Дипломат

Орден Лань, будто специально, прибыл точно следом за Цин Хе Не, и им даже пришлось некоторое время ждать, пока освободится двор. Господин Цзинь рассыпался в извинениях.К счастью, Гу Су Лань остались верны своему аскетизму и их свита была заметно меньше, повозка госпожи Лань не так огромна и пышна.Правда, больше нотку нервозности тут вносило то, что учитель Лань так же решил почтить Пристань лотоса своим визитом. Более того, Лань Ци Жень возглавлял гостей из Гу Су. Госпожа Лань приехала в сопровождении госпожи Гао. Далее следовали формальные приветствия, супруги Лань поздоровались самыми последними и крайне официально, словно вовсе не были супругами. Эту чопорную до невозможного сцену перебивало только шиканье Не Мин Цзюе на заднем фоне, велевшему брату не жаловаться и не позорить своей слабостью орден Не. Первый господин Лань, однако, с большой радостью взял на руки сына, который его узнал. И вот, когда уже все приветствия были закончены, спины склонены положенное число раз и пожелания выслушаны, а Цзян Чен удивлялся, что не увидел Вей У Сяня, тот внесся в ворота с воплем:"Я успею!!!», нарушив всю эту сдержанную атмосферу, заставив обернуться Не Мин Цзюе, замолчать ноющего о ноющей пояснице второго господина Не, а младшую юную госпожу Не уткнуться в плечо служанки и захныкать от испуга. Учитель Лань выражал свое недовольство молча, но, кажется, весьма наделся, что господин Вей потерялся где-то в дороге и не найдется еще… лет сто. Госпожу Не с никак не успокаивающейся младшей дочерью проводили в приготовленные для них покои. С подготовкой именно этих комнат служанки так расстарались, что у Цзян Чена закрались сомнения, уж не визит ли госпожи Не главное событие в доме. Служанки в последние пару недель свели всю болтовню к обсуждению исключительно жизни Цин-Цин и определенно завидовали ей. Пару языкатых новеньких Люн И лично наказала за сплетни. Все, кто знал Цин-Цин прежде, были немного напуганы, но скорее рады визиту столь важной теперь персоны. Яо после приветствия извинился и ушел к себе отдохнуть. Цзян Чен поймал лишь брошенный вслед взволнованный взгляд Си Ченя: этикет предписывал бывшему главе Лань оставаться со своим орденом. Опасаться было чего. Первый господин Лань пребывал в весьма нервном настроении, не зная, как долго продлится эффект от «лечения» Ху Пэй-Пэй, и, возможно, крайне расстроенный ее словами о бесполезности каких-то еще средств. Цзян Чен сам проводил главу Не в отведенные ему покои и, если честно, сам бы хотел поскорее разделаться с этой обязанностью. Ему еще Учителя Ланя провожать, хотя хотелось сходить и узнать, задремал ли Яо и после… Это самое «после» таращилось на них во все глаза из-под своей меховой шапки. Зима в Пристани лотоса не была такой же холодной, как местах, где родилась госпожа Гао, но снимать свои меховые шапки кочевники не захотели. Возможно, у них это было таким же делом престижа, как ушамао у чиновников. Появление степняка, который по идее должен был сидеть и разглядывать книжки вызвало весьма двоякую ситуацию. Все, конечно, были удивлены виду этого юноши и его странной одежде и шапке. Однако, некоторые среагировали сильнее: госпожа Гао схватилась за меч, но не вытащила из ножен, а старшая юная госпожа Не наоборот смотрела во все глаза, явно будучи снедаема любопытством. Впрочем, руку госпожи Гао перехватила госпожа Лань и спросила: — Глава Цзян, кто этот молодой человек? — госпожа Лань, конечно, не могла не видеть испуга своей дорогой подруги, но не могла и допустить скандала. Она догадывалась, чем тот мог пугать бедную госпожу Гао. Только сейчас было не то время, чтоб бросаться в омут с головой, не разобравшись в ситуации. — Спокойно, Дайр У-сун гость в моем доме. У него есть важное предложение к главам великих орденов.  — Дайр-Усун, — поправил мальчишка и шмыгнул носом. Потом кивнул в сторону Не Мин Цзюе, — Батыр! — радостно-уважительно прокричал он. — И тебе здравствуй, вождь! — не без иронии ответил глава Не, уже знакомый с этой бесцеремонностью. — Если Дайр-Усуну что-то нужно, то я пришлю слуг. Сейчас мне надо разместить гостей, — попытался спровадить кочевника Цзян Чен. Тот, впрочем, не жаждал тут оставаться. Степняку, похоже, кроме удовлетворения любопытства ничего более не было надо. Просто он понятия не имел о хороших манерах. А второму юному господину Не пришлось одернуть сестру, которая о чем-то задумалась и забыла, что они тут куда-то шли вообще-то.Та в ответ без стеснения пнула брата под колено и с видом, будто не произошло ничего такого, последовала за отцом и прочими представителями своего ордена, выглядя при этом благовоспитанной, скромной и милой. Цзян Чен про себя вздохнул. Девочка-то с характером. Уживутся ли они с А-Ся, который так же обладал не самым покладистым нравом? Глава Не, однако, сперва захотел лицезреть покои, куда планируется селить его младшего брата. Проверил крепка ли дверь, хороши ли талисманы и решетки на окнах и нет на полу или потоке чего-нибудь подозрительного. Выходя он еще и запер покои второго господина Не собственным талисманом: «На всякий случай». Цзян Чен, правда, был уверен, что Не Хуай Сан не настолько дурной, чтоб натворить что-то этом доме. Удрать из Пристани лотоса было сейчас весьма тяжело. Да кто ему тут станет помогать? Делегацию Лань оказалось расселить куда проще и быстрее. Лань Си Чень пока беседовал с родственниками в небольшом зале, куда обычно приходили посетители. Кажется, он объяснял госпоже Гао что-то насчет кочевников, а та слушала его поджав губы, но кивала под требовательным взглядом госпожи Лань. Цзян Чен про себя помянул недобрым словом бывшую жену. Та, конечно повзрослела и поумнела, однако характер у нее, кажется, особо не менялся. Хватило же ей когда-то смелости броситься с мечом на Яо. Не испортила бы отношения с кочевниками. Уже проводив всех по их комнатам, Цзян Чен оказался на обратном пути пойман учителем Ланем. Тот желал побеседовать. Причем с глазу на глаз и именно сейчас. Цзян Чен с тоской подумал: «Ну и какая еще будет волнующая тема?» — ожидая, что Лань Ци Жень отчитает его за невоспитанного мальчишку в доме, поведение Вей Ина, недостаточно низко поклонившегося сына или еще что-нибудь в это духе. — Я хотел извиниться перед вами, глава Цзян, и поблагодарить. — За что? — Цзян Чен опешил. — За то, что поставил вас и ваш орден в заблуждение, — кажется, это несколько — Чем именно? — Лань Цзин И. Вы ведь были готовы принять его. Я благодарю, что готовы были приютить его когда он остался без крыши над головой по моей вине. — Ну да. Он хорошо обучен и я не заметил в нем ничего такого, что противоречило бы образу благовоспитанного юноши. Так чем же меня ввели в заблуждение?  — Я погорячился. Испугался, что Цзин И повторит ошибку моего брата и его супруга не будет достойной женщиной, и велел уходить, чтоб подумать над своим поведением, не сказав на какой срок. Ли Таоцю, хоть и не происходит из благородной семьи, трудолюбива, добра и обладает хорошим характером. К тому же, согласно гороскопам, она в самом деле идеально сочетается с Лань Цзин И. Я лишь желал, чтоб Лань Цзин И не делал более ничего опрометчивого. Он же понял это превратно и ввел в заблуждение вас,  — Цзян Чен подумал, что сейчас гром грянет или что-то такое. Учитель Лань говорил, что он ошибся и погорячился. Человек, который считал себя