Дипломат

Через три месяца после того самого сватовства Сюэ Син, обряженная в самые лучшие свадебные одежды, совершила с «куриным императором» положенные три поклона и отбыла в Ци Шань, дабы ее белы рученьки отдохнули от трудов. В Пристани лотоса с одной стороны вздохнули спокойнее, что столь скандальная особа исчезла из этого дома, с другой — появились проблемы. До прачки еще паре служанок пришлось вернуться домой по той радостной причине, девушек-близняшек, что так споро работали на кухне, просватали и они так же уехали. Оставшиеся служанки сбивались с ног, чтоб все успеть. Даже Янь-Янь, что никогда не жаловалась, сказала, что устала.Нужно нанять новую прислугу, чтоб не заморить имеющуюся. Те, кто работал в этом доме давно шептались, что господин Цзинь не стал бы доводить до такого и давно бы уже нанял кого-то, тем более, что после череды свадеб желающих работать в «счастливом доме» стало еще больше. Цзян Вань Инь после ареста супруга будто забыл о том, что не только глава ордена, но и хозяин дома. Половину лета он был занят чем угодно, кроме домашних дел: то уезжал куда-то сам, то дважды посылал людей на север вроде как разыскивать те три клана, что пребывали там представляя Юн Мэн Цзян, то вдруг начал гулять и вести беседы с госпожой Гао, пригласив ее остаться на неделю, то зачастил в садовый павильон вечерами и вроде как-то смягчился к супругу. Люн И как могла перераспределяла обязанности, чтоб в доме жизнь шла своим чередом, но удавалось это до того злополучного пожара в павильоне. Господин Лекарь говорил, что господин Цзинь там просто чудом не задохнулся в дыму и следовало бы разрешить пленнику хотя бы в следующие дни выходить гулять. Однако господин Глава распорядился привести павильон в нормальный вид как можно быстрее, чтоб господин Цзинь поскорее вернулся в свою тюрьму. Работы было немало: проветрить и отбить запах дыма, отмыть от копоти потолок, стены и мебель, отскрести обгорелую часть пола и кровати, заменить постель, достать где-то новое постельное белье, одеяло и циновки. Все это господин Глава хотел как можно скорее. И все это выпало на утро, когда на кухне самая суета! Опоздание с завтраком и дало Люн И наконец-то сообщить главе Юн Мэн Цзян, что десять служанок при таком количестве адептов — слишком мало и они едва-едва все успевают. Цзян Вань Инь свирепо сверкнул глазами, но велел нанимать новых, предоставив первоначальный отбор самой Люн И за неимением хозяйки дома и недоступностью господина Цзинь.

***

Люн И сама пришла в покои главы ордена. Тот был все еще в весьма дурном настроении после пожара в садовом павильоне и служанки порой его беспокоить лишний раз боялись. То ли ему не понравился сам факт пожара, то ли он волновался за здоровье господина Цзинь, который вторую неделю не мог унять кашель, в общем, сладить с хозяином стало еще сложнее, чем прежде. Даже Люн И, знавшая Цзян Вань Иня с детства, предпочла себя вести с ним как можно почтительнее. «Господин глава, я отобрала девушек, что могут оказаться хорошими служанками. Но вам самому следует с ними побеседовать, чтоб выбрать самых подходящих». Цзян Чен кивнул. В прошлый раз ни одна из девушек не показалась ему подходящей. Все они были какие-то… подозрительные. Особенно та, из деревушки близ Мо Лин. Уж не Су Мин Шан ли ее подослал? Цзян Чен все никак не мог понять, что за отношения у Яо были с главой Су. Едва ли они были близкими друзьями. В этот раз девушек было пять. Молодые, сильные, довольно симпатичные. Все одеты опрятно, но довольно бедно. Сегодня желающих работать пришло больше, но Люн И сразу оставила за воротами усадьбы тех, кто хоть слово сказал о замужестве. Начать Цзян Чен решил с той из претенденток, что сидела к нему ближе. Она обладала бы приятной внешностью, если б не целый выводок крупных черных родинок на лице, похожих на мух. Девушка очень волновалась, отвечала