Дипломат

Похороны старого главы Цзинь были быстрыми, но весьма пышными и торжественным. Единственная, кто искренне плакал на них, была госпожа Гао.И то плакала она отнюдь не о своем несостоявшемся любовнике и муже, а от неизвестности. Она не знала,чего ей ждать и не выгонят ли ее сегодня же. Яо совершенно не жалел своего отца. Скорее испытывал некоторое злорадство из-за того, что его постигла такая ужасная и позорная смерть и облегчение от того, что отец более не будет портить ему жизнь. Это был первый серьезный шаг к свободе. На похороны прибыли все главы дружественных кланов и его названные братья. Так же, уж коль все собрались, было объявлено, что А-Лин является наследником в Башне Кои. Однако, пока тот не достигнет совершеннолетия, все дела будет вести Цзинь Гуань Яо как ближайший его родственник и воспитатель. Конечно же, этим нашлось весьма много недовольных. По залу неслись злые шепотки. Цзян Чен постарался запомнить лица особо яростных болтунов, чтоб после пройтись по их покоям с Цзы Дянем и объяснить, что Цзинь Лин тут законный наследник, а Яо — его дядя, единокровный брат его отца. Еще Цзян Чен очень хотел знать какого гуля в башне Кои делает госпожа Гао и то и дело бросал на нее весьма недобрые взгляды. Яо вчера настолько забегался с этими похоронами, что уснул за столом едва придя в Цветущий сад, ничего толком не успев объяснить на тему ее присутсвия. Однако решались тут и другие дела. Глава Лань склонился к своей жене, что-то тихо ей говоря. Пожалуй, их отношениям можно было даже умилиться. Эти двое были неразлучны сегодня. Такую близость можно было понять: трех месяцев не прошло, как они поженились, и их страсть должна быть весьма свежа и горяча. Впрочем, все было вовсе не так, как казалось со стороны. — Это он? — Да. Теперь А-Яо будет главой Лань Лин Цзинь. Его супруг, глава Цзян Вань Инь, сидит справа. А вот женщина, на которую он смотрит, похожа на его бывшую жену. — Если у главы Юн Мэн Цзян получилось зачать наследника, то может быть стоит немного поговорить с ним об этом? Может есть какой-то... иной способ? — госпожа Лань немного смутила своего мужа такой смелостью мышления. Перспектива заниматься любовью без обоюдного желания не привлекала их обоих. — Но не на похоронах же! — зашептал ей в ответ Лань Си Чень. Госпожа Лань была довольно молода и росла, посвящая себя совершенствованию и занятиям, но мало видя общество кого-то кроме своих родственников. То, что было позволено там, на мероприятиях подобного уровня было бы крайне дурными тоном. — Нам нельзя тянуть долго время, иначе ваши старейшины опять станут подозрительными и вы не сможете встретиться еще долго. Я вижу, как вы тоскуете, мой господин,  — госпожу Лань это излишнее внимание и ежедневные вопросы о том, не понесла ли она, раздражали. Еще она сочувствовала своему мужу, что погряз в тоске. Она сама не так давно пережила подобное и отлично его понимала. Жить на расстоянии не имея даже возможности просто видеть друг друга — это жестоко.  — Ладно, — вздохнул глава Лань, — но не могу же я тогда просто главу Цзян спросить о том, как он именно зачинал своего наследника. Да и с А-Яо мы сейчас в очень сложных отношениях, чтобы я мог задать ему подобные вопросы или просить разузнать об этом у своего супруга, — госпожа Лань слегка улыбнулась. — Насколько я понимаю, госпожа Гао здесь, если вы конечно, не ошиблись. То что мужчина не скажет мужчине — женщина может рассказывать женщине. К тому же она явно скорбит на этих похоронах. Должен же её кто-то утешить! — госпожа Лань поправила свои белые одежды и самую скромную из имеющихся у нее шпилек в волосах. Справа кашлянул Лань Ци Жень, наблюдавший за этой сценой. Его намек, что они слишком откровенно себя ведут, был понят. Молодые супруги отпрянули друг от друга и сели прилично. Учитель Лань потеребил бороду. Вот уж он не думал, что его старший племянник так прикипит к своей жене! Не зря глава Цзян прям пронзает их взглядом, а третий из названных братьев стыдливо отводит глаза. Хорошо хоть глава Не не видит этой сцены. — Мой господин, позвольте мне исполнить завет нашего ордена и пойти утешить того, кто нуждается в помощи? Лань Ци Жень про себя довольно улыбнулся. Все же не зря он настаивал именно на этой девушке. Она без труда запомнила все правила ордена и следовала им даже в таких вот ситуациях. Глава