мудрецом, говорил, что ошибался. Или это в самом деле проявление мудрости? Или, может, старейшины велели извиниться самом учителю Ланю, чтоб неповадно было? — И вы знаете и об ее… изъяне? — Цзян Чен не то, чтоб хотел как-то раскрывать все нюансы происхождения Тао-Тао, скорее чувствовал некую мелочную мстительную злобу на нее. Она же лиса. Она могла сделать то же для Яо, что Ху Пэй-Пэй, но не сделала. — Знаю. И нахожу его полезным для нашего ордена. Это озадачило Цзян Чена. Неужто Вей Ин оказался таким стихийным бедствием, что Лань Ци Жень посчитал оборотня в своем ордене меньшим злом? — И вы знаете в чем он? — Господин Вей ограничил это, если вы говорите об опасности. Цзян Чен понимающе кивнул. Кажется Тао-Тао заключила с Вей У Сянем какое-то соглашение, взамен чего он сделала талисман, скрывающий ее природу даже от самых сильных заклинателей. Далее Цзян Чену наконец удалось пойти поглядеть как там поживает Яо. Тот дремал, полусидя на кровати, но встрепенулся, едва в комнату кто-то вошел. — Уже обед? — Нет еще, спи. Я просто зашел проверить как ты. — А, хорошо… — Яо был милым, когда говорил так сквозь сон. Цзян Чен по-прежнему испытывал к нему скорее эстетические чувства, и это сделало их отношения как-то лучше. Они стали опять пить чай по вечерам и говорить. Яо каким-то образом понял, что его сейчас перестали желать. Успокоенный злобный дух перестал быть злобным. Вечерние разговоры, конечно, были сугубо по делу, но лучше тяжелого молчания. Пред обедом было решено познакомить детей, чтоб они хоть имели какое-то представление друг о друге. С Не Ань у Цзян Ся отношения не задались с первого взгляда на крыльце, а сейчас ситуация только ухудшилась. Цзян Чен в самом деле избаловал сына, а юная госпожа Не обладала непреклонным характером отца и подкреплением в виде младших братьев. Положа руку на сердце, она бы, конечно, и без них справилась. Упражняться с саблей Не Ань любила с раннего детства и даже ее братья ей проигрывали порой. А-Ся, привыкший в Пристани лотоса к особому отношению, попытался было вести себя привычным образом, но был нещадно бит за свою надменность. Сдачи, он, естественно дал. Только перевес сил был отнюдь не на его стороне: к Не Ань подоспело подкрепление в виде двух ее единоутробных братьев и потрепали А-Ся к тому моменту, как перепуганная А-Ли привела взрослых, изрядно. А-Ся разобиделся на всех за такое отношение и ушел один в сад. Никаких романтических чувств эта девочка в нем не пробудила вообще, не будет он на ней жениться. И вообще жениться ни на ком. Только на Тао-Тао. Она не дерется и хвост у нее такой мягкий! С этими мыслями А-Ся пошел в самую гущу сада, где никого сейчас не должно было быть. Где-то на боковой дорожке служанка звала эту мелкую плаксивую Тянь-Тянь, которая куда-то подевалась. В самом деле вторая юная госпожа Не была довольно близко, только служанка ее не видела за кустами. Не Тянь сидела как-то странно скрючившись под самыми ветками и почти неслышно всхлипывала. А-Ся, хоть и был капризен, по природе своей был добрым. Да и мальчишки Не, наверное, перестанут его колошматить, если он вернет их сестру родителям. Эта настойчивость относительно того, что он непременно должен подружиться с кем-то из дочерей семьи Не угнетала. Не Ань оказалась противной как не знаю что, а Не Тянь была еще слишком мелкой, чтоб с ней было интересно. Ну хотя б не такой драчливой. А-Ся хотел было позвать няньку из ордена Не, но та ушла уже далеко в другую сторону, так что действовать наследник Цзян решил сам. Девочка зацепилась кулоном, висящим у нее на шее, за ветку и цепочка почти душила.Наверное, этим и объяснялась такая тишина. Насколько громко может плакать Не Тянь слышала вся Пристань лотоса.