невпопад, не смогла сразу назвать свое имя и к тому же случайно проболталась, что она слышала, что Пристань лотоса — счастливый дом, в в этом году тут было десять свадеб у служанок и надеялась, что ей так же повезет. После этих слов Цзян Чен и слушать ее более не стал. Таких желающих найти в Пристани лотоса суженого и до этого было достаточно. Цзян Чен сам ломал голову, что происходило с этим домом, что служанки так дружно повыскакивали замуж. Если это было какое-то проклятие, то слишком уж странное. Вторая оказалась чуть получше, хоть и была крестьянкой. К грязной и тяжелой работе она привыкла, и Люн И намеревалась сделать ее помощницей в прачечной, чтоб разгрузить оставшихся там двух прачек, пока не найдутся еще желающие и там поработать. Следующая девушка была одета богаче всех, но как-то нелепо, будто набрала самые красивые вещи у подруг, не думая, как все это сочетается. Она показалась какой-то нервной, пожалуй, даже вороватой и не совсем подходящей для работы в таком богатом доме. Она все время дергалась, пристально оглядывала исподлобья обстановку, попыталась накрыть подолом оброненный первой претенденткой мешочек для трав. Что у Люн И, что у Цзян Чена о ней впечатление из-за этого сложилось не лучшее. Четвертая претендентка оказалась настолько глупой, что пары слов связать не могла. Едва-едва назвала деревню, откуда она родом. Свой возраст принялась высчитывать на пальцах. Манер у нее никаких не было и перед главой она села без всякого дозволения и в такую позу, в какой ни одна хоть мало-мальски уважающая себя девушка сидеть не станет. Люн И шепнула, что эту девицу сюда привела ее мать или тетка и уверяла, что эта девушка отлично справляется с любой работой. Сама же Люн И, увидев все это, побоялась бы и уборку мусора доверить такой глупой служанке. Но вот пятая… Люн И пока они шли к покоям, где предстояла собеседование, упомянула, что ей эта девушка понравилась больше всех: она из простой семьи, но умная и бойкая; руки у нее натруженные, а значит она много что делала по дому; хоть глаз не поднимает особо, но все видит и замечает, одна-единственная поймала «случайно» упавшую миску да на удивление ловко, ни рисинки не просыпав; несмотря на происхождение обладает некоторыми манерами, потому как ее мать была приходящей служанкой в богатом доме; хоть полная, но не прожорливая. Прожорливость претенденток Люн И так же проверяла в обязательном порядке, ставя для них очень маленькие плошки с рисом.Кто съедал не более двух и не требовал добавки обычно получали преимущество. Девушка, сидевшая в конце, на жест Цзян Чена подошла и достаточно хорошо поклонилась, но садиться без разрешения, в отличие от предшественниц, не стала. Знала, перед кем она. Будущая служанка в самом деле была полновата, но полнота у нее была приятная, что радует глаз, будто налитой спелый персик. Стояла девушка не поднимая глаз от пола и всем своим видом выражая почтение. Руки она сложила так, что их прикрывал фартук, дабы не оскорблять взгляд благородного человека следами труда на них. — Как тебя зовут? — Цзян Чен был немного скептичен. Близняшек Люн И тоже расхваливала, уверенная, что они тут лет десять проработают. Уак бы не так — Ли Тао Чу, — говорила девушка четко, пусть и с легким испугом. И впервые подняла глаза. Взгляд у нее был вовсе не испуганные, а скорее довольный. Видимо, она была рада, что дошла аж до самого главы ордена, а не осталась у ворот или не была выдворена из кухни. На ее округлых щечках проступил легкий румянец. — Сколько тебе лет? — начал задавать дежурные вопросы Цзян Чен. — Девятнадцать, — без запинки ответила та и опять, волнуясь, опустила взгляд. Впечатление она производила в самом деле приятное. — Так, Ли Тао Чу, ты замужем? — возраст у девушки был такой, что муж и ребенок где-то уже могли бы быть. — Нет. И пока ко мне даже не сватаются, — немного смущенно