Ядовитая лягушка на каменном троне

      Так странно. Еще никогда Шиу не доводилось ощущать ничего подобного. Она все еще была в сознании: видела, слышала, ощущала запахи, но все это казалось далеким и чужим. Ни пошевелиться, ни вдохнуть, ни позвать на помощь. Ее тело будто окаменело, и даже сердце перестало биться. Она в ловушке! Сразу вспомнился родной город и то, какими она в последний раз видела своих родителей. Испытывали ли они что-то подобное или их сознание так же застыло, как и тела? Внутренне содрогаясь, Шиу не могла ничего изменить. Решившись последовать совету Батши, она совершенно не думала о том, как действовать после того, как яд начнет действовать. Она должна умереть и вернуться, но как? Ей следовало подумать об этом раньше, а сейчас уже поздно. Не успела Шиу испугаться и осознать полностью свое положение, как что-то колючее ухватило ее душу и резко потянуло в сторону. Боль пронизывала каждый миллиметр ее естества, но хуже этого было ощущение леденящего холода. Она совершенно одна и беспомощна, не представляла, что происходит и что ее ожидает дальше, Шиу даже не понимала, что происходит. Все плыло перед глазами, словно мир внезапно оказался нарисованным яркими еще ее высохшими красками, которые кто-то решил размазать ладонью. Буйство красок, их невероятные переходы и переливы сводили с ума, девушка чувствовала, что и сама становится частью этой тягучей реальности. Мысли ускользали, и уже невозможно было сказать, кто она, откуда и зачем существует. Холод сменился невероятной жарой. Душа Шиу плавилась, растекаясь по капельке, словно она вдруг стала жидким огнем, обрушившимся на мир дождем. Боль никуда не исчезла, но теперь воспринималась иначе и даже была приятной.       — Ты здесь не для того, чтобы наслаждаться.       Смутно знакомый голос разрушил иллюзию, заставил вновь осознать, что она не просто часть этой феерии, а личность, человек, у которого есть цель. Вместе с этим пришло понимание, что она все еще жива. Несмотря на принятый яд, на то, что тело застыло, да так, что его невозможно сдвинуть, она все еще жива! Рядом с ней огромная красная лягушка, насмешливо смотрящаяся на нее обсидиановыми глазами. Это она сопровождала ее во время инициации, и вот теперь они снова встретились. На душе сразу стало спокойней. Лауналь появился не просто так, он здесь, чтобы помочь.       — Вот так, — довольно заквакала лягушка, указывая перепончатой лапой куда-то в сторону. Будучи лауналем, она не так часто могла вот так открыто общаться со своим человеком, а потому это занятие было слегка непривычным для нее. — Взгляни.       — Это я? — Шиу с трудом узнавала свой голос. Он стал хриплым, старчески дребезжащим. Каждый звук будто скреб по глотке, вызывая почти непреодолимое желание умолкнуть навсегда.       — Да, но это не все, что ты должна увидеть.       — А просто сказать не хочешь? — девушка смотрела на свое застывшее тело. Нужно признать, что маска ей шла. Он словно создала для нее новое лицо, так похожее на одно из тех, которые изображены на стенах пирамид.       — Это было бы неинтересно, — в заливистом кваканье лягушки отчетливо слышался смех.       Да уж, занятный ей попался лауналь. С характером! Хорошо, что Теот не такой. Только теперь девушка осознала, что видит лишь себя. Рядом нет ни брата, ни ягуара, ни самого гнезда, в котором она находилась. Вокруг лишь океан красок и она сама! И что же здесь она должна увидеть? Шиу понимала, что что-то не так, но вот что именно? Если бы только она могла приблизиться к себе, прикоснуться, вернуться обратно внутрь тела и прийти в себя. Возможно ли это? Взгляд метнулся на лягушку, но та не торопилась подарить ей надежду, и просто наслаждалась происходящим. Казалось, что она вовсе забыла о присутствии человека, которого должна направлять и беречь. От нее точно помощи не дождешься. Впору впасть в отчаяние, но Шиу упрямо продолжала рассматривать себя, время от времени ловя себя на мысль, что ей это нравится. Когда еще у нее появится такая возможность. А это что? Нечто иссиня-черное колыхалось вокруг ее тела, основ очерчивая контур. Раньше она не обращала на это внимание, но в тот миг, когда это коснулось ее пальцев, стало неприятно. Нет. Это точно не имеет к ней отношения!       — Вот видишь, это было нетрудно, — заквакала лягушка, все это время наблюдавшая за девушкой. Для человека она был весьма наблюдательна и безрассудна, если развить эти качества, Шиу сможет много добиться.       — Что это?       — Паразит, питающийся твоей душой, — пренебрежительно бросила лягушка. — Чем дольше он будет с тобой связан, тем больше его контроль, тем сильнее и жирнее сам паразит. Когда от тебя не останется ничего, он вернется к своему хозяину, отдавая все, что удалось собрать.       — И кто же хозяин? — теперь темное нечто виделось Шиу голодным хищником, из чьей ловушки уже не выбраться.       — Тот, кто желает заполучить твою часть силы.       — Мою часть, — в груди неприятно закололо от этих слов. Она многое делит со своим лауханом, так что сразу вспомнился именно он. — Теот следующий?       — Возможно, да, а может, нет, — честно ответила лягушка. — Вопрос лишь в том, готова ли ты к переменам. К переменам, после которых пути назад уже не будет. Готова ли она? Что за дурацкий вопрос?! Если ничего не предпринять, она даже в реальность вернуться не сможет, так и остается среди жидкой пестроты. Да решилась на этот шаг она лишь для того, чтобы больше не быть бесполезной. Так чего бояться теперь?       — Начав меняться, не стоит останавливаться на полпути.       — Если так, твоя кровь, твоя душа станут ядом еще более сильным, чем тот, который привел тебя сюда.       — Звучит не плохо.       Да. Это нужно сделать. Если она так же, как ее лауналь станет ядовитой, паразит больше не сможет питаться ее душой и силой, он сдохнет в муках, а она вернет то, что у нее пытались отобрать! Душа Шиу ликовала, ведь чувствовала скорое облегчение. Яд? Для нее это благо! Болезненное покалывание ощущалось в каждой плеточке, но это было путем к спасению! Она стремительно менялась, становясь более опасной. Девушка видела, как ее тело забилось в конвульсиях, снова и снова выгибаясь в противоестественных позах, но теперь, краски отступили, позволяя увидеть реальный мир, и Теота пытающегося ее сдержать, услышать голос брата зовущего ее. Он был тем якорем, что не позволил ей умереть, ведь их души все еще соприкасались. Пора прийти в себя, и успокоить того, для кого она так важна!