Дипломат

Повторный приезд господ Ху выглядел так, словно они везли с собой какого-то закоренелого преступника и самого императора в одном лице. Для начала вперед пришел Бай Ли, чтоб огласить условия. Их было три: пришедшие в Пристань лотоса должен выйти отсюда целы и невредимы, после их никто не будет искать или преследовать и все просьбы, что будут озвучены гостем, надо будет исполнять. Лишь после того как Цзян Чен поклялся что ни он, ни его люди, ни дети, ни племянник не будут искать того, кто придет сейчас в резиденцию ордена, а Лань Си Чень пообещал лично защищать этого таинственного гостя, прибыл старый господин Ху с некой особой женского пола. Это была молодая женщина, на вид ей было двадцать пять или чуть больше. Одета дама была довольно дорого и ярко, но лицо прятала под вуалью, словно боялась, что суровая зима повредит ее нежную кожу. Обращался с этой женщиной господин Ху так, будто эта госпожа была из тонкого фарфора и самых благородных кровей, а расстроить ее - самое худшее преступление. — Это госпожа Ху, — кратко представил он ее заклинателям. Женщина изящно поклонилась, не снимая своего головного убора. Цзян Чен жестом пригласил всех в дом. — Меня зовут Ху Пэй-Пэй, — скромно представилась гостья лишь переступив порог. Хотя, скорее была все же девушка. Это шляпа с вуалью придавала ей возраста. Когда она уже сняла ее, то стало возможно рассмотреть и лицо. Пэй-Пэй обладала той яркой красотой, что обычно изображают на портретах прелестниц из весенних домов. Волосы ее были черны как уголь, а кожа бела и точно не было бы разницы в цвете ее лица, рук и скрытого красивым платьем тела. Глаза ее были темны, а их взгляд полон некого затаенного озорства. Ее маленькие ножки в вышитых башмачках ступали мягко и бесшумно, будто она парила над землей. Держалась Ху Пэй-Пэй довольно скромно, как положено приличной женщине, но когда она вскидывала взгляд, то он завораживал. Она улыбалась и скромно чуть потупила глазки, обнаружив, что ее ожидают двое мужчин. Господин Ху указал ей на место за столом, предложив присесть первой. Пэй-Пэй опустилась изящно, будто ее воспитывали в хорошем доме. Платье обтекло ее ладную фигуру мягкими складками. Господин Ху спросил у нее дозволения сесть и лишь после кивка опустился чуть позади. — Признаюсь, я не думал, что вы согласитесь помочь, госпожа Ху. Если я ставлю вас в щекотливое положение этой просьбой… — кажется и сам Лань Си Чень не ожидал, что лекарем окажется девушка, да еще столь молодая и хорошенькая. Вероятно, до этого момента он ее не видел. Ху Пэй-Пэй оказалась так красива, молода и свежа, словно была не живым существом, а творение искусного художника. Яо должно понравиться такое лечение. — Напротив, господин Цзинь — первый человек, кто позаботились о нашем клане и защитил нас. Сяо Ху сказал, что он болен, его ян почти иссякла, а душу терзает из-за этого инь. Могу ли я поступить иначе? - Ху Пэй-Пэй определенно была настроена сделать все,что в ее силах. — Это очень благородно, дева Ху,  — Лань Си Чень был восхищен такой самоотверженностью. — Дядюшка с ранних лет учил меня как лечить моих сородичей, но и с людскими болезнями я знакома. Хотя, признаюсь, в человечьих недугах я не столь искусна, — дева Ху смутилась, а Цзян Чен неожиданно для себя залюбовался легким румянцем на ее щеках. Женщин привлекательными он порой находил и до того, но несколько в ином ключе. Дева Ху ему показалась привлекательной в том же плане, что Яо или второй господин Не. - Конечно, все зависит от причин недуга. Если господин Цзинь занялся любовью с женщиной и не довел дело до конца, я смогу помочь. Если его прокляли или напала какая-то темная тварь, то придется потрудиться. — И вы точно знаете, что делать? — Цзян Чен как-то с трудом представлял, что эта девушка, выглядящая такой юной и невинной, будет заниматься передачей ян в тело Яо. Как-то не вязалось это с ее скромностью и вежливостью. — В этом деле нет точных рецептов. Но я могу попробовать кое-что и, возможно,хотя бы продлить жизнь господина Цзинь. — Это будет уже лучше, чем ничего, — Лань Си Чень определенно не был уверен в успехе предстоящего. — А если, — эта неуверенность передалась и Цзян Чену, - ничего не выйдет? Что тогда? —  Глава Цзян, мы даже еще не попробовали.