Дипломат

Яо готовился устроить в башне Кои репрессии всем, кто был на этой охоте. Хоть до смерти запытать, но добиться истины. Временный глава ордена Лань Лин Цзинь даже готов был лично этим заняться, вспомнив свою изобретательность при работе на несуществующий ныне Ци Шань Вэнь. Один только вид тех предметов внушал ужас. Яо наблюдение чужих мучений и увечий никогда не доставляло удовольствия, и свои изобретения он делал пугающими с первого взгляда. Страх так же неплохо развязывает языки. Яо всегда предпочитал действовать скорее силой убеждения и уговорами, прибегая к насилию лишь в крайних случаях. Сейчас был как раз один из таких. Его волновала даже не столько собственная жизнь — а его состояние было далеко от здорового — сколько покушение на племянника и дерзость, с которой оно было совершено. Он лично поверял все до начала охоты. До этого ущелье проверили второй господин Лань и Вей Ин на предмет каких-либо опасностей и едва ли они бы пропустили ловушку. До них туда ходило восемь заклинателей не один раз, чтоб обмерить эту несчастную навку и уточнить степень ее опасности. У этой твари определено не было корней еще утром. и все же тот, кто это все устроил совершил большую промашку. Он был среди всех этих заклинателей, стоявших лагерем в ожидании приезда наследника Цзинь. Вей Ин говорил, что такое нельзя сделать с большого расстояния. Этот кто-то был среди его или Цзян Чена подчиненных. То, что происшествие на охоте будет по песчинкам разобрано в Пристани лотоса Яо не сомневался. Во все, что касалось племянника тот был беспощаден: любил А-Лина до смерти и страшно было подумать, что станет с теми, кто посмеет обидеть Цзинь Лина. Вероятно, быть сожранным голодными юнмэнскими гулями будет вполне хорошей перспективой по сравнению с гневом главы Юн Мэн Цзян в таком случае. Атмосфера на обратном пути царила весьма гнетущая. А-Лин, конечно, был очень горд и предвкушал праздник, а вот его дядюшкам было неспокойно. И все шло наперекосяк. Яо принял решение остановиться по пути на почтовой станции. Там к вечеру никого не должно было быть и можно было спокойно обсудить кое-что, пришедшее ему в голову. Как на зло на едва открывшейся почтовой станции стоял шум и гам. Кто-то последними словами материл слугу, что подавал чай приезжим. Из открытого окна лилась отборная брань. Голос бранившегося показался Яо смутно знакомым. Слова шокировали разве что А-Лина. Цзян Чен от Яо наслушался выражений куда крепче и витьеватей. Удивить его тут было уже особо нечем. Яо решил разобраться в происходящем. Если на станции что-то не так, он обязан об этом знать. Настроение у него было дурное до крайности. Если советник, который занимается станцией что-то сделал не так, то Яо готов был отправить его составить компанию предполагаемым заговорщикам в подземелья. Еще только слухов не хватало, что тут лошади не хороши или комнаты слишком дороги. Тогда переселенцев будет не заманить. У поилки был привязан осел. Слуга как раз наполнял корыто, чтоб животное как следует напилось. Рядом стояли два не слишком объемных тюка, что были на спине осла. — Что тут происходит? — Яо спешился и подошел ближе. — Приезжий господин заклинатель недоволен поданным рисом, — склонился чуть не до земли слуга, едва увидев кто перед ним. — И давно он так бранится? — было даже интересно. А-Лина Цзян Чен отвел подальше, чтоб тот не слышал такого. Зато Бай Ху внимал чуть не с открытым ртом. Наверное, Хань Гуань Цзюня, будь он здесь, эта брань возмутила бы до крайности, но он и господин Вей отбыли в Облачные глубины на мечах как только это стало возможно. Слуга почесал в затылке. — Я успел за водой сбегать и вернуться. С полчаса, не меньше. Кажется, рис был и правда не хорош. Накал страстей внутри станции все возрастал. Только драки тут не хватало. Яо велел отряду спешится, чтоб вывести