Дипломат

Яо был немного разочарован от того, что утром Байху не выбежал его проводить и даже не показал ушей из-за шатра. Господин Ху согласился оставить внука при Яо в качестве слуги или помощника в залог их добрых отношений. Может быть Байху боялся показаться на глаза после того разговора? Или просто отсыпался после ночной охоты? Они с дедом убежали прощаться, потом Байху вернулся и сообщил, что пойдет поохотиться. Яо ночью не спалось: он обдумывал, как объяснить появление ребенка среди заглохших мест, так что он слышал какую-то возню за пределами своего шатра среди ночи. Но утром времени разбираться с тем, куда делся лисенок у него не было: пора было осматривать брошенные деревни. В путь заклинатели выдвинулись на мечах. Отряды Лань Лин Цзинь и Юн Мэн Цзян. Необычайное великолепие одежд среди одичавших земель. Солнце делало блеск золотых шелков почти нестерпимо ярким на фоне листвы. Фиолетовые одежды смотрелись не так контрастно, но тоже казались в этом зеленом царстве чем-то чужеродным, слишком опрятным и упорядоченным. Цзян Чен то и дело поглядывал на супруга. Это происшествие на обратной дороге из лагеря Цин Хе ему не понравилось совершенно. Пока Яо куда-то запропал вечером, он успел переговорить с главой Лань. Тот тоже был недоволен состоянием названного брата и опасался, как бы не случилось чего-то более серьезного. Они договорились, что будут попеременно сопровождать главу Лань Лин Цзинь до его отъезда в башню Кои в полетах и битвах. Главы Лань и Цзян могли ревновать, злиться друг на друга, завидовать, но в одном они сходились: Яо, так боящийся проявить слабость, не должен пострадать или погибнуть. Лань Си Чень пообещал, что попробует образумить А-Яо, чтоб тот, пока его потоки ци не вернутся в норму, не летал, а ездил верхом. Сам Яо, конечно же, решил, что с воздуха деревни осматривать проще и быстрее. В этом, конечно, смысл был. Пробираться по разросшимся лесам пешком было бы долго и утомительно. Попасть в скрытое ветвями гнездо полузмей или логово яогуаев — опасно, но более чем вероятно.Так что Цзян Чен старался держать чуть ниже и ближе, чтоб случае чего поймать своего самонадеянного супруга. Четыре первых деревни и вправду были брошены. Дома в них пришли в негодность, а дворы и улицы давно заросли сорными травами. Поля возле них так же одичали и покрылись уже даже не кустарниками — небольшими деревцами. Заметить тут давнее присутствие людей было тяжело. Картина сильно удручала. Яо помнил, что эти места были когда-то цветущими и оживленными деревнями. От людей тут не осталось и следа. Нежить, правда, эти земли тоже не облюбовала. Ни в одном из домов не было духов, мелкая нечисть не таилась под рухнувшими крышами. В пятой деревне, что выглядела такой же забытой и заброшенной, их встретил призрак женщины. Кто испугался больше: призрак или адепты, увидев в тени дома искаженное мукой лицо с текущей изо рта кровью, сложно было сказать. Женщина, впрочем, оказалась вовсе не мстительным духом. Она всю жизнь прожила в Ци Шане, ее мужа убили в последние дни войны, оставив ее одну ожидать их первенца. Кроме дома в этой деревушке у нее более ничего не было, идти ей было некуда. Скончалась она некоторое время назад здесь же и теперь бродила по округе в поисках хоть одной живой души, хоть кого-нибудь, кто бы довел ее сына до границы с Лань Лином или Цин Хе. Единственным её желанием, что держало на этом свете и не давали душе упокоиться, было знать, что кто-нибудь позаботится об её осиротевшем сыне. Яо согласился забрать его под опеку в свой орден. Дух покойной поблагодарил его за доброту и обещал отплатить добром в следующей жизни. Найти единственный обитаемой домик в деревне оказалось несложно. Трава еще не успела поглотить все и была видна тропинка к колодцу. На фоне заросших и рухнувших строений этот покосившийся домик выглядел едва ли не нарядно, хоть объективно был весьма неряшлив и стар. Даже у самых бедных крестьян дома бывали получше. Возле него был небольшой огород с тщательно вскопанными грядками. В огороде возился мальчик лет одиннадцати. Яо к своему удивлению даже со спины узнал Байху. Оттопыренные ушки тот не смог спрятать даже под дырявой соломенной шляпой. Его