Дипломат

Яо опасался, что Байху что-нибудь выкинет по незнанию или из озорства, поэтому предпочел следить за ним сам. И в первый же вечер он убедился, что не зря. Цзян Чен зашел вечером узнать как дела и когда Яо собирается обратно в башню Кои. Байху сидел в углу, спрятавшись в тени так, что до определенного момента Цзян Чен думал, что они наконец остались наедине. Едва супруг приобнял супруга Яо,как из темного уголка послышалось хихиканье. Это привело Цзян Чена в бешенство. Он уже предвкушал реванш за ту ночь,что они провели вдвоем после визита в норы полузмей. Цзян Чену весьма хотелось вот так же закинуть ноги Яо себе на плечи, а тут вдруг оказалось,что за ними наблюдают. В сердцах глава Юн Мэн Цзян бросил, что лично выпорет Цзы Дянем Бай Ли,если тот так сделает еще раз, и ушел,чтоб успокоиться или наорать на кого-нибудь еще. Байху еще разок хихикнул ему вслед:"Злая собака: лает да не кусает!". Яо пришлось битых полчаса объяснять мальчику,что не стоит подглядывать за взрослыми,а то,что он сказал о Цзян Чене так вообще оскорбительно. Байху выглядел очень пристыженным, хотя свои слова все же объяснил: "Но ведь он только шумит много, а дурного в самом деле ничего не хочет". После Байху перевернул принесенный слугой чайник и едва не обжегся. Выглядело это как неловкость. Слишком широким для него рукавом задел, да еще и коробку с чайными листьями свалил точно в кучку мокрых черепков от чайника. В качестве наказания мальчика послали за водой, а слуга сбегал к кому-то из командиров, что попросить чай взамен рассыпанного прямо в грязную лужу этим маленьким невеждой. Чай, заваренный той водой, что принес Байху, вышел совсем иным на вкус, без горчинки. Яо никаких перемен не замечал, покуда не встал из-за стола. Не было привычной вечерней усталости. Он вполне бы мог еще поработать. Кажется, чайник лисенок перевернул неспроста. Следовало бы еще поработать, наметить направление движения адептам,пока главы ордена не будет. Байху же не терпелось поваляться в своей новой постели и послушать еще рассказов о жизни людей. В этом он был как две капли воды похож на всех обычных мальчишек. Точно так же А-Лин слушал рассказы обоих своих дядюшек о ночных охотах и приключениях. Говорил Яо в тот вечер много. В башню Кои следовало вернуться в самое ближайшее время. Хоть он и не ощущал на себе больше атак темной ци, пытающейся проникнуть в его тело, задерживаться в Ци Шане надолго не следовало: дел хватало и в самой башне Кои. Уснули они оба очень поздно, чуть ли не под утро. Проснулся Яо от того, что у него на груди сидел, размахивая пушистым хвостом прямо ему по лицу Байху в своем лисьем обличье и кусал его правую руку, что лежала поверх нижних штанов на самом сокровенном. От боли Яо дернулся и едва не вскочил. Удивительно, но было больно так, как будто Байху ему на полном серьезе пытался отгрызть руку. — Что ты вытворяешь, Бай-эр? Слезай! — Господин Цзинь, тебе не надо смотреть этот сон! — проворчал лисенок сквозь зубы не выпуская руку. Разжал челюсти он лишь убедившись, что господин Цзинь окончательно проснулся. Яо в полутьме пытался разглядеть руку. Боль была будто ее мечом обрубили, на деле же на запястье была одна-единственная крошечная царапина. — Люди не выбирают, что им смотреть во сне, Бай-эр… Байху убрал свой так норовящий залезть в рот хвост, скатился под бок Яо и обернулся человеком. — Такие сны вообще никому нельзя смотреть! — серьезно пояснил он. — В смысле? — Яо суть претензии не понял. Ему опять снился разврат с двумя симпатичными девицами. После поцелуя Лань Хуаня прошлой ночью сна не было, а сегодня две прелестницы, гибкие, словно змеи, были тут как тут. Они всеми силами старались порадовать и ублажить Яо, обнимая и лаская его.