скандалиста на свежий воздух, если понадобится. -…слышь ты, лягушачья дочь, думаешь, если тут кто-то слепой, то помои не распознает? Да это месиво пахнет так, что безносый умрет от вони! Другой голос с куда более мирной интонацией пытался сгладить острые углы: — Может быть, не стоит браниться? Ты сам говорил, что здесь вокруг все задичало, вокруг все поля заброшены и нет ни единого обитаемого дома и рынка. Может, тут просто нет ничего более? — Нет — пусть привезут! А повариху, что варила этот рис, я пущу на подливу к нему сию секунду. Хоть наемся! Повариха, видимо, стояла рядом. — Не надо, не надо меня на подливу, господин заклинатель! Пожалуйста, нет! — женщина выбежала из дверей и налетела на одного из сопровождавших Яо адептов. — Зачем ты напугал женщину? — спросил все тот же пытающий успокоить скандалиста человек. — Так веселее! Яо даже не сомневался кого увидит внутри. За столиком у окна сидели трое: двое мужчин и девушка. Глаза одного из мужчин скрывала белоснежная повязка. Его одежды хоть и были обтрепаны, но сохранили свой изначальный светлый цвет и были старательно, хоть и не слишком-то умело, заштопаны. Девушка была весьма небогато одета, но ее одежда так же была аккуратно починена, а в волосы вставлена резная деревянная шпилька. — Кто здесь? — спросил он. Сюэ Ян обернулся и пробормотал под нос что-то: «Сейчас я ее!» — Что здесь происходит? — Яо желал выяснить, какого демона Сюэ Ян припожаловал в Ци Шань. Хотя наличие рядом с ним Сяо Син Ченя вселяло надежду, что все не так плохо. Сюэ Ян явно ожидал опять повариху, потому как дернул из миски палочки с куском слипшегося сероватого риса. Выглядел рис и правда не особо аппетитно. — Ах ты ж будь оно не ладно! — это было уже адресовано главе Лань Лин Цзинь. — А-Ян, кого ты там увидел? — Сяо Син Чень спросил это совершенно спокойно, явно зная в чей компании он сидит за столом. — Мэн Яо, ты чего такой разряженный? Никак муженек приодел? — Обращайся к главе ордена как подабает! — путь Сюэ Яну приградил один из адептов. — Че? — скорчил рожу Сюэ Ян. — Какого хоть ордена? Цзян что ли? — он кивнул на фиолетовую кисточку на поясе Яо. — Лань Лин Цзинь, пес паршивый! — пояснил вместо главы адепт. — И я тебя рад видеть, Сюэ Чен Мэй. — Какая цаца! — девушка, даром что была слепа, весьма ловко ткнула шестом по ноге Сюэ Яну, тот зашипел от боли. — А-Ян, веди себя прилично. Мы встретили добрых знакомых, — Сяо Син Чень приветливо улыбался и кланялся. — Рад встрече, глава Цзинь! Сюэ Яна как подменили. Он вдруг встал и отвесил вполне приличный поклон. Слепой заклинатель будто за какую-то ниточку дернул и - раз! — хулиган и скандалист стал вполне приличным человеком. Девушка так же поднялась из-за стола, продолжая жевать, поклонилась и тут же села, опять принявшись за еду. — Простите А-Яна, глава Цзинь. Он посчитал, что здешние слуги пытались меня обмануть, раз я слеп. — А что не так?! — оправдывался Сюэ Ян.- То тебе на базаре вместо овощей гнилья напихали, то тут! — Я разберусь, — заверил Яо. Повариху, не сумевшую рис сварить, стоило выгнать взашей, так что временный глава ордена удалился в сторону комнат начальника станции,чтоб выяснить этот вопрос. Между тем из кухни выбежал напуганный визитом важного гостя слуга и принялся хлопотать, устраивая важных гостей как можно удобнее и смекнув, что скандальный путник знаком с главой Лань Лин Цзинь, старался изо всех сил угодить ему. Дверь на улицу опять распахнулась и величественно вошел Цзян Чен. Вероятно, он подумал, что тишина означает не самое хорошее развитие событий. Сюэ Ян заржал, увидев его, но голову все же склонил. Цзян Чен, впрочем в долгу не остался и вместо приветствия выдал: — Какие гули болотные тебя сюда принесли?! — Соскучился, — засмеялся еще пуще Сюэ Ян с полным ртом. — А-Ян! — Сяо Син Чень явно осуждал такое поведение. Девушка молча ела рис, глядя в никуда, будто ее все происходящее не касалось вовсе. Яо между тем выплыл откуда-то из глубин коридора, беседуя с начальником почтовой станции и выясняя, отчего рис выглядит столь неаппетитно. К возвращению главы Лань Лин Цзинь был накрыт вполне приличный стол и не выпить свежезаваренного чая было бы попросту неприлично.