Дипломат

Люн И пристально глянула на четверых сидящих за столом напротив нее. — Вы не хуже меня видите, как все серьезно. Господин глава подозревает всех и прислугу в первую очередь. Нам надо выяснить истину как можно скорее.Вам всем я доверяю как себе. Я согласна с господином Главой, что в доме был шпион. Надо установить, что случилось и кто это мог быть. Я уверена,что это не одна из нас. — Подозрения господина главы на наш счет имеют смысл: лучше нас никто не знает о жизни господ, лишь мы можем незаметно подойти к ним ближе всего, — прозвенела Цин-Цин. — Но кому бы из нас в голову пришло предавать господ, что так хорошо к нам относятся? — возмущалась Мин-Мин. Нет, ну правда! В этом доме служанок никто не домогался, жалование платили вовремя, господин Цзинь отпускал на праздники, кормили досыта, а в спальне было тепло зимой. Для прислуги это райская жизнь. Люн И даже боялась, что девушки совсем уж распоясаются от такого хорошего отношения и потеряют к господам всякое уважение. — Вот это и надо выяснить. Я поклялась покойной госпоже Юй забоится о ее детях и хранить мир в их семьях. И пусть я обещала господину Цзян не вмешиваться в семейные дела, сейчас самое время нарушить этот запрет. — Что вас на это сподвигло, уважаемая Люн И? — лекарь был в недоумении. Люн И после большого ночного скандала без нареканий держала свое обещание, хотя пристально наблюдать не перестала. — Мы думаем, что из-за этого нападения скончался господин Цзинь. Аи-Аи говорила, что он был сильно ранен. Развейте наши сомнения. —  Я не могу это ни подтвердить, ни опровергнуть, — честно ответил лекарь, — Когда я видел господина Цзинь в последний раз он был на пороге смерти из-за ран. Глава Лань переживал, что его названный брат может скончаться до рассвета, но этого не произошло при мне. О дальнейших событиях я знаю ровно столько же, сколько вы. —  Однако вы там были дольше всех. Может вы что-то слышали уходя? — Я не знаю. Главы Не и Лань остались с нашими господами, а меня попросили удалиться. Господин Глава был в ужасе от количества темных меток на теле господина Цзинь. — А что Глава Лань? — Он был так же напуган. Однако он пообещал сделать все возможное в этом случае. — Полынная душа, хватит спать, — Люн И все же ткнула всхрапнувшую прачку локтем в бок. — Я что сделаю, коль полдня пришлось стирать? — устало зевнула та. — Поднапрягись и вспомни, не видала ли ты той ночью чего странного или после? Может кто-то из адептов кинул в стирку что-то подозрительное? — Той ночью ничего я не видела, спала как все вы, даже свидание с Цаем пропустила… — кажется, последнее прачку огорчило сильнее всего. — Вот ты бесстыдница! — Бесстыдница или нет, а выстирала десять ли бинтов после господина Цзинь, его нижние одежды и всю его постель до бела. Он вроде маленький, откуда в нем столько крови? — Может еще что-то? Вряд ли мимо тебя бы что-то прошло… — В том-то и дело, что ничего больше ни порванных одежд, ни крови. Хотя… Кое-что странное все же есть. Хочу спросить какой грязью Хуа-Хуа оттирала свое платье, что ей удалось его отстирать. — Она ж говорила, что терла его у ближнего причала прям в озере. — Ну да, там грязь как грязь, только еще грязнее все становится. — А ты чего хотела от грязи? — Так мне интересно, как Хуа-Хуа удалось свою одежду отстирать? Один из адептов перепил вина и случайно задел полой своего одеяния нечистоты в уборной. Я третью неделю не знаю чем запах отбить! А Хуа-Хуа там чуть ли не искупалась, а одежда у нее не пахнет совсем… Это было странно. Хуа-Хуа говорила, что подскользнулась и сильно измазалась, но зловония от нее тогда и впрямь не было. Да и одежда у нее была не мокрой, а скорее влажной и без пятен грязи. — Может она у тебя пару полынных шариков* взяла, чтоб все это отстирать? — Это вряд ли. Их в тот день оставалось на донышке, я б заметила. Парой такое не оттереть… - сказала прачка со знанием дела. Похоже, одежды упившегося адепта доставили ей массу не принесших толка хлопот. — Престранно… — Люн И начали терзать сомнения на тему Хуа-Хуа, — Может не сильно она измазалась? — Все равно б воняло… Пусть покажет мне, где тут можно найти ту волшебную грязь… Это было серьезной заявкой. Хуа-Хуа, выходит, посмела в лицо соврать хозяину! С чего бы? — Так, пока все расходимся и не говорим никому обо всем. Мин-Мин, Цин-Цин, приглядывайте за Хуа-Хуа. Я все же хочу доподлинно все узнать, прежде чем спрашивать с нее.