опрятная красивая одежда сменилась на какие-то жалкие лохмотья. А сам он выглядел очень грязным и истощенным. Яо в глубине души восхитился выдумкой господина Ху. Все выглядело на удивление правдоподобно. Байху себя тоже повел как положено мальчику, который никогда не видел других людей и очень испугался. Он попытался сбежать от вооруженных людей в богатых одеждах, спрятавшись в доме. Вылез он лишь когда Яо лично пошел вытаскивать его из-под пола. К главе ордена перепуганный мальчишка будто сам стремился в руки. Яо вытянул его из узкой щели и прижал к себе: "Не бойся, мы не сделаем тебе ничего дурного". Цзян Чен, бывший здесь же, хмыкнул про себя:"Ну да, не любит он детей!". Мальчик вцепился в полу одежд Яо как, видимо, самого не страшного из всех пришедших. Бай Ли — так назвался мальчик — забрали с собой в лагерь. Глава ордена решил сам за ним приглядывать, покуда ребенок не освоится. Впрочем, мальчик был достаточно умен, чтоб похоронить свою мать. Еще его страшно волновало, что же будет с его урожаем, что он будет есть. В своем шатре Яо приказал расстелить еще одну постель и приготовить обед. Найденыша нужно было вымыть, приодеть и накормить. Новый слуга занялся всем этим, пока Яо ушел исправлять карты. К нему заглянул глава Гу Су Лань,чтоб справиться о самочувствии. На удивление с потоками ци у Яо оказалось все абсолютно нормально и даже лучше,чем бывало обычно. Это было странно. Минуты во время их неспешной беседы будто побежали чуть быстрее, чем обычно. Не успели они опомниться и обсудить пару касающихся Ци Шаня вопросов, как слуга привел куда менее чумазого и еще мокрого Бай Ли,переодетого в слишком большие для него орденские одежды. Чтоб полы золотых одежд на таскались по земле слуга заткнул их за пояс, от чего мальчик стал казаться лишь забавнее. Лань Си Чень,узнав о том,кто этот ребенок, одобрил такой поступок, хоть и не на шутку напугал Байху. Яо так и не понял, был ли этот испуг настоящим или это была игра. Впрочем, глава Гу Су Лань был человеком достаточно деликатным, чтоб не травмировать оцепеневшего от его вида ребенка."М-м-матушка рассказывала, что к нам пришли очень высокие люди и убили всех мужчин в деревне..." - только и смог, заикаясь от страха, выдавить Бай Ли, прячась на всякий случай за "добрым господином Цзинь". Заклинатели, начавшие рано совершенствоваться обычно и правда обладали весьма высоким ростом. Яо был куда ниже почти всех своих подчиненных, кроме совсем уж юных учеников. Лань Си Чень же, напротив, был выше многих. Глава Лань ушел к своим людям, а глава Цзинь с найденышем сели обедать. К своему удивлению Яо обнаружил, что в горшочке прибавилось мяса. Байху это нисколько не удивило. "Это от дедушки. Он скоро еще привезет," — пояснил мальчик. Ел Байху так, будто его правда неделю не кормили, хотя слопал далеко не все, что было подано. Часть блюд Байху забраковал потому что "от них не так пахнет". Яо так же на всякий случай не стал это есть. Если господин Ху прав насчет яда, то стоило прислушаться к звериному чутью его внука. Чай Байху и вовсе понюхал с таким видом, будто там было что-то несъедобное. После обеда Яо удалось выкроить часок, чтоб поговорить с Байху и узнать, что тот умеет. Нормально грамоте лисенка ожидаемо никто не учил, но мальчик мог бегло читать и довольно криво писать. Он никогда в жизни не был дальше родной деревни и не знал, как выглядят большие города. Обращаться с оружием он само собой тоже не умел. Людей он так же в своей жизни видел мало, играя лишь со своими родичами. Яо пришлось довольно многие привычные людям вещи объяснять Байху, чтоб тот не попал впросак. Кое о чем маленький оборотень догадывался сам. Сейчас Яо требовалось приостановить действия в Ци Шане и вернуться в башню Кои. На носу был праздник поминовения Мертвых и погибших родственников надлежало похоронить со всеми почестями. Байху следовало так же увезти с собой. Оставлять его тут с адептами одного будет опасно. Пребывание оборотня в башне Кои с одной стороны будет большим благом, раз тот умеет чуять намерения людей, с другой могло стать сильной головной болью. Яо все же решил рискнуть. Возможно, Байху подружится и со скучающим за уроками А-Лином.