Дипломат

Появление заклинателей с вернувшимся в нормальное состояние временным главой в башне Кои вызвало очень много слухов и пересудов. Еще бы! Временный глава не иначе как нашел источник вечной молодости, что для ордена было весомой заслугой, а значит авторитет Лань Лин Цзинь мог взлететь до небес. Наверное, настолько орден прославил разве что его основатель, поймавший дракона. А уж такая заслуга от сына шлюхи была будто пощечиной всему благородному семейству Цзинь. Клан Цзинь был рад и не рад этому, но сходился на том, что как-то договорившийся с семейным драконом А-Сун уж точно по крови Цзинь и должен оставаться в башне Кои. По правде, он был первым за сотню лет, кто этого дракона вообще видел. Если б они с Цзинь Лином были ровесниками, то при таком раскладе наследником должны были бы объявить Цзинь Жу Суна, как более сильного кандидата. А-Сун, однако, нос не задирал, а проводил уже второй день возле главного пруда, играя с карпами, и, видимо, даже не понимая собственной значимости для ордена. Разве что засахаренных фруктов попросил в награду. Еще случился какой-то малопонятный скандал с учеником лекаря. Он чем-то сильно не угодил главе Не в том путешествии, да так, что Не Мин Цзюе потребовал его казни! Временный глава ордена Цзинь сразу по приезду заперся со своими спутниками в Цветущем саду, чтоб обсудить это. Слугу оставили одного в небольшой комнатке, пока в соседней гостиной кипел спор, едва опять не переросший в драку. Бай Ху все это слушал, прижавшись ухом к стене. Ему было страшно за себя, но спокойно за свою семью: их господин Цзинь в обиду не даст. Он и словом не обмолвился, что где-то в Ци Шане есть целый клан Ху. Однако господин Цзинь согласился с главой Не и всеми его условиями, и заклинатели отправились по своим покоям отдыхать. Наконец дверь в комнатку открылась. Пришел временный глава ордена, что сказать Бай Ли об его участи. — Вы поступите так, как требует глава Не, господин Цзинь? — Бай Ли был перепуган. Глава Не был крайне серьезно настроен. Да и вина Бай Ли была не в том, что он стащил лепешку с кухни. — Нет, Бай Ли. Ты спас мою жизнь уже не один раз, и я твой должник. К тому же ты — воспитанник моего ордена, и я не могу позволить тебя обижать. Поэтому я… Глава Цзян и наследник Цзинь не заставили себя ждать, явившись следом. — Подумай о Цзинь Лине!.. — попрекнул с порога Цзян Чен. — Я и так все знаю, дядя, — Цзинь Лин и в персиковом саду сильно удивленным метаморфозами Бай Ли не выглядел. — Откуда? — Яо всегда думал, что у Бай Ли хватает ума и хитрости не показывать свою природу. — Я не слепой и не глупый. Догадался, — племянник явно дерзил. Глава Цзян аж застыл от такого. — Понятно… И что ты планируешь делать в будущем? — господин Цзинь очень осторожно задал этот вопрос племяннику. — Ничего. Бай Ли не сделал мне или кому-то еще ничего дурного, а господин Ду считает его талантливым. И тебя он спас, — пожал плечами Цзинь Лин. Ответ был исчерпывающим. — Да вы оба с ума сошли?! — Цзян Чен недоумевал, как вообще можно так рассуждать. — А чем он хуже Феи? — это был удар ниже пояса от Цзинь Лина. Фею Цзян Чен любил очень сильно. — Цзян Чен, в нашем мире много тварей, чье существование противоречит природе. Бай Ли честно служит мне несколько лет. Он помог избавиться от действия магии полузмей, ловил шпионов в моих покоях, готовил снадобья, чтоб я мог прожить подольше. Он принес те кусочки персика, что исцелили меня. Буду ли я благороден и благодарен, если после всего этого казню его? Тут Яо был прав. Убить после всего этого Бай Ли будет черной неблагодарностью, сколько бы лисьих хвостов у мальчишки не было бы. — И что ты предлагаешь? Ты вообще понимаешь, как это выглядит?! Может мне начать в Пристани лотоса гулей прикармливать?! Отборный юнмэнский гуль — лучший питомец?! Яо рассмеялся, видимо, вообразив это. — Неплохая идея. Если, конечно, они окажутся разумны. Только, помнится, гули в окрестностях Пристани Лотоса все повывелись. — Да ты издеваешься?! Цзинь Лин наблюдал за перепалкой дядюшек с лицом человека, достигшего крайней степени утомления. Цзян Чен в итоге вышел за дверь, чтоб успокоиться. Яо очень вывел его из себя. И А-Лин не лучше! Чем они оба вообще думают?! — Бай Ли, я