Дипломат

Яо столь витиевато выругался, что Цзян Чен пожалел, что нет бумаги записать. Таких выражений до этого он еще не слышал ни от супруга, ни где-то еще. Обычно Яо себе такого не позволял и о том, где прошло его детство, вспоминать не любил. До ругани его надо было долго и методично доводить, но сейчас, видимо, накипело. В другом случае Цзян Чен ответил бы ему или наорал сам за столь грубые слова, но ситуация располагала. Они были заперты вдвоем в земляной яме без доступа воздуха где-то глубоко под землей. Змеиная туша весьма надежно блокировала выход. Как выбираться было неясно. Воспользоваться оружием не получилось бы: меч Яо остался где-то в туннеле, а размахнуться Цзы Дянем в такой тесноте было невозможно. Вдруг Яо сам извернулся не хуже змеи и со всей мочи стукнул пару раз по чешуйчатому боку ногой. — Ты что творишь? — Цзян Чену меньше всего хотелось ухудшения ситуации. — Пытаюсь выбраться! — Яо упорно долбил по чешуе. - На поверхности они от такого удирали. — Совсем дурак?! А если она тебя тяпнет?! — Не переживай, полузмеи меня почему-то боятся. Скорее всего она просто уползёт в другой тоннель. Кольца змеиного тела и правда пришли в движение. Но вместо того, чтобы освободить проход, к ним проснулась сверкающая глазами и острыми зубами голова. Змея злобно зашипела и хаотично начала кусать всё что торчало. Так как Яо был сверху, то большая часть укусов пришлась ему. Цзян Чену достался всего всего один, вскользь. Яо мигом обмяк в руках супруга, будто засыпая. Эти полузмеи вели себя совсем не так как та троица в Юн Мэне и насколько они ядовиты было неизвестно. — Эй, очнись! — Яо в ответ обнял его и пытался улечься сверху. На его лице было очень странное выражение. Будто он с чем-то боролся. Внезапно змеиные кольца наверху опять пришли в движение. В нору осыпались крупные, с два кулака Цзян Чена, яйца. Вот тут он и сам выругался не хуже Яо. Вероятно, его тело предназначалась на корм змеёнышам, а значит просто так их отсюда не выпустят. Между тем Яо начал вести себя странно. Он терся о своего супруга, где мог достать, явно наслаждаясь этим. При других обстоятельствах Цзян Чен был бы рад столь ласковому настроению у Яо, но сейчас было не время и не место. Он пытался привести покусанного змеями супруга в чувство, но, кажется, это было бесполезно. Даже рискнул влить немного ци, но Яо лишь пьяно улыбнулся в ответ и исцеляться совершенно не собирался. Цзян Чену стать едой для змеиного потомства не хотелось. Он скинул с себя несколько яиц, упавших последними, чтоб ощупать вход нору. Яо нежно его гладил и шептал что-то неразборчивое, пытаясь поймать и поцеловать руку супруга. Нора была надежно заблокирована змеиным туловищем. Цзян Чен попытался стукнуть ее молнией, не развернув Цзы Дяня, но это было бесполезной затеей: змея лишь сползла немного ниже, окончательно забив собой единственный выход. Яо между тем становился все смелее и пытался поцеловать его в щеку. «Успокойся!» — прикрикнул Цзян Чен, но это не возымело никакого эффекта. Воздуха было мало и выбираться надо было скорее. И вообще, Цзян Чен ехал сюда спасать Яо, налаживать их отношения. Вот и надо этим заняться. Сложить руки в правильную печать было невозможно. Яо несудом лез в запах одежд и пытался развязать пояс супруга. Ему было чуть проще орудовать руками из-за того, что он был меньше. Яйца сделали тесноту совсем уж невыносимой. Цзян Чен чувствовал, что его тоже начинает дурманить после змеиного укуса. Не так сильно, как в первый раз, когда ему пригрезилось, что он занимается любовью с женской версией Яо, но осмысленно действовать становилось все сложнее. Одна из стенок норы была уже немного разбита локтями и ногами. Цзян Чену чудились с той стороны какие- то неясные звуки. Он начал копать. Яо помогать был не в состоянии, зато весьма ловко пристроился сзади и принялся наглаживать тылы супруга, закинув подол одежд Цзян Чену на спину. Это было не вовремя, неудобно и неловко. Это Цзян Чен обычно ласкал ягодицы Яо перед или во время занятий любовью, и ему это нравились, но не наоборот. Тут рука Цзян Чена провалилась в пустоту. Из дыры пахло землей, сыростью и тухлятиной, но воздуха было больше, чем в той щели, где они сейчас сидели, заваленные змеиными яйцами по грудь. Разбить ногами дыру до размеров, чтоб вылезти самому и вытащить Яо, оказалось не так уж сложно. Земля была хоть влажной, но довольно рыхлой, а глоток относительно свежего воздуха освежил голову и придал сил. Они оказались в огромной пещере, где можно было встать в полный рост. Яо, впрочем, вставать не торопился, а сидел на земле, обняв супруга за ногу и весьма недвусмысленно пробираясь под полами одежд вверх