Дипломат

— То есть ты подозреваешь, что за тобой кто-то следил здесь? — Цзян Чен этим известием так же был встревожен не на шутку. Эти недомолвки Яо нервировали едва ли не сильнее вести о том, что приблудная лисица поймала незаметного шпиона. Яо кивнул. — Уверен. В последний раз, когда отец обвинил меня в использовании темного пути, одной из улик была такая же поднятая темной ци мышь. И, если честно, то я не знаю, для чего еще, кроме слежки, можно использовать столь мелкое и незаметное существо. То, что кто-то копирует его самого, Яо говорить не стал, хоть это всерьез пугало. Внутри затаился липкий страх. Кто-то пристально, тщательно следил за ним по сей день. Это еще больше укрепляло во мнении, что семья Цзинь, хоть и была настроена к нему весьма холодно, но все же не была теми, кто пытался его отравить. Даже совсем обнаглевшего одиннадцатого кузена Яо придумал как нейтрализовать. В Ци Шане должен остаться гарнизон заклинателей, в самой дальней части, чтоб уничтожать нечисть на регулярной основе. Прекрасное место для жаждущего деятельности заклинателя из семьи Цзинь. Выглядит такое предложение тоже вполне приемлемо для мужчины, что не мог и помышлять занять в ордене какую-то должность подобного уровня. — Отлично! То есть ты хочешь сказать, что сюда еще приползли заговорщики из башни Кои? — Цзян Чен с радостью порубил бы этих людей на начинку для баоцзы — так ему надоели эти длящиеся несколько лет интриги. Знать бы только кого. — Вероятно. Если подумать, то моя гибель на охоте не вызовет много подозрений, — Яо рассуждал будто тут могли убить не его. Это спокойствие в голосе, впрочем, было обманом. — Только попробуй! — Это не от меня зависит. Но я предпочту не делать ничего, что будет заведомо грозить мне смертью. — Зачем в таком случае ты полез за мной в нору к ползучим тварям? — вообще Цзян Чен знал, что самостоятельно оттуда не выбрался бы. Никто из похищенных заклинателей, не говоря уж про крестьян, еще никогда не возвращался из змеиной норы. Ни в Юн Мэне, ни тем более здесь. Была легенда, что один юноша смог спастись от голодных тварей, но едва ли это была правда. — Ну не мог же я тебя там оставить на съедение полузмеям, — Яо смотрит куда-то в бумаги, как когда не хочет, чтоб были заметные его истинные чувства и помыслы. — То есть? … — " ты что-то чувствуешь ко мне?» — хотел бы продолжить Цзян Чен. Эта мысль грела. — Мне сейчас не время становиться вдовцом. И ты один из немногих людей, кому я могу доверять, — он таки поднимает свое лицо с опять этой вежливой полуулыбкой. — Понятно, — не сказать, чтоб Цзян Чен был доволен этим признанием. Но в голосе Яо было что-то, что он прятал за своими рациональными доводами. Вопреки предположениям лекарей оба главы орденов оказались в полном порядке. После завтрака к Яо вернулась точность движений, укусы не воспалились, соображал он так же совершенно ясно. Несмотря на количество укусов выздоровел он куда быстрее, чем прочие пострадавшие. Некоторые адепты и через два дня были у лекарей не в силах твердо стоять на ногах. С Цзян Ченом все было тоже вполне нормально. Воспалившиеся было вчера раны сегодня затянулись сами собой так, что можно было за них не беспокоиться, а действие яда закончилось еще ранним утром. Лекари были поражены. Но это ж глава ордена, что лично победил сотню гулей, так что возможно все. Раз оба главы были в полном порядке, то им следовало вернуться к своим обязанностям. Если Цзян Чен был в своих людях уверен как в себе, то Яо предпочел все проверить лично и убедиться, что все идет хотя бы приблизительно как планировалось. Осматривать поле битвы с полузмеями они отправились вдвоем. Ночью оба ордена, пусть оставшись временно без своих глав, славно потрудились. Ко вчерашнему десятку змей прибавились еще штук двадцать. Поле было перекопано еще в нескольких местах. В куче валялись тела разных размеров, но в основном мелкие, будто принадлежали девочкам-подросткам. Таких гигантских, как двухголовая, более не было. Яо лично спустился в пещеру, где вчера совокуплялся с гигантской полузмеей. Там адепты сосредоточенно рубили придавленное камнями тело на куски, чтоб на поверхности провести необходимые ритуалы по изгнанию темной ци и сжечь тварь. Пол был залит черной кровью, которую так же следовало обезвредить. Солнце, попадающее