отошлю тебя обратно в твою деревню. Через год, когда все уляжется, можно будет подумать о твоем возвращении. Сейчас это будет лучший выход. Бай Ли не мог ушам свои поверить. Господин Цзинь очень сильно рисковал. Глава Не не спустит ему такое с рук, если узнает, что оборотня вовсе не казнили. — Спасибо, господин Цзинь! — Тебе надо собраться как можно скорее. — Можно я попрощаюсь с наставником? — Конечно. Но пока тебе придется вернуться к нему под охраной, чтоб господин Не не думал, что я не выполняю его требований. Бай Ли кивнул и поднялся. Господин Ду был рад возвращению ученика и уже прослышал о скандале. Выглядел Бай Ли на редкость неопрятно: его одежды были заляпаны брызгами фруктового сока и, кажется, безнадежно испорчены, а волосы неопрятно слиплись. Да что там — даже на собранных в хвост волосах присохли кусочки источающей сладкий персиковый аромат мякоти. — Бай-эр, что ты натворил? — не упрекал, а мягко спрашивал господин Ду. — Неужели ты чем-то смог так оскорбить главу Не? Если это так, то я как твой учитель должен нести ответственность за это. — Я ничем не оскорбил главу Не. Дело лишь в моем происхождении, господин Ду, — Бай Ли ни капли не лукавил. Ему было до слез обидно. Ведь не зная о том, что он оборотень, глава Не обращался с ним весьма хорошо. — Бедное дитя! Тебе не повезло родиться в тех землях, где во время войны творилось всякое. Но даже если ты происходишь из рода Вэнь, ты все равно останешься моим учеником, — попытался утешиться его старик. — К сожалению, мне придется прервать обучение, господин Ду, и вернуться в Ци Шань. — Где ты там будешь жить, Бай-эр? — Ци Шань все еще был местом диким. Как и где там мог был прожить один едва начавший становиться юношей мальчик? — Глава Цзинь отправит меня в далекую деревню на год. Но после я хочу продолжить учиться у вас. Вы — лучший учитель на свете! — Бай-эр, твои слова — мед для моего старого сердца, — улыбнулся господин Ду. Бай Ли он искренне полюбил и считал своим приемным внуком. — У меня есть для вас подарок, — Бай Ли вытряхнул из грязного рукава кусочки раздавленного фрукта. — Это то, что исцелило господина Цзинь. Вы были так же добры ко мне, как он, и вы очень стары и вам порой нелегко. Я хочу, чтоб ваше здоровье стало немного лучше, — это было чистой правдой. Господин Ду был весьма пожилым человеком, перенесшим немало тягот и бессонных ночей, что не могло не сказаться на его собственном здоровье. В последнее время его еще начали беспокоить спина и колени, не давая нормально сесть или нагнуться. Господин Ду и не ожидал столь ценного дара. Один кусочек он съел и это возымело почти мгновенный эффект. Так мучивший его в последнее время артрит на ногах будто обволокло теплом, и колени перестали ныть. Кажется, и спина так же более не была столь слаба. — Бай-эр, спасибо тебе, что позаботился о своем учителе. — Это самое меньшее, что я могу сделать. Бай Ху убежал в свою комнатку, чтоб собрать вещи. Господин Цзинь говорил ему торопиться. Была и еще одна причина это сделать: кусочки персика следовало доставить дедушке. На одеждах было еще немало подсохшей мякоти. Вещей у Бай Ли было немного. Охрана увела его к кухне, где Бай Ли дали в дорогу лепешек и неприметную лошадку, чтоб доехать до почтовой станции. Господин Цзинь был осторожен и старался все сделать так, чтоб Бай Ли видело как можно меньше народу. Сам Яо казнить Бай Ху не собирался в любом случае: портить отношения с кланом Ху, на которых держалось благосостояние ордена, было делом крайне глупым. К тому же они и правда носов не казали из-за своей ограды, и в окрестностях их деревни в радиусе пятидесяти ли не происходило ничего похожего на нападения оборотней. Господин Ду отпускал ученика с большой неохотой. Мальчик был необыкновенно талантлив и умен, хоть и прожил всю жизнь в заброшенной деревеньке. Судя по его простому лицу в нем была крестьянская кровь. И даже если его отец был Вэнем, что с того? В войну происходило немало мерзкого, и мать Бай Ли могла зачать его против своей воли. Или, напротив, это была большая любовь. Но как бы то ни было, винить Бай Ли за кровь, что текла в нем, были глупо. С чего вдруг глава Не так взъелся? Неужели побоялся, что Бай Ли предъявит свои права на Ци Шань?

