Никто

На следующее утро Чуя просыпается поздно, и удивляется, что его не разбудили. Шторы были задёрнуты, дома стояла тишина. «Это правда или мне приснилось?» — садится на диване и потягивается, осматривая всё вокруг. «Даже и не знаю...» — смотрит на место рядом, куда вчера лёг Дазай, чтобы обнять его. «Нет, я вроде уснул рядом с ним...» — парень тихонько поднимается и идёт в ванную, чтобы привести себя в порядок. — Наконец-то солнце показалось на горизонте, — тишина нарушается голосом хозяина квартиры, которого парень встречает на кухне, — Доброе утро. — Доброе... — Как спалось? — Хорошо, а тебе? — Замечательно, — улыбается, а после допивает из кружки, — Я уже успел съездить в участок и вернуться. Но не стал тебя будить, ты так сладко спал. — Спасибо... — он осторожно усаживается на стул, робко поглядывая на парня, — Как самочувствие? — О, ты об этом... Всё нормально. Я не настолько безответственный, чтобы пить до беспамятства, — усмешка. — Так, значит, что вчера было... — Я всё помню, — шатен убирает кружку и подходит к нему. — И всё это правда. Я был вполне адекватен, — целует в макушку и отходит. — И ты проспал рядом всю ночь? — Конечно, — достаёт посуду, собираясь предоставить Чуе завтрак. — Я сначала подумал, что мне приснилось... — Накахара снова сидит у него на коленях, обнимая. — Но это реальность, — улыбается, поглаживая по волосам, — Сегодня я никуда не уйду и буду с тобой весь день. — У нас осталось четыре дня до сдачи статьи, — немного отодвигается и смотрит в лицо. — Всё успеем, я же обещал. К тому же, осталось не так много. — Да... Не хочу сегодня ничего делать... — улыбается и опять прижимается сильнее, — Можно тебя попросить кое о чём? — Конечно. — Придёшь послушать меня? Пожалуйста... — Разумеется, я и так хотел прийти. Но теперь точно пойду, — улыбается. — Спасибо... — выдыхает и целует в щёку, — Люблю тебя. Этот день они провели, что называется, ничего не делая. Сначала говорили обо всём подряд, а после смотрели фильмы, укутавшись в одно одеяло на двоих. Чуя был счастлив. Он не отпускал Дазая ни на минуту, либо обнимая, либо держа за руку. Всё ещё не верилось до конца, и он боялся отпускать. Будто бы, если отпустишь, всё это растает, как мираж. Или сон, который уходит от нас под утро, оставляя наедине с мыслями и чувствами. Дазай тоже был счастлив, и не отходил. Он ощущал, предугадывал его страх. Ведь ему было знакомо это чувство. Но он верил, знал, что всё так, как есть. Он сказал всё, и не пожалел, а получил то, о чём мечтал. — Ты ведь не уйдешь? Не бросишь меня? — спрашивал Чуя вечером, засыпая на его плече. — Что вообще значит любить? — Ну... Наверное... Отдавать себя без остатка... Всей душою... Несмотря на сомнения... Или нет? — Для меня любовь к человеку – это постоянная и необъяснимая потребность его видеть... Слышать, касаться... Это нежность и желание... Это миллион оттенков настроения... Это забота, сочувствие, доброта. Это невозможность отказаться от того, кого любишь... А значит, нельзя уйти от того, кто действительно дорог. — Красиво... — улыбается с закрытыми глазами, — Ты красиво говоришь... — Просто говорю, как есть. — И это прекрасно... — продолжает проваливаться в сон. — Завтра рано вставать, так что надо бы ложиться, — обнимает одной рукой. — Да... Надо... — Накахара поднимает голову и смотрит сонно, — Спасибо за этот чудный день... — День и правда хороший получился. Но солнышко устало... Ему нужно спать, иначе завтра на занятиях будет тяжело, — целует в макушку и обнимает, осторожно опуская спиной на диван. — Мм... Ты такой милый... — Чуя укладывается поудобнее, а Дазай укрывает одеялом. — Ты же обнимешь меня, да? — Каждый вечер обнимать буду, если хочешь. — А поцелуешь? — Что угодно для тебя, малыш. Раньше Чуя боялся любых перемен в его жизни. Привычный уклад стал нормой, а любой шаг в сторону воспринимался с паникой и опасениями. Но то, что случилось теперь... Он о подобном и мечтать не