Дипломат

Утром Чжоу был весьма удивлен, застав господина Главу с супругом дома. Не далее как вечером он отправил в башню Кои сокола с послание о том , что А-Лин сам пришел к воротам усадьбы. Несмотря на появление юного господина Цзинь целым и невредимым , проблемы сами собой не решились. Утром в башне Кои уже знали, что наследник ордена явился сам в Пристань Лотоса в сопровождении Феи и требовали объяснений. В этот раз лично от Яо. Вероятно, отец хотел заставить своего старшего сына пожалеть о том,что тот посмел стать воспитателем племянника. Полномочия Яо были довольно широки, однако во многих вещах ему следовало советоваться с отцом или Сюань Юем, а значит вновь ехать в башню Кои. Еще он теперь обязан был сопровождать А-Лина на всех официальных мероприятиях или же заменять его, если возраст мальчика не позволял в них участвовать. Цзян Чену этот пункт, означающий частые отлучки супруга из дома, не слишком нравился. Но такова была плата за то, чтоб А-Лин был здесь. Утром Яо устроил экстренный совет с главами Цзян и Лань и Первым советником. Им следовало выработать порядок действий и понять, какие еще трудности их ожидают. Перво-наперво Яо следовало вернуться в Лань Лин и несколько укрепить свои позиции. Цзян Чен был резко против. Первый советник и Лань Си Чень это решение поддержали. Стоило так же точно выяснить судьбу Лин Шэн,о которой едва не забыли во время поисков. Яо краем уха слышал, что отец мог ее арестовать, но не успел это проверить.

***

В башне Кои Яо были мягко говоря не рады. Все знали, что за приказ подписал Цзинь Гуань Шань. Единственный, кому это нравилось был Сюань Юй. Он явно был рад, что его оставили в покое, избавив от тяготящих официальных обязанностей. Теперь все свое время он мог проводить запершись в своих покоях и перебирая обгоревшие вещи* своей покойной матери. Состояние отца оказалось не столь серьезным, как предполагалось. Второй удар оказался куда легче предыдущего. Цзинь Гуань Шань не мог встать на ноги сам, но думал и говорил вполне ясно. Его намерения испортить Яо жизнь тоже были более, чем ясны. Он знал о покушениях на своего старшего сына и знал,что пока что все далеко не закончено. Заговорщики дали ему поймать бесполезную пешку,но не более. Гуань Яо будет отличной приманкой. И при некоторой доле невезения раскроет заговор ценой собственной жизни. Такой расклад Цзинь Гуань Шаня вполне бы устроил. Яо между тем делал вид,что ничего не замечает. Он вежливо улыбался и кланялся гостям башни Кои, привечал своих названных братьев. Привратник, посмевший выгнать на улицу пинком законного наследника, был сурово наказан. Яо так же пытался разыскать и человека, доведшего А-Лина до порта и посадившего в лодку. В отличие от Цзян Чена, он считал что это вполне живой человек, а вовсе не призрак господина Вея. Насколько его супруг рад был обманываться на эту тему и хвататься за соломинку Яо отлично помнил. Хотя что делать, когда этот загадочный "хороший и веселый дядя" найдется он пока не решил. Вполне возможно,что у незнакомца могли быть скрытые мотивы. Хотя он мог оказаться и абсолютно посторонним человеком, пожалевшим потерявшегося ребенка. Это тоже надо было выяснить. Но найти его по описанию А-Лина было совершенно невозможно. Половина бродячих заклинателей подходила под эти слова. Так что Яо пока решил сосредоточиться на более понятных задачах и выяснить судьбу Лин Шэн. Она действительно оказалась под арестом. По праву второго человека в ордене Яо сменил ей пребывание в камере на домашний арест в одном из дальних павильонов. Следовало отправить ее обратно в Пристань Лотоса, пока он мог с легкостью это сделать. Снять с нее подозрения он пока не мог. Да и деньги А-Лин все же взял именно у нее. Дать их ребенку с Лин Шэн вполне сталось бы. Однако Яо нашел вполне приемлемую лазейку в своде законов Лань Лин Цзинь и решил ей воспользоваться. Спектакль требовал участия супруга и Цзян Чен был готов в нем играть. Буквально на третий день после приезда Яо в башню Кои прибыл и его супруг с десятком адептов, затребовав выдать им опасную преступницу Лин Шэн, сбежавшую из заключения в Пристани Лотоса. Закон был на стороне главы Юн Мэн Цзян и служанку следовало ему отдать и поскорее. Сама передача "преступницы" выглядела фарсом, заставившим советников Цзинь Гуань Шаня пооткрывать рты. Яо понимал, что после советники наперегонки понесутся в спальню его отца рассказывать об этом и Яо придется пережить после некоторое количество брани и угроз в самом лучшем случае. Цзян Чен, похоже, едва сдерживался,чтоб не рассмеяться и выдержать официальный тон. - Я , глава Цзян, требую выдать мне Лин Шэн, - он еще сильнее, чем обычно, нахмурил брови и стал выглядеть почти комично. - На каком основании? - у Яо держать лицо получалось лучше, но он понимал,что после ему придется уйти в свои покои,чтоб как следует посмеяться. Лица советников отца, смотрящих это представление, были достойны запечатления в масках бродячих комедиантов. - Она пребывает под арестом в ордене Цзян уже шестой год! - В таком случае беглянку мы обязаны вернуть - Яо сверкнул глазами и слегка, с хитринкой, улыбнулся, - Особенно если срок ее заключение не истек. Приказ я составлю и подпишу позже. А беглую преступницу вам следует забрать прямо сейчас. Лин Шэн была готова в дорогу, но напоказ Яо слегка связал ей руки. Цзян Чен уже нанял для нее повозку, ожидавшую на окраине города. Что б там не звучало, а Лин Шэн была практически членом их странной семьи и бросать ее на произвол судьбы в башне Кои ни одному из них не хотелось.

