Дипломат

— Лань Хуань, я не могу сейчас, — Лань Си Ченю казалось, что он вернулся на много лет назад в одну прекрасную звездную ночь во время празднования Седьмой Ночи. В ту самую, когда они случайно встретились среди тумана над озером у Пристани лотоса и когда Лань Хуань наивно предложил Яо уйти с ним. — Я не могу все бросить. Мне стоит закончить некоторые дела. — А-Яо, ты хочешь остаться здесь, с главой Цзян? — Лань Си Чень выглядел не на шутку удивленным. Тот давний разговор повторялся едва не слово в слово уже в который раз. Или Цзян Вань Инь был в самом деле прав в плане неуемного честолюбия Яо? Или Яо все ещё не оставил это своё юношеское стремление сделать так, чтоб все забыли о его сомнительном происхождении? Столько лет прошло! Да и после супружества мало кто как минимум в Юн Мене рисковал припоминать кем была матушка супруга главы ордена. Или Яо по-прежнему пытался сам себе что-то доказать? Неужели его после всего того,что он сделал, все не отпускает это юношеское желание? — Нет, но я хотел бы убедиться, что все идет как надо, а мое исчезновение не повлияет на жизнь орденов, — тут стоило бы разочарованно вздохнуть, но Лань Хуань не стал. Яо все еще не утратил эту свою юношеское стремление чего-то достичь. Даже сейчас, когда его положение было так… даже не шатко — гораздо хуже. — А-Яо, сколько можно?! Ордена существовали и до тебя, ты сделал все, что мог. Просто подумай сейчас только о себе! — аргументы себя исчерпали, остались лишь одни эмоции, которым Лань Хуань и дал наконец-то выход. Может, стоило и тогда не слушать всех этих рациональных доводов, а вот так резко всплеснуть рукавами? Яо это как будто отрезвило. — Время. Дай мне чуть-чуть времени и я обещаю, что покину Пристань лотоса вместе с тобой. Я лишь хочу убедиться, что все идет в нужное русло и главы великих орденов не перегрызутся в самый неподходящий момент. Сейчас слишком много «если»… — А если какое-то «если» случится с тобой? — Лань Хуань опасался сейчас больше за названного брата. С кочевниками все удалось более-менее утрясти. То, что переговоры с ними в тупик не зайдут было понятно изначально: союз был слишком им выгоден. К какому-то согласию они пришили бы в любом случае. А вот состояние и положения Яо волновало. Зная настойчивый характер главы Цзян и его резкий темперамент можно было ждать чего угодно. Зная, что именно случилось с Яо из-за семейной жизни стоило опасаться всего. Ху Пэй-Пэй не давала никаких гарантий - их вообще не мог никто дать на этом свете. Лань Хуань уже начал замечать те небольшие перемены, что происходили с Яо перед появлением его "болезни". — Что, если во второй раз госпожу Ху не удасться отыскать вовремя? Или глава Цзян более не разрешит такого лечения? — это ведь было в воле главы Цзян. Ревнивого супруга, что боялся взять для Яо наложницу и что бросал недобрые взгляды на служанок помоложе, явно подозревая их в чем-то. — Если… - повисла пауза. Яо что-то обдумывал. - Тогда я предпочёл бы смерть от твоей руки… — Яо наконец-то глянул прямо в глаза. От этой уверенности было страшно. — А-Яо, нет!!! — Лань Си Чень осекся.Такой отчаянный и решительный Яо, готовый идти в Безночный город, когда-то поразил его в самое сердце, но сейчас скорее пугал, заставлял вспомнить о самом большом своем страхе. — Пожалуйста… Подумай и обо мне. Я не смогу дальше спокойно жить, зная… — … что позаботился обо мне в последний раз. И эту заботу я приму с благодарностью. Думаю, госпожа Ху тебе рассказала, что именно со мной произошло и что никто не знает способа как-то обратить это вспять… И… я не доверяю Не Хуай Сану… - этого доверия было бы глупо ожидать, зная,что второй господин Не едва не добился казни супруга главы Цзян. Казни Цзинь Гуань Яо, с которым дружил много лет. А сейчас вот так запросто предлагал помощь. — Первый брат говорил, что тот очень сожалеет о своем поступке. Я виделся с ним и верю в его искренность. Но даже если ты вдруг прав… Сейчас совпали его и наш интерес. Он имеет связи далеко за морем, там, где тебя никто не найдет… Привычная полуулыбка на лице Цзинь Гуань Яо застыла. — Я хотел бы этого… Но… ты сам знаешь, с какими сложностями это сопряжено… Ты знаешь, что наш маленький гость не озвучил всех всех условий, мы ни о чем толком не договорились… - Яо тут слегка лукавил. Соглашение было уже фактически заключено, кочевники лишь думали, что желают в качестве оплаты за свою верность. Союз уже был практически заключен. - Пообещай мне, что в следующем году мы уедем. - Ты хочешь взять с меня клятву, которую я не смогу исполнить? Ты не боишься оставить детей без отца? - Если хочешь,то мы можем забрать и А-Суна... - Я не о нем. Иметь то, во что я превратился, отцом - это даже позорнее,чем быть сыном шлюхи. Ему лучше будет в ордене Цзинь. Цзинь Жу Лань позаботится о нем. Я же всегда был не слишком хорошим отцом, - в словах господина Цзиня была горечь того, что он не смог дать своему сыну всего того, чего хотел бы. Даже на первую охоту на темную тварь А-Суна поведет кто-то другой. - Тогда о чем ты говоришь? - Твои дети.. - Они почти не знают меня. Ван Цзи им куда ближе... - Лань Хуаню от этого не менее горько. Хотя у его детей судьба счастливее, чем у него и брата. Наследникам Лань никто не запрещает видеться с матерью и отцом. Даже непримиримый учитель Лань не так строг с внуками, как был с племянниками. Лань Си Чень оставит свою семью с сожалением, но будет знать что о его дочери и сыне хорошо позаботятся.