***

Вести, что через несколько дней принесли Цин-Цин и Мин-Мин старшей из служанок, совсем не порадовали. Хуа-Хуа себя вела ох как странно и подозрительно. " С Хуа-Хуа что-то не ладно. Она уже которую ночь уходит! " " Когда она выливает воду в саду, то озирается, будто на нее может кто-то наброситься! " Люн И это не нравилось совсем. Хуа-Хуа солгала хозяину. Что она скрывает? Это надо было выяснить поскорее. Если о судьбе господина Цзинь было по-прежнему ничего не известно, то тут Люн И имела возможность все разузнать. Хуа-Хуа ночами выскальзывала из кухни и просто бродила по саду, будто что-то разыскивая. Господин лекарь видел это из окна, Мин-Мин даже взрыхлила кое-где землю, чтоб знать, куда точно ходит Хуа-Хуа. Поломойка, похоже, просто гуляла без всякой системы. Ее маршруты не повторялись, уходила и возвращалась она в совершенно различное время. В один из таких уходов Цин-Цин и решила с ней заговорить и все узнать. Хуа-Хуа как раз поднялась и уже надела свое темно-зеленое платье, собираясь покинуть спальню. — Кто там бродит в потемках? — Цин-Цин старалась, чтоб голос был как можно более сонный. — Эт-то я, Хуа-Хуа… — Куда ты собралась среди ночи? — Цин-Цин чуть приподнялась, пытаясь получше разглядеть ее. — Н-н-не могу уснуть, — Хуа-Хуа была полностью одета, даже свою косынку повязала, явно собираясь выходить на улицу, — п-п-пойду п-п-прогуляюсь. — Чего тебе не спится? Неужели ты не устала за день? Я вот с ног сбилась. — Сны дурные снятся, — Хуа-Хуа вдруг сказала фразу ничуть не заикаясь и вдруг будто спохватилась, — Г-г-г-г-глаз н-н-н-не м-м-м-могу с-с-с-смокнуть. — Что тебе такое снится? — Я б-б-боюсь н-н-на нас опять н-н-нападут… — Господин глава нас всех защитит. Да и кому мы, служанки, нужны? Так что возвращайся в постель и не выдумывай. — М-м-мне страшно… — Так ложись рядом со мной и тебе нечего будет бояться. — Я-я-я-я п-п-п-пойду лучше. — Думаешь, на улице безопаснее? Там на тебя скорее нападут. Или нечисть какая-нибудь утащит. Ночи уже стали длинные, — Цин-Цин не нравилось это навязчивое желание Хуа-Хуа покинуть их общую комнату в столь поздний час,когда все давно спят, под любым предлогом. Тут от этого разговора встрепенулась еще и Нинь: — Чего расшумелись? Дайте поспать… Кажется, этот шум привлек и Люн И, которая заглянула в спальню из своей каморки. Хуа-Хуа это сильно напугало. — Что тут за гам у вас среди ночи? — ворчала она. Ей тоже плохо спалось после нападения на усадьбу и она слышала весь разговор. — Тетушка Люн, Хуа-Хуа собралась гулять среди ночи, — тихонько ответила Цин-Цин. Хуа-Хуа предпочитала с Люн И лишний раз рот не открывать, чтоб не начать заикаться еще больше, — Ей приснился страшный сон. Может вы заварите ей того чая, что дал вам господин лекарь для господина Цзинь? Последняя фраза была ни чем иным, как намеком на то, что Хуа-Хуа надо расспросить о произошедшем в усадьбе. Намеки Люн И понимала отлично, хоть могла сделать вид, что ничегошеньки не слышит и не видит. — Ах, бедняжка. Пойдем, Хуа-Хуа, тетушка Люн о тебе позаботится, — она схватила заику за руку и повела за собой, пока та не передумала и не попыталась удрать. Вскипятить чайник оказалось быстро: угли в очаге еще не остыли, хоть ночь была уже холодной. Хуа-Хуа сидела возле плиты и молча пила чай. — Расскажи, что же тебя тревожит, девочка? — Хуа-Хуа была