Дипломат

В те месяцы в гости в Пристань лотоса зачастил второй господин Не. То ли Яо сам ему написал, что поиски повара Вана стали более успешны, то ли те самые «птички» нащебетали новости о том, что вскоре можно ожидать результатов, то ли Не Хуай Сан проникся этим странным настроением своего друга. Цзян Чен не сказать, что был рад видеть Не-сюна в своих покоях, но тот упорно приходил, чтоб поговорить, убедить друга, что тот все сделала правильно, а пьющая кровь девица не принесла бы в тот дом счастья в любом случае. Вообще их разговоры почему-то были сосредоточены теперь на настроении главы Цзян. Не Хуай Сан теперь не лепетал о новых безделушках и не засыпал новостями о семейном счастье старшего брата, не требовал внимания и не отвлекал от дел. Будто в своем отношении к обязанностям главы ордена они с Цзинь Гуань Яо вдруг поменялись местами. Тот говорил, что его супруг может отдохнуть от дел и успокоиться, раз ему тяжело на душе. Это милосердие и понимание от Яо даже как-то подкупали.Зато Не-сюн внезапно стал требовательным голосом разума, из раза в раз повторяя, что Цзян Чен в первую очередь глава ордена, что ему нельзя раскисать, что надо быть в курсе всего что происходит в его доме, что он не должен показывать свою слабость, что надо активнее заняться расследованием, если уж так хочется отвлечься. В общем, не очень это походило на обычно ветреного и ленивого Не Хуай Сана, желающего расслабляться с кувшинчиком вина в обществе старого друга. Да что там — одни эти поездки в те дни, когда в Цин Хе обычно стояла самая суровая погода уже говорили сами за себя. Второй господин Не предпочитал такие дни проводить в своих покоях у жаровни, завернувшись в самые теплые одежды, выстеганные на пуху и шелке, но не сейчас. Не Хуай Сан, вероятно, не хотел упустить ничего по расследованию, коль наконец-то появились хоть какие-то подвижки за последние полтора года. У главы Не, кажется, взыграла жажда справедливости относительно заговорщиков больше обычного. А может он пытался так загладить вину перед Лань Лин Цзинь за подорванный авторитет ордена.Как бы это ни было, Цин Хе Не всеми силами помогал в этом расследовании. Цзинь Лин так же был вовлечен, хоть в меньшей степени. В силу своей юности он был недостаточно опытен, чтоб воевать с таким противником и успешно управлять при этом немаленьким орденом. Впрочем, Яо пока не говорил о каком-то скором прорыве или чем-то таком, что могло бы объяснить столь частые визиты второго господина Не. Возможно, они планировали как лучше изловить господина Вана, когда точно станет известно его местонахождение. С поваром надо было быть крайне осторожным, выслеживая его в Гу Су. Что от него можно ожидать предсказать было сложно. Он не был заклинателем, но серые талисманы были не совсем понятной вещью. Выяснить что-то точно относительно них не удалось. В книгах о них были упоминания, но крайне туманные и сводившиеся к тому, что это некая «особая техника». В чем именно она особая никто не уточнял. Яо хотел бы знать, что же именно это за особенность, но без целого талисмана это выяснить было нельзя. Небольшой обгорелый кусочек серой бумаги все уже изучили вдоль и поперек после похищения Яо и А-Лина из Пристани лотоса, но ничего странного не нашли. Яо считал, что это различие может быть сродни техникам владения мечом. Те тоже отчасти позабылись, канули в Желтый источник* вместе с исчезнувшими орденами.