Что мне нужно делать, дева Ху? Чем я должен вам помогать? - Лань Си Чень сделал некие выводы из условий и был готов ко многому. Может быть даже уступить кусок своей печени госпоже Ху. Вроде, после такой раны сильный заклинатель мог выжить. —  Как вы знаете, лисицы не могут производить свою ян, а лишь переносить. Когда нам нужны дети, то мы идем к людям, забираем у них немного ян и отдаем их нашим мужьям, — Пей-Пей обаятельно улыбнулась, успокаивая. — Так что мне понадобится кто-то, кто готов… Она зарделась чуть сильнее, и это выглядело очаровательно. Ее не портили даже чуть оттопыренные, так же как у Байху, ушки. У нее они смотрелись как-то по-детски мило и, пожалуй, даже вносили некую изюминку в ее прелестную внешность. Их ставшие ярко-розовыми кончики торчали сквозь густые волосы, презабавно гармонируя с цветком на шпильке. Глава Лань встал в полный рост и подошел к гостье. — Я… я готов отдать столько, сколько потребуется, — поклонился он, подтверждая серьезность своих намерений. Пэй-Пэй поднялась, смерила его чуть насмешливым взглядом, ловко схватила за руку, чтоб пощупать пульс и отрицательно покачала головой. — Нет, господин, вы для такого мало годитесь. Ваша ян мне не по зубам. А вот вы, — она вмиг оказалась рядом и почти обвилась вокруг Цзян Чена, повторив ту же манипуляцию с пульсом, — с вами будет проще. И… если я все правильно понимаю, то господин с повязкой обладает такой же ян как должна быть у господина Цзинь? — Верно. Мы разделили один плод из небесного сада, - подтвердил первый господин Лань. — Тогда мне надо немного… погулять. Здесь полно молодых мужчин, — Пэй-Пэй выглядела так, словно попала на великолепный пир, где столы ломились от деликатесов, и намеревалась перепробовать абсолютно все блюда. — Вы… - Цзян Чен не хотел, чтоб его адепты и ученики как-то пострадали. — От них не убудет, — юная госпожа сделала такое умилительное личико, словно речь шла о покупке новой дорогой шпильки, которую она выпрашивала у супруга. — А если так боитесь, то можете меня сопровождать, господин Цзян, — Пэй-Пэй была не так проста, как сначала показалось. Она ловко подхватила Цзян Чена за пояс и повела в сад, говоря, что он настоящий красавец, каких свет не видывал. Лань Хуаню и господам Ху оставалось лишь переглянуться. Первый господин Лань попытался было начать беспокоиться, однако оба господина Ху — и молодой, и старый, — заверили, что беспокоиться не о чем. Госпожа Ху Пэй-Пэй отлично знала что делает. Не прошло и получаса, как глава Цзян вернулся с гостьей. Цзян Вань Инь определенно был очарован этой девушкой, не замечая ничего вокруг. Сама же Пэй-Пэй была румяной и соблазнительной, блеск в ее глазах стал несколько хищным, сделав ее еще очаровательнее. Глава Цзян, будто никого не замечая, направился прямиком в свою спальню, совершенно проигнорировав гостей. Господа Ху старательно делали вид, что глава Цзян тут не проходил, дверь спальни поспешно не хлопала, а из-за двери не слышался довольный женский голосок, умоляющий главу Цзян не рвать платье и мужской голос, с придыханием обещавший скупить хоть целый караван шелка после. Судя по звукам, главе Цзян было весьма и весьма неплохо. Ян он отдавал со всем возможным удовольствием. Лань Си Чень и старший господин Ху зашли в спальню к Яо, чтоб немного побеседовать,ободрить и отвлечь от звуков из-за двери. Что-что, а молчаливым и тихим Цзян Вань Инь сегодня не