***

Вечером Цзян Чен решил предпринять вылазку в спальню супруга. Яо стал хорош, как в молодости, и это будоражило и горячило кровь. Как и ожидалось, временный глава Цзинь был занят скопившимися за время его болезни делами. Цзян Чен даже с помощью советников не мог уследить за двумя орденами разом и кое-что было в беспорядке. Впрочем, Яо его этим не упрекал. — Мэн Яо, на дворе совсем уж ночь, а ты все занят делами… — Надо же. Я и не заметил. Я пропустил ужин? — И его тоже… Отложи свои бумаги и пойдем отдохнем. — Ладно, — Яо со вздохом отложил кисть. На столе громоздилась еще кипа учетных книг и бумаг. Через несколько дней должна была быть весенняя охота, которой не все еще было готово как надо. — Давай-давай, женушка, иди ко мне. Дашь мне посмотреть, каким ты стал? — Цзян Чен присел сзади и слегка обнял, юркнув рукой в запах одежд супруга. — Цзян Чен, я сто раз просил не звать меня женушкой! — взвился в ответ Яо. — И не здесь. Не в башне Кои. — Какой ты стеснительный! — Цзян Чен как-то и позабыл уже, насколько Яо равнодушно относился к занятиям любовью, когда был здоров. — Ты же приедешь ко мне после большой охоты? — Наверное… — Я буду тебя ждать… — от Яо теперь, кажется, всегда был этот сладкий аромат персиков. И будоражил он не меньше властных интонаций. Так что Цзян Чен не отказал себе в удовольствии потереться самым сокровенным о поясницу супруга. Яо вздохнул, но гнать его не стал.

***

Все немало удивились, когда весеннюю охоту открыл сам временный глава Лань Лин Цзинь. Зимой ходили слухи, что Цзинь Гуань Яо при смерти и до весны едва ли доживет, что он очень плох и совсем не выходит из своих покоев. Однако господин Цзинь вполне крепко восседал на коне и никаких признаков смертельной болезни на нем не было видно. Выглядел временный глава великолепно, если не считать абсолютно седых волос. И даже это его не портило. Весь его вид излучал величие, подобающее этому ордену. Впрочем, наследник ордена ехал с ним вровень, и тут не было никакого противоречия. Были и те, до кого уже дошли слухи о том, что временный глава нашел источник бессмертия и теперь шепот о нем были исключительно уважительного толка. Пока на трибунах роились сплетни и пересуды, в лесу шла подготовка и некоторые маневры, которых никто не ожидал. К лесу верхом ехал старый лекарь. Ему надо было побеседовать с главой Не, чтоб тот сменил гнев на милость. Бай Ли был в том возрасте, когда юношами науки запоминаются лучше всего и не стоило упускать это время. Благодаря подарку своего ученика господин Ду теперь мог передвигаться куда бодрее. Он съел лишь один кусочек, остальные два засушил на будущее. Но даже эта кроха вернула господину Ду здоровье. Вечером после отъезда Бай Ли он листал книги и обнаружил, что его очки стали для него слишком уж сильны, и он вполне может читать без них. И впервые за долгие годы он смог ехать верхом, не страдая от боли в спине или коленях. В лесу была подготовительная суета. Глава Не приехал с младшим братом. Госпожа Не ожидала ребенка и родиться тот должен был очень скоро. Так что опасаясь того, что роды могут начаться в дороге глава Не велел своей жене оставаться дома под присмотром старой госпожи Не, служанок, лекарей и повитух. Доспехи на главе Не поправлял его младший брат, то и дело кидая взгляды на беспокойного главу Цзян. Тот уже был готов и явно предвкушал охоту. Даже его легендарное кольцо беспокойно светилось. Наконец младший господин Не закончил со своими делами и поспешил вернуться на трибуны. Старший брат проводил его крайне неодобрительным взглядом. До охоты оставалось немного времени и это был неплохой шанс попытаться поговорить с главой