Сначала эти грезы были нарушены тем, что Яо в самое неподходящее время в своем сне увидел любопытную лопоухую голову, просунувшуюся за полог, а после почувствовал такую боль в запястье, что проснулся. Столь сладкий момент был испорчен напрочь. Девицы только-только успели спустить с него штаны. — На них нельзя смотреть. Это полузмеи, — пояснил мальчик. — Так, подожди, ты что, видел мой сон? — Ну да… — для Байху это было будто чем-то само собой разумеющимся. — Люди разве так не могут? — Нет. Так что никому из людей не говори, что ты так умеешь, хорошо? — Хорошо, — кивнул лежа рядом мальчик. - Но дедушке все равно надо рассказать про сон, пока тебя не съели. — Меня… что? — Ну они так едят, когда растут. Мы едим мясо, а они чужую ян. — Надо это записать, — Яо опять неимоверно клонило в сон и мерещились ждущие его девицы.- Утром, ты сможешь это пересказать мне утром? — Смогу. Только лучше не спать, пока дедушка не приедет. Словам маленького оборотня он предпочел поверить. Все же сны эти обычными назвать было нельзя. Он даже подростком не просыпался каждое утро излившись. В принципе мало спать Яо умел. Научился еще в Цин Хе Не. Медитация порой неплохо заменяла сон. Он нехотя встал, зажег лампу, оделся и принялся растирать тушь. Огненный талисман привел Байху в восторг. В клане Ху ничего подобного не умели, а тут огонь сам зажегся по мановению руки! Это ж волшебство как в сказках! Байху притащил подушку поближе к столу и начал рассказывать о полузмеях. Выходило путано и местами непонятно, но все сведения об этих тварях были очень противоречивы и порой больше походили на обычные сказки. В том, что полузмеи вовсе не стерегут сокровища Яо убедился лично. Так же они не пели песни, не отращивали ноги при необходимости и не утаскивали свою добычу в волшебный подземный дворец,чтоб после отпустить. Байху рассказал, что иногда полузмеи от безысходности охотятся на мужчин из их клана, но после того как тетушки Ху объединились и сходили отбить украденного мужчину, ползучие твари сильно поумерили свои аппетиты. По большому счету полузмеям было все равно, что жрать, лишь бы оно было живое. Людей, конечно, они любили больше, но дичь в округе исчезла благодаря им. Так же полузмеи любили места скопления темной ци. Клан Ху таких мест старался избегать, а полузмей они напротив привлекали. Это Яо так же посчитал важным и написал об этом главе Цин Хе Не. Господин Ху прибыл лишь через день и все это время Байху не давал Яо нормально поспать, то задавая бесконечные вопросы про людей, то проказничая, то и вовсе кусая за ноги, стоило лишь начать дремать. Господин Ху опять пришел тайно. Байху заранее почуял приезд деда, так что слугу Яо отослал, сказав, что хочет немного вздремнуть перед дальней дорогой. Выслушал рассказ внука старик покачал головой. — Нехорошее дело, господин Цзинь. Значит где-то есть змееныши. — Мы с главой Цзян собрали все яйца, — Яо был уверен, что яйца уничтожены вместе с их мамашей. — Выходит что нет. Я разве что могу попробовать избавить вас от потери ян, покуда ваше потомство вас не убило. — Они… — Однажды они стащили одного из моих племянников и тот едва не умер, пока мы не догадались найти змеиное гнездо и перегрызть все яйца. Яо даже представить побоялся, что там могло народится у полузмей и лисиц рядом с таким скоплением темной ци. — И это помогло? — Вполне. Хань Сюн вполне поправился, хоть лечить его пришлось долго. Его старшая дочь уже помогает наматывать нитки для ткачества. — И что нужно сделать? — Вам