был. Почти через час из спальни главы Юн Мен Цзян выпорхнула слегка растрепанная Пэй-Пэй, и то, лишь для того, чтоб пробежать по коридору и юркнуть в спальню господина Цзинь, где тот уже ожидал ее, все ещё чинно беседуя с главой Лань и старшим господином Ху. Дядюшка Ху и господин Лань весьма поспешно покинули чужие покои, чтоб не мешать. Яо был определенно смущен, что в первый раз за много лет остался наедине с красивой женщиной. Будь ему хоть немного лучше, он был бы рад такому повороту событий, тем более, что глава Цзян ничуть не возражал. Но была и серьезная загвоздка: вместе с ян он терял и возможность заниматься любовь с женщиной. Впрочем, Ху Пэй-Пэй в этом не видела особой проблемы. Здесь она так же не стала тянуть время и тут же приступила к тому, за чем пришла. Господина Цзинь она до этого ни видела и знать о нем не знала, но чувство благодарности к этому человеку подстегивало сделать все как можно лучше. Цзян Чен сидел и осмысливал, что в первый раз в жизни видел столь искусную в занятиях любовью особу. «Хоть наложницей бери», — подумалось ему. Понятно, конечно, было что это все мог быть лисий морок. Пэй-Пэй его предупредила, чтоб не смел влюбляться и вообще воспринимать все всерьез.У нее есть любимый муж и сбегать с главой ордена заклинателей она не хочет. Вот ее мужу Цзян Чен завидовал, коль тому досталась столь страстная супруга. Мысли о том,где и когда Пэй-Пэй настолько хорошо освоила весенние игры глава Цзян предпочел изгнать из своей головы. Он, полулежа на постели, прихлебывал чай и чувствовал себя вдвойне удовлетворенным, хоть и уставшим до крайности. Так постельными утехами его изматывал только Яо во время болезни. Но усталость это была приятная, как после хорошей тренировки, когда чувствуешь, как твое тело становится сильнее. Он семь раз заставил Пей-Пей подчерпнуть бесконечной инь, прежде чем отдать ей дважды свою ян. Это было прям как в тех книжках, что он листал в юности в компании Вей у Сяня и Не Хуай Сана. Цзян Чен даже не подозревал, что когда-нибудь вообще будет с таким удовольствием и желание заниматься любовью с женщиной. Пей-Пей вроде ничего такого и не делала, да вдруг ее взгляд стал почти таким же как у Яо, в волосах почудился столь любимый каштановый оттенок, и она вдруг напомнила ту девушку, продающую весну, к которой несколько раз ездил Цзян Чен за «игрой на флейте», пока Яо был в Облачных Глубинах сразу после похищения. Цзян Чен толком и сказать бы не мог, чем же его так зацепила Ху Пэй-Пэй. Все это были какие-то мелочи, что-то неуловимое, почти неосязаемое. Из-за двери спальни Яо теперь так же слышались тихие стоны, возня, смешки. Ху Пэй-Пэй игриво уговаривала стеснительного господина совсем обнажиться. Цзян Чен поймал себя на том, что не ощущал ревности. Все как будто вернулось куда-то назад, в то время, когда он едва вступил в брак. Может, ему стоило тогда взять им двоим общую наложницу, а не пытаться отравить жизнь супруга и сделать ее невыносимой? Все же ведь могло бы быть намного лучше, если б.... Господа Ху и Лань Си Чень пока сидели в отведенных им гостевых покоях. Когда Цзян Чен вышел туда,переведя дух,то застал конец какого-то разговора. Лань Си Чень, вероятно, просил старого господина Ху,чтоб тот попросил деву Ху ещё о чем-то. Странно, что не Бай Ли. Дева Ху, кажется, общалась больше с ним или просто очень любила младшего братца. Появление Цзян Чена заставило перевести тему беседы. Они выпили два чайника чая,ожидая прихода госпожи Ху. Наконец дверь из спальни господина Цзинь открылась. Пришедшая оттуда Пей-Пей была крайне недовольна. — Что-то не так? — Именно. Вы сказали, что господин Цзинь родился человеком, его ян изменена плодом бессмертных и теряется без видимой причины. Я, конечно, догадывалась, что будут сложности, но не настолько же! — Что случилось, дева Ху? - Лань Си