Никто

Накахара проснулся довольно рано и не без усилий приподнялся, осматривая всё вокруг. — О боже… Что я сделал… — память не подводит, и он сразу начинает прокручивать в голове вчерашний вечер, осторожно покидает диван и топает в ванную. — Чего так рано подорвался? — когда парень возвращается в гостиную, застаёт там хозяина квартиры. — Я… Не знаю… — стыдливо опускает глаза, боясь смотреть на него. — Как чувствуешь себя? — шатен ищет что-то по ящикам и наконец достает какую-то бумагу. — Нормально… — А что тогда такой печальный, м? — кладёт бумагу на стол и подходит ближе, желая заглянуть в глаза. — Стыдно… — шепчет, по прежнему смотря в пол. — За что? За вчерашнее? Парень слабо кивает. — Нечего стыдиться, всё хорошо, — улыбается, — Не буянил, и слава богу. — Но ведь… — Раз стыдно, значит точно протрезвел, — продолжает улыбаться, — Но не переживай, все было нормально. Ничего страшного не произошло, так? — Так… — Вот и прекрасно, — легонько обнимает, а затем отходит, захватив бумагу, — Мне пора. Завтрак на столе, может ещё не остыл. Не скучай. «Всё хорошо? Нечего стыдиться? Ничего страшного, да?» — после завтрака Чуя пытался сосредоточиться на заданиях, но думалось совсем о другом. «Вроде всё и так ясно, но… Да он наверное просто меня всерьёз не воспринял, вот и всё. Подумаешь, пьяный бред…» — он опустил голову на стол, ощущая слёзы. «Я ведь… Если… Если ошибаюсь? Если не так всё понимаю? Если это не то? Но, я чувствую это, а он… Что он чувствует? И чувствует ли вообще хоть что-то?» Ощущение безысходности подкралось неожиданно и было неумолимым. Весь день парень провёл в этом странном состоянии, пытаясь отвлечь себя разными вещами, но безрезультатно. Когда опустился вечер, Чуя начал ощущать панику. «Как мне теперь в глаза смотреть? Говорить что-либо? Как?!» — он сидел на диване, укутавшись в одеяло, и смотрел в окно, на небо. Парень ждал. Несмотря на свой страх, он желал, чтобы Дазай поскорее вернулся. Он не знал, что говорить, и как теперь вообще воспринимать всё, но это не мешало ожидать. «И хорошо, что он не знает… Пусть будет всё, как оно есть… Мне ведь хорошо? Очень хорошо… Он ведь заботится, чего ещё желать? Из мыслей моих он уже не уйдёт… А если я что-нибудь сделаю не так, всё разрушится ведь легко? Я так не хочу… Не смогу больше так… Он мне нужен…» — он опять вытирает выступающие слезы и смотрит на часы. — Где же ты есть… — поднимается вместе с одеялом и подходит к окну. «Или всё-таки попробовать? Не просто же так всё это… И он ничего не сказал… И обнял, и…» — теряется в сомнениях. «Что-то я совсем размяк за это время…» — улыбается сквозь слёзы и укладывается обратно на диван, отворачиваясь к стене. «Нет, мне не стыдно сказать. Я боюсь испортить всё…» — закрывает глаза, пытаясь успокоиться. Ему вспоминаются некоторые слова бывших одноклассников. Мол, мальчики не плачут. Разве это так? Разве важно, кто ты — парень или девушка? Мы все люди, и всё способны чувствовать и переживать. Так почему мальчики не могут плакать? Ещё как могут, и этой эмоциональности могут позавидовать даже некоторые девочки… Одним словом, всё это глупости. Плакать можно всем, и даже нужно порою. Иначе никак. С такими размышлениями парень задремал. Звук поворотов ключа моментально разбудил Чую. Он подорвался с дивана и метнулся в коридор. — Я думал, ты уже спишь… — Дазай вешает куртку и смотрит на парня виновато, — А потом смотрю, свет горит… — Я тебя ждал, — окидывает взглядом с ног до головы, — Почему так долго? — Обстоятельства сложились таким образом, что пришлось немного задержаться… — Я тут значит сижу и думаю, что случилось, а он… — не успевает договорить, потому как шатен опять прижимает его к себе. — Так вышло... Прости. — Холодно! — Чуя резко отрывается от него, почувствовав холодные пальцы на шее, — Ты пешком шёл что-ли?! — Прости… — он опять произносит это, и у парня закрадываются подозрения. — А где ты был, если не секрет? — У друга одного… — Понятно, — прищуривается, — Отомстить решил, да? — И в мыслях не было… Говорю же, так получилось… — Значит, сегодня у тебя веселье, да? Мог бы хотя бы написать, что поздно придёшь, — Накахара возвращается в гостиную и берёт одеяло. — Но ты же дождался… — неожиданно обнимает со спины, заставляя вздрогнуть, — Или тебя уже не надо на ночь обнимать, мм? — Н-нет… Я не… — Ну я понял, — он выдыхает и поспешно убирает руки, после уходит в кухню. — Да я же даже… — Чуя растерян. Он бросает одеяло и идёт за парнем. — Дазай, нет, ты не понял… Я хотел сказать, что… — Я всё прекрасно понимаю, — он ждёт, пока закипит вода в чайнике, — Ты ведь играешься, правильно? — Что? — смотрит ошарашенно. — Вот это всё… Ты ведь можешь просто использовать меня… На чувствах поиграться ради своей выгоды… Я помню, как ты говорил про это… — Нет, я не… — Но вчера ты сказал, что хочешь быть со мной. Я ведь почти поверил, Чуя. — Я думал, ты не воспринял это всерьёз… — опускает голову, ощущая опять навернувшиеся слёзы. — Как раз наоборот, не следовало так