Дипломат

Дальше все покатилось со стремительностью снежной лавины в горах Цин Хе. Тот самый «корень жизни» оказался средством весьма эффективным, хоть и помогал от совсем иной болезни. Цзян Чену оказалось достаточно маленького кусочка, чтоб не давать после Яо целую ночь ни минуты покоя. Сам Яо этому рад не был совершенно. Он предпочел бы вздремнуть. Сонливость становилась с каждым днем сильнее и сильнее, а сил — все меньше и меньше. Через пару недель Яо не мог более нормально публично вести дела, хотя и не оставил своих обязанностей. Сым И даром что опознал этот сложный яд, но все же не понял, как именно был изменен рецепт. Даже талант Бай Ху и его нос тут толком не помогли. Все известные средства были исчерпаны. Цзинь Лину пришлось теперь стать лицом ордена. Здоровье Яо стремительно ухудшалось. Он практически не выходил из Цветущего сада, бесконечно листая в свободное время книги в поисках хоть чего-то еще, что они пропустили и намереваясь провести свои последние дни в Облачных глубинах. Лань Хуань уже согласился на это. Чем меньше времени оставалось у Яо, тем страшнее ему становилось с одной стороны и легче — с другой. Умирать вдруг стало страшно. Даже если просто уснуть в объятьях Лань Хуаня. Но ведь будет следующая жизнь, в которой все будет иначе.Может быть лучше? Цзян Чен не знал, что ему делать. Наверное, он с радостью отдал бы половину жизни или золотое ядро, если б это могло помочь его супругу. Ци, которую отдавали Яо, продлевала его жизнь, но не могла повернуть все вспять и этот способ так же себя исчерпывал. Лань Хуань буквально сбежал из Облачных глубин к неудовольствию дяди и старейшин. Госпоже Лань лучше было бы побольше времени проводить с мужем, но счастливый отец предпочитал проводить время непонятно где. Однако надо отдать должное госпоже Лань: именно она убедила Учителя Лань и старейшин, что ее мужу необходимо провести время с заболевшим названным братом. Для него это большое горе, а правила предписывают помогать нуждающимся и лечить больных. В общем, госпожа Лань в очередной раз смогла убедить старейшин, что она достойная супруга главы ордена, а ее муж делает все правильно. Возможно, с ее стороны это было ответом на то, что ее муж в упор не замечал ее весьма близких и теплых отношений с госпожой Гао. Не Мин Цзюе приехал навестить названного брата едва до Нечистой Юдоли дошли слухи, что глава ордена Цзинь нынче совсем не выходит из своих покоев. Не Хуай Сан увязался за ним, надеясь все же поговорить с главой Юн Мэн Цзян. И пока младший из братьев Не пытался догнать стремительно уходящего по затейливым дорожкам чуть ли не бесконечного сада башни Кои от него Цзян Вань Иня, названные братья остались посидеть втроем. Яо по привычке пытался изображать, что с ним все нормально, однако изменения были слишком уж очевидны. Разговор не клеился. Не Мин Цзюе был как-то не готов к тому, что узнал и увидел. Знал бы изначально — сделал бы иначе. Сначала разобрался бы, а лишь после требовал ареста Сыма И. Разговор был несколько тягостным, то и дело прерываясь. Нарисованный Лань Хуанем горный пейзаж, где якобы находилось то самое Кипящее озеро, Яо повесил недалеко от постели в надежде сравнить это с другими картинами. Сходства он пока не нашел. Обычно Не Мин Цзюе не слишком-то обращал внимание на произведения искусства. Они его не трогали и были для него совершенно непонятны, а тут он задержал свой взор на картине и произнес: " Вот у кого-то неугомонные ноги на Проклятый хребет лезть!». Лань Хуань, перерисовавший этот пейзаж из книги, понятия не имел, где это место. В самой сказке так же объяснение было весьма путанным и если точно следовать картам, то там вовсе не было никаких гор и в помине. Даже холмика небольшого не было. Господин Ху некогда так же не нашел это озеро, хоть и очень хотел это сделать. Лань Хуаня и Цзинь Гуань Яо эта фраза весьма взбодрила. — Первый брат, ты знаешь это место? — несколько удивился простоте отгадки Яо. — Ясное дело знаю. Это ж Проклятый хребет! В детстве сказки о нем от няньки слушал, а в юности отец предупреждал, чтоб я туда не смел ездить. — И ты… ты знаешь где он? — Лань Хуань спрашивал осторожно, но явно был воодушевлен. — Конечно знаю. Вам он на какого демона сдался? — глава Не недоумевал, чем его