Лань понимающе улыбнулся и кивнул. Госпожа Лань поднялась и не спеша подошла к все никак не могущей успокоиться госпоже Гао. Негромко сказала что-то утешающее, присела рядом и протянула ей платок. У госпожи Гао за всю ее жизнь никогда не было толком подруг. Самые близкие отношения у нее были с покойной матушкой, что не выдержала смерти отца и изгнания из родного дома. В родном краю равных по статусу заклинателям женщин не было, а со служанками и крестьянским дочерьми мать госпоже Гао общаться запрещала, чтоб те не портили манеры молодой госпожи. Родители вообще возлагали на брак своей дочери много надежд и вкладывали все силы в ее хорошее, как им казалось, воспитание. Все надежды обернулись пеплом. Жизнь в Пристани Лотоса была слишком краткой, чтоб госпожа Гао могла бы завести равных по статусу подруг или вообще с кем-то познакомиться. Муж выезжал лишь на ночные охоты да в Лань Лин за господином Цзинь. Она мечтала понравиться первой госпоже Цзян и подружиться с ней, но тут ее ждало лишь жестокое разочарование. Сейчас к ней подошла столь милая женщина в белом, явно заклинательница. Госпожа Гао совсем не ожидала искреннего участия и сочувствия. Госпожа Лань была сильно выше ее по статусу, но не побрезговала дать свой платок и сказать кое-что утешающее. Они вдвоем ушли в покои госпожи Гао, чтоб та могла там выплакаться. Ни Глава Лань, ни новый временный глава Цзинь не стали возражать.  — И он... он велел… идти нам…- госпожа Гао всхлипнула, — вон из нашего дома… — Это и правда крайне печально. Но господин Цзинь приютил вас здесь? — Нет...он хочет отправить кого-то, чтоб те… те люди освободили мой дом… и я... вернулась… — Это правильное решение. Вы сможете вернуться в родные места. Господина Цзинь тут не в чем обвинять. Он как может пытается загладить вину и исправить ошибку, — рассказ госпожи Гао госпожу Лань не обрадовал. Ее супруг отзывался о своем возлюбленном иначе, считая его умным и справедливым. И все же эту историю о новом главе Лань Лин Цзинь стоило бы сохранить в тайне. Ради главы Гу Су Лань. — Я его ненавижу! Всех мужчин ненавижу! Они все до единого трусы и подлецы! — Ну я бы так не сказала. Может вы еще встретите того, кто составит ваше счастье… — госпоже Лань было откровенно жаль эту девушку, которой выпала столь странная судьба. Она вышла замуж, желая изменять мужу, но не случилось, родила ребенка, которого не хотела видеть, возненавидела своего возлюбленного, который и знать не знал о ее чувствах. В общем, тема плавно сползла на рождение наследников. Госпожа Лань посетовала, что они с мужем весьма целомудренны и из-за этого у них некоторые сложности, а госпоже Гао повезло уже родить своего первенца. Может быть она знает тайные средства как соблазнить мужчин? Хотя какие тайные средства могут понадобиться с таким прекрасным личиком? Госпожа Лань откровенно подшучивала и сыпала комплиментами и госпоже Гао это… нравилось. Это было приятно и весело. Госпожа Лань была добра и приветлива, а ее статус не оставлял сомнений в ее способностях. Прощаясь девушки расцеловались в щечку и госпожа Гао получила приглашение приехать погостить в Облачные глубины сразу после похорон. Госпожа Гао была наслышана об этом месте как о лучшей школе для молодых господ и ей было бы интересно там побывать. Вечером после поминального пира госпожа Гао высказала свое решение уехать в Облачные глубины господину Цзинь и бывшему супругу, который таки узнал о поведении глав мелких кланов. Главу Юн Мэн Цзян эта история привела в негодование. Он высказал недовольство господину Цзинь столь невзвешенным решением и намеревался устроить хорошую взбучку троим бессовестным главам,что посмели выгнать женщин на мороз. Цзян Чен намеревался их судить и заставить хотя бы выплатить госпоже Гао стоимость ее имения. Госпожу Гао такой расклад в общем-то устроил. Возвращаться в родные места ее не тянуло совершенно, а ее злость после общения с госпожой Лань, гостеприимства господина Цзинь и слов бывшего супруга как-то улеглась. В конце-концов в душе она понимала, что не отдать ребенка отцу было все же подло, а господин Гао умер от собственного меча. Господин Цзинь взял с госпожи Гао обещание пока не распространяться о произошедшем и написал письмо главе Лань с просьбой взять госпожу Гао на обучение за счет ордена Лань Лин Цзинь, если та проявит способности.