через дыру потолке должно было завершить дело. Через некоторое время эти пещеры станут просто пещерами. Яйца в маленькой норе остались нетронуты. Возможно, адепты ее не заметили или не успели осмотреть боковые ходы. Это гнездо Цзян Чен сжег сам, лично. После еще поковырял концом Саньду, чтоб убедиться, что вся кладка хорошенько прожарилась и из нее точно ничего не вылупится. С гнездом двухголовой твари все оказалось сложнее. Часть яиц была раздавлена по время падения камней и битвы с другой змеей, часть так и и осталась лежать, а часть раскатилась и разлетелась по пещере и боковым ходам. Пришлось немало потрудиться, пока удалось собрать в кучу и сжечь все. Яо не поленился слазить в каждое из отверстий в стенах. Из одного вместе с яйцами вытолкал еще парочку извивающихся полузмей. Адепты не были уверены, что перебили абсолютно всех тварей, но количество уменьшили сильно. Крестьяне говорили о трех десятках, но их явно было больше. Ходы под землей могли продолжаться на многие ли в любую сторону, и полузмеи вполне могли удрать куда-то дальше. Пока способа достоверно это узнать никто не придумал. На топот испуганные твари больше не вылезали, предпочитая спрятаться поглубже от заклинательских мечей. Когда с кладкой было покончено, Яо вернулся в свой шатер. Крестьяне несмотря на почти полностью перерытое и совершенно непригодное к посеву поле были рады, что теперь можно более-менее безопасно ходить по округе. Сезон полевых работ как раз начинался и безопасность передвижения была важна. Яо распорядился привезти из Лань Лина семян для сева, после чего жители деревеньки его кроме как «благодетелям» не звали. Впрочем, на эту деревеньку у главы Лань Лин Цзинь была вполне конкретные планы. Она станет образцовым поселением Ци Шане, чтоб заманить обратно людей. Место было удобное: не слишком близко к границе, рядом большая дорога, густых лесов нет, когда поля опять будут затоплены и засеяны это место будет не хуже рукописных идеальных сельских пейзажей. Нечисть вся разбежалась и попряталась, не напоминая о себе, зато о ней помнят люди. В рассказах гигантская двухголовая змея дорастет до просто невероятных размеров — в этом Яо был уверен. Так же как и доблесть адептов Лань Лин Цзинь. Пока расслабляться было еще не время. Цзян Чен отправил кого-то домой проверить племянника. Яо предстояло разобрать почту. Он вел сейчас весьма активную переписку с названными братьями. Цин Хе Не гоняли нечисть по другую сторону Безночного города. Там тоже все было не радужно: переросшие навки, яогуаи на любой вкус и цвет, такие же как здесь злые и голодные с зимы полузмеи. Глава Не пытался затапливать их норы, но оказалось, эти твари отлично плавают. Со дня на день должны были прийти адепты Гу Су Лань во главе со своим главой, чтоб попытаться усыпить этих тварей, когда те повылезут погреться на солнце. Глава Не в связи с этим предлагал устроить братские посиделки. Возможно вместе удасться еще что-то придумать, что будет эффективно. Так же Не Мин Цзюе хвалился, что старший из его сыновей пытается сидеть и вообще очень крупный, а дочь точно будет красавицей. Воспоминания о своих детях ему были приятны. Яо, читая это, пожалел, что не попросил узнать, как дела у А-Суна. Он давно не видел сына, хоть и хотел бы делать это чаще, но орден сейчас требовал неотлучного внимания. Под полог просунулась лисья морда. Взгляд был просто умоляющий. «Опять хочешь есть? Неужели в округе не водится никакой дичи? Или тебе так понравились лепешки и рис?» Лиса бросила что-то из пасти. Это была еще одна раздавленная мышь, попытавшаяся уползти. Эту Яо придавил носком ноги и бросил в пустой кувшин от воды, откуда эта тварь пыталась выбраться, но съезжала обратно по пологим стенкам. " Надо же, какой ты сообразительный!» — Яо был удивлен, но обещание свое выполнил. Все остатки завтрака, не прибранные слугой, пошли на угощение лисенку. После славной битвы и упокоения останков полузмей адепты разбрелись по своим палаткам. Командиры доложили, что в норах более никто не шевелится шипения так же не слышно. Яо велел оставить дозорных, а остальным идти отдыхать. Неизвестно, что еще приползет сюда к ночи. Крестьяне радостно обхаживали заклинателей. Женщины утащили стирать и чинить порванные во время битвы одежды. Одна из крестьянок помогала повару, очищая