названных братьев так заинтересовало это место с крайне дурной славой. — Есть легенда, что внутри одной из этих гор есть пещера с озером, которое может вернуть утерянное, — пояснил Яо. — Я от отца другое слыхал. Что там есть пещера, из которой еще ни один человек не вернулся, — это было крайне скупое изложение той истории, что передавалась от отца к сыну в Цин Хе Не. Подробности даже на взгляд умудренного жизнью Не Мин Цзюе был и жутковаты. — Первый брат, я прошу тебя как брата и друга, как благородного человека. Помоги найти туда дорогу, — буквально взмолился глава Лань. Он слишком уж много выстрадал ради отношений с Яо и готов был на любой, даже самый призрачный шанс сохранить его жизнь. — Лань Хуань, эта сказка скорее всего лишь сказка, — Яо уже успел проверить некоторое количество легенд и ни одна из них не была правдой. Пилюля бессмертия Сыма И оказалась пустышкой, но счастью не опасной. Каменная богиня — крайне злобной тварью, пожирающей души. Древо, что растит ян, вырастило не то, что нужно и не тому, кому нужно. — А-Яо, а если нет? Мы по началу ведь думали, что и эта гора — лишь плод фантазии художника. Я не хочу терять шанс, если он может быть, — Лань Хуань понимал, что надежды мало, но хотел хотя бы попытаться. — Я проведу вас туда. Только одни вы не поедете. И даже не с Цзян Вань Инем. Проклятый хребет нелегко преодолеть. Не Мин Цзюе рассказал много. Проклятый хребет был неким сакральным местом для Цин Хе Не. Там водилось то, что некогда послужило основой для первой души сабли. Само же место в легендах ордена Не считалось крайне опасным. И это у бесстрашных Не! Почему никто уже не помнил, но из всех уехавших туда вернулся лишь предок Не Мин Цзюе, что научился заклинать при помощи духа сабли, да пара очень сильных заклинателей, утверждавших, что еле ноги унесли от населявшей горные леса нежити и призраков. Цзян Чена известие с одной стороны обрадовало, с другой все было очень уж сомнительно. Однако он поддержал идею ехать туда и начал торопить всех в дорогу. Слуги, некогда считавшие что временный глава Лань Лин Цзинь одурел от власти и много от них хочет были вынуждены взять свои слова обрано. Ну и ко всему прочему прикусить языки: глава Цзян вежливым и терпеливым не был никогда, а сейчас — особенно. Глава Лань упросил его подождать пару дней и взять еще двух попутчиков: второго господина Лань с супругом. Вместе эта чета была непобедима, но и каждый поодиночке многого стоил. По слухам Проклятый хребет был пропитан темной ци, а кто с ней лучше справится, если не самый сильный темный заклинатель из живущих? Даже в новом слабом теле второго господина Цзинь господин Вей все равно был на редкость силен. Цзинь Лина брать не хотели ни оба его дяди, ни глава Не. Наследник Цзинь проявил поистине цзянскую настырность и объявил, что едет вместе со всеми. Никакие разумные доводы на него не действовали, а когда Яо было заикнулся об ответственности перед орденом, то Цзинь Лин привел в ответ десяток доводов и напоследок напомнил, что есть еще Цзинь Жу Сун, если уж речь идет о наследниках. В дорогу выдвинулись ввосьмером. Три названных брата, глава Юн Мэн Цзян, второй господин Лань с супругом, Цзинь Жу Лань и Бай Ли, который отправился в качестве лекаря и помощника. Господин Ду хотел бы ехать сам, но был слишком стар для таких путешествий и не хотел быть обузой. Два старика могут слишком замедлить путь. Бай Ли будет ехать куда проще. Сам господин Цзинь в седле держаться мог, но сил у него было не так много как обычно. Сил Яо хватило до первой ночевки. Выехали они из Нечистой Юдоли в сторону мест, где не жило ничего кроме нечисти. С одной стороны это было и неплохо: меньше любопытных глаз да длинных языков. Однако ночевать надо было в походных условиях, что радовало главу Не да двух юношей, чья кровь была горяча. Кажется, глава Не скучал по чему-то такому, окруженный покоем и достатком в своем доме, и предвкушал завтрашний переход по совсем уж диким местам. Вечером в лагере было разбито четыре шатра для каждого из орденов. Не Мин Цзюе сам обошел периметр, оставляя охранные заклинания. Яо, почти лишенный сил, был легкой добычей для любого зверя или нежити, что питается человечиной, и не смог бы уже отбиться сам от какой-либо голодной твари случись