***

Цзян Чен не знал, как ему лучше поступить: остаться в башне Кои, оставив свои земли временно без присмотра, или попытаться увезти Яо домой, пока ничего не случилось. То, что что-то случится был согласен и сам Яо. Это было лишь вопросом времени. Заговорщиков отец не нашел, а все, кто хоть как-то мог сейчас претендовать на главенство в ордене, оживились. Наличие А-Лина их не смущало и даже шли разговоры, что пока он не достиг совершеннолетия наследником он быть не может. Покойный глава Цзинь готовил себе в преемники младшего сына, и хоть тот исчез, ходили слухи, что его не далее как в начале весны видели вполне себе живого и здорового. Надо бы его разыскать, а не давать власть несмышленому ребенку и сыну шлюхи. Разговоры эти отчасти пресек Цзян Чен, хорошенько проучив тех двоих, что посмели это сказать, не отходя от того куста, за которым они прятались в саду. Яо сейчас торопился скорее вступить в свои права и заняться делами ордена как подобает. Медлить было нельзя: Лань Лин Цзинь еле справлялся со своими землями. Яо беспокоил его недостаточный авторитет. Он подумывал тихонько расторгнуть брак с Цзян Ченом пока есть возможность. Может быть,это сделает чуть лучше. Хотя бы слухи о том, что он обрезанный рукав, потеряют почву. Но наводнившие башню Кои разговоры и как они обрывались навели его на мысли, что торопиться пока не стоит. " Да кто он такой, этот Цзинь Гуань Яо? Дурная кровь, сны шлюхи, рожденный вне закона! Еще смеет здесь верховодить! И не смей мне говорить, что он имеет право. Как заклинатель он полное ничтожество! В первой же схватке он проиграет мне!" — молодой мужчина за углом был полон негодования и жажды исправить ситуацию " Цзинь Гуань Яо может и слаб, а вот его супруг силен и слух у него отменный. Лучше тебе следить за языком, чтоб он и тебе не наподдал, как братцу Сюню возле беседки. Тот еле ноги унес и лежит третий день. Глава Юн Мэн Цзян на расправу скор и рука у него тяжелая. Всего-то раз ударил, да так, что в жизнь не забудешь!" — Яо немного изумился. Цзян Чен не говорил о стычке с кем-то из адептов. Вероятно он разогнал сплетников Цзы Дянем. Эти удары, как Яо знал по себе, могли быть весьма болезненны и плохо заживали. Однако главу Юн Мэн Цзян тут сразу зауважали. Стоило этим воспользоваться и повременить с расторжением брака. На несколько месяцев. Свалившийся на Цзинь Гуань Яо после смерти отца ворох дел был подобен лавине в Цин Хе. Яо отчасти был в курсе дел, отчасти его ждали неприятные сюрпризы. Казна была не столь полна, как хотел это представить отец. Адептов было меньше, чем объявлялось официально. Из-за дождливого прошлого лета урожай плохо хранился. Яо не знал, за что хвататься: многие дела были запущены, какие-то тянулись десятилетиями, были земли, которые требовали внимания и казна, которая была почти пуста из-за гулянок его отца и недальновидности советников. Яо не мог позволить А-Лину принять орден в таком плачевном виде. Он не мог позволить людям на территории своего ордена жить в страхе. И все это еще сопровождалось обязательными церемониями. Яо откладывал их как мог, ссылаясь на траур по отцу. На деле ему не хотелось тратить деньги зря. Он вполне обойдется без пира по поводу вступления в права главы ордена. На эти деньги можно пару месяцев кормить слуг или сделать ещё что-то полезное. Но отказать своим двоим названным братьям он не хотел. Да и вряд ли братская пирушка сильно опустошит отощавшую казну. В вечер посиделок сперва он получил поздравление от названных братьев. Яо лишь поклонился.  — Это всё временно, до тех пор пока Цзинь Лин не достигнет совершеннолетия. До его пятнадцати лет я буду здесь полноправным хозяином, после мне придётся вводить его в курс дел ордена, чтобы он смог управлять им когда достигнет нужного возраста и я скорее буду одним из его советников. Не Мин Цзюэ покрутил чашу в руках. — Пять лет — срок не маленький. Можно многое успеть. Яо немного смущенно улыбнулся — Я не знаю с чего начать, Первый брат. Здесь слишком много дел. Земли Лань Лина слишком протяжённы. Мой отец так не смог разделить землю Ци Шань с вами. Дела по охоте с нечистью обстоят тоже не очень хорошо. Лишь торговые соглашения ещё держатся. — Ну так ты за все сразу и не хватайся, — Не Мин Цзюе уже составлял план атаки на бесчисленные дела. — Для начала попробуй разобраться в первостепенности дел. — Я уже пытался. Все слишком срочное. Отец долго пренебрегал моими советами и орден не в лучшем состоянии. — Неужто всю казну на девиц спустил? — глава Не хмыкнул. Цзинь Гуань Шань и после своей смерти лучше не стал. — Почти… — Яо был мягко говоря опечален результатами ревизии. — Силен! — Не Мин Цзюе был раздосадован такой глупостью прошлого главы ордена. — Отец не так много тратил, но его советники сильно проворовались и неразумно распоряжались деньгами. Адептов стало меньше, а из-за ползущей из Ци Шаня нечисти люди стали уходить из тех мест, бросая поля и дома. — Ну и наследство тебе досталось! - глава Не это понимал вполне. До недавнего времени Цин Хе Не был одним из самых небогатых орденов и все траты приходилось планировать самым тщательным образом. — Ты всегда можешь рассчитывать на помощь Гу Су Лань, А-Яо, — Лань Си Чень не улыбался вопреки обыкновению. Сейчас они сидели не рядом, а по разные стороны стола и Яо старался не смотреть на Лань Хуаня. Мысли о том, как глава Гу Су Лань мило шепчется с женой, не шли из головы. — Спасибо, Второй брат! — Яо все же улыбнулся и кивнул, — Я хотел бы через пару недель созвать совет орденов, чтоб наконец разделить земли Ци Шаня. Насколько я помню,на них кроме Лань Лин Цзинь и Цин Хе Не претендовали ещё четыре мелких ордена. — Уже нет. Они теперь в коалиции с Цин Хе Не. — Тем лучше, — улыбка все не сходила с его губ, — значит мне следует вести переговоры лишь с орденом Не. — Вроде того. — И когда мы сможем это обсудить? — Яо хотелось поскорее сбросить с себя этот груз. — Ну я завтра вернусь в Нечистую Юдоль и обсужу все с братом. Он у нас мастер по картам рисовать. Яо чуть усмехнулся. За Хуай Саном тянулась слава человека умного и хитрого. В Лань Лин Цзинь его побаивались. Однако Яо был уверен, что они решат все наилучшим образом. Он сам вызвался проводить названных братьев в их покои. Комнаты главы Не были немного ближе и часть пути Цзинь Гуань Яо и Лань Си Чень проделали наедине. И тот задал вопрос который так волновал. — Ты расторгнешь брак с главой Цзян? Яо смутился. Он был рад был это сделать хоть завтра, но обстановка требовала иного. Их никто не видел и не слышал, они шли по пустынной садовой дорожке к гостевым покоям,что занимал Второй брат. Яо специально выбрал самые отдаленные,чтоб никто не мешал главе Гу Су Лань медитировать. — Сейчас мне выгоднее быть супругом главы Цзян. Это немного придаёт мне веса здесь. В башне Кои меня по-прежнему ни во что не ставят после смерти отца, — Яо почти смеялся. Все было так близко и так… недосягаемо! И все же он сделал то, что делать был не должен. Шагнул близко-близко к Лань Хуаню и обнял. Белый шелк одежд Гу Су Лань и траурных одеяний слился будто в единое целое. Это был максимум того, что можно было позволить себе сейчас. Здесь за Яо и тем, кто рядом с ним, теперь будут следить десятки глаз. Пока он в браке никто не должен его видеть с кем-то иным кроме Цзян Чена и подозревать любовных связей. И ... имеет ли он право сейчас так обнимать Лань Хуаня? - Я понимаю, А-Яо, - Лань Хань так привычно гладит его по волосам сзади, ниже ушамао. Яо слышит, как колотится сердце главы Гу Су Лань. Все быстрее и быстрее.