созналась та. — Неужели? — при довольно привлекательной внешности это было странно. Это показалось Цзян Чену подозрительным. Девушки обычно спешат выйти замуж, а если нет, то на это есть веские причины. — К сожалению. Я вторая сестра семье, но у нас еще пять младше. Старшая сестрица недавно поклонилась, но мне не хочется утяжелять весь тот груз, что придется нести ее мужу, чтоб содержат не только ее и их будущего ребенка, но еще меня и сестер, потому я подалась на заработки в дом побогаче. — Понятно. Чему ты обучена? — Я умею немного читать и писать, матушка научила меня манерам, подаче еды и чая, проветривать и ароматизировать платье, чистить обувь и одежду, перестилать постели и отгонять комаров из спален, — спокойно перечислила та. Навыки для служанки были вполне неплохи. Особенно про комаров. Голос у Ли Тао Чу был приятный, а манера держаться не подобострастная. Сурового главу ордена она так же не слишком-то боялась, но вела себя вежливо, спокойно и уважительно. Даже намека на наглость или развязность не проскальзывало в ее речи и поведении. Было в ней что-то от Цин-Цин. Та тоже не особо побаивалась сурового Цзян Вань Иня, но проявляла уважение. Аи-Аи, сменившая ее, например, хозяина пугалась весьма и это стоило нескольких побитых чашек и блюд. Цзян Чен поднялся и вышел с Люн И, чтоб можно было обсудить решение. — Оставим вторую и последнюю, — решил хозяин дома. У старой служанки возражение не было. Девушки и в самом деле выглядели вполне подходящими для работы здесь.

***

— И как тебя лучше называть? Чу-Чу? — Люн И вела обеих новеньких на кухню, чтоб представить прочим служанкам. — Лучше Тао-Тао… Меня матушка так звала, — Ли Тао Чу была весьма мила. Держалась дружелюбно, но не пыталась польстить или как-то еще подлизаться к Люн И. Помогла зайти на кухню второй новой служанке, запнувшейся о порог, вежливо поклонилась всем, кто был в помещении и как бы невзначай потрепала по голове сына Мин-Мин. В общем, первое впечатление оставила приятное. Ее товарка, правда, застеснялась. Она в жизни не видела такой огромной кухни и дома, подобного Пристани лотоса, но Тао-Тао и тут пришла ей на помощь, сказав, что они часть дороги прошли вместе и Чунь просто немного застенчива. На кухне появление новеньких ажиотажа не вызвало: слишком много у всех было работы. И обед был на носу, так что надо было скорее приниматься дальше за готовку и сервировку блюд. Тао-Тао без вопросов отправилась помогать чистить и резать гору овощей и справлялась весьма сноровисто. Еще находила время подбодрить двух других помощниц Люн И, уже несколько уставших. Тао-Тао пришлось так же помогать раскладывать и разносить рис для адептов и учеников, и справилась она отлично. Порции были аккуратные, ровные и красивые. Такие не стыдно и на празднике на хозяйский стол поставить. Люн И даже подумалось, что та уже успела поработать где-то или проводила много времени с матерью, пока та были жива и здорова. Еще эта девушка ходила на удивление грациозно, легко и тихо с тяжелым подносом, так что под ней не скрипела лестница, издававшая весьма жуткие звуки в межсезонье. В первые дни Люн И оставила новенькую подле себя, чтоб посмотреть, нет ли какого-нибудь подвоха и чтоб определиться.какие обязанности ей лучше поручить. Тао-Тао была дружелюбна со служанками, вежлива с адептами, усердно трудилась, споро чистила овощи, помогала расставлять и мыть тарелки и не жаловалась, что работы много. То, что ее кровать оказалась у самой двери на сквозняке так же у Тао-Тао не вызвало никакого возмущения, напротив, она сказала, что любит прохладу и легкий ветерок. Люн И давненько не видела девушек с таким хорошим характером. Окончательно должность Тао-Тао решилась, когда Аи-Аи, уже готовая нести обед, вдруг на ровном месте оступилась и обварилась горячим супом, что так любил глава Цзян. Ох, неприятное это было происшествие! Аи-Аи