это воспринимать, да? Просто пьяный бред, так получается? — Так… — слёзы благополучно катяться вниз по щекам. Он уже сбился со счёта, в который раз сегодня их ронял. — Вот именно, — отключает чайник и тянется за кружкой. Внутри всё сжалось. Сейчас он не понимал, верно ли то, что он говорит, или есть хоть какая-то надежда? — Но я не играюсь… Мне правда… Правда нужен… Ты нужен… Я не использую, я… — Ты опять плачешь? — Осаму поворачивается к нему и сразу меняется в лице. Если до этого его лицо было серьезным и строгим, то теперь оно стало иным. — Я не хочу, чтобы ты уходил… — Чуя пытается избавиться от капелек на глазах, но выходит не очень. — Солнышко моё, не плачь… Я не хотел обидеть тебя… — он подходит вплотную и обнимает, — Но ты просто ставишь меня в тупик. — Я хочу быть с тобой… И сейчас это не бред, я просто… Просто боюсь, что ты скажешь на подобное, ведь… — Что я скажу? — заглядывает в глаза, вытирая обеими руками слезы с его лица, — Я скажу, что ты зря боишься. Я же говорил, ты можешь делиться всем-всем. И просить всё, что нужно. Я буду рядом, я никуда уходить и не собирался. Но я тоже много сомневаюсь… Однако ты каждый раз убеждаешь в обратном. — Я… Уже устал… — выдыхает и смотрит в потолок, больше не в силах держать поток слёз. — Пойдём, — уводит за руку обратно в гостиную. — Ложись-ка спать. Я за сегодня тебя уже измучал. Но Чуя вместо этого смотрит на него печальными глазами, оставаясь на месте. — Обними… Дазай слегка улыбается и подходит к нему снова, обнимая за талию и прижимая как можно ближе. Накахара скрещивает руки на шее и затихает. — Я ещё и поцеловать могу, — шепчет на ухо, отчего парень покрывается мурашками и чувствует мгновенный жар на щеках. — Т-ты… — поднимает голову и смотрит в глаза. — Не хочу, чтобы ты плакал, понимаешь? — улыбается, видя краску на лице. — Но я не умею… — Так я научу, — убирает прядь его волос за ухо и касается пальцами шеи. Чуя замирает. Сердце колотится как бешеное, а разум пытается понять, всерьёз ли это? — Я не хочу, чтобы ты грустил. Чтобы плакал, или боялся чего-либо. Чтобы ощущал вновь давящее одиночество и невозможность рассказать. Чтобы считал, что нет тебе места. Оно есть, Чуя. Например, в моих объятьях, — улыбается, — Я хочу видеть тебя исключительно счастливым. Я не позволю никому обидеть или оскорбить тебя, тем более причинить боль. Ты — моё сокровище, моя загадка, которую я никому не позволю забрать, никому не отдам и ни на что не променяю. Я много сомневался, в этом, но… Это неоспоримо и я не в силах это изменить. Это… Сложно понять это… Дазай прерывается и гладит по волосам. Накахара же смотрит на него как-то по особому, но молчит. — Я люблю тебя, солнце, — шатен произносит на выдохе и слегка наклоняется, касаясь губами губ парня. Осторожно, робко и нежно. Из глаз Чуи опять текут слёзы, но они совсем иные… «Неужели это правда со мной?» — думает он, закрывая глаза и ощущая лёгкую дрожь. Этот момент он не забудет никогда. — Надо же… — он улыбается сквозь слёзы, когда Осаму отрывается от него, — Мой первый поцелуй забрал парень… — А второй не хочешь? — всё ещё улыбается, держа одну руку на его щеке, и вновь целует. Им обоим нравится ощущать слияние губ и объятья друг друга. Сердца стучат громко и быстро, а на душе что-то тёплое и светлое… — Мм, и второй тоже… — смеётся. — Вот таким я хочу тебя видеть, — Дазай продолжает гладить по голове. — Я ведь… Тоже люблю тебя… Ты мне необходим… Я без тебя никуда… — Я всё думал, как ты будешь вести себя, когда узнаешь… — Так и я тоже! — Мы просто два глупеньких парня… — Да… — продолжает улыбаться, обнимая шатена за шею, — Но это лучший подарок… — Кстати да… — усмешка, — Давай, я подарю свой подарок, а после спать. — Всмысле? — Закрой глаза и немного приоткрой ротик. — Зачем? — смотрит с удивлением, но улыбка не исчезает. — Увидишь. Тебе понравится. — Лаадно… — послушно закрывает глаза, и тут же понимает, о чём он говорил. «Вот ведь хитрый какой…» — ноги невольно подкашивает, когда губы вновь сливаются вместе, и парень чувствует, что Дазай тут же углубляет поцелуй, проникая языком и заставляя раскраснеться ещё сильнее. Всё просто смешалось, это было что-то абсолютно неизведанное и необычное. — Мм… — они наконец отрываются друг от друга, и Чуя пытается успокоить участившееся дыхание. — Ты больше не будешь грустить, малыш? — целует в макушку. — Ты ведь рядом… Так ещё и всё вот так вышло… — Вот и отлично, — наклоняется и вновь шепчет на ухо, — А теперь спать. — Да… — Дазай? — Чуя выглядывает из-под одеяла на парня, который убирает полотенце. — М? — А можно… — Рядом остаться? Накахара кивает и шатен опять слегка улыбается. — Можно, если ты хочешь, — он выключает свет в коридоре и устраивается рядышком, обнимая парня со спины, отчего на лице того появляется улыбка и он закрывает глаза. Так легко, спокойно на душе… Непередаваемо. Когда все сомнения разрешены, а тот, кого ты боялся потерять, лежит рядом и обнимает… Разве можно сказать, что нет счастья на этой Земле?