Служанки еще шептались, что затихла юная госпожа только на руках отца. А-Ся удивился тому, что на такую маленькую девочку надели такое взрослое украшение и посчитал это хвастливостью. Дядя Цзинь говорил, что орден Не очень богат, богаче их ордена и даже Лань Лин Цзинь, откуда двоюродный брат привозил подарки один другого лучше. То дракона, который сгибался и шевелил лапами, будто живой, то красивый меч как раз А-Ся по руке, то дорогие ткани на платья А-Ли. Маленькая Не Тянь смотрела на Цзян Ся перепугано. «Тихо, давай я сниму тебя с куста», — но цепочка оказалась не настолько длинной, чтоб ее можно было распутать просто так.Звенья еще зацепились друг за друга и завязались узлом. Заниматься этим из-за спины девочки, согнувшись в три погибели, было не очень-то удобно. А-Ся надоело мучаться и он решил просто расстегнуть цепочку. Молодые господа Не, посланные матерью разыскивать младшую сестру, уже почти заблудись в этом саду, когда издали увидели, как наследник Цзян сидит с ней под кустом. Сестра сидела как-то чудно, будто ее что-то не пускало сесть удобнее. Вот тут Цзян Ся встал, почесал затылок под таким же как у его отца пучком и нагнулся к Тянь-Тянь. Братья Не заняли оборонительную позицию, готовые в случае чего защищать младшую сестру и надавать тумаков этому капризному невежде. Тот снял в шеи девочки зацепившийся за куст кулон и… мальчики застыли, не зная, что делать. Тянь-Тянь вновь покрылась шерсткой, а из-под платья выглянул пушистый хвостик. Их семейный секрет, который отец и матушка велели им хранить, был вот так запросто раскрыт. Сейчас из младшую сестру убьют! Но Цзян Ся вопреки ожиданиям, вдруг удивленно и радостно приоткрыл рот: «Какая ты славная!» Тянь-Тянь застеснялась и спрятала нос хвостом. «А курочку ты любишь?» — курочку Тянь-Тянь определено любила. Пока Цзян Чен издали видел стычку между детьми, видел, как А-Ся чуть не в слезах, задетый за самое больное, что только может быть — за самолюбие и гордость — удрал в сад. Цзян Чен решил не бросать сына в такой момент. Яо предполагал, что все может пройти не просто. А-Ся, привыкший к особому отношению к себе с пеленок, не готов был к тому, что его не посчитают значимой персоной просто так. Цзян Чену надо было спасать положение. Он отправился в сад, чтоб найти и успокоить сына, покуда Не Мин Цзюе отчитывал двух старших сыновей — и только их — за столь недружелюбное поведение. Дочерью он, похоже, гордился. Об этом Цзян Чен хотел бы поговорить позже. Очень бы хотел. В саду главе Цзян попались крайне взволнованные госпожа Не и ее служанка, которые разыскивала маленькую Тянь-Тянь. Та вопреки первому впечатлению, оказалась крайне подвижной и сбежала куда-то в сад. Час от часу становилось не легче. Как вот люди живут большими семьями? Цзян Чен не представлял, что творилось бы, будь у него не двое детей, а больше. Он с ума от тревоги бы сошел! Еще тут не было Яо, которые такие вот ситуации умел решать быстро и без лишних конфликтов. Теперь надо было звать адептов прочесывать сад и молиться, чтоб Не Тянь не свались в озеро с какой-нибудь из пристаней. ощущение того, что вместо совета будет катастрофа все нарастало. Складка меж бровей Цзян Вань Иня становилась все сильнее. Наверное, надо все же разбудить Яо. И вот когда Цзян Чен уже мысленно видел, как Не Мин Цзюе отрубает голову служанке, не уследившей за его дочерью, а Пристань лотоса завешена белыми полотнищами вместо алых, из-за кустов показалась крайне веселая компания детей. Впереди шествовал А-Ся. У него на закорках ехала довольная жизнью Не Тянь, целая и невредимая, если не считать большого пятна грязи на платье. Рядом шли два