смел. Однако реальность оказалась действительно замечательна, и больше он не боялся. Он просто был рад, и хватался за своё счастье, как мог. Пусть, быть может, неумело, иногда с растерянностью, но он старался показать свои чувства. А Дазай, в свою очередь, наоборот старался доказать ему, что сомневаться и бояться нечего. Он уделял ему всё своё внимание, одаривая теплом и заботой изо всех сил. Он тоже был рад, что в итоге всё вышло именно так. — Тебе не кажется это неправильным? — спросил Чуя уже сквозь сон, сильнее прижавшись к парню, который устроился рядом. — С чего бы? — Ну... Не знаю... Я же не... То-есть, мы... — Нет, не кажется. Какая разница? — Мало ли... — Опять сомнения? — приподнимается и смотрит на него, — Я ведь всё уже сказал, что ещё тебя тревожит, м? — Что я недостаточно хорош для тебя... — Оой глупенькиий... — Дазай тихонько смеётся. — С чего такие мысли? Ты прекрасен, не мучайся подобной ерундой, — наклоняется и коротко целует, — А теперь спать, иначе завтра точно не сможем нормально думать. Спокойной ночи. — Да... Спокойной... — обнимает покрепче и затихает. — Сегодня нужно будет собрать все фрагменты воедино... — Накахара сидит на пассажирском сидении и смотрит в окно. — Три дня, правильно? То-есть, в четверг сдача, верно же? — Ага, — переводит взгляд на водителя. — Успеваешь ведь? — Ну да. — Это отлично. Дазай не отрываясь смотрел на дорогу. — А что потом? — Всмысле? — шатен мельком взглянул на рядом сидящего. — Ну... Мне придется вернуться... — А ты хочешь? — Честно? Мне хорошо рядом с тобой... — Тогда не вижу проблем, я же не выгоняю тебя. — Ты говорил, что мы всё решим потом, но... Когда именно? — Ты переживаешь насчёт жилья? — Немного... — Всё нормально, я ведь знаю, что делаю. Если тебе комфортно жить так, то оставайся дальше. Ещё вопросы? — Спасибо... Но только если тебя это не напрягает... — Боже мой, ну ты чего? Я же уже всё сказал. Прекращай сомневаться, — вскоре парень останавливает автомобиль и после поворачивается к студенту, — Я ведь теперь твой... Парень? Чуя краснеет и опускает взгляд. — Наверное... — Тогда нет ничего такого в том, что ты будешь и дальше делить со мной квартиру, правильно? — Угу... — Вот и всё, — целует в лоб, — А теперь иди. Хорошего дня. — Тебе тоже, — студент покидает авто и, улыбаясь, скрывается в здании. В середине дня Дазай снова приехал к университету и поднялся на нужный этаж, легко отыскав нужного человека. — Опять полиция?! Я ничего не делал... — парень смотрит с недоумением. — А я ничего и не говорю. Мне нужно лишь пару вопросов задать, идём. Кирай смотрел с опаской, но всё равно пошёл за ним. — Расскажи мне, с чего начался весь этот конфликт. — Поздновато вы вспомнить решили... Давно ведь уже было, все забыли, не? Погодите-ка, вы же... Вы помогли Чуе с жильём или как? — Вопросы здесь я задаю, а не ты. И я сейчас говорил совсем не о драке. — А о чём? — О корне этого конфликта. Расскажи мне, в чём у тебя проблема в отношениях с некоторыми студентами. Твой бывший сосед по комнате на тебя настучал, а не на Накахару. Да и в целом, что тебя связывает с Чуей? — С какой стати мне это рассказывать? Это ведь не... — Пока я прошу в должной форме. — У меня всё нормально с отношениями. Недопонимание у нас с Акутагавой было с самого начала, так что я даже не удивлён его поведению. А Чуя... — Что? — Одноклассник мой бывший, и всё. Всё у нас нормально. — Мне известно немного другое. — Да ну? — Зачем-то ведь драка была спровоцирована. У тебя неприязнь к нему или что? — Ну есть такое. — А причина? — Да он просто вечно лез не в своё дело. Вечно был не в нужном месте и не в то время. Бесит короче. — Как-то глупо, не находишь? — Ага, вот именно. Всегда так. — Что именно? — Вот вы же ему жилье нашли? А за какие заслуги? — Тебя это волновать не должно. — Почему ему? — Аа, ну понятно... Скажи-ка, ты как учишься? — Нормально я учусь, — начинает закипать, — Тебе какое дело вообще? — Буду следить за твоими