Дипломат

— Я надеюсь, это не ты побеседовал с одним из глав мелких орденов об оборотнях? Цзян Чен аж вздрогнул. До этого его голова была занята довольно приятными мыслями и весьма смелыми фантазиями. Вообще у него было сегодня две темы для разговора с супругом: одна касалась дел ордена Цзинь, а вторая их взаимоотношений. И о какой из них лучше поговорить было еще большим вопросом. Первая вполне могла закрыть любые намеки на вторую, а вторая могла еще больше обострить восприятие первой. Цзян Чен очень хотел убедить Яо все же избавиться от оборотней. Если дело в деньгах, то он готов был одолжить от имени Юн Мэн Цзян некоторую довольно кругленькую сумму Лань Лин Цзинь. Все же благодаря Яо орден совершенно не бедствовал и мог позволить себе даже некоторые излишества. К тому же, ничего убедительнее он не придумал. Первый советник был уверен, что господин Цзинь достаточно разумен и риску для репутации ордена предпочтет долг. Но, похоже, было поздно, коль Яо прямо с порога спросил о таком. При таком раскладе разговор по второй теме рисковал вовсе не состояться, что было весьма досадно. Цзян Чен еще в свой прошлый приезд хотел немного ближе пообщаться с супругом, но появление серых талисманов отвлекло и переключило в другое русло. Нет, конечно, к нему заехал ненадолго в гости Не-сюн, но это все было не так… Не так сладко что ли. С Яо оно выходило совершенно иначе. Нет, с Не-сюном тоже было замечательно, но совершенно по-другому. И его супруг, и его любовник были хороши каждый на свой лад. Если б надо было выбирать, кто из них лучше Цзян Чен очень бы затруднился с этим выбором. Яо был стыдлив и довольно холоден, но занятия любовью с ним рождали в душе какое-то умиротворение, хрупкую нежность и ощущение правильности бытия. Не-сюн занимался любовью с таким пылом и упоением, что это завораживало, но… не было того послевкусия. Все же занятия любовью с Яо вышли за грань чисто физических ощущений уже давно. С Не-сюном все как раз больше сосредотачивалось именно на физических ощущениях и отсутствие чувств, что, кажется, второго господина Не не слишком смущало. В общем все это было сложно и запутано дальше некуда. Жалко нельзя их рядом положить и любить сразу двоих! Собственно, в эту прекрасную грезу Цзян Чен и погрузился в ожидании супруга, который где-то застрял после совета орденов. Яо и Не-сюн немного похожи: примерно одного роста и схожего сложения. Цзян Чен хоть убейся не мог припомнить Яо в юности, но не Хуай Сан как-то проболтался, что со спины их не раз путали в то время не шибко внимательные адепты Цин Хе Не. Супруг и любовник главы Юн Мэн Цзян, наверное, прекрасно бы смотрелись рядом в одной постели. Слишком прекрасно. Обнимали бы его в четыре руки… Цзян Чен где-то в глубине души даже заронил надежду хотя бы попытаться это сделать. Не-сюн порой подбрасывал очень смелые идеи и вполне мог соблазниться такой вот фантазией. С Яо все было сложнее. Но ложились же они втроем с главой Лань и наутро от стыда господин Цзинь не умер. Правда, повод устроить такое у них был все же не от хорошей жизни. Хотя кто знает, может Яо таки подрастерял свой стыд… — Про каких оборотней? — Цзян Чен даже не сразу понял, о чем Яо спросил. — Про тех самых. — С чего ты взял? — На малом совете орденов господин Хань громко и вслух заявил, что в башне Кои водятся оборотни. — И? - Цзян Чен уже готовился возмутиться беспочвенными обвинениями и всей сутью ситуации. — Я не стал отрицать, - сообщил Яо спокойно. — Ты совсем из с ума сошел?! — Отчего же? Если не ты это сказал, значит заговорщики сделали свой ход. Малый совет орденов я успокоил: предъявил им Фею. Она оборотень и живет в башне Кои. Все чистая правда, все довольны. — И господин Хань? - недоверчиво уточнил глава Юн Мэн Цзян. — Особенно. Я пригласил его посидеть у огня и поговорить. — То есть он сейчас сюда припрется? — Цзян Чен был недоволен. Его фантазия его распалила, и видеть тут какого-то наглого выскочку из крошечного клана он не хотел — Нет. Мы уже весьма славно пообщались в подземельях и господин Хань обещал к утру непременно вспомнить, кто же в башне Кои такой говорливый. — А ты после не боишься скандала? — Отнюдь. Меня поддержал в этом решении весь малый совет орденов. Господин Хань так же знает, чем могут закончиться нападки на главу ордена, которому он присягнул. И если у него хватило смелости обвинять меня на малом совете, значит должно хватить смелости и отвечать за свои слова. От такого Яо мурашки шли по коже. И это лишь подстегивало непристойные фантазии у Цзян Чена. Такому супругу хотелось отдаться. - Это... это серьезный шаг со стороны ордена Хань... - Цзян Чен порадовался, что не краснеет. - Весьма. И так же довольно глупый шаг со стороны заговорщиков. - Почему? Довольно умно попытаться выставить тебя в неприглядном свете таким образом... - Во-первых, они слишком точно обозначили свои мотивы. Во-вторых в отличие от повара господин Хань действовал в самой что ни на есть здравой памяти и едва ли он ничего не помнит. - Он согласился все рассказать? - Даже если нет, это все равно слишком опрометчивый и неосторожный шаг заговорщиков, который в итоге приведет меня к ним. То ли они окончательно обнаглели, то ли почему-то торопятся...- Яо встал и прошелся из сторону в сторону в гостиной Цветущего сада, где они оба сидели. - И что по-твоему их подтолкнуло? Ты планируешь перестановки в ордене? - Пока нет. Хотя я кое-что замышляю.