Дипломат

Цзян Чен ощущал, что почти доволен жизнью. В это лето все складывалось на редкость хорошо. Год был не дождливый и не засушливый, воду в озерах не мутила нечисть, лотосы из-за этого цвели на редкость красиво. Мелкие кланы вели себя смирно, не пытаясь оттяпать себе земель у богатого соседа. Песенка про сотню гулей по-прежнему пользовалась популярностью и поток нуждающихся в помощи или желающих учиться у столь сильного заклинателя был стабилен. А-Ся и А-Ли достаточно окрепли и подросли, чтоб начать купаться летом в озере с отцом. А-Ся на удивление хорошо освоился в воде, а А-Ли предпочитала не слезать с отцовской спины. Госпожа Гао так же стала бывать тут регулярно,но во время своих приездов вела себя на удивление здраво и не морщила нос, если сталкивалась с господином Цзинь. Яо в Пристани лотоса тоже теперь появлялся куда чаще и уделял супругу в постели почти столько внимания, сколько тому бы хотелось. Идея главы Лань о более частых встречах оказалась на удивление продуктивной. С середины лета Яо вроде даже стало лучше: перекос инь и ян пропал, однако свои визиты в дом супруга он не прекратил. Цзян Чен даже с некой легкой удовлетворенной усмешкой думал, что его супругу наконец-то начало нравится происходящее между ними в постели. По крайне мере некое удовольствие от "лечения" Яо теперь определенно получал, хоть его это поначалу и пугало. Еще в Пристани лотоса стал чаще появлялся племянник с Феей, прячась от своего вдруг ставшего строгим «мамочки» у грозного дяди Цзяна. Яо в самом деле многовато требовал от А-Лина, не давая тому толком набеситься и набегаться по охотам, как положено в таком возрасте. Зато глава Цзян давал ему эту возможность сполна. Сейчас Цзян Чен взял племянника на довольно интересный случай. Перед праздником Середины осени на краю Юн Мэна ни с того ни с сего вдруг появился зловредный дух. Откуда он тут взялся можно было лишь гадать: никто в окрестностях не умирал насильственной смертью чуть ли не с войны, кладбище было цело и не тронуто мародерами, в пяти окрестных деревнях лишь руками разводили. Недавно упились и утонули два пьянчуги, пытавшиеся выловить из пруда луну, чтоб продать ее и пойти гулять дальше на вырученные деньги, но дух не был одним из них. Да и смерть у них хоть и была позорной и глупой, но все же не жестокой. В общем, история была непонятной и довольно подозрительной. Дух поселился в лесу подле руин заброшенного храма и не давал людям спокойно пройти или проехать по единственной дороге в окрестностях. Все его деяния были довольно серьезными. Он напугал одну из жительниц ближайшей деревни так, что та родила раньше срока. У крестьянина, ехавшего продавать батат, по его вине сломалась телега. Третий путник, щедший пешком среди бела дня, едва не остался без своей поклажи и то лишь потому, что убежал сломя голову. Для неупокоенного духа этот вел себя уж слишком агрессивно. Цзинь Лин остался чуть поодаль, за поворотом дороги, что облюбовал дух. Цзян Чен решил прикинуться одиноким путником. Это была излюбленная добыча призрака. Сопровождающие их адепты так же затаились. Цзян Чен спокойно пошел по дороге, будто собирался попасть из одной деревни в другую.Бояться было нечего: он был достаточно силен, чтоб дать отпор самому свирепому призраку. Цзинь Лин готов был стрелять, а адепты держали в руках готовые талисманы. Дух, конечно, нашел одинокого заклинателя вполне подходящей добычей. Цзы Дянь сверкнул, готовясь лишить духа сил и умерть его злобу. К тому, что было далее, Цзян Чен готов не был. Дух хоть и лишился части сил, бросился на него и попытался занять тело главы Юн Мэн Цзян. Понятно, что просто так это у него не получилось. Зато он смог навредить Цзян Чену, что так же было немыслимо. Дух был не просто чьей-то душой, а сильнейшей темной сущностью, что по какой-то непонятной причине облюбовала столь неподходящее место. Цзян Чен от нападения духа вдруг потерял сознание, тот подхватил его и ринулся в храм. Стрела Цзинь Лина не успела совсем чуть-чуть! Вместо того, чтоб рассеять зловредную тварь лишь слегка зацепила. Адепты бросились к храму. Цзинь Лин с такой же яростью бился с навкой на своей первой охоте. Дух поддавался неохотно. Надо было найти талисман или проклятый артефакт, что давал ему силы. Десять адептов все были как на подбор сильнейшими во всем Юн Мэн Цзян. Чжоу и вовсе по уровню духовных сил и мастерству почти не уступал главе ордена. И все же этот дух вполне успешно противостоял им! Цзинь Лин скользнул позади духа, занятого адептами. Пока он не найдет источник силы этой сущности победить его будет сложно. Но где и что искать? А-Лин решил найти дядю. Вместе они что-нибудь придумают. Цзян Чен лежал в задней комнатке храма, засыпанный всяким мусором и обломками рухнувшей крыши. Дух будто просто хотел его добить и спрятать тело. Привести дядю в сознание мальчику не удалось, но он смог раскидать мусор. И тут на счастье появилась Фея, хоть ей было велено сидеть в кустах. С ее помощью Цзинь Лину удалось выволочь дядю из храма на свежий воздух. Однако битва не затихала. Кого-то из адептов дух успел ранить. Чжоу не мог попасть талисманом в зловредного духа, что было крайне странно. В углах храма клубилась темная ци, которой становилось все больше и больше. Цзинь Лин попытался что-то рассмотреть в этой тьме. Вдруг там лежит что-то? Компас зла будто сошел с ума, вращаясь во все стороны, едва стоило войти в храм. На улице он уверенно показывал в сторону покосившихся стен, но внутри! Цзинь Лин решил обежать храм снаружи, пока адепты Цзян удерживают духа внутри. Компас всегда точно указывал на стену храма, будто сломался. Стрелка не двигалась. "Фея, ищи!" - с момента появления Бай Ли Фея несколько поумнела и научилась находить темные артефакты. Но тут и она вдруг села и задрала голову. "Фея, ты чего?! Ищи давай!" Но собака осталась сидеть. Цзинь Лин не понял сначала, что это означает. Лишь присев так, чтоб его голова находилась рядом с собачьей, он увидел нарисованный под краем серой крыши прям на потемневшем дереве талисман призыва духов. Объяснить Чжоу в пылу сражения что-то оказалось непросто. Тот подумал, что юному господину Цзинь не хватает талисманов, чтоб обернуть проклятую вещь и, не глядя, вытряхнул десяток из рукава. "Да нет же, это не вещь и не тело! Весь храм один большой талисман!" Запечатать двери храма удалось, хоть и с трудом. Все адепты одновременно бросили по огненному талисману на старые деревянные стены. Огонь запылал зеленым. Дух внутри выл и метался, но вскоре затих. Цзинь Лин смотрел на этот храм-талисман и вспоминал кое-что, что вспоминать не любил. Темную ночь, дядю Цзиня, что зажимал рукой окровавленный бок, двух людей, что угрожали им мечами и лодку, которая была одним большим талисманом. Цзинь Лина пугала сама мысль о схожести той лодки и этого храма. Не одни ли это люди? Главу Цзян, не пришедшего в себя, погрузили в повозку, одолженную в деревне, и повезли домой. Очнулся Цзян Чен лишь в своей постели в Пристани лотоса. Хуже он себя ощущал лишь лежа в тесной земляной норе засыпанным по грудь яйцами полузмеи. Что произошло в разрушенном храме он не знал: едва дух пролетел сквозь него, как вокруг опустилась тьма. Цзинь Лин вкратце пересказал случившееся и непонятно, что его напугало во всем этом больше: перспектива потерять дядю или схожесть двух происшествий. После юный господин Цзинь отбыл в башню Кои, чтоб рассказать все произошедшее второму дяде. Яо выслушал рассказ Цзинь Лина с огромным вниманием. Кажется, дух был не простым злобным духом. Стоило съездить навестить супруга и узнать все подробнее. Может предложить построить башни и в Юн Мэне. Хотя Цзян Чен довольно консервативен и едва ли согласится. И стоило так же проверить свои предположения.