Не в неформальной обстановке. — Приветствую, глава Не! — господин Ду поклонился. Теперь поклон у него вышел такой как подобает, мало кто знал, но в молодости манеры господина Ду были не менее безупречны, чем у членов клана Лань. — Доброго дня, господин Ду! Не ожидал вас тут видеть. Неужто вы в столь почтенном возрасте участвуете в охоте? — Не Мин Цзюе был несколько насмешлив. Лекаря своего младшего названного брата в лицо он знал. Помнил, как тот вопреки приказу Цзинь Гуань Шаня пробрался к Цзинь Гуань Яо, чтоб помочь. Говаривали, что раз в неделю господин Ду спускался в одну лавку в городе, где бесплатно принимал тех, кто не мог позволить себе сходить к врачу. Такие поступки многое говорил о человеке. — Нет, глава Не, я даже не заклинатель в той степени, чтоб охотиться на темных тварей. — Кому-то из юных адептов стало дурно от страха? — глава Не был явно в приподнятом настроении, что господин Ду посчитал хорошим признаком. — Или третий брат решил подстраховаться на случай, если кому опять в ногу навка вцепится? — это случилось пару лет назад, и пострадавший адепт отделался скорее легким испугом. — Опять же нет, глава Не. Я приехал сюда специально, чтоб побеседовать с вами. — И какое же у уважаемого лекаря ко мне дело? — Глава Не, я хотел бы просить за своего ученика. Бай Ли не виноват в том, кем он родился. Я хотел бы просить вас смирить свой гнев и позволить Бай Ли вернуться и учиться дальше… В ответ глава Не вдруг зло сверкнул глазами. — Убирайся, старик! Ты не понимаешь, что несешь! — и уже громче продолжил. — Где Цзинь Гуань Яо?! Адепты меланхолично показался в сторону, где суетился временный глава. Дальше последовала крайне некрасивая сцена. Глава Не вдруг схватил названного брата за ворот одежд и гневно спросил: — Так ты не казнил оборотня?! — Не Мин Цзюе был в ярости, не понимая, что делает. Глава Цзян, до этого наблюдавший из-за деревьев за учителем и адептами Лань метнулся, чтоб их разнять. — Нет, еще не казнил. Бай Ли под арестом, — наконец вымолвил Цзинь Гуань Яо. — И где он под арестом?! Если ты не выполнишь мои требования, то я предъявлю претензии всему твоему ордену! — Глава Не, орден Цзинь тут не при чем, — тут на помощь пытающемуся забрать супруга из крепкой хватки главы Не подоспел Лань Си Чень. Он держался все это время отдельно от адептов своего ордена и беседовал лишь с родным братом. — А кто причем?! — Я, я один виноват. Предъяви обвинения только мне, — Цзян Чен понимал, что Яо пытается выгородить племянника. — Оборотень под арестом у меня, — подыграл ему Цзян Чен. — Так надежнее. Где в самом деле носило Бай Ху известно не было. — Почему он не казнен?! — Дело требует разбирательства, — Яо наконец встал на землю и поправлял одежды и ушамао. Кажется, в ордене Цзинь назревал большущий скандал. Эту сцену видело очень много заклинателей, и кто-то припомнил про слухи об оборотне в башне Кои. Такое Цзинь Гуань Яо с рук уже сойти не могло. На счастье ровно в этот момент прозвучал сигнал к началу охоты и все поспешили к свои угодьям. Поскандалить можно будет и после того, как все побахваляться своей добычей. Учитель Лань, казалось, все время подготовки в охоте наблюдал за Цзян Ченом и тем, как тот держался неподалеку от супруга и главы Лань. Лань Ци Жень поравнялся с главой Юн Мэн Цзян у развилки, что вела в стороны назначенных орденам территорий. — Лань Си Чень должен вернуться в Облачные глубины и принять наказание несмотря на то, что глава Цзинь жив. Таково решение старейшин, — Лань Ци Жень был вполне конкретен в своих словах. — Не стоит пытаться его укрывать и в вашем ордене, глава Цзян, как вы грозились сделать. Это слишком опасно.