Чень был само внимание. — Его тело как худое ведро: сколько не лей, все не наполнить. Я ничего не смогла бы отдать ему, — Пей-Пей это все, похоже, не на штуку огорчило. — Я попробую еще раз чуть позже, когда господин Цзинь отдохнет. С его лечением будут большие проблемы... Ху Пэй-Пэй выглядела недовольной и несколько уставшей. Глава Лань вежливо поклонился ей,как благородной почтенной даме и поспешил кмнащванному брату. Цзян Чен дал себе отдохнуть еще минуту и пошел следом. Яо сидел в постели, поджав колени и упершись в них лбом. Лань Си Чень опустился рядом на край кровати. — А-Яо, я знаю, что это тяжело… - он утешал, как обычно — Нет, Лань Хуань, нет… Я попробую еще раз. Кажется, отсутствие ян у Яо не компенсировали умения госпожи Ху. Похоже, у них ничего не вышло. Цзян Чен хотел было послать кого-нибудь за лекарем. Может у него есть что-то вроде того незабываемого меда из Цин Хе, который заставил главу Цзян пережить пару ну просто непередаваемо неприятных часов с топорщившимся корнем ян? Едва Цзян Чен успел оформить эту мысль и собрался уже крикнуть кого-нибудь из служанок, как на пороге появилась Ху Пэй-Пэй и весьма быстро выпроводила всех лишних, что вновь остаться с господином Цзинем наедине. Со второго раз у Пэй-Пэй, кажется, кое-что получилось, хоть она пришла ы крайне срочном настроении и ворчала будто столетняя старуха. Случай оказался явно не из простых. Ну или у Пэй-Пэй было не так много опыта, как можно было подумать. — Я сделала, что смогла. Господину Цзинь пока лучше, пусть поспит. Не думаю, что он долго протянет даже если я тут поселюсь, - высказала она почти с порога. Господа Ху переглянулись. — Отчего у госпожи Ху такие мрачные мысли? — Лань Си Чень старался быть самой вежливостью. — Никто не ведает причин этого недуга. — Никто из людей. А я такое видала однажды, - Ху Пэй-Пэй была не расстроена. Она была зла. — Такое уже было с кем-то? С кем? Этот человек жив? - засыпал ее вопросам первый господин Лань. — Какие вы все нетерпеливые! — Пэй-Пэй имелась за столом и сменила тон на более дружеский, зарделась, словно это не она злилась несколько секунд назад. Бай Ли бегом бросился наливать ей чай, хоть та даже не просила, лишь положила руку на стол. — Прощу расскажите. Жизнь господина Цзинь крайне важна для меня, — умолял господин Лань. Цзян Чен не знал почему, но Ху Пэй-Пэй как-то даже благоволила Лань Си Ченю. Но вот тут она бросила на него такой взгляд, словно выбирала куда лучше вцепиться зубами. —  Я видела такое у двух человек… — глухо сказала она. — Полагаю, это были какие-нибудь юные заклинатели,что вызвали силы, что оказавшиеся не по умениям? Их тела разрушила и состарила инь.Так? — Цзян Чену причины болезни Яо казались достаточно очевидными.  — Нет, что вы, глава Цзян, — голос Ху Пэй-Пэй вдруг наполнился ядом. — Я знаю только , чем болеют простые люди. Обычно я избегаю заклинателей и знать не хочу ничего о ваших делах. Такую же болезнь я видела в весеннем доме, и это в самом деле крайне дурная история. — Расскажите, как это произошло. Может, мы найдем что-то общее? — Лань Хуань не понимал причин вспышки ярости у этой весьма милой особы. Состояние Яо определенно вывело ее из себя. Она узнала нечто, что ее очень расстроило. — Если честно, я бы предпочла все это не видеть никогда и не помнить. Но, кажется, господа туповаты, раз спрашивают меня об этом, — господа Ху как-то совершенно по-лисьи почти прижались к полу. Ху Пэй-Пэй не обращая на них внимания, продолжила: — Это произошло не очень далеко отсюда. Подле богатого городка жил помещик. Он был человеком очень азартным и уж не знаю, как так получилось, но он проиграл в кости свои дом и всю землю хозяину местного публичного дома. Кажется, проигрывал он не в первый раз: хоть земли у него было много, но его семья жила бедно, а жена умерла от того, что не