успехами, чтобы дров не ломал больше. — Да я ничего и не делаю... Пока что... — Чего-чего? — Ничего. Не утруждайся. Теперь он мне глаза не мозолит и мне замечательно. А если отчислят, так вообще праздник устрою. — Почему? — Чтоб увидел, где его место. — А по-твоему, этот человек не достоин получить какое-то место в жизни? — Ну а что он из себя? Что в нём такого, чего нет в остальных? Ни семьи, ни... — Так, успокойся. Что за детская наивность? Ты не думал, что он может быть способным и весьма успешным в дальнейшем? — Ну да, ну да... Только говорят так многие, а на деле что он из себя всё-таки? — Ты ведёшь себя глупо. Он тебя обидел чем-то быть может? — Нет. У нас ничего общего. И вообще, к чему этот допрос?! — Интересно стало. Не просто же так такое поведение, причина должна быть. — Ну а как бы ты реагировал, если бы тебя однажды сравнили с кем-то таким и сказали «да я лучше буду с ним»?! — он, кажется, выпалил это совсем бездумно, и после замолчал. — Ууу... Как всё любопытно... Давняя обида, но даже не напрямую... А он знает об этом? — Нет... — Тогда мой тебе совет: не зацикливайся на этом эпизоде и живи своей жизнью. У тебя своя жизнь, у него – своя. Вы оба достойны лучшего. И каждый по-своему хорош. Вот у тебя девушка есть? — Есть. — Ну и в чём тогда ещё проблемы? Я понимаю, что задето твоё самолюбие и ты держишь на этого человека что-то вроде... Ну это даже не зависть, это... Одним словом, ты взрослый человек, зачем ты это в себе носишь? Тем более, раз он не знает об этом? Представь, как он себя ощущает, оставаясь в неведении. Ему причина не понятна. Поэтому у вас такое напряжение значит... — Ну и? — Попробуй отпустить ситуацию и посмотреть с новой стороны. Он сам ведь ничего плохого тебе не сделал, так? — Так... — Ей богу, как дети... Кхм, значит так. Пересмотри свои взгляды и подумай над тем, что я сказал, — похлопывает по плечу, — А мне пора. Хорошего дня. Полицейский удаляется, оставляя парня наедине с мыслями. После этого разговора Кирай стал вести себя ещё тише, что сильно удивляло Чую. День сдачи был всё ближе, и парень ждал каких-нибудь «сюрпризов», но их не было. Конечно, Накахара был этому только рад, но и расслабляться себе тоже не позволял. Он помнил про то, что парень обещал устроить на слушании, поэтому старался быть готовым ко всему. — Как дела? — шатен приносит кружку с чаем и ставит на стол, заглядывая в записи через плечо парня. — Всё отлично, — Чуя поднимает голову и смотрит на него, улыбаясь. — Завтра наконец освободишься от дополнительной работы, — наклоняется и укладывает голову на его плечо, бегло читая текст. — Да... Главное, чтобы всё прошло удачно... — А что может пойти не так, м? — целует в щёку, — Как по мне, всё замечательно. — Надеюсь на это... — вздыхает и откладывает записи в сторону, пододвигая к себе кружку и отпивая. — По такому случаю надо будет тортик купить, — улыбается и отходит к окну. — Если всё получится, то да, это можно сказать праздник... — Месяц с нашего знакомства. Надо же... — глядит в окно, вдаль, — Кто бы мог подумать... — Точно не я, — оставляет своё место и подходит, обнимая со спины. — Как раньше уже точно не будет. — Это хорошо или плохо? — Конечно хорошо, солнце. Одному быть неплохо, но когда есть тот, кому ты действительно важен... Сразу жить хочется. — А бывало что не хотелось?! — поворачивает к себе лицом и смотрит с шоком. — Всякое бывало, — улыбается. — Но ты ведь... Ты... — в глазах читается лёгкий страх. — Всё меняется, так? И я меняюсь. Стараюсь, по крайней мере. Но ты этого не заметишь, потому что ты застал меня на уже новой дороге... — Дазай, ты что, хотел умереть? — он шепчет и замирает. — А кто не хотел? Хоть раз в жизни, каждый из нас об этом задумывался... — Больше не надо! — обнимает крепко-крепко, изо всех сил, что у него есть, и, уткнувшись в грудь, снова замирает. — Ты опять плачешь? — шатен слышит всхлип и вид его становится виноватым. — Я тебя не отпущу... Ни