When I Was Older

POV Billie Eilish Открываю глаза. Я дома. Моя кровать, мои вещи, моя лампа над головой... и мой демон напротив. Черный сгусток как обычно утроился на коленях. Странно, но сегодня я не чувствую страх, равно так же, как и не чувствую тело. Привет, сонный паралич, тебя не было две ночи. Хочу провести рукой впереди себя - не выходит. Хоть бы разок потрогать тебя, раз уж ты настолько частый гость в моем доме. Он видимо почувствовал о чем я думаю и навис надо мной сверху. Я не вижу его глаз, но, как мне кажется, смотрю аккурат в них. И вдруг, я слышу настолько противно-громкий лязг цепей и скрежет ножа по стеклу, что хочется проткнуть барабанные перепонки. Выключите это! Это невыносимо! Внутри себя я пытаюсь закрыть уши и корчу гримасу страха, но наяву ни один мускул на лице не дергается. Я чувствую, как он вытягивает из меня остатки живого. Ебанный Дементор. Он смеется и наконец произносит фразу, которую я слышала тысячу раз: — Пришло время. Я забираю тебя. — Да заебал ты уже! Забирай! — кричу я. В грудную клетку что-то ударяется и я падаю на кровать. К конечностям возвращается движение. Я смахиваю подступившие слезы, переворачиваюсь на бок и вырубаюсь. **** Почему темно? Я спала вообще? Сколько времени? Какой сегодня день? Я вскакиваю, как ошпаренная. Подхожу к зеркалу и осматриваю себя. Руки, ноги целы. Голова гудит так, что хочется выпилиться. О, Боже, что с моим лицом?! Глаза красные и распухли, как у пасечника, а щеки стали больше в два раза. Чтоб я еще раз...еще раз что? Тут два варианта: не пить или не плакать. — Я услышал, как ты бубнишь,— вошел в комнату брат. Я наспех накинула толстовку и спрятала лицо за волосами. — Сколько я проспала,— нервно спрашиваю я. Финнеас смотрит на меня максимально странно,— блять, что? — Ты пришла домой вчера около 11 вечера, ну и видок у тебя был,— он трет глаза и зевает,— мда, хотя и сейчас не лучше. Я вскидываю руки и иду за телефоном. Что за человек! Так сложно сказать, который сейчас час? На телефоне включен режим камеры, а в левом нижнем углу вчерашние фото. Нет, сейчас ты не будешь их смотреть, Билли. Время. 20:30. Ого, я проспала почти сутки? — Я пробовал тебя будить,— видимо брат заметил мое удивление и после минутного молчания добавил:— Принесу тебе поесть. — Финнеас,— он обернулся, смотря на меня своим успокаивающим и понимающим взглядом,— тебе никто за это время не звонил? Я опустила глаза в пол. Он понимает о ком я спрашиваю. А мне почему-то стало, так тяжело произнести ее имя вслух. Оно будто застряло между миндалинами и надгортанником. — Милли,— а ему так легко оно дается,— нет, она не звонила...полиция и скорая тоже,— последние слова заставили меня выдохнуть. Хотя умом я понимаю, что она бы и не смогла позвонить. Мы не обменивались номерами. Максимум это сообщение в Директ, которых там давно 99+. Полиция и скорая тоже вряд ли наберут меня или кого-то из семьи. Но для успокоения всегда надеешься на «а вдруг...». Я все же решила спуститься вниз. Ужин прошел в тишине. Никто не затронул тему моего вчерашнего побега или почему я не брала трубку или почему я вернулась одна. Одна из причин, по которым я люблю свою семью - они не задают лишних вопросов. Лишь иногда мама спрашивала о самочувствии и готовности к туру. Скорее бы он начался. Я так хочу устать от эмоциональной отдачи. Хочу обняться со своими поклонниками, ощутить нужность. Отдать им свою энергию взамен на их тепло. Закончив бездушно ковыряться в тарелке с гаспачо, я поблагодарила маму за вкусный суп, который, к слову уменьшился лишь на две чайные ложки. — Ты не заболела,— уточнила