***

Секретарь растирал тушь. — Я раздам мелкие указания на несколько дней вперед. Надо проинструктировать адептов относительно охоты на особо злобных темных тварей. — В пределах нашего ордена появился кто-то опасный? - секретарь будто в самом деле удивился. — Нет. Но в Юн Мэне завелся злобный дух такой силы, что пострадал глава Цзян. — Неужели? - удивления в голосе стало еще больше и слышалась фальшь. — Нам также нужно быть готовыми если подобная сущность появится здесь. — Едва ли нам стоит чего-то опасаться с таким главой, - это явно был намек. Кажется, Яо не ошибся в своих предположениях. — Надеюсь, что он не умрет сейчас. Это будет некстати. — Судьба предопределена и ей виднее, что кстати, а что нет, - уклончиво ответил секретарь. — Предпочитаю сам выбирать свою судьбу. Главе Цзян пока лучше быть живым. — Правда? В случае его смерти вы ведь получите и свободу, и Юн Мэн. Что ж, ход мыслей заговорщиков был понятен. Яо как супруг наследовал управление Юн Мэн Цзян, что сделало бы подвластную ему территорию просто огромной. Даже с землями Ци Шаня Лань Лин Цзинь был одним из самых крупных, а с Юн Мэном он станет самым большим по площади. - В случае смерти главы Цзян поползут слухи, что это я убил его, что будет весьма неудобно. - И вы так боитесь судьбы? - Я бы предпочел посмотреть ей в глаза. - И вы не испугаетесь этого взгляда? - Ничуть. Предпочитаю знать обо всех превратностях , - это было уже наглостью. Яо почти прямо сообщил, что хотел бы встретиться с заговорщиками. Вычислить их по спискам людей из ордена Вэнь пока не получалось: слишком много было подозреваемых. - Тогда я могу устроить вам встречу с хорошим предсказателем, - слегка улыбнулся секретарь. - Он отлично гадает по костям.