было денег на пилюли от простуды. У того помещика было два сына-близнеца. Юноши с ранних лет тащили на себе все домашние дела, не давая отцу совсем уж разориться. Выручать своего непутевого отца им было не в первой. Похоже, настолько сильно он проиграл в первый раз. Говаривали, что хозяин публичного дома то ли обладал невероятной удачей,то ли умел хорошо мухлевать. Выигрывал он часто, во что бы не играл. Узнав о столь крупном проигрыше и расписке, что дал отец, решили проникнуть в тот весенний дом и выкрасть бумагу. Без нее доказать что-то было бы крайне сложно даже в суде. Но им не повезло: их поймал хозяин дома. Он пообещал отрубить юношам руки за воровство. Те стали умолять его, чтоб тот не отбирал хотя бы дом. Кроме отца в семье была еще бабушка и младшие сестры. Куда б они пошли? — Вот свезло кому-то с отцом! — Цзян Чен не удержался от язвительного комментария. — Вот именно, - мягко согласилась Пэй-Пэй и продолжила. - Юноши стали умолять хозяина публичного дома, чтоб тот дал шанс их семье выжить. Старуха и три девочки при таком беспутном главе семьи на улице не смогут продержаться никак. Хозяин был человеком жестоким, но не совсем уж бессердечным. Он согласился вернуть расписку, если юноши выплатят долг вместо отца. По возрасту они были ещё совсем мальчишками и достаточно денег ни у одного из них не было. Хозяин предложил им отработать эту огромную сумму. Бедняги согласились, понимая, что иного выхода нет. Они думали, что теперь всю жизнь будут слугами в этом доме, но хозяин решил, что оставлять столь пригожих юношей на кухне слишком расточительно. Но если каждый из них будет принимать гостей наравне с девушками, то долг они вдвоем отработает всего-то за три года, а может и раньше. Не зная, что их ждет, братья согласились. Через два месяца они в самом деле принимали гостей и те были весьма довольны. Хозяин лично обучил новичков всем премудростям ремесла, угрожая, что иначе их поместье и младшие сестры перейдут в его собственность. Он заставил юношей сделать много вещей, которые жестоки и противоречат морали. Брат лег с братом, хоть они оба и не желали того. Юноши в совершенстве освоили все дуновения южного ветра и начали успешно принимать клиентов. Желающих было много: близнецы, оказывающие такие услуги были — большая редкость. Отец пытался выкупить сыновей, но ровным счетом ничего не мог предложить, чтоб покрыть долг. От стыда он повесился. Вот только через некоторое время с самими братьями начало твориться кое-что странное. Они начали круглеть, становясь совсем уж похожими на девушек, потом болеть. Прошло чуть больше пары лет с той злополучной ночи, как один из братьев умер и никто не верил, что этому юноше даже не успели волосы заколоть… - Пэй-Пэй эта история печалила. — От чего он умер? — Лань Си Чень был взволнован и напуган. Не только из-за Яо. Его чувство справедливости внутри бурлило. Он очень хотел, чтоб рассказчица хотя бы намекнула, где искать тот весенний дом, где все это произошло, и трех осиротевших девочек и старуху, если те ещё живы. То, что со вторым братом не произошло ничего хорошего сомневаться не приходилось. — Ох, это было в самом деле непросто понять. Угас и все. Говорили, от тоски и стыда.Но люди много что болтают. Те юноши были полны жизнелюбия и желания прославиться. Один из них хотел стать чиновником, а второй — заклинателем. Пока их отец не погубил всю свою семью этим проигрышем, они подавали большие надежды. — А второй, что стало со вторым? — Цзян Чен понимал, что история на этом не кончилась. — Он превратился в яо и выгрыз глаза, нос, язык, корень ян и печень хозяину публичного дома, — Ху Пэй-Пэй прикрылась рукавом, видимо, ужасаясь этой картине. Или... Цзян Чену казалось, что за рукавом,которым прикрылась девушка, прячется довольная злая улыбка. Ху Пэй-Пэй намекнула,что хозяин весеннего