поскорее отправили к лекарю, Люн И бросилась к плите варить новую порцию, чтоб порадовать все более мрачнеющего с каждым днем господина Главу, а нести обед кому-то надо было. Тао-Тао так легко и изящно взяла поднос с хозяйским обедом, будто всю жизнь с ним и ходила. И ту досочку на полу, где столь неудачно споткнулась Аи-Аи в полутьме кухни, она перешагнула. Обед она так же донесла быстро, чтоб не остыл, но ни капли не расплескав. Люн И на кухне заставила Тао-Тао показать, как та будет подавать обед главе Юн Мэн Цзян и его детям и осталась вполне удовлетворена. Господин глава остался доволен новой служанкой. Та не болтала ерунды, руки у нее не дрожали, громких окриков она не боялась, даже проказы А-Ся, не знавшего удержу, и то ее не обескуражили. Тао-Тао ловко увернулась от него, когда тот попытался схватить с подноса и запихнуть в рот сладкий пирожок прежде обеда, и сказала, что десерт маленький шалун получит только когда его отец это разрешит, потому как он пока только маленький хозяин, а его отец тут главный. Довод был вполне резонный. Цзян Вань Инь одобрил, а А-Ся не обиделся. С юной госпожой Цзян Тао-Тао так же поладила, хоть девочка и была крайне пуглива и застенчива. Увидев, что юная госпожа не может сама встать, Тао-Тао под одобрительным взглядом хозяина переставила плошки поближе к Цзян Ли и помогла поудобнее устроить больную ногу. Юному господину Цзян новая служанка определенно понравилась. Он порой требовал, чтоб Тао-Тао играла с ним догонялки во дворе или в прятки в саду, пока сестра больна. Тащил показать ей свои невеликие трофеи и даже принес ей собственноручно вытащенный со дна озера корень лотоса: цветы к тому времени уже отцвели. Тао-Тао смущалась таким вниманием от юного господина, что на десять лет ее младше, но вела себя скромно и сдержанно. Глава Цзян, конечно, спросил и Люн И, и А-Ли не делает ли Тао-Тао чего, чтоб понравиться юному господину, но те не видели ничего подобного. Напротив, Тао-Тао наставляла юного господина усерднее учиться и слушать отца., чтоб вырасти достойным наследником такого славного рода. Так же Тао-Тао стала единственной из служанок, кого госпожа Гао не посчитала ниже своего достоинства поблагодарить, когда та принесла чай. Ничего подобного никто от госпожи Гао доселе не слышал. Хотя, кажется, благородной госпоже все же резануло, что ее сын так привязан к этой недавно пришедшей в дом служанке. На кухне Тао-Тао держалась просто, когда у нее было время пыталась помочь всем, пока Аи-Аи не вылечится. Бедная горничная хотела бы вернуться в строй, но ожог был весьма сильный и не давал ей пока нормально заниматься работой. Тао-Тао и тут оказалась кстати: помогала Аи-Аи менять повязки, отдала свои лечебные травы, привезенные из дома и желала той поскорее выздороветь. Аи-Аи по правде, была отчасти рада избавиться от почетной должности прислуживать за столом главе ордена: Цзян Вань Инь был порой несдержан в словах и интонациях, пугая своими резкими окриками.Так что никаких ссор из-за такой важной должности между служанками не возникло. Аи-Аи рада была занять только уборкой. Это занятие было ей больше по душе. Тао-Тао же оказалась неплохой заменой Цин-Цин. И с сервировкой хорошо управлялась, и могла парой слов успокоить господина главу, если тот был совсем уж не в духе, и поладила с юными господами, и при этом приносила последние новости. Люн И радовалась своему выбору и опасалась, что кто-то из адептов