***

Кочевник застыл, пораженный красотой вещи, что служанка аккуратно раскладывала на перилах. Янь-Янь, шедшая следом и подтирающая грязь за степным гостем тоже остановилась: она в жизни такой красоты не видела. Одежды главы ордена Цзян были красивы, одежды господина Цзинь — изящны, но то, что служанка госпожи Не раскладывала на перилах было просто чудом. Тяжелая шелковая ткань вроде бы была в темных, неброских цветах Цин Хе Не, но на солнце отливала радугой, словно перышки птицы. По краям шла золотистая вышивка, в которой угадывался тот самый знаменитый зверь, которого на пряжках носили лихие молодцы те самые знаменитые своим упорством и выносливостью воины ордена Не, которых боялись разбойники от моря до самых степей. И в то же время вышивка была весьма утонченна и элегантна. Ни отнять и ни прибавить. Вещь, видимо, была с плеча кого-то из господ, но Янь-Янь, волею судьбы теперь проводившая время и в общем зале, ни на ком ее не видела, но вот вышивка ей показалась знакомой. Где-то глаз уже цеплялся за столь приметный узор. Дайр-Усун, кажется, так же был заворожен этой вещью. Его грубо вышитые одежды на фоне такой красоты смотрелись совсем уж простенько. Вероятно, ничего подобного до этого он так же в жизни не видел. Юный кочевник о вежливости понятия не имел, потому дернул шелковую накидку прямо из рук девушки. Служанка госпожи Не аж завизжала от неожиданности. Она специально вышла на крыльцо, чтоб получше разглядеть прореху на дорогой ткани и понять, можно ли починить накидку второго господина Не, а этот невежа все испортил и, кажется, сделал дыру еще больше! Второй господин Не по случайности неаккуратно дернул ворот, а глупый мальчишка добавил ещё! Между тем кочевник ждать не стал, не смутился очевидным недостатком и напялил на себя халат. — Красиво, — оглядел он свои рукава, не обращая внимания на визг служанки госпожи Не. Ростом он был пока что меньше второго господина Не, но весьма скоро накидка стала бы впору. — Что тут за шум?! — глава Цзян будто из-под земли явился. Он явно был в полной боевой готовности судя по сверкающим молниям. Следом шел господин Цзинь, который сегодня выглядел почему-то очень бледным, и первый господин Лань. — Юный господин напугал служанку госпожи Не, — поклонилась Янь-Янь. — Уверен, достойный Дайр-Усун не хотел ничего дурного, — влез вперед господин Цзинь. Он защищал кочевника так, словно тот был его родным сыном. — Но он порвал накидку второго господина Не! — служанка Цин-Цин таки совладала с собой. Ей очень бы не хотелось прогневать свою ласковую и добрую госпожу или обидеть кого-то из семьи Не. Да и дырка была такая, что можно бвло бы зашить и шов спрятать под вышивкой. Пока не дернул этот степной невежа. — Это прискорбно, но не думаю, что многоуважаемый Дайр-Усун хотел чего-то дурного, - глава Цзян смотрел весьма скептически на всю эту сцену и красующегося в драном халате кочевника. — Уверен, что сей достойный юноша хотел лишь примерить ее… — господин Цзинь протянул руки, чтоб аккуратно снять злополучную накидку. Но степняк весьма ловко увернулся. — Нет! Господин Цзинь соображал весьма быстро, куда быстрее Янь-Янь. — Тогда надо переговорить со вторым господином Не. Это ведь его вещь. Глава Цзян определенно очень хотел что-то вставить или высказать свое мнение об этой ситуации и, по всей видимости, сдерживался с огромным трудом. — Я добыл ее в бою! - расставаться с накидкой наглый степной мальчишка не захотел. Вот тут глава Цзян не выдержал. — Ты взял ее у женщины, что даже не была вооружена! — Цзян Вань Инь ничуть не покривил душой. Служанка госпожи Не оружия при себе определенно не имела, хотя нельзя было сказать с полной уверенностью, не владела ли она рукопашным боем. Дайр-Усун