Дипломат

Содержимое цанькуня не поражало. Пара мешочков лечебных трав, обезболивающие пилюли, бинты, пачка талисманов. Цзян Чен взял их и пролистал. Серых не было. На всякий случай Цзян Чен сам залез в рукава Яо, но ничего кроме расчески там более не нашел. Под поясом так же ничего не оказалось. — Можешь обыскать весь мой кабинет, если пожелаешь. Здесь ничего нет. — Ты все спрятал? — Цзян Чен начал остывать от первых эмоции и как-то конкретнее обдумывать свои подозрения. — Если так, то я добьюсь твоего ареста! — Мне нечего было прятать. Твой визит ведь был весьма неожиданным, — Яо объяснял это столь терпеливо, будто перед ним был не супруг, а упрямый малолетний ребенок. — Точно? — Если тебе интересно, практикую ли я темный путь — ты можешь поискать на мне темные метки или воспользоваться компасом зла, — последняя идея была довольно рискованной. Если оборотни приняли Яо когда-то за нежить, то неизвестно, как бы на него среагировал компас. На всякий случай временный глава Лань Лин Цзинь предпочитал не пользоваться им на ночных охотах. В Ци Шане компас в его руках как-то начал крутиться во все стороны, но тогда удалось отговориться нечистью, что была со всех сторон. В принципе первый способ был сейчас лучше сразу по двум причинам: меньше риска вызвать еще вопросы и вероятность того, что вид обнаженного тела настроит Цзян Чена более мирный лад. — Поищу, не сомневайся, — Цзян Чен почти ыплюнул ответ. — Раздевайся сию секунду! Раздевать себя Яо не мешал. Напротив. Сам ослабил пояс и снял верхние одежды, предоставив Цзян Чену самому избавить супруга от нижних. Цзян Чен прошелся руками по всему его телу, но не нашел ровным счетом ничего похожего не свежую темную метку. Отметил разве что Яо и вправду поправился и стал аппетитнее в некоторых местах. Но кожа была гладкой, темных холодных пятен на ней не было ни одного. Цзян Чен с большим удовольствием продолжил бы, но Яо спешно подхватил и накинул на плечи свои нижние одежды, разбив эту надежду. — Не упускай из виду что только что произошло, — Яо повернулся и нагнулся за нижними штанами, что лежали позади. Вся его одежда, включая сапоги и носки была вокруг на полу, будто ее как попало сбросили в разгорающейся страсти. Цзян Чен как-то за открывшимся видом немного потерял нить разговора. — В смысле? — Тебя кто-то довольно успешно пытался натравить на меня. Ты примчался сюда бегом с обвинениями и едва не арестовал меня, — до Цзян Чена наконец дошла суть ситуации. Яо уселся на пол и начал подбирать нижние штаны, чтоб натянуть носки, но рассуждать ему это не мешало. — Прости. — В любом случае этот кто-то в этот раз промахнулся. — Промахнулся? — Да. Вероятно, талисманы или еще какие-то неопровержимые улики ты должен был найти и у меня, но их не смогли подбросить. Однако этот кто-то очень хорошо знает меня, тебя и все, что сейчас происходит. — Ты опять будешь обвинять господина Цая? — Доказательств я не нашел, но подозрения не снимаю. Слишком уж хорошо кто-то знает твой характер и все твои подозрения относительно меня. Теперь скажи, откуда у тебя эти талисманы, пока я не начал думать, что это все твоих рук дело? — Твой слуга, что прибирает здесь, сказал, что взял их в твоем кабинете. — Еще раз повторяю: в Цветущем саду прибираются две женщины. Слуги мужского пола приносят сюда дрова и тяжести. И ни один из них не войдет в мой кабинет, если меня в нем не будет. — Откуда такие предосторожности? — А ты позволишь Аи-Аи рыться в твоих бумагах? — довод был понятный. — Вот и я о том же. Будь даже у меня что-то такое, я не позволил бы слугам это увидеть и уж тем более унести. Ты видел того, кто тебе это дал? — Да, это было немолодой слуга, –Цзян Чену было стыдно за собственную опрометчивость. Он пошел обвинять Яо просто взяв два талисмана и не проверив ничего. Чем он лучше племянника? Тому хоть в силу возраста можно такое простить, а глава Юн Мэн Цзян уже взрослый человек, ему