рукой. На них зашипело сразу несколько голосов. Цзян Чен сотворил огненный талисман и обомлел На них таращилась огромная змеючина. Ее тело было исполинским, куда больше тех, что они видели на поверхности, хоть и не занимало все пространство огромной пещеры. Начиналось оно сразу двумя женскими торсами, которые в районе талии срастались в огромное змеиное тело, отливавшее медью. Яо это привело в восторг. Он позабыл о Цзян Чене и вытянул руки вперед с таким характерным жестом, с которым щупают женскую грудь. Еще и пальцами повел. На его лице было какое-то совсем уж дурацкое выражение. Змея, казалось, лишь этого и ждала. Состояние Яо ее привлекло, и она устремилась к ничего не соображающему главе Лань Лин Цзинь. А тот был и рад! Он ловко уселся в развилку между женскими телами, легко уместившись там, и принялся целовать голые груди одного из тел. Вид у него было, будто он встретил невероятную красавицу или небожительницу. Женские руки тоже не оставляли Яо без внимания. Одна пара гладила его по спине, а вторая ловко и споро развязывала пояс. Движения змеи были тягучие,неторопливые. Она точно знала, что ей никто не помешает и играла со своей добычей. Яо с наслаждением мял упругое змеиное тело, будто не обращая внимания на два рта, полных мелких острых зубов, и два раздвоенных языка, что касались его, на разинутые клыкастые пасти. Человечьи тела подставлялись под его руки, теребили его волосы, без всякого стеснения ощупывали его. Вид у Яо был довольный и радостный. Он точно соскучился по женской ласке, сейчас же получая ее сполна. Цзян Чен стоял и не мог двинуться. Змеиный дурман накрыл его волной. На него накатило странное оцепенение. Тело не слушалось и даже будто не ощущалось. Внутри он сгорал от ярости, испытывая острое желание эту мерзкую двухголовую тварь убить и здесь же сжечь, чтоб она не смела к Яо пальцем коснуться. Но вместо этого стоял и смотрел, как с Яо спустили штаны до лодыжек, как одно из тел откинулось назад,увлекая его за собой и укладывая себе на грудь, как к его паху пристроилась вторая из женских голов, как Яо радостно,блаженно вздыхает, как чешуйчатый хвост ложится рядом с его голыми ногам, как в змеином теле открывается клоака, как Яо укладывается на чешуйчатое брюхо будто на самую желанную женщину, как раздаются его экстатические вздохи, когда он начинает двигаться. "Надо как-то стащить оттуда Яо и устроить взбучку этой мерзкой твари!" - вот что было в голове у Цзян Чена все то время, пока он смотрел на это действо. Сцена эта длилась весьма долго. У Цзян Чена затекли ноги от того, что он стоял неподвижно. Цзы Дянь вполне набрал силу, а гнев и ярость наконец пересилили змеиные чары. Легкий удар по голому заду Яо ничуть он отрезвил — он боли вообще не заметил и продолжил усерднее работать бедрами, явно получая наслаждение от процесса. Цзян Чен медлить не стал. Змее прилетело от всей души, так что вокруг ее туловища пробежали молнии. Яо без чувств плюхнулся на земляной пол. Впрочем, змея, похоже, получила то, что ей было нужно и теперь откатилась в угол, бешено шипя и скалясь на Цзян Чена. Яо ее интересовать перестал совершенно, будто его тут и не было. Пещера оказалась достаточно просторной, чтоб поиграть в догонялки с ползучей тварью. В процессе этой беготни Цзян Чен еще пытался начертать сигнальный талисман и как-то оттащить Яо с пути разбушевавшейся полузмеи. Удар хлыста ее разозлил не на шутку. Носиться бегом от огромной твари в замкнутом пространстве тоже было тем еще удовольствием. Пока длились эти догонялки, Цзян Чен успел разглядеть кое-что важное. Несколько лежащих тел возле стен. Непонятно, живы или мертвы были эти люди. Эти мужчины не двигались и не подавали никаких признаков жизни. На одном из них были золотые одежды Лань Лин Цзинь. В какой-то момент змея начала сбавлять темп, все больше замедляясь и стремясь ухватить Цзян Чена в свои кольца. И тут пещеру озарила вспышка полетевшего вверх сигнального талисмана. Яо, перемазанный в грязи без штанов сидел на полу и глупо улыбался, указывая рукой на что-то вверху. Цзян Чен пригляделся. Из потолка торчал приличных размеров камень. Теоретически можно было попробовать отбить Цзы Дянем кусок. С более мелкими камушками у него это отлично получалось. Змея замерла, будто готовясь в броску, но вместо этого послышался какой-то влажный звук и что-то мягко упало на пол. "Да чтоб тебя демоны растерзали, дочь земляного червя и помойной крысы!" — под ноги Цзян Чену сыпались змеиные яйца и их становилось все больше. Но это был удобный момент. Цзы Дянь еле достал, но кусок камня отколоть получилось. Он упал змее на хребет и придавил ее. Она, однако, на это никак не