огромную корзину моркови к ужину. Яо нашел это все весьма полезным. Орден Юн Мэн Цзян так же удалился отдыхать с дозволения своего главы. Лишь пришел посыльный и доложил, что с юным господином Цзинь все хорошо, хотя он третий день не желает слезать с дерева. Яо даже точно знал, на каком дереве сидит А-Лин. Ладно, о капризах он поговорит с племянником позже, в башне Кои. За этими мыслями он вернулся к полям, хотя и зашел гораздо дальше того, где было змеиное гнездо. Ему показалось, что он слышит издали звуки музыки. Мотив был какой-то до нельзя знакомый, но название никак не вспоминалось. Через несколько минут музыка сменилась криками. Яо вскочил на меч и полетел поглядеть, что происходит. В случае чего подать сигнал о помощи он сумеет быстро. Адепт в накинутых лишь на плечи золотых одеждах сидел на камне, поджав ноги, и голосил. Вокруг него лежал пяток полузмей и смотрели на него… Будь они людьми, Яо бы сказал, что влюбленными глазами. Адепт звал на помощь, но полузмеи не спешили на него нападать, пока он играл. Стоило лишь отнять руку от струн сяньцзи*— раздавалось шипение и очаровательные улыбки превращались в оскаленные пасти. Яо спокойно переступил через змей. Они откатывались от его ног даже не посмев зашипеть. Ту, что попыталась залезть на камень, разинув пошире пасть, Яо лично обезглавил. Это, впрочем, совершенно не отрезвило ее очарованных музыкой товарок: они так и продолжала таращиться на струны. Лишить жизни остальных четырех не составило труда. Черная кровь не впитывалась в пересохшую землю и текла ручейком куда-то дальше, огибая камень, на котором и сидел адепт. — Спасибо! Спасибо вам, господин Глава, что спасли меня! — молодой мужчина был несказанно рад появлению помощи. Выглядел он довольно откровенно: его ноги были голыми, верхние одежды накинуты лишь для вида, а не надеты как положено. В вырез нижних одежд была видна обнаженная грудь едва не до самого пупка. День, конечно, был теплым, но не настолько же. — Кто вы? Назовитесь! — запомнить всех поехавших на эту охоту адептов в лицо Яо не мог. — Моя фамилия Е. Наша семья лишь в прошлом году присоединилась к Лань Лин Цзинь. — Откуда Вы? — У нас нет своих земель. Я родился на границе Лань Лина, — адепт отвечал быстро и четко. — Что здесь произошло? — Яо придал голосу максимум строгости. Вообще юношу стоило отругать за столь разнузданный вид и то, что он бродит тут один. — Я просто вышел передохнуть, в нашей палатке все уснули, а мне все не спится. Я решил немного помузицировать в надежде, что это успокоит меня после битвы и я смогу уснуть. Я перебирал мелодии, что помню, и мне пришла на ум одна песенка-сказка, чтоб скорее уснуть. — Что за сказка? — В детстве матушка пела мне вместо колыбельной песню в которой рассказывалось, как юноша усмирил полузмей одной мелодией, сыгранной на сяньцзы. Я решили попробовать вспомнить ту мелодию, что она напевала, — господин Е очень красиво выгнулся все еще сидя на камне. Будто он сам был полузмеей, что заманивала редких путников. - Я сам не ожидал, что они и вправду приползут, - история была странная, но полузмеи были одними из самых неизученных заклинателями тварей. Они с Цзян Ченом были первыми, кто достоверно узнал, зачем змеи воруют молодых и крепких мужчин на самом деле и что дело далеко не в энергии ян. — Почему вы ушли без меча? — Я от неожиданности выронил его, — юноша залился весьма симпатичным румянцем. Его волосы выбились из прически и красиво обрамляли лицо. Он прикрылся от смущения узким рукавом походных одежд. Меч и правда валялся под брюхом у одной из полузмей, которую юноша повернул пинком ноги. Спрыгнул с камня, чтоб это продемонстрировать, господин Е весьма изящно. Второй господин Не оценил бы такую грацию. — Я отправлю вас домой, чтоб вы не мешали другим и назначу наказание за такую невнимательность. — Нет, пожалуйста, нет, господин Глава! Я должен здесь быть, чтоб помогать людям. Я был беспечен — так накажите меня! Но я не хочу сидеть сложа руки, пока люди в беде, — юноша так трогательно оправдывался! Сама невинность. Он даже упал на колени умоляя позволить ему остаться. — В любом случае сейчас вы пойдете со мной, господин Е, и расскажете мне эту самую легенду во всех подробностях. — Как скажете, мой господин, — Яо показалось, что юноша улыбнулся очень довольно.