнутый круг. Пока Яо не выздоровеет физически — не восстановится его течение ци и золотое ядро. Для выздоровления нужно восстановить течение ци и выровнять баланс инь и ян в его теле. — Прям весело, — Цзян Чен был недоволен. Прежний Яо, сдержанный, спокойный и умный ему нравился куда больше, чем это нечто странное. Когда они выходили из спальни Яо и вовсе распахнул одежды на груди с весьма многообещающим видом, — И где ее взять для него? — Я не знаю нормальных способов это сделать, не нанеся ущерб или Яо, или Облачным Глубинам. — Да уж дилемма… ну давайте попробуем порассуждать как глава Не. Что у нас есть ян и что он дает? — Ян — это жизненная сила, жар, мужское начало…- Лань Си Чень вдруг залился краской. — Глава Лань? — Цзян Чен не понял этого смущения сейчас. — Яо не хватает именно мужской энергии сейчас. Инь понемногу меняет его и превращает в женщину. Я предполагаю, что его попытки заинтересовать собой мужчин вызваны именно этим, — кажется, в голове Лань Си Ченя мысли были весьма интересные. - А если вы не правы и предположить, что его столь яркий интерес к мужчинам вызван избытком энергии ян у некоторых из нас, а не столько влиянием инь? - Это тоже возможно, - Лань Си Чень вздохнул. Он скучал по А-Яо, которого знал много лет, и переживал за него. — Может не пытаться изобретать колесо и просто дать ему то, чего он так упорно добивается? Если это попытка заполучить энергию ян таким образом — то я готов. — Это может быть опасно. Неизвестно, что мы получим в итоге: насытим его тело энергией ян или наоборот укрепим влияние энергии инь, - глава Лань был весь в сомнениях. — Так что мешало вам попробовать, если были предположения? — Я… я не хочу пользоваться его состоянием. — Вы думаете он сейчас совсем ничего не соображает? — Цзян Чен знал, что Лань Си Чень будет защищать честь Яо всеми силами и придумывать поводы не дать реализовать желание кому-то отдаться. — Судя по тому, что он начал кокетничать с моим дядей за его адекватность сложно поручиться. — Что? — Цзян Чен ушам своим не мог поверить, — Он пытался строить глазки Лань Ци Женю?! — Если б только глазки… — у Лань Си Ченя дернулся уголок рта, выдавая нервное напряжение последних шести недель. — Было еще что-то? — Лучше вам не знать. Мне еле удалось утрясти этот скандал. Не Мин Цзюе, когда навещал Третьего брата, пообещал выпороть, если тот немедля не успокоится. — Серьезная заявка… — Не Мин Цзюе, вероятно, стоило большого труда себя сдержать. Уж если от него за такое по полной программе получил его младший брат, с которым даже из-за самых серьезных проступков наказания не шли дальше слов! — К несчастью, Яо становится лишь хуже и его раны все не заживают. — Прям обрадовали, глава Лань. То тесть, то вы. — Надеюсь, о радости от тестя вы говорите без сарказма? — От чего же? Он подозревает, что заговор дело рук его старшего сына. — Яо? Он же сейчас в таком состоянии, что говорить о чем-то подобном просто кощунство! — Однако ж он сказал. — Ладно. Давайте выработаем план действий и пойдем поговорим с самим Яо относительно этого. Яо сидел в кровати и в очередной раз переплетал волосы, слушая слова Цзян Чена. — Мой господин наконец решил осчастливить меня своей заботой? — Яо откинулся на подушки. Его раны не заживали и на бинтах проступала кровь, когда он резко двигался. Сейчас на повязке на боку тоже расплывалось алое пятно. — Да, я решил, что слишком истосковался по постельным утехам, — прямо сообщил Цзян Чен. Нет, по постельным утехам с Яо он тосковал, но вот не с таким вот женоподобным и капризным. — Лань Хуань, неужели ты не будешь возражать? — звучало это весьма игриво, — Если мы супруги, то ведь это не нарушает правила Облачных Глубин? — в голосе Яо звучала натуральная радость по поводу того, что ему сказал супруг, но про правила он не забыл. Видимо,уважение к Си Ченю перебивало даже влияние темной ци. Цзян Чен правила помнил смутно. Но распущенность в них точно запрещалась. — Нет. Для супругов нет запрета делить ложе, — лишенным всякого выражения голосом согласился Лань Си Чень. — Тогда, глава Лань, я прошу вас остаться в этой спальне и проследить, чтоб не произошло ничего не подобающего, — Цзян Чен боялся, что он или не справится, или навредит Яо, слишком уж увлекшись. Или эта попытка будет совсем провальной и Лань Си Чень сможет это заметить. — Мой господин решил разделись со мной ложе прямо сегодня? — Яо довольно улыбнулся и развел колени приглашая. — Да. Сейчас, — Цзян Чен говорил это понимая, что такому Яо он не рад. Даже не смотря на столь откровенный жест и явное желание. Раздеваться было неловко. Они договорились обо всем еще в кабинете. Цзян Чен боялся, что может не совладать с собой и сделать лишь хуже. Лань