маленькой и хрупкой на вид и никто точно не мог сразу сказать, сколько ей лет. Лицо у нее было круглое и миловидное, с по-девичьи пухлыми щечками. С изысканной прической и в хорошем платье она и вовсе могла бы сойти за госпожу из хорошей семьи. Впрочем, Хуа-Хуа будто старалась сделать все, чтоб себя испортить. Свое симпатичное личико она прикрывала торчащими из-под невзрачной косынки растрепанными, не знающими масла, волосами. Ее неопрятное платье было ей коротковато, будто она из него выросла, а блузка с ним вовсе не сочеталась. Руки и лицо она мыла плохо и всегда выглядела довольно чумазой. — Н-н-н-ничего… Не-не-не с-с-стоит беспокойства, — Хуа-Хуа склонила голову к чашке, пряча смущение от своей речи. — От чего же не стоит, девочка? Ты пришла в этот дом служить и глава ордена теперь тебе вместо строго отца, а я заменяю твою матушку и забочусь, чтоб все мои подопечные были в порядке. Если с тобой что-то случилось или ты как А-Сы… — Н-н-нет… Н-н-ничего н-н-не случилось… — Тогда от чего тебе не спится? Может тебя обидел кто-то из приехавших из Цин Хе? Цин-Цин жаловалась на них и, говорят, их глава был недоволен столь развязным поведением своих адептов… - Не-н-ет, - пискнула в ответ поломойка. - Тогда в чем же дело? Может ты что-то видела из того, что тебе видеть не следовало бы? Хуа-Хуа помотала головой, отрицая это. Кажется, сил нормально говорить у нее не осталось вовсе, - Или ты о чем-то недоговариваешь из того, что нам всем следует знать? Хуа-Хуа мялась, явно не зная, что ей ответить. Люн И решила ее дожать: - Мне кажется , Хуа-Хуа, что ты не спишь с тех самых пор, как ночью случилось похищение господ Цзинь. Судя по выражению лица это было не в бровь, а в глаз. Хуа-Хуа застыла, будто ее поймали за чем-то непотребным. - Так скажи, где же ты на самом деле была той ночью? - Я-я-я-я... - Я знаю, что ты оклеветала себя рассказом о своей неловкости. Глаза Хуа-Хуа забегали и , заикаясь еще сильнее, она проговорила: - Я-я-я-я п-п-п-правда б-б-была н-н-н-на п-п-п-пристани. - И что ты там делала? - Я-я-я-я-я х-х-х-хотела в-в-в-в-в-встретиться с-с-с-с од-д-д-дним из к-к-к-караульных...- Хуа-Хуа поникла. Люн И вздохнула. Вообще поломойке следовало бы дать взбучку за такое: одной вдруг ставшей беременной служанки в Пристани Лотоса вполне хватало. А-Сы была той еще дурехой. Хвала Гуань Инь, глава Цзян признал этого ребенка своим, так что скандал среди прислуги замяли. Хуа-Хуа выглядела еще более наивной, чем ее предшественница по оттиранию полов. - Караульный-то красивый? - доверительно спросила Люн И. - Очень, - кивнула Хуа-Хуа и улыбнулась. Видимо, врала главе Цзян она боясь, что ее будут ругать. - Дело молодое, - Люн И решила продолжить эту линию, понимая, что сейчас может узнать нечто ценное, - Только будь с мужчинами осторожна. Они с три короба наобещают, а после останешься огромным, как у А-Сы, животом. Скажи, что же тебя тогда так напугало, что ты себя оговорила перед самим главой? Хуа-хуа сначала поджала губы , а потом вдруг выдала скороговоркой совсем без запинки: - Эти люди в саду были такие страшные!!! - видимо, Хуа-Хуа была так напугана, что даже перестала заикаться. - Какие люди? - Двое...о-о-о-они ув-в-в-вели г-г-господина Цзинь... Люн и обомлела. Похоже, Хуа-Хуа видела как происходило похищение и даже не попыталась как-то об этом сообщить!