среагировала, продолжая кладку. Еще она начала активнее бить хвостом, пытаясь забросить в свое гнездо Яо и еще кого-нибудь от стены. Цзян Чен хлестнул еще раз,но рядом с камнем. Держащая его почва полетела вниз, а сам камень чуть показался из дыры. Удар, еще удар. Он старался попасть как можно ближе к камню. Наконец эта операция увенчалась успехом и камень с глухим звуком упал, придавив одну из голов. А следом за ним произошло и вовсе странное: в пещере стало очень светло, настолько,что розовый свет резал глаза. Сверху слышались крики, что надо поторапливаться, шипение, звон мечей и влажный звук, с которым клинок пронзает тело. Сверху в дыру свалилась,шипя и извиваясь, змея. Все вокруг она пачкала черной кровью. Цзян Чен лишь успел за шкирку дернуть Яо подальше от этого и прижать к себе. Две змеи сцепились в последней битве. Упавшая сверху была мельче,но злее. Двухголовая больше, но от боли не различала своих и чужих. Яйца раскатились по всей пещере. Змеи били хвостами, раскидывая кладку. Двухголовая пыталась защищать свое потомство, нападая на более мелкую родственницу. Кончилось это тем, что оставшаяся целой голова заглотила смевшую помешать вить гнездо сестру и испустила дух. Сверху в дыру заглядывали адепты. Цзян Чен приметил и золотые одежды, и фиолетовые. "Немедля несите веревку! Главу Лань Лин Цзинь укусили и здесь еще люди!" - прокричал он снизу. То, что сюда еще приползут змеи сейчас как-то не волновало. следовало натянуть на Яо штаны, чтоб он был не в столь недостойном виде. Яо впрочем подошел, попинал дохлых змей, потом повернулся к темной дыре,что служила входом в пещеру, и совершенно бесцеремонно отвесил хорошего тумака по боку показавшейся там полузмее. Эта себя повела на редкость адекватно и поспешила спрятаться. В пещеру начали спускаться адепты. Из всех людей возле стены живы оказались лишь трое: адепт Лань Лин Цзинь и двое юношей, едва вошедших в пору, когда им начинают нравиться девушки. Всех удалось вытащить наверх без особых приключений. время было уже вечернее, воздух остыл и полузмеи были не такие шустрые. Возле ямы валялся с десяток сверкающих чешуёй тел. Змеиные головы с оскаленными пастями лежали отдельной кучкой. Свежий вечерний воздух показался Цзян Чену просто божественно прекрасным. Яо взирал на все с превеликим удивлением, будто видел людей в первый раз в своей жизни. От вида змей он поцокал языком и пожелал рассмотреть их получше. С некоторым трудом его удалось уговорить встать на чужой меч и оправиться в лагерь. Битва с полузмеями лишь начиналась. То, что узнал Цзян Чен было важно. В лагере лекарь осмотрел их обоих. Укусы на теле Цзян Чена покраснели и слегка воспалились, но их было всего пара. Лечебные травы должны были вывести весь яд и заразу. С Яо все было несколько страннее: укусов на нем было аж шесть штук, но они выглядели так, будто им несколько дней. Возможно, Яо тоже себя пытался исцелить в пещере, но куда более успешно, чем Цзян Чен. Однако глава Лан Линь Цзинь был всерьез отравлен и идти в битву ему точно не следовало. Лекарь знал лишь одно надежное средство излечения: отдых и медитацию. Больше способов вывести яд пока не нашли. Покусанные адепты пришли в себя через несколько часов ничего не помня. Вероятно, с Яо будет точно так же. Адепты, исполняющие роль командиров , стояли вокруг шатра своего главы, ожидая приказов. Цзян Чен уже рассказал одному из них про яйца, пока лекарь осматривал раны Яо. Наконец из-за полога выплыл - другого слова походке Яо и не подобрать - временный глава Лань Лин Цзинь. Привести себя в порядок он еще не успел и вид у него был весьма колоритный. В какой-нибудь деревеньке он бы в сумерках запросто был бы принят за нечисть или лютого мертвеца, только вылезшего из могилы. Лицо и одежды обоих глав великих орденов были перемазаны грязью. На волосах не было и намека на прическу. Но адепты все же уважительно склонили головы перед этим безобразием. — Я... желаю у... уи... уени… уединиться со своим супругом. Для обсуждения дальнейших планов. Пошли все бить змей! - говорить у Яо получалось совсем уж невнятно, интонации были как после крепкого вина. Стоял он тоже нетвердо. Яо резко дернул Цзян Ченя за пояс на себя. Вышедший за ним следом лекарь попытался перегородить сию горячую сцену. - Господина главу искусала полузмея, когда он пытался помочь главе Юн Мэн Цзян. Не на что тут смотреть, - адепты все равно толпились вокруг. — Вы слушали, что сказал ваш глава ордена и лекарь?! Главе ордена требуется отдых. Я останусь с ним и присмотрю! - голос Цзян Чена звучал громко и уверенно. Адепты притихли и встали на мечи, чтоб отправиться обратно на поле добивать ползучих гадин.