средних брата Не, которых можно было отличить только по цвету лент в волосах, и вполне дружески общались с наследником Не, обсуждая, что интереснее делать: стрелять из луков по воздушным змеям, лазить по деревьям или пугать кур. Цзян Ся в ответ зашел с козырной карты, объявив, что интереснее всего летом купаться среди цветущих лотосов, потому что можно плавать и играть в прятки одновременно. Братья Не стушевались, потому как плавать они не умели. Реки в Цин Хе были мелкие и быстрые, в таких не поплаваешь. А-Ся щедро пригласил их с младшей сестрой в гости летом, чтоб научить. «А может все не так уж и плохо?» — проскользнуло в голове главы Цзян. В конце-концов, может А-Ся поладил с этими ребятами, может и с их сестрой тоже договорится? Завидев отца, Цзян Ся бросился к нему со своей «поклажей». «Папа, папа, я нашел невесту! На ней женюсь!» — объявил он прямо на бегу. Цзян Чен удивлялся столь четкому и быстрому выбору. Но тем лучше. Маленькая Тянь-Тянь смеялась, сидя на закорках и вполне хорошо себя чувствововала. Более того, А-Ся умудрился еще отлично поладить за эти несколько минут, что его не было в поле зрения, с третьим и четвертым молодыми господа Не! Цзян Чен было обрадовался такой удаче. Подбежавшая служанка передала дочь госпоже Не со словами, чтоб та была осторожнее: юная госпожа измазалась. По саду перекрикивались и прочие обитательницы кухни, обрадованные тем .что девочка нашлась. Мин-Мин пришла первой и поцокала языком, видя насколько Тянь-Тянь измазалась. Цин-Цин же улыбнулась: " — Думаю. Сюэ Син все отстирает, она знает в этом толк, — Так она того, замуж прошлым летом вышла. Цин-цин застыла с очень сложным выражением на лице — Правда? — пожалуй, такая весть в самом деле в голове не укладывалась. — Ага, — кивнула Мин-Мин. — Все как обещала. За императора. Куриного. Цзян Чен не стал дослушивать эту без сомнения крайне увлекательную беседу Цин-Цин со своими бывшими товарками. Ему надо было обговорить будущий брак с главой Не. Можно было выдохнуть, заключить помолвку, когда главы орденов договорятся об условиях. Яо даже примерно набросал черновик, который лежал у главы Цзян на рабочем столе и требовал минимума правок. Да и Не Тянь можно воспитать с оглядкой на характер А-Ся, чтоб они лучше уживались в будущем. Но не тут-то было. Теперь уперся Не Мин Цзюе. Выдать старшую дочь замуж он был готов, а вот младшую вообще никак.Совсем. В принципе. И дело не в том, что она весьма мала: некоторые помолвки заключались даже до рождения будущих супругов. Глава Не просто уперся и все, не желая ничего объяснять. Дошло почти до ссоры. Во время обеда Не Мин Цзюе не проронил ни слова. Может, у него были планы поженить младшую дочь и наследником Лань, а Цзян Ся так бесцеремонно их нарушил? Через час после обеда над главой Цзян смиловалась госпожа Не и, позвав его побеседовать, дала объяснение такой непреклонности супруга. Привычно, красиво разлив чай Цин-Цин долго собиралась с духом, чтоб заговорить. — Глава Цзян, пожалуйста, не сердитесь на такую твердость моего мужа. На это есть серьезные причины… — осторожно начала она. Прислуживая большую часть своей жизни, Цин-Цин очень тонко чувствовала настроения других людей и интуитивно понимала, что надо делать. Сейчас в воздухе Пристани лотоса висело напряжение, могущее перейти в грозу и даже господин Цзинь не смог сгладить эти углы. Глава Цзян очень любил сына, брак между орденами Не и Цзян был бы весьма кстати. Из этого союза могла быть солидная взаимная выгода. — И что за веские доводы, о которых глава предпочел промолчать, но ты готова мне сказать? — Цзян Чен был хмур. Глава Не настроение ему испортил дальше некуда. — Дело в том, что наша младшая дочь слаба здоровьем и мой муж, он… он боится, что Тянь-Тянь просто не доживет до совершеннолетия. Поэтому он боится давать согласие на помолвку .