дома был жуликом и выходило,что получил он поделом. И все же Цзян Чен хоть убейся не мог припомнить такой истории за прошедшие годы. Едва ли такое громкое происшествие осталось бы без внимания. — Почему же между этими юношами такая разница? - Лань Си Чень смог взять себя в руки и задать нужный вопрос. — У заклинателя в тело полилась темная ци, повредив золотое ядро? — предположил Цзян Чен. Ситуация была похожа на происходящее с Яо. В принципе, даже этот все не заживающий укус вписывался. — Почти, но не совсем. Темной ци там не было ни капли. Второй юноша попытался покончить с собой, поняв, что его ждет судьба брата, но его спасли. — Так что тогда с ним произошло? — Его энергетические каналы повредил избыток чужеродной ян, — Пэй-Пэй пояснила это как нечто совсем уж очевидное и само собой разумеющееся. — Как? Такое вообще бывает? - Цзян Чен даже не слышал о таком. Ци могла бурлить вплоть до искажения,но чтоб Ян! Такое и вообразить было сложно. — Эти бедные юноша принимали гостей не желая того. Они не испытывали недостатка собственной ян, а чужая была для них излишней, раз они не были обрезанными рукавами. В теле после визитов гостей появилось искривление течения ян. Похоже на искажение ци у заклинателей. И чем больше ян, тем хуже становится. Энергия в теле тут не отличается от воды в речном русле, что размывает берега и затопляет все, когда ее слишком много. Спокойная речная вода во время наводнений начинает течь вспять по руслу,переполняя его, выходя из берегов, ломая дома и унося мосты. Примерно так же и ян течет противоестественным образом, разрушая каналы и чем ее больше, тем сильнее эти разрушения. Чужая ян в теле не задерживается долго, но вытесняет собственную с ее места. Образовавшуюся пустоту пытается заполнить инь, от чего становится еще хуже. — А собственная ян… — … разрушает нижний дяньтянь и все идущие у нему каналы. У господина Цзинь ян очень много, гораздо больше, чем у обычных людей. Я даже отняла чуть-чуть, чтоб облегчить его состояние. Персик из небесного сада исцелил повреждения, но не устранив причину. — И ее как-то можно исцелить? — Не знаю. Никогда не интересовалась этим вопросом, — Пэй-Пэй изящно откусила пряник, поданый ей почти трясущимся Бай Ли, и потупила глаза, будто стыдясь этого. — Может кто-то из небожителей согласится? Не думаю, что смертным это под силу. Цзян Чену вдруг настолько остро захотелось увидеть супруга, что он бегом бросился в спальню. Яо встретил Цзян Чена весьма вопросителньым взглядом, когда тот потряс его за плечо, чтоб разбудить. Похоже, весь рассказ Ху Пэй-Пэй он или слышал, или сама лисица сказала ему в чем дело, прежде чем идти к остальным заклинателям. — Хочешь узнать, что я тебе первым делом выгрызу, когда окончательно перерожусь? - спросил он совершенно спокойным тоном. Хоть Ху Пэй-Пэй и сказала, что у нее ничего толком не вышло, Яо ощущался прежним и был все же скорее человеком. Он немного сонно моргал и устало улыбнулся. — Ничего. Я не дам тебе опять вернуться к этому состоянию! — Цзян Чен был твердо намерен выполнить это то ли обещание, то ли угрозу. — Госпожа Ху сказала, что это временно и вскоре все опять будет как до этого. — Угу. Будешь яо во всех смыслах, — съязвил Цзян Чен. Может, стоило как-то уговорить Пэй-Пэй остаться здесь? Заплатить ей или ещё как-то. — Если тебе больше ничего не надо,то я продолжу спать. Госпожа Ху сказала, что это сохраняет мою человеческую сущность и ян в моем теле. Цзян Чен поднялся и вышел. Ху Пэй-Пэй осталась в Пристани лотоса до вечера, еще раз заглянув к Яо в спальню. Цзян Чен ревновал, но в то же время… Яо наконец-то увидел в своей постели женщину. В первый раз за очень много лет и никто не мешал ему предаваться с ней страсти.