недовольно скривился и нехотя сам стащил с плеч накидку. Это нежелание не ускользнуло от взгляда Яо. Кочевник развернулся и очень быстро ушел в сторону сада. Глава Цзян церемоннно слегка кивнул низко склонившейся служанке из клана Не, бросил быстрый взгляд на все еще согнутую чуть не до земли Янь-Янь, схватил за руку господина Цзиня и утащил за собой обратно в дом. Служанки обе выдохнули. Янь-Янь взяла свою кадушку и поспешила обратно отмывать полы, служанка госпожи Не про себя посетовала, как бы не пришлось теперь накидку стирать и принялась пристально оглядывать ткань на свету в поисках грязи. Цзян Чен затащил Яо в его же комнату и закрыл дверь прямо перед носом Лань Си Ченя. Скандалить с супругом где попало когда в доме оба его названных брата Цзян Чен решил не рисковать. — Тебе не кажется, что ты слишком много повзоляешь этому ребенку степей?! Он такими темпами скоро тебе на спину сядет и будет кататься! — Неужели? — Яо чуть шире улыбнулся и стал выглядеть вовсе очаровательно. По крайней мере Цзян Чен на миг им залюбовался. — Ты позволяешь ему разносить грязь по дому, сажаешь его за общий стол со мной и своими названными братьями, спустил ему с рук то, что он забрался сюда, в твои личные покои, и рылся в шкафу, а сейчас простил откровенное воровство! — Все не так плохо, как выглядит. Да, этого юношу некому было научить хорошим манерам и воспитанию, он не учился в клане Лань и не постиг шести искусств. Но он хитер почище лисиц, смел и отчаян. Я хочу его доверия, чтоб понять, чего от него ожидать. — По мне так все давно понятно… — А мне нет, - эта немного лукавая улыбка слишком мило выглядела,чтоб Цзян Чен мог продолжить спорить. - Но, думаю, вечером мы точно узнаем, что же степные жители захотят за свою помощь кроме «принцессы Не». — Что?! — вот это то ли пугало, то ли возмущало, то ли все вместе. Не Мин Цзюе этому мальчишке за такие аппетиты голову открутит вместе с меховой шапкой, если о чем-то таком зайдет речь. — Если нам удасться устроить брак одной из дочерей главы Не… — Женушка, ты рискуешь сам себя перехитрить. Глава Не вчера едва не впал в ярость от одной мысли, что его старшая дочь свяжет себя какими-то узами со столь недостойным… - Яо сделал то, что не делал давно: дотронулся до супруга, чтоб дать себе возможность вставить слово в эту гневную речь. — Вот поэтому вы все и не могли договориться, Цзян Чен. Вы думаете о достоинстве, о том, у кого насколько высокий род и прочем, а вовсе не том, о чем следует. — Ты же сам говорил про союзы орденов… - прикосновение было таким волнующим! Глава Цзян словно бы вновь ощутил юношеский трепет. — Ситуации меняются. К тому же, я имел довольно любопытный разговор пока мы были на севере… — Что ты там такого услышал? Давай, обрадуй… - за сердитостью глава Цзян прятал смущение. — Кочевники считают, что если они возьмут в жены чью-то дочь, то этот род им покорится. Если я все правильно понимаю, то брак юной госпожи Не и вождя поднимет авторитет последнего до небес, сделав его весьма заметной фигурой среди степных князей. — А ты не боишься, что твоими стараниями он соберет огромную армию и с ее помощью нас же и растопчет? — Вот поэтому я и позволяю ему диктовать условия. Кочевники не захватывают земли как мы. От них можно откупиться, и я хочу знать цену. Однако, если они будут считать, что мы им покорились, то будут нас защищать. — Надеюсь, ты не ошибаешься в своих предположениях. — Если не веришь мне, то попроси у главы Не поговорить с его братом. Тот куда больше общался с купцами и погонщиками табунов, чтоб достаточно знать о степняках… И, хоть разговор был интересным, в нем сквозила вдруг некая интимность. Цзян Чен никак не мог взять в толк,откуда она взялась.