не стоит быть опрометчивым. — Надо его разыскать. Я хочу сам послушать где он взял эти талисманы и когда. Яо в душе был насторожен, но в то же время в нем проснулся азарт погони. Это были те же люди, что похитили его, те же, кто запугали Сюань Юя и украли осколок печати Вей Ина. Сейчас он шел по их следам и оказался весьма близко. Выходя Яо приказал привести Бай Ли, где бы тот ни был и разбудить если спит. Начали они с дома, где жили слуги. Половина людей, что работали на кухне и в саду давным-давно уже спала, чтоб еще до восхода солнца начать прислуживать господам и готовить завтрак. Никто не мог понять, с чего такой переполох. Половина работников еще была занята своими обязанностями в покоях господ или уборкой в кухне, так что увидеть удалось далеко не всех. Того самого слуги здесь не было. Едва ли он был чьим-то личным слугой. У них и одежда была побогаче, и времени поджидать кого-то в кустах без ведома своих хозяев не было. Бай Ли Яо приказал осмотреть все углы в Цветущем саду и это было совсем не то, чего ожидал Цзян Чен. Он предполагал, что шустрого мальчишку сейчас отправят куда-нибудь с поручением. Подросток кивнул и исчез даже не задав вопросов, что ему искать. Слуги не оказалось и в кухне, и рядом с бадьями с водой, и у мусорной кучи. Не было его в числе тех, кто зажигал фонари в саду или относил еду привратникам. Будто в воду канул. У Цзян Чена даже закралось подозрение, что он не распознал фантом как и племянник. Однако Яо был уверен, что просто так пропасть в башне Кои не получится и какие-то следы да останутся. Они прошли тем же маршрутом, каким шел в свои покои Цзян Чен до самых кустов. Ветви в том месте, где поджидал слуга, были примяты и сломаны. Так что это явно был не фантом, а вполне живой человек. Поблизости, правда, не оказалось более видимых следов или ведущих куда-то отпечатков сапог. На помощь позвали Фею. Сонный А-Лин так же пришел с ней. Любопытство перевесило желание лечь отдохнуть. Правда, никаких внятных объяснений от дядюшек он не получил. Выглядело все так, будто они гуляли по саду и осматривали владения. Для стражников и вовсе была версия, что глава Юн Мэн Цзян потерял где-то подвеску на пояс, что вызвало у А-Лина лишь хмыканье. Дядя Цзян на поясе носил лишь клановый знак. Фея вопреки ожиданиям взяла след. На талисманы она зарычала лишь увидев их. Вероятно, они побывали в руках тех, кто некогда совершил дезркий налет на Пристань лотоса. Запах слуги на них так же оставался. И если Восьмая тетушка непонятно как оказалась в своих запертых и пустых покоях, то тут все было куда проще. Собака ломанулась куда-то сквозь кусты в самую глубь сада. Яо едва успевал за ней. Цзян Чену тоже пришлось бежать со всех ног. Но долгой погоня не была. Буквально в двух сотнях шагов Фея остановилась и всем своим видом показала, что они у цели. В темноте толком ничего не было видно. Они стояли опять в каких-то зарослях, еще гуще тех кустов. Цзян Чен снова сотворил талисман света. У корней кустов, прямо на земле, свернувшись калачиком крепко спал тот самый слуга. Яркий свет его разбудил, он сел, закрываясь рукой от вспышки. — Кто вы? — слуга смотрел на Цзян Чена совершенно неузнающим взглядом, видимо, спросонья не поняв, кто перед ним. — Не узнаешь, паршивец? — теперь так и не утихший гнев был направлен на этого человека, посмевшего плести козни против Яо. — П-п-простите мою непочтительность, господа! — слуга поклонился так, что лбом уткнулся в землю. Голос у него дрожал. Видимо, он понял, кто его обнаружил. — Поднимись! — эти до сих пор непривычные властные интонации Яо заставили пробежать волну приятных мурашек по спине Цзян Чена. Супруг был хорош в этот момент. Было в этом что-то даже эротическое. — Кто ты такой и чем занимаешься в башне Кои? — Меня зовут Ван Тун, я служу на кухне башни Кои уже двадцать лет, господин глава! — А теперь расскажи, где ты взял то, что дал главе Юн Мэн Цзян? — Кому?