***

— Глава Цзян? — Цзян Чен аж вздрогнул от неожиданности. Яо не пустил его сегодня вечером к себе, сказав, что хочет посидеть с названными братьями. Главе Юн Мэн Цзян отвели покои в Благоуханном дворце недалеко от комнат племянника. Позднего визита в свои покои он не ожидал. Особенно от главы Гу Су Лань. — Что такое? Хотите у меня спросить разрешения провести с ним не только вечер, но еще и ночь? — Цзян Чен не понимал настойчивости Лань Си Ченя. Его это раздражало до той степени, что Цзы Дянь начинал сверкать на пальце. — Нет, я хотел рассказать вам кое-что, пока есть возможность. Лань Ван Цзи привел в Облачные глубины супруга. Думаю, вы должны об этом знать. И ваш супруг тоже. — Мне-то что до вашего брата?! — У меня есть подозрения, что этот человек вовсе не тот, кем выглядит. — И что? Вы там так просветлели в Облачных глубинах, что забыли, что люди могут лгать?! — Мне кажется, вы тоже ждали и искали этого человека. — Вей Ин? — Цзян Чену показалось, что ноги ослабели и стали ватными. Он едва успел ухватиться на перила веранды. — Возможно. — Как? Где он?.. Когда? — у Цязн Чена в голове было так много вопросов, что они все перемешались и он не мог точно сформулировать что хотел бы узнать. — Лань Ван Цзи недавно призвали к себе старейшины и приказали ему не медлить более с женитьбой и рождением детей, коль с наследниками не выходит у меня с моей супругой. На что мой брат возразил, что три поклона в его жизни уже случились, а брать вторых жен и наложниц в нашем клане запрещено. На это правило посмотрят сквозь пальцы лишь в моем случае, остальные члены ордена должны его придерживаться. Я знал, что он взял под опеку осиротевшего юношу. Одна деревня неподалеку от И Лина была разрушена демоном, а последний ее житель из-за этого повредился умом, — Лань Си Чень оперся на перила, — По крайней мере так сказал мой брат. Правила нашего ордена предписывают помогать нуждающимся. И Лань Чжань наконец нашел отдохновение от своей скорби. Он будто ожил в этой заботе. Так с ним уже было, когда он принес в Облачные глубины А-Юаня. Ему легче, когда в нем кто-то остро нуждается. — Дальше… — вышло едва слышно. — Я попросил брата в таком случае привести его супруга или супругу в Облачные глубины. Лань Чжань уже спрашивал меня зимой, может ли он в случае чего укрыть в стенах обители одного человека. Я тогда ответил ему ровно то же, что и про господина Вея: «Если это не будет сделано против его воли». — И он… — Он правда привел небогато одетого перепуганного юношу,чьё лицо было перемазано краской. Лань Чжань сказал, что родную деревню этого молодого человека разгромил демон и оккупировали призраки, по сему он боится выйти из дома или поговорить с незнакомцами,а лицо красит,чтоб призраки его не узнали. Некоторое время я верил в столь печальное стечение обстоятельств и не мешал его гостю привыкнуть к новой обстановке. — Тогда с чего подозрения? — Я до недавних пор не видел возлюбленного моего брата. Лань Чжань говорил, что тот слаб, провел зиму практически голодая и едва ли может сам о себе позаботится. Все время этот юноша проводил в покоях моего брата, не выходя на улицу один и не показываясь с непокрашенным лицом. Лишь недавно я увидел как они гуляли вместе. И я узнал этого человека… — Он… — Он думал,что их никто не видит, и умыл лицо в ручье. Он выглядит как Цзинь Сюань Юй. Но я уверен, что это не он. — Что за странные вещи вы говорите, глава Лань! — Брат меня убеждает, что это просто сумасшедший сын ремесленника, который никого не узнает. Но это не так. Кое-что мне кажется в том юноше весьма знакомым. Я хотел бы, чтоб вы приехали и подтвердили или опровергли мои подозрения, — окончив свой рассказ глава Лань будто растворился в ночном тумане, оставив Цзян Чена наедине с его мыслями.