***

Когда глава Лань задал служанкам точное направление действий, те принялись собирать сплетни с еще большим рвением. Кое-какие их рассказы весьма удивили Цзян Чена. Он считал Гу Су Лань орденом, сторонящимся всего мирского и всякой суеты и думал, что их богатства — это что-то накопленное предками и плата за обучение молодых господ. Но этот ордена оказался не так уж прост. После войну Гу Су Лань удалось весьма недорого купить несколько зданий и имений, удачно вложив деньги от военной добычи. Часть этих построек располагалась в городах и сдавалась внаем, а часть была довольно уединенными имениями, где могли бы останавливаться заклинатели. Цзян Чену в этом почему-то почудилась рука рачительного Яо. Он ведь вполне мог подбросить названному брату такую идею. В Гу Су после войны разорены были не только Облачные глубины. Множество мелких городков тоже опустело. Обычные люди бежали туда, где спокойнее, бросая свои дома, и те после стояли брошенными и пустыми, зачастую выставленными на продажу за бесценок. Этим и воспользовался орден. В принципе, это было даже неплохо: люди выручили хоть что-то за свои сгоревшие и разоренные имения и городские дома, а орден получил в свою собственность множество разрозненных кусочков земли со строениями, которые с годами привели в порядок. С городскими домами все было просто: там постоянно кто-то жил, сновали туда-сюда слуги и выяснить что-то сложности не составляло. То, что повар Ван предпочел затеряться не в этой суете выяснилось довольно быстро. Видимо, он предпочел одно из загородных имений, коих было несколько десятков в различной удаленности. Надо было как-то хитро проверить их все, только вот это были скорее уменьшенные копии Облачных глубин и просто так туда зайти было крайне сложно. Слуг там тоже был минимум, потому как правила ордена Лань предписывали обходиться малым. Лань Си Чень так же не предполагал, в каком именно из имений мог бы скрываться повар: все они были достаточно уединенными и удаленными, чтоб надежно спрятаться там. Но Люн И не была бы собой, если б и тут не придумала способ. К некоторой досаде господина Лекаря, правда. Ему из-за этого пришлось разлучиться с женой аж на половину недели, по причине чего он весьма тосковал. Идею подсказала сама природа: весенний ливень с градом переломал не только цветы, но тонкие ветки на деревьях, а Лань Си Чень, простите, Лань Цай Хе, как-то упоминал, что некоторые имения окружены весьма затейливыми садами, что помогают привести душу в равновесие. Так что теперь Мин-Мин предстояло довольно долгое путешествие в сторону Гу Су, чтоб якобы добыть семян и саженцев всего того, что испортил град в Пристани лотоса. Люн И с господином Цзинем придумали аж целую историю, с чего садовнице из Пристани лотоса пришлось забраться так далеко от Юн Мена ради цветов. История отчасти была правдой: град и дурной характер главы Цзян там присутствовали. Еще были добавлены капризный нрав господина Цзинь и желание местного лекаря расширить сад лечебных трав, которые в Юн Мене достать было сложно. Снабженная деньгами и напутствиями всех обитателей усадьбы Мин-Мин отплыла с господином Панем в сторону Гу Су. Люн И велела ей без новостей не возвращаться. Вернулась садовница через три дня с тремя корзинами цветов, семян и саженцев, опустевшим кошельком и массой всего интересного. Для начала в ближайшей усадьбе ей не повезло: сад там попортил все тот же град, за имением смотрел не слуга, а один-единственный адепт. Однако Мин-Мин разыграла там, похоже, целый спектакль, жалуясь на строгость хозяина, капризы второго хозяина, дурное качество того, чем торговали нынче в Юн Мене после такой-то погодки и что она без цветов вернуться не может ну совершенно никак. Все это сопровождалось еще и вот-вот готовыми политься слезами. Адепт не смог устоять перед таким натиском и написал записку в соседнее, где града вроде как не было, а сад был, чтоб госпоже из Пристани лотоса помогли. Правила ордена ведь предписывают помогать нуждающимся. Мин-Мин потратила полдня на дорогу, потому как само имение оказалось в настолько укромном месте, что не все местные это знали, но все же нашла. Тут было где развернуться: в имении были управляющий и слуга, помогающий следить за садом. Им она пересказал все ту же историю про дурной нрав господина Цязн и капризы господина Цзинь, сдобрив это подробностями семейной жизни. Господин Цзян провинился перед супругом и теперь исполняет каждую его прихоть, а тот захотел сад как в башне Кои. Насчет покупки саженцев Мин-Мин удалось договорить достаточно быстро, но вот узнать что происходит в других имениях было сложнее. Пришлось садовнице включить все свое обаяние, пока она бродила с оказавшимся весьма необщительным слугой по саду, подбирая самые подходящие для роскошного сада цветы. Она причитала, как ей не понравилась дорога, а саженцы-то надо выбрать самой, чтоб были крепкие и живучие, а как хорошо живется тут без самодурства хозяина! Только вот работы в таком огромном саду должно быть так много! Симпатичная женщина, так увлеченная своим делом и такая сочувствующая его занятости, смогла таки разговорить слугу. А после они еще пообедали вместе с управляющим, которому было крайне любопытно, как там дела во внешнем мире. сюда новости прилетали редко. Мин-Мин посетовала, что резкий глава Цзян ей надоел своим самодурством и поинтересовалась, нет ли где в таком вот имении работы поспокойнее. Работа, похоже, была. Пару лет назад в одном из дальних владений, на другом конце Гу Су, сменился управляющий. Прежний скоропостижно умер, едва прибыл человек с письмом из Облачных глубин вроде как ему в помощь, но вот ведь не свезло! Пришлось только что прибывшему самому вникать во всем дела да одному смотреть за хозяйством. А там-то дом и сад поболее будут, но нанять кого-то было сложно: место совсем уж уединенное, на тридцать ли вокруг ничего и никого. Слуги, что смотрят за садом были работниками приходящими и откуда ж их там взять? Но трудолюбивой госпоже может там и понравится: никаких крикливых господ, а управляющий мужчина немолодой, солидный, но улыбчивый и разговорчивый, с ним приятно язык почесать. Ещё у него с кем-то переписка в Облачных глубинах, так что человек надежный. Это было намеком на то, что Мин-Мин там может получить не только работу, но и приличный по меркам слуг брак. Только вот для того, чтоб ее наняли придется все же в Облачные глубины прийти. На этом Мин-Мин резко вспомнила, что ее нынешний хозяин никуда не делся, ждет ее с плеткой на причале и поспешила домой. То, что тот говорливый управляющий в летах, забравшийся в самое неприступное и далекое имение ордена была поваром Ваном сомнений было немного. Яо слушал слова садовницы и в его глазах загорался азарт. Цзян Чен его понимал. Они очень скоро поймают этого повара, гули его загрызи, и покончат с этой историй и заговорами окончательно.