***

Янь-Янь считалась в доме самой надежной, послушной и не болтливой. Именно ей в итоге и поручили прислуживать в садовом павильоне. Правда, прислуживать — это сильно сказано. Господина Цзинь она не видела, лишь слышала, как он ходит и иногда бормочет что-то под нос, а внутрь она так вовсе попала лишь однажды, чтоб отмывать все от копоти после пожара. Господин Глава хотел, чтоб к завтраку, самое позднее к полудню все было готово.служанки тогда только что руки в кровь руки не стерли, чтоб поскорее справиться. Обязанности по обслуживанию содового павильона у Янь-Янь были не слишком сложные: следовало приносить воду и еду, доставляя их внутрь через специальное окошко, забирать грязные посуду и белье, носить и забирать воду в крошечную купальню, что была в этом строении. Самого арестанта они не видела и не стремилась, хотя еще до пожара господин Цзинь пытался с ней заговорить и поблагодарил ее за то, что она о нем заботится. Даже в таком положении он был вежлив и добр, пытаясь облегчить работу Янь-Янь. У служанки даже закрадывалась мысль, что господин глава все же слишком строг со своим супругом. И вот, неся короб с едой и все норовящую выскользнуть флягу с водой, едва вышла из двора кухни, как увидела стоящую Тао-Тао. Та будто поджидала кого-то. Янь-Янь с ней особо и не общалась: занимались они совсем разными делами. Тао-Тао прислуживала в господских покоях и порой играла с юным господином в прятки с дозволения господина Главы в, а Янь-Янь мыла пол в доме и носила все необходимое господину Цзинь. — Тао-Тао, что ты тут делаешь? Ищешь где спрятаться от юного господина? — о том, что Цзян Ся почему-то полюбил играть с новой служанкой знал весь дом. Юному наследнику Цзян доставляло удовольствие искать Тао-Тао в самых неожиданных местах, а прочие служанки тоже включились в эту игру, помогая ей прятаться и предлагая для этого самые необычные места. — Нет, что ты, Янь-Янь. Юный господин сейчас занимается, так что у меня пока никакой работы, а несешь столько всего! Думала тебе помочь, на все рук ведь не напасешься! — Я и сама справляюсь. Тебе лучше не ходить со мной. И ведь Тао-Тао была права. Янь-Янь пришлось ведра с водой для купальни оставить, а короб с едой и вода для питья были не самой удобной ношей. При этой мысли фляга с водой выскользнула из рук. Тао-Тао ловко ее поймала, не дав упасть на землю. — А я и не пойду, — заверила Тао-Тао, премило и немного с хитринкой улыбнувшись. На ее хорошеньких пухлых щечках едва-дева обозначились ямочки. — Помогу тебе все до ограды донести и только. Такая помощь была приемлема и, по правде говоря, Янь-Янь немного устала все это таскать. Глава ордена, конечно, поставил вокруг павильона охрану, чтоб кто попало и близко не подошел. Но… Тао-Тао знала уже вся Пристань лотоса, и внутрь ограды она не собиралась. Тао-Тао, подобрав подол своего красивого платья и прижимая к себе тяжелую флягу с водой, поспешила за ней. До дальнего угла сада они дошли молча. На тренировочном поле кто-то из адептов попытался было окликнуть Тао-Тао и назначить ей свидание, но та ответила. что не за этим пришла сюда, а после неудавшийся ухажер так и вовсе получил взбучку от господина Чжоу, отбившую всякое желание отвлекаться от занятий. На обратном пути они разговорились. Тао-Тао, оказывается, никто не сказал толком, что там в павильоне. Впрочем, ничего выпытывать из Янь-Янь она не собиралась. Глупышкой новенькая не была и кое о чем догадалась сама. Там был кто-то важный, раз с ним обращались вот так. — А тот человек внутри, он совсем-совсем не выходит? — Тао-Тао, похоже, никогда ни о чем подобном не слышала, живя в небольшом городке. — Да. Господин глава наказал его. — Ох, как не повезло. Но глава ведь справедливый человек, и, кажется, очень милосердный, — Тао-Тао дала понять, что не будет добиваться от Янь-Янь каких-то рассказов или чего-то еще такого. Люн И сказала, что заходить за ограду садового павильона никому из служанок кроме Янь-Янь без личного приказа главы Юн Мэн Цзян не следует. — Наверное, — Янь-Янь как-то было приятно, что ее неожиданная помощница не пытается вызнать всех подробностей и посплетничать. Вдвоем они отнесли и ведра для купальни, после чего Тао-Тао вернулась в дом. Янь-Янь поймала себя на мысли что и завтра не против дойти до павильона не одна.