Дипломат

В первый раз в жизни Цзян Вань Инь был полностью согласен со всеми этими женскими причитаниями служанок: Пристань лотоса опустела. С неожиданного отъезда Яо и А-Лина прошло уже полгода, но эта пустота в доме так и не стала привычной, наоборот — лишь явственней ощущалась. Не сказать, чтоб у Цзян Чена было время предаваться меланхолии: он занимался делами ордена, ездил на ночные охоты, в конце-концов подросли А-Ся и А-Ли и теперь резво носились по коридорам. Но взгляд на детей пробуждал воспоминания об их первом совместном году с Яо. Как Яо позвал его, когда А-Лин только-только пошел, считая, что Цзян Чену это необходимо увидеть, как они проводили время вместе, свои неуклюжие попытки наладить отношения. Разросшуюся грядку белых пионов так и не выпололи с тех пор. Мин-Мин всячески ее оберегала, а Яо не обращал внимания на цветы. Потом это и вовсе забылось. Как пошли А-Ли и А-Ся Цзян Чен не увидел и узнал об этом просто зайдя в детскую. Увидел как А-Ся неловко, чуть пошатываясь, встает и идет к нему. Лин Шэн сказала, что не хотела зря беспокоить господина главу такими вещами. Яо бы не думая побеспокоил. Цзян Чену не хватало и шума, что производили А-Лин с Феей, и той тишины и спокойствия, что была рядом с Яо. Проказ племянника и негромкого голоса супруга. Утренних визитов Феи со своим маленьким хозяином. Ночных объятий с Яо. Ему по-настоящему не хватало их обоих. Это ведь была его семья. И они исчезли не от того, что что-то было не так. Просто потому что так должно было рано или поздно случиться. Эти мысли не утешали. Цзян Чен по привычке смотрел на два пустующих стола за обедом. По привычке всматривался в сад, чтоб узнать, где племянник. По привычке шел в комнату А-Лина вечером, чтоб пожелать спокойной ночи. По привычке проверял, не заперта ли дверь в спальню Яо. И она каждый вечер — каждый чертов вечер! — была открыта. При других обстоятельствах Цзян Чена это радовало бы. Сейчас… В спальне было пусто. Ни бумаг, ни книг, ни белого одеяла, ни оставленного на столе ушамао. Как бы он был рад услышать из пустой кровати сонное дыхание супруга! Эта тоска отпустила лишь на время, когда в гости заезжал Вей Ин. Этот визит случился в самом конце лета и оставил Цзян Чена в легком недоумении. Неужели и он был столь же невыносим в юности? Вей Ина восхитило, что изголовье его кровати цело и его тут вообще ждали. Но в остальном он остался по-прежнему громким и раздражающим. Вытерпеть все его выходки мог разве что Лань Ван Цзи, что и делал с абсолютно каменным лицом. Цзян Чен ощущал тогда ностальгию. Жизнь немного скрашивали частые визиты А-Лина. Яо разрешил ему ездить в Пристань Лотоса когда вздумается, и племянник этим напропалую пользовался, едва ли не каждую неделю путешествуя туда-сюда и привозя новости о жизни в башне Кои. Господин Цай, всегда сопровождавший его, тоже кое-что рассказывал. Яо утопал в делах и заботах. Видимо, в Лань Лин Цзинь было не все гладко. Хотя новости о разделе Ци Шаня все же порадовали: за десять лет там все порядком одичало и доставляло немало головной боли всем граничащим с этими землями орденам. Яо сумеет хорошо распорядиться этими землями. Он вообще умеет… хорошо вести хозяйство. Сам Яо своими визитами радовал не часто и это было вполне объяснимо. Цзян Чен сам несколько раз наведывался к супругу в башню Кои. Яо и вправду всегда был очень сильно занят. Он вообще стал другим. Собранный, строгий, вежливый, вечно уставший и все более отдаляющийся. Теперь их отношения тоже стали иными. Яо не спешил расторгнуть брак, но делал это явно не от любви к супругу. Может просто из-за привычки так жить? Десять лет — немаленький срок. Когда Яо забрал сына, Цзян Чен начал бояться, что теперь супруг и вовсе станет его навещать то количество раз, что он прописал в брачном контракте для занятий любовью. Этого было мало, очень мало. Цзян Чену хотелось как обычно по вечерам заглядывать к нему в спальню и обсуждать дела. Купаться летом. Пить чай у жаровни зимой. Лечить заболевшего простудой Яо осенью. Любоваться первыми цветами весной. Здесь, в Пристани лотоса. Да гуль с ними, с этими занятиями любовью. У них это и в лучшие времена не сильно чаще происходило. Сейчас Цзян Чен был готов на любые условия Яо, лишь бы тот по-прежнему оставался его. Хотя на тему занятий любовью Яо честно исполнил все, что написал в брачном контракте. Цзян Чен тоже… попытался пойти на уступки и постарался не растягивать процесс. Яо не слишком любил, когда все было долго. Возвращение А-Суна вселило надежду. Мальчика кто-то травил в башне Кои, и Цзян Чен где-то в глубине души был даже, пожалуй, благодарен этому отравителю. Теперь у него хотя бы есть шанс побыть наедине с супругом благодаря этому. — Господин Глава, к вам гость, — Цзян Чен оторвался от бумаг, которые всем еще держал в руках, погрязнув в своих мыслях. Аи-Аи стояла потупив глаза и несколько смущенно улыбалась. Видимо, гость