Так же Яо не терпелось узнать, каким ветром сюда занесло Сюэ Яна и чем это все может обернуться учитывая специфику Ци Шаня. На счастье Сяо Син Чень сохранил свой кроткий и добрый нрав, отчасти умерив им злобу и агрессию Сюэ Яна. Последний был по-прежнему груб и остр на язык, но вел себя не в пример лучше. Зная нрав этого отброса Яо сперва даже удивился, что тот не устроил погром. Ранее Сюэ Ян мог просто развлечения ради разгромить и поджечь лавку или убить кого-нибудь, а тут всего-то наорал на плохую кухарку, причем вполне по делу. Вероятно, общение с Сяо Син Ченем и спокойная жизнь пошли на пользу. До недавнего времени они так и жили в городе И. Переезд назревал давно. Идея уйти жить именно в Ци Шань принадлежала Сюэ Яну, услышавшему об этом на рынке. Его привлекли условия. Он надеялся заполучить тут какой-нибудь не слишком развалившийся дом с землей и кучу нечисти, за которой можно гоняться в свое удовольствие на пару с даочжаном. Эти парные охоты будто носили для Сюэ Яна какой-то сакральный смысл. Так же он мечтал развести огромный огород с бататом прямо за домом и иметь садик, где можно поваляться после обеда и поболтать с даочжаном за чаем вечером. В похоронном доме в городке И было не развернуться. Слепой заклинатель лелеял надежду на этих землях таки создать свою школу, куда может прийти любой желающий и учиться не только совершенствованию духа,но и своих моральных качеств. Только все это откладывалось и откладывалось. Сяо Син Ченю принимать учеников в похоронном доме так же не очень получилось бы, хоть и хотелось. Там порой втроем развернуться было негде, не что взять хоть еще одного ученика. А-Цин подросла и была в том возрасте, когда приличным девушкам пора бы уже выйти замуж или хотя бы иметь отдельную комнату. Похоронный дом стал тесноват для них. А-Цин никто не спрашивал особо, но ей идея уйти из полного похоронных принадлежностей городка не претила. В конце-концов, она не дерево, чтоб всю жизнь торчать на одном месте. Так что эта разношерстная компания направлялась в одну из отдаленных деревушек, узнав, что в Ци Шане можно за просто так получить домик и землю. Нежить никого из них не пугала. Вроде бы даже А-Цин научилась достаточно ловко орудовать своей палкой, чтоб отбиться от чего-то не очень крупного. Советник, посланный переписать переселяющихся был рад паре заклинателей. Эти точно не сбегут и понимают, куда едут. Сюэ Ян где-то по дороге стащил осла, чтоб не тащить все их нехитрые пожитки и по этой причине они отстали от тех самых крестьянских обозов, что были тут некоторое время назад. Сначала Сяо Син Чень порывался вернуть осла или расплатиться за него с хозяевами. Однако осел обладал столь строптивым и упрямыми нравом, что хозяин, вероятно, ничуть о нем не жалел и был рад от него избавиться. Еще день Сюэ Ян пытался тащить осла на поводу, но тот упирался и не желал идти. Еще через день А-Цин раздобыла где-то яблоко и выяснилось, что осел их очень любит и умеет очень резво бегать вслед за нежелающей отдавать свою еду девушкой. Дальше дорога пошла лучше: Сяо Син Чень нашел где-то пару отличных яблок и осел начал вести себя вполне прилично. Об этом Сюэ Ян рассказывал с такой гордостью, будто слепой заклинатель усмирил адского демона, а не заставил осла идти по дороге в нужную сторону. Эти разговоры будто немного успокоили. К концу вечера Яо незаметно отозвал Сюэ Яна в сторону и вынул из рукава небольшой мешочек с серебром: " У меня для тебя есть задание".