чтоб этот союз не распался до того, как будет заключен. Это в корне меняло дело. Как бы там А-Ся не прикипел к маленькой Тянь-Тянь — и вполне взаимно — нужен был прочный союз с общими детьми, чтоб кланы Не и Цзян стали одной большой семьей. Внезапная смерть девочки тут была бы совсем уж некстати. — А лекари ваши что? — Цзян Чен сам понимал, что спрашивает ерунду. — Сделали что смогли, но разве кто-то что-то может обещать в таком деле? — Цин-Цин сама погрустнела от мыслей о таком. Так что выход оставался только как-то помирить А-Ся и Ань-Ань. Госпожа Не пообещала уговорить дочь быть помягче, а глава Цзян — еще раз поговорить с сыном. Делать брак сына совсем уж политическим не хотелось. Своему ребенку всегда желаешь счастья. А-Ся уперся так, что Цзян Чен начал про себя бранить всех предков по линии семьи Юй, наградивших Цзянов таким упрямством. Это был кромешный ад какой-то. А-Ся заявил, что женится исключительно на Не Тянь и ни на ком больше вообще.Не Ань он даже как подружку не рассматривал. Ко всему прочему на сторону сына встала госпожа Гао, заявившая, что Не Ань — просто грубиянка и А-Ся достоин куда как более лучшей и благовоспитанной невесты. Госпожа Гао как раз знает одну такую, дочь ее лучшей подруги. Дети Лань, по счастью, за утро ничем не отличились, ведя себя на удивление прилично. Но даже знакомство с юной госпожой Лань настрой А-Ся либо жениться на Не Тянь, либо остаться холостым до конца жизни не изменило, а дочь у Лань Си Ченя была весьма живой, милой и улыбчивой, словно правила ее не коснулись. Цзян Чен в принципе не был против видеть такую девушку своей невесткой, но следовало обсудить такой союз с Яо. В принципе не сказать, чтоб союз с Ланями был бы плох. просто чуть менее выгоден. Как запасной вариант еще оставался брак А-Ли, но вот именно тут Цзян Чен понимал главу Не, который «не хотел торопиться». А-Ли так же ни с кем из братьев Не не поладила. Госпожа Мао, правда, считала, что у них и гороскопы не подходят совершенно. Сваха умудрилась неведомым образом — вероятно, по наводке Яо — составить для Цзян Ли два гороскопа, с разницей в дате в пару месяцев. И ни по одному никто из братьев Не не был для дочери главы Цзян подходящей парой. Отдать любимую дочку тому, с кем она потенциально не будет в абсолютно гармоничном браке Цзян Чен не хотел.Так что союз с Не трещал по швам. Ко всему прочему Не Ань чуть ли не хвостом готова была ходить за юным вождем кочевников. Цзян Чен на свою голову рискнул посадить его в обед за общий стол как гостя, чтоб дальнейшие переговоры прошли бы глаже: Дайр-Усун придавал много значения своему статусу и всем формальностям уважительного толка по отношению к нему. Ожидать, что человек в глаза не видевший палочек, будет себя вести за столом прилично было глупо. Цзян Чен и не ждал. Позади юного вождя стояла Янь-Янь, готовая ловить и подбирать битую посуду. Помучавшись с палочками, маленький кочевник смачно плюнул и принялся есть руками. Все застыли от такого поведения. Зато Не Ань улыбнулась, отложила палочки и под неодобрительным взглядом матери пальцами схватила щепотку риса. Кажется, такой способ пришелся ей по душе. Чуть позже, уже выйдя от Цин-Цин, Цзян Чен видел, как Не Ань, стоя рядом с отцом и приоткрыв от восторга рот, слушала рассказ о бесконечных степях и табунах, о вольном ветре закатах. Вероятно, все эти красивые эпитеты были специально для этой слушательницы. Глава Не смотрел на дочь так, словно она сейчас вспорхнет, как птица, а он должен суметь ее поймать.