Лекарство для кармы

      Каблуки Люцифер ненавидел — он что, телка, чтобы их носить? Но потом вспоминал — да, в этом мире он телка, поэтому зазорного ничего нет, да и шеф требует. К тому же, Федя, приютивший его и не требующий ни копейки из получаемых денег за проживание, многого и не просил, только надевать иногда каблуки под соответствующий наряд. Сегодня был именно соответствующий — красные кожаные шортики-полоска и топ по самому краю сосков. И туфли, да. Куда ж без них. Волосы высоко в хвост, чтоб не мешали, и вперед, на работу, к клиентам, к… Спартаку. — Блять, опять этот рыжий, — вздохнул Люцифер, и его вздох повторил сидящий слева демоненок: — На твоем месте я бы и не раздумывал. Как же он горяч, даже в аду не так горячо, ты только посмотри на эти руки, на плечи, на губы… — Муррррррмур, — подключился ангелок. — Сладкий такой, я бы его тоже… — Заткнитесь, — проговорил Люцифер, подхватывая со стойки блокнотик и двигаясь к столику. — Я мужик. Ясно? Я не лягу под другого мужика. — Так не обязательно же ложиться, — возразил демоненок, обхватывая его шею хвостом. — Стоя можно. Позу наездницы не пробовал?       Люцифер, по привычке отключившись от посторонней болтовни, подошел к альфе, сложил на груди руки и расставил ноги в туфлях. Порой конкретно мешало далеко не омежье достоинство между ног, да и сдвигать коленки он не умел, даже в положении сидя. — «Маргариту», как обычно? — спросил он. — И повторить, — ответил альфа, повторяя взглядом все изгибы его тела. — Посидишь со мной? — Нам запрещено общаться с клиентами во время рабочего процесса. — А если вне процесса?       Люцифер вскинул голову, сразу выпрямляя спину и обжигая нахала былым величием. Королевское происхождение не пропьешь и не потеряешь, поэтому красивый точеный нос — предмет его гордости — тоже задрался вверх. — Какого хуя? — спросил он почти басом, и Спартак сразу подобрался на диванчике. — Тебе в прошлый раз моего тепла не хватило? — Вот тепла как раз и не хватило, — кивнул альфа. — Хочу с тобой побольше пообщаться. Сходим в ресторан, поужинаем… — Нет, — отрезал Люцифер, возвращаясь к барной стойке. — Смотрит, смотрит на твою задницу, — зашептал демоненок, подскакивая от возбуждения. — Как некультурно! — фыркнул ангелок. — Пусть смотрит — не жалко, — отозвался Люцифер. — Все равно не обломится.       Левка, официант в розовом неглиже, отвлек его разговором, поэтому он не слышал, как демоненок, цепляясь за волосы, перебрался на правое плечо и горячо шепнул на ухо ангелку: — Спорим, что рыжий его натянет? — Нееее, Люсик ему не даст, — покачал головой тот. — Это невозможно! А на что спорим? — Если рыжий сможет оседлать нашу лошадку — я наконец тебя трахну. Идет?       Ангелок задумался, пряча вспыхнувшие голубые глазки. — Я не знаю, как-то это прям… — Да не ломайся, никто ж не узнает! — По рукам! Только потому, что этого никогда не случится.       Демоненок в светлого был влюблен с самого момента их знакомства, то есть, почти сто двадцать лет, поэтому подвернувшийся шанс упускать не собирался, приступив к решительным действиям в ту же ночь.       Люцифер спал типично по-мужски: во всю кровать, в положении выброшенной на берег морской звезды, а не калачиком, как большинство омег, поэтому он, усевшись тому между лопаток, поднял крылья, чтобы не щекотать кожу, и сконцентрировался, вплетая свои мысли в сознание спящего. Представил образ пооткровеннее — широко расставленные ноги в красных туфлях и натянутые на щиколотках резинки спущенных трусиков, сползший по плечам пеньюар, закинутая назад светловолосая голова и сжатые пальцы на рыжей макушке. Аккурат между раздвинутых бедер. Красота…       Люцифер, всхлипнув во сне, обхватил подушку.       Облизнувшись, демоненок потер крошечные, размером с булавочную головку, ладошки и добавил подробностей: громкие протяжные стоны, хлюпающие звуки, ощущение стекающей по ногам смазки. Принюхался и тут же оскалился победоносно: смазкой и правда запахло. Когда Люцифер, застонав уже в голос, дернулся и проснулся, демоненок скользнул под кровать. — Ой сукааа, — протянул Люцифер, переворачиваясь на спину и рассматривая стояк. — Ебаное ты рыжее хуйло…       Ангелок был влюблен в темного с самого момента первой встречи, поэтому единственный возможный вариант сблизиться упускать не собирался также, протискиваясь перед рассветом в открытую форточку, а затем устраиваясь поудобнее на животе спящего Спартака. Собрался с мыслями, глубоко вдохнул и представил.       Нет, не кружева, взбитые подушки и «Я люблю тебя» полушепотом. У ангелка были свои милые фетиши, о которых он предпочитал не распространяться. Сидя на твердом животе, он представлял Люцифера в собачьем ошейнике с шипами, раздетого и на коленях, истекающего смазкой и потом, хрипло умоляющего ударить его посильнее. Альфье достоинство, вздрогнув за его спиной, напряглось, и ангелок, хмыкнув, сделал картинку красочно похабной — Люцифер уже на спине, со связанными над головой руками, кусающий розовые губы и глотающий слезы: — Хозяин, прошу, скорее! Трахните меня, умоляю…       Спартак, рывком сев на кровати и, естественно не видя пискнувшего и завалившегося в одеяло ангелка, вытер со лба холодный пот. Такие откровения ему снились впервые.       В следующий раз, когда он пришел в бар, эрекция проявилась сразу же, стоило только взглянуть на Люцифера в красном сетчатом пеньюаре. — «Маргариту»? — спросил тот, смотря куда-то в сторону. — И повторить, — произнес Спартак. — Мое предложение еще в силе. Развеяться не хочешь? Можем сходить в кино, ты сколько лет в кино не был? — Года два, наверное, — задумался Люцифер. — А что там сейчас идет?       Сидящий на левом плече демоненок переглянулся с ангелком — пошло дело.