за что... — говорит тихо и пытается успокоиться. — Никуда я не денусь от тебя, — наклоняет голову и целует в макушку, — Только не плачь... — Если с тобой что-то случится, я не перенесу, понимаешь?! Как много мне понадобилось времени чтобы смириться со смертью родных, но всё равно я всё прекрасно помню и до сих пор больно! И не от того, что поэтому я остался один, а от того, что я тоже хотел любить! Хоть кого-то! Но это никому не было нужно, и до сих пор... И никто... Может, я и не знаю... Не умею, но... Но тебя я люблю, слышишь?! Да, всего месяц прошёл, ну и что! Ты столько сделал для меня, я... Я так долго не ощущал такой заботы, я... Если и ты исчезнешь, то... Я точно не переживу этого... — говорить всё сложнее из-за слёз, отчего голос его становился тише. — Опять я довёл тебя, боже... Чуя, я обещаю, что ты один не останешься больше ни в коем случае. Я ведь рядом, и буду. Я же теперь твой, полностью, а ты – мой. Так ведь? Мы связаны, и разве что-то может помешать? По своей воле нельзя уйти от любимого человека, это ведь... Это будет во всех смыслах самоубийство... Не плачь, солнышко... — убирает прядь его волос за ухо, а после вытирает слезы обеими руками, — Не надо думать о плохом, всё будет замечательно. Я сделаю так, чтобы ты был счастливым, хорошо? Я буду изо всех сил бороться за это. — Тебе просто... Просто рядом быть и... Всё... Мне больше и не надо, правда... — дышит глубже, успокаиваясь. — А ты... Не бойся... Я правда тебя не покину, я ведь тоже без тебя теперь не смогу. Но всё это слова, слова... Я многое могу сказать, но... Я хочу, чтобы ты мне верил. — Я верю... Правда... Верил, и буду... — Вот и всё, — перемещает руки на шею, — Мы ведь друг друга не бросим и будем правду говорить, правильно? — Да... — улыбается, утирая оставшиеся слезинки рукавом. — Если и видеть твои слёзы, то только от счастья, — подводит поближе, оставляя между их губами пару сантиметров, — Я больше тебя не обижу, клянусь. — Ты не обидел, я просто переживаю... — говорит шёпотом и чувствует, что сердце начинает биться быстрее. Дазай ничего не отвечает, а вместо этого осторожно припадает к губам, вовлекая в поцелуй. Чуя закрывает глаза и снова ощущает лёгкую дрожь. Он обнимает парня обеими руками и чувствует, что ему перехватило дыхание. Шатен отрывается от него, давая вздохнуть, и улыбается, а после снова целует. И ещё раз. Дыхание окончательно сбивается, и Накахара дышит как можно глубже, смотря прямо в глаза. — Я бы вечно тебя целовал... — Осаму наклоняется и шепчет на ухо, заставляя мурашки побежать по телу. — Это так... — он не успевает договорить, ощущая поцелуй в шею и обрывая фразу на выдохе. — Интересно? — поднимает голову и смотрит с улыбкой, затем оставляет ещё несколько поцелуев на шее. — Н-нет... Не знаю... Как сказать... — парень невольно чуть наклоняет голову назад и томно выдыхает, сжимая рукава рубашки Дазая. — Я и так понимаю... — продолжает улыбаться, замечая оставленные на шее следы, — Вот только у нас режим... Он словно говорит это сам для себя, пытаясь остановиться, но это не помогает. Чуя пускает пальцы в его волосы, и парень вновь тянется к губам. — Какой же ты... — шатен пытается собрать мысли в кучу, в очередной раз оторвавшись от губ. — Какой? — улыбается. — Теперь я слов не нахожу, — тоже улыбается и проводит по волосам. — И не надо... — скрещивает руки на шее. — Больше не будешь переживать, м? — Постараюсь... — Вот и молодец, — целует в щёку, — А сейчас надо идти спать, завтра важный день. — Угу... — Ты главное не волнуйся завтра, — парень шепчет в темноте, и Чуя чувствует дыхание на шее, — У тебя всё получится. — Я и не волнуюсь. Ты же будешь там, — поворачивается на другой бок, лицом к Осаму, и устраивается поудобнее, прижавшись ближе. — Хороший настрой, — гладит по голове, — Так и надо. — Спокойной ночи... — Накахара потихоньку проваливается в сон, ощущая тепло. — Сладких снов, — обнимает и, устроившись, тоже затихает.