она, заметив, что я почти не чего не съела. — Слишком много спала. Если что, я на заднем,— беру с полки новый скетчбук и выхожу во двор. На улице уже стемнело. Фонарь освещал только садовый стол, на который я приземлилась, забравшись на скамью ногами. Мелкие мошки окружили источник света. Иногда я наблюдаю за ними - они смешно подлетают к фонарю и из-за яркого света теряют ориентацию и координацию, а затем ударяются об лампу. Я открываю чистый лист и начинаю рисовать их ломаную траекторию полета. — Черт, Финнеас, напугал,— вздрагиваю я, видя рыжую шевелюру сбоку от себя. Видимо я настолько увлеклась рисованием, что не услышала и не увидела, как он подошел ко мне,— ты хоть колокольчик носи, чтоб тебя слышно было. Брат улыбнулся: — Как ты себя чувствуешь? — Я не больна,— что за дибильный вопрос. Он дает мне бутылку с водой и к горлу поступает тошнота. Я отворачиваюсь. — Выпей,— он настырно трясет ею у меня перед лицом до тех пор, пока я не сдаюсь. Выхватываю у него бутылку и на доли миллиметров отвернув крышку, на меня выливается фонтан газировки. Толстовка, шорты и кроссы в миг становятся мокрыми. — На хер ты ее тряс,— кричу я на него. Он смеется,— и ни разу не смешно! — Держи,— протягивает рулон бумажных полотенец. Как знал, сученыш! — Что это,— Финнеас берет в руки рисунок, пока я промакиваю одежду салфетками. — Траектория полета...глупых мошек,— кивком указываю на фонарь,— видишь, они тупо летят на свет, не понимая что там. Ударяются, отлетают и снова к нему...медом чтоли им намазано. Я усиленно тру кофту, салфетка уже превратилась в труху, а я все тру: — И ведь им там что-то нужно! Они же куда-то летят. Не в нить же накаливания они хотят попасть, чтоб их всех... — Биллс,— он останавливает мою дрожащую руку и прячет ее между своими теплыми ладонями. Я смотрю в его глаза и вижу в них беспокойство, строгость и поддержку,— ты расскажешь мне? Я отвожу взгляд в сторону и куда-то вниз. По телу проходят мурашки, я накидываю капюшон свободной рукой и прячу ее в кармане. — Я пообещала больше не помогать ей и не спасать ее,— с холодом произношу это вслух, а сама накручиваю нитку спрятанной рукой дабы не разревется. — Давай сначала,— просит он и выжидает. Я молчу. С какого именно начала ему рассказать? С момента, как я увидела ее в крови и мое сердце екнуло. Или с момента, когда она ковырялась в глазу на моей кровати и это было настолько умилительно, что я чуть не ринулась обнимать ее. Или может с момента, когда впервые увидела такой яркий блеск в глазах, что поддалась на ее абсолютно глупую авантюру с выездом в бар?! **** —...я давно так не кайфовала, Финнеас! Это была моя песня, представляешь, но никто не тыкал в меня пальцем и не говорил об этом. Я танцевала и пела...как будто это и не я была...— я вспоминала вчерашний вечер и рефлекторно улыбалась,— а потом, как по щелчку, все кончилось. И вот мы стоим на улице. Она предпочитает компанию левого парня, а не мою...говорит какие-то грязные вещи о себе, прогоняет и берет с меня обещание больше не помогать ей...а не могу, Финнеас, меня трясти начинает от одной мысли, что она...может быть... — Так, стоп,— рыжая голова возвращает меня к реальности,— с ней все хорошо, я уверен. Милли далеко не из тех девочек, что даст себя в обиду...