После,совсем уж поздним вечером, госпожа Ху засобиралась домой. Господин Ху провожал Пэй-Пэй, пожелавшую отбыть почему-то на ночь глядя, с такой торжественностью, которая бы и императору польстила. Та очень ласково попрощалась с "Сяо Ху" и кивнула господину Ланю напоследок. Бай Ли и старый господин Ху были приглашены остаться в Пристани лотоса до утра. Цзян Чен надеялся, что и Пэй-Пэй так же примет приглашение. А дальше - году утро,там и день,и другой. Но дева Ху проявила удивительную твердость. Цзян Чен не смог удержаться, чтоб не восхититься Пэй-Пэй и высказал это старому господину Ху. — У вас такая умная племянница! Не подумал бы, что в ее возрасте девушка может быть столь образованной, - что и говорить, но на деревенского лекаря и Бай Ли утонченная и яркая Пэй-Пэй походила разве что ушками. — Ху Пэй-Пэй — гордость нашего рода, - эта самая гордость сквозила в самом тоне старого лекаря,хоть звучала забавно вместе с деревенским говорком. — А чем она занимается? Она врачевательница? - Цзян Чен все же надеялся позже отыскать эту особу. — Нет. Она это... продает весну. — Она?... - Цзян Чен опешил от такого ответа. И ведь не сказать,что это было неожиданно. Умения Ху Пэй-Пэй в постели говорили о чем-то таком. - Почему она?.. Это из-за долгов?! - Цзян Чен не мог даже внятно сформулировать свое возмущение. Как это Пэй-Пэй могла заниматься столь грязным ремеслом, да ещё имея мужа?! Или вот она сейчас уехала,чтоб ее не хватились в публичном доме и ее долг не стал еще больше? Если так, то... это меняло дело. Цзян Чен просто выкупит её. В Юн Мен Цзян стараниями Яо стало достаточно денег и на такую трату. — Нет.Ей самой захотелось, - пожал плечами старый господин Ху. — И вы позволяете ей в таком возрасте? — Боюсь, Ху Пэй-Пэй сама вольна решать, что ей делать, — господин Ху был задумчив. Цзян Чену подумалось, что и старому Ху профессия этой милой девушки так же не нравилась, но все разумные доводы он исчерпал. Ранним утром, еще до того как в Пристани лотоса проснулись слуги, уехал и Бай Ли с дедом. Цзян Чен решил взяться за расследование этой истории,чтоб если не отыскать Пэй-Пэй,то хоть понять чуть больше о болезни Яо. И выяснить судьбу бабушки и сестер тех братьев. Цзян Чену вообще было непонятно, почему он не знает об истории, рассказанной девушкой. Такое громкое происшествие не могло пройти мимо хоть какого-нибудь из орденов. Он решил побеседовать с обоими советниками. Первый советник лишь пожал плечами. Он так же не слышал ни о чем подобном, а записи об охотах Юн Мен Цзян большей частью сгорели во время войны. Так же он не мог вспомнить ничего хоть отдаленно похожего за то время, что был членом Юн Мэн Цзян. Однако Второй советник посчитал, что история ему знакома, хотя отнюдь не из записей ордена Цзян или какого-нибудь соседнего. Она описывались в одной очень старой книге, которую он по случаю купил в Юн Пине. Книга была записками одного бродячего заклинателями. Талантами природа этого достойного не обделила. Писал он интересно. И вот в одной истории было поразительное сходство. Только случилась эта история три цикла назад. Совпадали все: и нечестный выигрыш хозяина весеннего дома,что выяснилось после его смерти, и двое юношей,что согласились столь унизительным образом отработать долги, и повесившийся от стыда отец, и умерший странной смертью брат. Была так же приписка о том, что узнав о том, что от голода умерли сестры, оставшийся юноша исполнился ненависти и стал злобным духом, второго автор записок и упокоил с невероятным трудом,а ручей черной крови из горла духа был длиной в половину ли. Только вот Пэй-Пэй говорила так, словно видела все своими глазами. Цзян Чен решил не слишком вдаваться в то, сколько лет Ху Пэй-Пэй на самом деле. Осознание того, что он возжелал даму, приходящуюся прабабкой откровенно пожилому человеку, уже охладило его достаточно сильно. Сейчас было важнее придумать что-то еще для Яо, раз эффект временный.