надо найти змеенышей. Думаю, они со дня на день вылупятся. А я пока могу опробовать отвадить их от вас. — Каким образом? — Яо пережил в жизни много всего странного, но что ожидать от лисиц он не предполагал. — Мне нужно сделать одну совершенно непозволительную вещь. Знаете,не всем это нравится... - Что нужно? - Яо по большому счету согласился бы на практически все. - Мне надо,уж простите господин Цзинь, лечь спать на вашей голове, чтоб я мог вмешаться в ваш сон. Яо в ответ кивнул. Он ожидал куда более страшных вещей. Лечь спать было настоящим блаженством. Яо все время с момента возвращения из змеиной пещеры себя ощущал слегка сонным и пойти на поводу у этого желания было так приятно и... правильно. Господин Ху обернулся лисом и устроился на волосах Яо. Специально попросил их распустить и долго раскладывал за подушкой, прежде,чем улечься на них в своем лисьем облике. Страшно или неприятно не было. Лисий мех приятно согревал и это тепло еще сильнее убаюкивало. Засыпал, Яо услышал зевок в изголовье. Девицы уже ждали его за пологом. "Наш господин, мы так соскучились! Позвольте предложить вам вина. Позвольте поцеловать вас…" — извивались вокруг две красивых девы в легких шарфах. Более на них не было ничего. Они улыбались и щебетали наперебой о том, как же заждались, как изнывают от нетерпения и тоски. Яо сидел как обычно посереди мягкого ложа под богатым пологом. Красавицы обняли его с двух сторон, стремясь к завязкам штанов, хохоча, целуя, всячески обхаживпя его и мелодично звеня шпильками при каждом движении. Одна из них уже пригнулась, чтоб обхватить губами корень ян своего господина, как за полог пролез господин Ху в своем лисьем обличье. Он смотреть и церемонится не стал, а быстро тяпнул смелую девицу за ногу. Та сначала взвизгнула, но визг перешел в шипение. Ее милое личико вдруг обернулось зубастой пастью с раздвоенным языком и длинными клыками. Красивое женское тело исчезло, став змеиной головой. Яо опешил от такой перемены, но инстинктивно поспешил спрятать между ног свой едва не откушенный змеиными зубищами член. Ее сестрица было попыталась спрятаться за Яо, но тот крепко схватил девушку за руку, не давая ей сбежать. После укуса господина Ху она так же обратилась в шипящую змею,покрывшись коричневой чешуей. Яо голым задом ощутил, что ложе под ним шевелится. До этого он сидел на роскошной кровати, но сейчас это было что-то иное. Он глянул вниз и обомлел. Он сидел на свернутом в тугое кольцо змеином туловище, которое раздваивалось. Обе головы полузмеи шипели на господина Ху. Яо спрыгнул на пол. Богатый полог исчез без следа. Они были в пещере, где с земляных стен свисали корни. Это место было отчасти знакомо. Тут Яо видел разрубленную полузмею, придавленную камнем. Не хватало лишь дыры потолке. В боковом ходу мелькнул еще кто-то. Яо выхватил откуда-то струну от гуциня. откуда она взялась на голом теле он подумает после. Во сне и не такое ведь бывает. Под ногами вился Байху, пытаясь вцепиться полузмее в хвост. Когда ему это удалось и она взвилась от боли, господин Ху прыгнул и вцепился в горло одному из тел. Яо взмахнул струной, пленяя вторую. От этого нападения двухголовая змея опять отчасти приняла человеческий облик. Ее головы стали опять женскими, с растрепанными привычками и выпавшими шпильками, заменив змеиные морды. На чешуйчатых, гнущихся во все стороны шеях это выглядело совсем уж пугающе. Господин Ху все крепче впивался зубами, Байху изо всех сил пытался отгрызть змее кончик хвоста,а Яо туже и туже затягивал струну на змеиной шее. Полузмея билась и извивалась, силясь сбросить нападающих. Женские головы то начинали улыбаться,то вдруг рты открывались огромными змеиными пастями, пытаясь укусить в ответ. Наконец змея стала шевелиться куда слабее и почти затихла. Женские головы со змеиными пастями, все еще продолжая двигать раздвоенными языками, вдруг начали становиться меньше и меньше. Огромное тело тоже будто начало усыхать.