ну не считая того дня, когда мы нашли ее. Она вернется, нужно время... — Она не собака, чтобы искать дом,— с чувством отвращения перебиваю я, вспоминая ее «я не твой котенок или щенок». — Я не это имел ввиду... — Да и даже если она решит прийти, нас уже не будет тут. — Отыскать в интернете, где твой первый концерт, не проблема,— ухмыляется он и двигается ближе. Родные руки опускаются на плечи, я чувствую тепло: — Когда я увидел вас вдвоем смеющимися, меня как током прошибло. Вы настолько дополняли друг друга, что складывалось ощущение, что вы всю жизнь под одной крышей. Да, ты более закрытая, сдержанная, местами хололная. А она наоборот, как открытая книга. Может поэтому и вляпывается в разное дерьмо. Кто мог заставить Билли Айлиш выйти в бар без охраны, после той давки на концерте? Да в жизни никто! А она смогла....после двух дней знакомства. Смогла, потому что чувствовала тебя. Понимаешь, Билли? Вы разные, но абсолютно одинаковые...ты правильно сделала, что не стала к ней лезть и ушла. Ей нужно разобраться в себе, но я уверен, что она точно не бросит тебя после того, как дала твоим крыльям вырости... Я засмеялась: — Блять, ты книжек начитался? Эпитеты какие! Крылья! Финнеас толкнул меня в плечо и подхватил мой смех. А ведь он прав. После того, как меня и остальных людей чуть не убило от той дикой давки, я старалась больше не выходить в толпу. А она особо не спрашивая, заставила меня еще и переодеться, не то, что выползти из уютной раковины. — Спасибо, Финнеас, ты мой любимый брат. — Конечно! Другого у тебя и нет,— он продолжал веселится. Я расслабилась и, наконец, опустила плечи, которые весь день были в режиме защиты,— пойдем, пора перекусить и отдыхать. **** После горячего душа стало совсем спокойно. Похмельной атонии как не бывало, отражение в зеркале стало лучше. Видно хотя бы глаза. Я легла в постель с кружкой травяного чая с лимоном, как любит Милли, и стала просматривать ленту Инстаграма. Мои 99+ ни куда не исчезли, мне захотелось взглянуть туда, ну хотя бы одним глазком. Тысячи людей пишут мне о разном. О чувствах, о помощи, о моих волосах, о Финнеасе, пишут просто случайные факты. При всей этой многочисленности я не вижу знакомого имени...но решаю ответить случайному подписчику. Пусть еще кому-то сегодня будет хорошо. @billieeilish Привет! Ты очень красивая! Верь в себя и все получится! Я решаю посмотреть посмотреть вчерашнее фото. Открываю альбом. Боже, их туча куча и почти все размазаны. Я вновь рефлекторно улыбаюсь. Самая первая фотография, где я как обычно с говнорожей, а Милли видимо только-только переключила на фронтальную камеру. Я улыбаюсь, а Милли целует меня в щеку. *добавить в избранное* Полки с алкоголем. Это точно фоткала не я. На этой Милли сказала, что-то смешное, потому что я ржу с коктейлем в руках. Я снова улыбаюсь, Милли смеется и смотрит куда-то в сторону. *добавить в избранное* Здесь нас фоткал кто-то другой. Мы стоим вдалеке, обнимаемся и снова смеемся. *добавить в избранное* О, Боже! Я с вытянутыми губами, с лаймом в одной руке и шотом текилы в другом! Позорище. Удалить? Нет, пусть останется на память. Есть даже видео. — Я снимаю, Билли,— Милли орет громче, чем вся толпа людей. Я танцую, изображая руками какие-то узоры. Кто пустил меня на танцпол? Она переворачивает камеру и оказывается рядом. Я смотрю в камеру, смеюсь и закрываю лицо рукой: — Блин, убери, хватит! Эми начинает петь и мы подхватывает. Господи, как же мы...беззаботные. Счастливые. Свободные. «Мы попрощались просто на словах И я умерла сотню раз. Ты возвращаешься к другой, А я возвращаюсь к нормальной жизни.» Запись заканчивается. *добавить в избранное* В голову приходит интересная мысль и я тут же бегу к брату. Конечно, он еще не спит и что-то строчит в ноутбуке. Я закрываю за собой дверь и облокачиваюсь об нее. — Я хочу внести изменения в сет-лист. Мы добавим две песни: When I Was Older и кавер на Back To Black Эми Уайнхаус.