был кем-то приятным ей. Может господа Лань пожаловали? Вей Ин обещал заглянуть среди зимы с Лань Юанем. Среди подростков бывшему владыке И Лина было хорошо. Весь его веселый нрав и неуемная энергия наконец-то находила выход. — И кого к нас занесло в такую погодку? — Прибыл господин Цзинь. Один. Это было… неожиданно. Яо обычно предупреждал о своих приездах и не приезжал без А-Лина. — Почему ты не привела его сюда?! — Господин Цзинь настоял, что дождется вас в столовой. — Еще б в приемной ждал… — проворчал в ответ Цзян Чен. Яо опять выглядел уставшим. На нем были новые теплые одежды. И хоть выдержаны они были в цветах ордена Цзинь, но были куда скромнее и удобнее, чем их обычные наряды. Цзян Чен слегка приобнял его. Яо не стал возражать. Наверное, им следовало бы поприветствовать друг друга как подобает главам двух великих орденов, но ни одному из них сейчас не хотелось всех этих официальных формальностей. Яо жутко устал от всех этих бесконечных поклонов и церемоний в башне Кои, а Цзян Чену хотелось хоть ненадолго, хоть на часок, вернуть себе семью. — Я проводил ревизию в сокровищнице и нашел это, — Яо откинул ткань со свертка, что лежал подле него на полу. Меч Вей Ина, которым тот почти и не пользовался!  — Решил, что его стоит вернуть законному владельцу вместе с извинениями от ордена Лань Лин Цзинь. — Он… — Я не знаю, в каком он состоянии.Все эти годы он, вероятно, пролежал в сокровищнице. Я не смог достать клинок из ножен. Думаю, меч запечатался после смерти владельца. — Дай-ка я попробую! Туговато идет, конечно, — Цзян Чен легко дернул за рукоять и меч показался из ножен, — Ничего он не запечатан. Просто ты ослаб в башне Кои от вечного сидения за бумагами. Главы Не на тебя нет. Вот вернешься — будешь каждый день тренироваться. — Цзян Чен, это шутка? — Да сам попробуй. Все нормально же, — он протянул чуть показавшееся лезвие Яо. И тут ножны будто сами наползли на клинок, едва Яо его тронул. Да так стремительно, что едва не прищемили пальцы. Цзян Чена это удивило — что за ерунда? — Я не просто так решил, что меч запечатан. Позови кого угодно — будет то же. Я просил мастера-оружейника привести клинок в порядок, но он так же не смог это сделать. — Интересно… Чжоу! — Цзян Чен хотел понять, что происходит. Помощник был недалеко. Но и у него не получилось вытащить клинок. — Я не знаю, в чем причина этого явления. Возможно господин Вей сможет все как-то объяснить. — А может ты останешься и сам передашь ему меч и выслушаешь объяснения? Он обещался быть со дня на день, — Цзян Чен понятия не имел, когда сюда собирается Вей Ин, и где он путешествует вместе со вторым господином Лань, — Я пошлю кого-нибудь за А-Лином. Побудем как раньше втроем… — Прости, я не могу остаться. Мне надо готовить поход на Ци Шань. Об этом я тоже хотел бы поговорить с тобой. — Ты хочешь устроить совместный поход двух орденов? Супруги сражаются рука об руку? — Может быть. Но у меня будет просьба к тебе лично. — Ты хочешь чтоб я защищал тебя? — Цзян Чен шутил, конечно, — Я не дам нечисти покуситься мою женушку! — В Юн Мэне мне чуть не отгрызла ногу гигантская навка, но я справился. Хотя, пожалуй, тебе в этот раз понадобится действительно защищать кое-кого. — Неужели? Ты наконец оценил мою заботу? Или в башне Кои появился кто-то столь ценный, что ты не можешь его там оставить? — Будем считать что вроде того. Я хочу, чтоб во время похода на Ци Шань А-Лин побыл у тебя. — В башне Кои по-прежнему настолько небезопасно? — Дело не только в этом. А-Лин очень переоценивает себя. Я боюсь, как бы он тайком не увязался за нами в Ци Шань. Когда я там был, то обнаружил много нор полузмей, толпы лютых мертвецов, яогуаев на любой вкус и цвет и полчища призраков. — Женушка, ты что ходил туда?! — Цзян Чен был возмущен такой беспечностью. — Я — глава ордена. Я должен знать, что делается в теперь моих землях. — Почему ты не послал отряд адептов? — Хотелось развеяться и отдохнуть в более безопасном месте, чем башня Кои. — Если тебе хочется безопасности — Пристань лотоса в твоем распоряжении. Я велю приготовить твою спальню. — Я предпочел бы гостевые покои. Или садовый павильон. — Так ты останешься? — Цзян Чен был несказанно рад этому. — До утра. Вечером мне нужно быть в башне Кои, — Яо заметил перемену в лице Цзян Чена. — И не надо делать такое лицо. Ты прекрасно понимаешь, к чему обязывает пост главы ордена. Я знаю, что ты скучаешь, но может тебе перестать сидеть как гулю в его омуте? Тебе стоит немного развеяться и пообщаться со старыми друзьями. — И ты думаешь это поможет? — А ты попробуй. Второй господин Не жаловался, что ты давно не навещал его и он уже обижается на твое пренебрежение им. Это может испортить отношения Юн Мэн Цзян и Цин Хе Не. Навещать Не-сюна после его признания в любви было…неловко. Хотя за полтора года неловкость несколько поубавилась."Может, правда, стоит навестить его?" — подумал Цзян Чен.