Наконец полузмея уменьшилась настолько, что Байху без труда растрепал ее в мелкие клочки и раскидал по всем углам пещеры. Яо резко проснулся. Над ним стоял и на чем свет стоит поносил слуг Цзян Чен. — Где эти бездельники?! Почему тут проходной двор?! Ты вообще заметил, что на тебе тут целая лисья семья спит?! Господин Ху по-прежнему был лисой, но от вида Цзян Чена проснулся и начал паниковать, не зная куда ему спрятаться. Он довольно ощутимо и топтался по волосам и вертел головой в поисках выхода. Байху незаметно соскользнул с подушки и уже пытался вылезти под матерчатой стенкой шатра наружу. — Ты чего расшумелся? — Яо всеми силами стрался отвлечь Цзян Чена от лисиц. — Какие лисицы? - Да ты сам глянь! У тебя будто шапка степного кочевника на голове! Господин Ху свернулся в большой ком и стал вправду походить на огромную меховую шапку. - Кажется, маленький Ху привел свою матушку познакомиться. Думаю,она хотела шепнуть мне на ухо,что благодарит за заботу о ее сыне, - Яо попытался свести все в шутку. — Что ты несешь? А вдруг это оборотни,которые хотели тебя загрызть? Они спали на твоей подушке! Мало того, устроились прямо на твоих волосах. — Если б это были оборотни,то они бы меня давно загрызли, а ты бы не заметил. В Пристани лотоса в моей постели вообще спала Фея и в этом не было ничего страшного, насколько я помню, - Яо осторожно пытался подушкой придать господину Ху нужное направление движения. — Но не на голове же! Ты вообще уверен, что это просто лисицы? — Да. Самые обычные. Я кормлю их каждый день, а они ловят мышей в моем шатре. Видимо, пробрались пока я спал, — Яо незаметно пытался пропихнуть господина Ху к той же дырке, через которую вылез его внук. — Этих нахалок надо переловить самих и пустить на оторочку зимнего плаща! - все больше распалялся Цзян Чен. Потерять из-за его гнева деревню, где делают дорогие ткани, Яо не желал. — Успокойся и не кричи. У меня и так голова болит, - он решил пустит в ход одно весьма действенное средство, заставляющее супруга убавить громкость. —  Голова у него болит! - начал яриться еще больше Цзян Чен. - А эти двое тебя лечить что-то и пришли?! - но потом осекся и продолжил тише.- Что ж ты раньше не сказал? — Ты мне рта не давал раскрыть, - так же тихо,почти шепотом ответил Яо.-  Я и прилег потому что что мне было нехорошо. Лекарь готовит для меня травяной отвар. — А где этот твой найденыш? — Цзян Чен решил на всякий случай поозирался по углам. — Я... Я послал его за водой, — хвост господина Ху благополучно исчез в дыре — Ты мне специально что ли зубы заговаривал? — Цзян Чен таки заметил исчезновение лисы. — Нет. Просто устал от твоих попыток контролировать все. Это была просто лиса. Она меня не съела и даже не пыталась. У меня болит голова, и я хочу отдохнуть. Цзян Чен нагнулся над постелью с желанием поцеловать супруга. — Я знаю одно отличное средство от головной боли, - начал было он. Настроения предаваться постельным утехам после битвы с двухголовой змеей у Яо не было вообще. Все вожделение будто отшибло. В этот момент полог на входе откинулся. На пороге стоял Бай Ли с кувшином. — Вот, как вы просили. Холодная, из родника… - чуть виновато пояснил он. Цзян Чен мысленно пожелал, чтоб этому маленькому засранцу гули обгрызли его оттопыренные уши. Под корень.