что. Цзян Чен так же заметил усталость супруга. Лань Хуань устроил Яо спать самым первым из всех. Поздней ночью случилось совещание глав Цзян и Лань, которые решили рискнуть и дать их общему возлюбленному возможность перенести трудную дорогу. Их самих это тоже могло поставить под угрозу, но если Яо не сможет преодолеть эти перевалы, то смысла в походе не будет никакого. Яо сначала отпирался, не желая делить ложе с двумя мужчинами, хотя понимал, что завтра путь может не выдержать. И все же через некоторое время согласился, понимая, что иного выхода нет. Надо было лишь умудриться сделать это тихо. «Да демоны вашу мать драли!» — раздалось от порога шатра Цзян в самый разгар процесса. Лань Хуань как раз почти довел Яо до пика ощущений, когда вспыхнул талисман света. Глава Не стоял выпрямившись во весь свой гигантский рост лишь в одном исподнем не смотря на погоду и не его время дежурить, держа одной рукой полог, а другой сжимая обнаженную саблю. Выражение его лица когда он понял, что происходит сменилось с ярости на такое, будто у его ног сдохло что, а он в это наступил и только заметил. И вот именно в этот момент пик наслаждения настиг одновременно глав Цзинь и Лань. Пытаться даже только после этих стонов сказать что это не занятия любовью было бы глупо. Поза тоже была весьма откровенной: глава Лань поднял ногу своего любовника, помогая тому сильнее расслабиться. Ко всему прочему глава Цзян вполне конкретно оглаживал своего супруга между ног. Глава Не окинул их тяжелым взглядом и вышел. Главы Цзян и Лань вышли к костру, горящиму в центре лагеря, едва Яо уснул. Не Мин Цзюе сидел там, мрачный и грозный, мешая длинной веткой угли в костре. Дежуривший до этого второй господин Лань ушел отдыхать. — Глава Цзян, про тебя я знаю, что тебе всегда не терпится. Но ты-то, Второй брат? Где ты свой стыд потерял, что ложишься с двумя мужчинами сразу? — Он… - начал было Цзян Чен — А ты, глава Цзян, этому разврату потакаешь! - Не Мин Цзюе был расстроен увиденным. Его младший названный брат был почти при смерти, а тут такое! — Это не разврат! - взвился в ответ Цзян Чен. Глава Лань пока пристыженно молчал. — Что же ты тогда там делал? Проверял, хорошо ли второй брат ублажает твоего супруга? — Первый брат, не гневайся, — сонный Яо, едва открывая глаза, выполз из шатра. — Это хоть и выглядит развратом вовсе не он. — Тогда что же это, Третий брат? - глава Не был несколько обескуражен этим ответом.- Объясни мне, дураку. Ты всегда говорил, что такие отношения не для тебя, что кровь тебе будоражат девы и тут я вижу такое. Или ты приноровился и это у вас нормально? — Молчи! — Яо развернулся к Цзян Чену. — Это не нормально и этому состоянию уже не первый месяц. Ян из моего тела исчезла из-за яда и ее место начала занимать инь, не давая, мне умереть, но превращая меня в темную тварь. — И это тут при чем? - Лань Хуань в ответ на эту реплику сделал небольшой шаг, заслоняя собой Цзинь Гуань Яо. — Я постарался избавиться от инь в своем теле, но для жизни мне нужно откуда-то брать ян. Это оказался самый действенный способ… - Яо явно стыдился всего произошедшего. Наконец голос подал и глава Лань. - Первый брат, если б мы этого не сделали, то Третий брат мог не выдержать завтрашней дороги. Не Мин Цзюе задумчиво пошевелил уголья в костре веткой, от чего в воздух взлетели несколько искр. — И иначе никак? - кажется, он вполне проникся настроением третьего из своих названных братьев. Тому явно все это было не по вкусу. — Мы испробовали несколько способов, Первый брат, но лишь этот оказался действенным для А-Яо. — Что вы там ещё пытались? — Одиночные медитации, пилюли и отвары, специальные упражнения, что укрепляют мужскую силу. Я пересмотрел все книги, что есть в Облачных глубинах на эту тему. Даже в запретных книгах не нашлось ничего подходящего. — Я держусь за счет ци и…вот этого, - Цзян Чен не ожидал, что Яо настолько стыдится происходящего, коль закончил фразу почти шепотом. — Стало быть тебя утомила дорога? — Не Мин Цзюе спросил это как-то устало. — Да. Я боялся, что завтрашнюю часть пути не выдержу, - Яо выглядел сейчас каким-то хрупким и уставшим. — Завтрашняя будет еще тяжелее. Иди-ка сюда, Третий брат. Не Мин Цзюе взял его за запястье. В тело Яо полилась духовная сила.