Си Чень боялся тронуть Яо лишний раз. Может быть вместе у них получится все как надо? Цзян Чен чуть не сломал себе зуб, сжимая от напряжения челюсти, но согласился. Лань Хуань, когда они отправились вдвоем в спальню, взял с собой целую корзинку всякого нужного добра: масло, салфетки, ароматные мази. Возможно, что-то из этого он купил даже специально для Яо. Ароматные масла были слишком уж терпкими и сладкими для Гу Су, а в одной из склянок Цзян Чен и вовсе опознал бальзам, который ему дала для снятия боли Лучистая Жемчужина. Яо с большим энтузиазмом рылся во всем этом добре, совал свой нос во все флакончики и наслаждался мыслями о том, что будет. «Вот этот!» — из приоткрытой склянки в нос ударила почти приторная сладость. В нормальном состоянии Яо такое не любил, а сейчас с большим удовольствием натирался этим снадобьем. Закончив, он устроился поудобнее на кровати, предвкушая наконец то, чего так жаждал. Они улеглись по обе стороны от Яо так и не раздевшись полностью. Оба остались в нижних одеждах. Обнажиться совсем было как-то неловко. Цзян Чен не хотел демонстрировать шрамы на груди, а Лань Си Чень, видимо, наготу при посторонних считал верхом неприличия. — Иди сюда, женушка… — шепнул на ухо Яо Цзян Чен. Яо в ответ игриво стрельнул глазками и потерся задом о пах супруга. Формы у Яо стали другими. Бедра уже почти по-женски округлились. Лань Си Чень рассказывал, что сначала списывал это на неподвижность, а капризы — на боль от ран. Если б он понял все это чуть раньше, то Яо, наверное, не дошел бы до такого состояния. Яо сам тянулся целовать Лань Си Ченя, пока муж ласкал его сзади, расширяя вход в тело. Цзян Чен в первый раз видел, как Яо целуется. Не позволил себя целовать, не коротко коснулся губ и тут же отпрянул, будто обжегшись, — влажно и долго целует, наслаждаясь этим. И развернулся с поцелуем к супругу. — Ты хочешь заняться со мной любовью, Яо? — Цзян Чен все же решил это спросить, хоть ответ был более, чем очевиден. — Я хочу, чтоб вы оба овладели мной… — Яо был сам на себя непохожим с этим туманным, томным взглядом, предвкушающий соитие. Мурашки по спине бежали от такого. — А-Яо… — кажется, Лань Си Чень намеревался остановить своего названного брата. — Даже если ты сейчас нарушишь правила, об этом никто не узнает, Лань Хуань, — лукаво улыбнулся Яо и протянул руку к низу живота любовника. Лань Си Чень отпрянул и сжал бедра, пряча свой корень ян от слишком уж осмелевших рук. Яо буквально таял в руках супруга. Это было почти как сбывшийся сон. Все портил лишь довольный хохоток Яо от прикосновений к самому сокровенному. Обычно он не позволял себе ничего подобного. От этих вульгарных звуков ничего кроме слова "разврат" на ум не приходило. Цзян Чен не стал особо затягивать с прелюдиями. И не потому что он так решил — потому что не терпелось Яо. Он буквально наделся на корень ян супруга, настырно требуя этого. При всем при том он не оставлял в покое и Лань Си Ченя! Такой прыти Цзян Чен даже вообразить не мог. А уж то, что его просто заездит Яо — и подавно. Похоже, энергия инь сильно изменила его тело . Он стал не только откровенно круглее в некоторых местах, но и как-то мягче, податливее. Цзян Чену больше нравились жесткие мышцы, мужское тело, упругость, неподатливость, а не эти плавные формы и послушность. Если раньше тело Яо надо было брать как неприступную крепость, то сейчас для этого не требовалось практически никаких усилий. Яо сам с таким жаром отдавался, что Цзян Чен не предполагал в самых смелых мечтах! И это было как-то... горько. Не было того азарта и желания покорить недосягаемое. Лань Си Ченя Яо тоже умудрился взять в оборот, пока супруг изо всех сил трудился над его тылом. Цзян Чен весьма увлекся своими ощущениями и тем, чтоб оказаться как можно ближе к нижнему дяньтаню, что не сразу заметил там еще творит Яо. Глава Цзян держал супруга за бедра и старался проникнуть как можно глубже. До определенного момента Яо в голос довольно стонал и требовал добавки, а потом замолчал. Зато постанывать начал глава Лань. Цзян Чен перевел взгляд за плечо Яо и при других обстоятельствах решил бы, что Лань Си Ченя пытают. Яо весьма ловко избавил главу Гу Су Лань от штанов и рьяно ласкал своего любовника, прижатого к стене и не знающего, куда деться от такого напора. Причем когда Цзян Чен попытался сказать хоть что-то внятное на эту тему, Яо начал двигаться с ним в такт и желание выражать недовольство у Цзян Чена исчезло, напрочь вытесненное яркими, восхитительными ощущениями. Яо, похоже, точно понимал что делает, сжимая супруга внутри себя все сильнее. Пик наслаждения от такого себя долго ждать не заставил, что несколько огорчило, но не остановило Яо в желании отдаваться.