***

В башне Кои Яо провел всего несколько дней. Отец не без яда в голосе велел ему отправляться в Пристань Лотоса и не отлынивать от своих обязанностей и семейной жизни. Весть о браке главы Цзян таки стала достоянием общественности и Яо теперь слушал в спину новые порции оскорблений. Вероятно, это происходило с одобрения его отца. Подобное в Пристани Лотоса Цзян Чен пресек крайне быстро и Яо несколько лет жил в блаженной уверенности, что о его происхождении все просто забыли. Отец, вероятно, не хотел делать ничего подобного. Ничего, Яо еще придумает способ поквитаться со сплетниками. Позже. Сейчас ему действительно следовало вернуться домой, пока заговорщики опять не активизировались. Через неделю в ворота Пристани Лотоса постучался бродячий заклинатель. Он спрашивал, нельзя ли вступить в орден Юн Мэн Цзян и каких денег это будет стоить. После нападения на господ Цзинь Цзян Чен предпочитал теперь лично беседовать с желающими вступить в его орден или получить работу в доме. Хуа-Хуа ему хватило с головой. Мужчина был еще молод, ровесник или чуть младше Цзян Чена. Одет он был некогда черные, но сейчас порядком потрепанные и полинявшие на рукавах от частой стирки до серого одежды. Волосы у него были подвязаны в низкий хвост потрепанной лентой. Меча при нем не было, зато на поясе у него болталась расписная бамбуковая флейта, что обыкновенно продают в деревнях. Взгляд у него был живой и подвижный, а вел он себя весьма дружелюбно. Лишь зайдя за ворота он успел перекинуться парой шуток со служанками во дворе и получить в подарок за восхваление их красоты яблоко. Цзян Чен пребывал в довольно хмуром настроении с утра, обнаружив ночью ,что первое,что сделал Яо по возвращении домой - это все же как-то умудрился починить замок на своей двери. Цзян Чен питал надежду, что этой ночью реализует свои супружеские права, коль А-Лин дома. Яо же ведь обещал. - Приветствую, глава Цзян. Я много наслышан о вашем ордене и благодатном крае, что находится под вашей защитой, - бродячий заклинатель низко поклонился. Поклон у него был изящный, явно выдающий благородное происхождение, но в то же время какой-то несколько расхлябанный. - И я вас приветствую, - Цзян Чену не слишком нравился весь этот официоз. - Меня зовут Шао Сон Шу. Я происхожу из рода Сю Лаи Шао, - широко улыбнулся Сон Шу. - Правда? - Да. Я один из немногих кто уцелел из всего Сю Лаи. Наш орден во время Аннигиляции солнца был стерт с лица земли орденом Вэнь. Мне одному повезло выжить из всей нашей семьи. - Знакомо... - это была почти история самого Цзян Чена, - Так ко мне зачем пожаловали, глава Сю Лаи Шао? - Хотел найти себе пристанище в уважаемом ордене. Жизнь бродячего заклинателя вольная, но хочется уже остепениться, - Цзян Чен внимательно разглядывал заклинателя, выискивая что-нибудь подозрительное. Левая ладонь у Сон Шу была перебинтована до самых пальцев, но бинт был грязный и растрепанный. Если это была рана,то не заживала она весьма давно. - С рукой что? Шао спрятал ладонь за спину. - Это.. это проклятие. Я пока не смог его снять... - Так покажите. В Юн Мэн Цзян не отказывают в помощи. Сон Шу посмотрел на Цзян Чена так, будто с него потребовали снять штаны посреди рыночной площади и нехотя стал разматывать повязку. На ладони оказалась темная метка, большая и почти круглая, будто то, что ее оставило он сжимал в ладони. Почти такая же, как была у духа Вей Ина. Цзян Чен смотрел и ему будто мерещилось что-то такое знакомое. Все эти ужимки, не сходящая с лица улыбка, растрепанные волосы, штопанные-перештопанные черные одежды. - Вот такая вот позорная отметина на мне, глава Цзян... уже не первый год с ней борюсь и зарекся помогать всем нуждающимся, покуда не сведу ее... - Всем, кому нужна помощь.. - Цзян Чен сглотнул,чтоб не начать плакать. - Глава Цзян, я сказал вам что- то не то? Если вы хотите отказать мне в принятии в ваш орден, то так прямо и скажите. - Нет, думаю тебе стоит здесь остаться, брат... - Цзян Чен не мигая смотрел на заклинателя. В этот момент дверь приокрылась и в приемную вбежал А-Лин с луком и колчаном стрел. - Дяденька! - он явно знал этого человека. - Юный господин Пань? - удивился тот. Вот уж не ждал вас тут увидеть! Рад,что вы благополучно добрались до дома!