There's Something about Marinette/ Кое-что о Маринетт.

Чувство диджея Нино вопило во всю мощь своих лёгких, предупреждая его о чём-то грядущем. Он не очень-то и получал удовольствие с этого. То есть он, конечно, мог ощущать отпадный ритм вокруг при данном чувстве, но всё же иногда получал тревожные звоночки. Впрочем, это чувство помогало ему находить настоящих мастеров диска, что, однако, он приравнивал к Радару Крутых Персон, или же помогало засечь ему в телефонах других людей очень крутые плейлисты. Нет, это было более фундаментально. Диджей нуждался в настроении, чтобы сохранить свой настрой и чувство ритма чтобы знать, когда надо ускорить трек, а когда, наоборот, замедлить. «Используй волны, Люк», — именно этому совету он следовал. Так что если в чём его диджейское чувство и помогало, то в прочтении и усвоении почти что любого материала. Сейчас же он делал домашнюю работу в своей спальне/аудиовизуальной студии, и если смотреть на данную ситуацию со стороны последнего варианта, то он, на самом деле, не читал свои работы, иначе он бы уже давно понял, что пыталась объяснить ему его рабочая тетрадь по физике. Но нет, сейчас же это чувство вовсю его кололо, как бы напоминая, что оно появляется именно в такой форме только в тех случаях, когда миру грозила опасность. (С такой точки зрения его диджейское чувство можно было бы приравнять к довольно известному чутью Паучка, только в отличие от данного героя комиксов, его не кусал никакой ядовитый радиоактивный паук, который не преследовал его, когда они могли бы быть на экскурсии в какой-нибудь крупной корпорации. С того момента, как у Нино появилась эта мысль о пауках и владетелях корпораций, он начал считать, что Паркеру ещё крупно повезло.) К счастью, для таких случаев у него был подходящий плейлист, который он и запустил, оставив телефон на рабочем столе. После чего парень сел на свой стул и сделал один оборот на нём, пытаясь вычислить истинный источник грядущей беды, которая обязательно произойдёт. Итак, что же всё-таки было не так? Для начала: Париж был постоянно под атаками одного злодея, у которого был фетиш на фиолетовых бабочек. Что ж, это можно было взять за основу, даже утверждать с уверенностью, что данный вариант вполне возможен, если бы не чувство, что в этот раз баланс по отношению к уничтожению мира неким образом изменился, причём в сторону катастрофы, и Нино не мог понять, почему это произошло. Также он был стопроцентно уверен, что если Ледибаг и Кот Нуар сыграют свадьбу во время финальной битвы, в конце третьего фильма трилогии, или же когда во всём мире настанет справедливость, его девушка будет снимать это в прямом эфире. А также напишет, чтобы он присоединился в чат онлайн-трансляции данного события, если он хочет быть заботливым парнем. Так что нет, он был уверен, что миазмы Ада не обрушатся на город прямо сейчас, ибо иначе это уже снимала Алья. Тогда что же ещё могло быть не так? Например, какой-то учитель пришёл к светлой идее создать группы для работы над проектами. Хлоя наверняка бы пришла с идеей выступить с какой-нибудь провокационной схемой, по которой Париж превратился бы в государство с диктаторской структурой правления с блондинкой во главе. Или же Гугл наконец выпустил плагин, что считывал информацию с мозга о том, что на самом деле люди чувствуют, когда они слышат «ЛедиНуар», а после начинает заполнять поля комментария их мыслями. Но нет. Нино чувствовал, что он защищён ото всего этого хотя бы на ближайшие двадцать четыре часа. Так что это определённо связано с Адрианом. Нино видел его в последний раз тогда, когда выдал ему квест по завоеванию сердца своей истинной любви, или же хотя бы по выбиванию свидания. (Нино по-прежнему был в неведении по поводу некоторых деталей. Например, зачем ему сыр?) Парень подозревал, что корнем всех проблем Адриана являлся его отец, и он был уверен не только по методам Фрейда. Адриан являлся одним из самых классных, ярчайших людей, что Нино когда-либо встречал, и ведь надо же было Вселенной так любить баланс: Габриэль Агрест представлялся ему этакой яркой чёрной дырой, состоящей из антиклассности, который думал, что мир станет гораздо лучше, если в нём будет отсутствовать человечность. Так что да, если конец света и наступит, то он будет связан с отцом Адриана. А блондин являлся самым лучшим приятелем Нино. Так что теперь Нино знал, что именно надо ему делать. Он подхватил телефон со стола, остановил плейлист «Конец света, о даааа, детка!» и совершил звонок. Гудки. Ещё больше гудков. Четыре коротких гудка. Хм, может это не настолько плохой знак… — Извините, но голосовая почта абонента «Привет, это Адриан и я…» переполнена. Пожалуйста, повторите попытку позже. — Раздался из трубки механический женский голос. Переполнена?! Как персональная голосовая почта может оказаться переполненной? Нино возобновил музыку с плейлиста и начал сочинять сообщение блондину. «чувак, твои сообщения переполнены, лол, что? как дела на любовном фронте?» (d00d ur msgs r ful lolwut how it g0 w luv stf? — Оригинал) После чего подписал его тему: «чувак???» (d00d) Он только нажал на кнопку «Отправить», его голова начала двигаться в такт мелодии «мир превратится в розовую мерцающую дымку»*, как раздался голос Маринетт: — Я очень люблю розовый, но нет ли у тебя чего-нибудь более романтичного? Нино тут же поднял свою голову. Ещё секунду назад он был один в комнате, но теперь, прислонившись к его рабочему столу, внутри стояло что-то, похожее на наполненную кислотой (не то чтобы Нино когда-либо пользовался ей) четырёхминутную рекреацию стадии Гота у Маринетт на пятом годе обучения. Нино тут же быстро отправил ещё одно сообщение Адриану: «Неважно, ко мне пришла акума, ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ?» (nvrm m tots went akuma wut did u d00) А здесь не было никаких сомнений, что она являлась акумой, и это ранило Нино сильнее всего, ведь Маринетт являлась для него очень важным другом. А также, как бы он не пытался сдержаться, он с ноткой ревности заметил, что появился очередной миньон Хищной Моли, чей внешний вид выглядел гораздо лучше его собственной акуманизированной версии. Да и вообще, весь облик нынешней злодейки если и не был заявкой на победу в мнимом конкурсе, то всё равно имел свою тематику и был довольно-таки страшным. Это усугублялось тем, что даже Алья в своём списке самых стильных акум поставила его Бабблера на последнее место. Но что ещё было более важным, он нашёл ответ о любовном статусе Адриана. И либо Маринетт не оценила признание со всем тем сыром, что он притащил, либо в непростой жизни Адриана присутствовали ещё более непростые вещи. — Слушай, какое у тебя прозвище? Или это что-то другое? — Поинтересовался он у неё со своей позиции на полу. — Пекарь Сердец! — Он был награждён такой белоснежной улыбкой, что сахар просто плачет в стороне. — И спасибо, что спросил. Все, к кому я до этого приходила, сначала называли меня Маринетт, но это не моё имя. И это было очень опрометчиво с их стороны. — Я понял тебя. — Нино решил рискнуть и встать на ноги. — Так что, эм… Привет? Пекарь сделала небольшой реверанс: — Очень приятно оказаться здесь. — После чего она начала медленно наворачивать вокруг него круги, подобно акуле. — Ты довольно спокоен для человека, в чьей комнате находится монстр. А я, как ты видишь, монстр. Нино легко пожал плечами: — Смотри, весь наш класс (кроме Адриана) был акуманизирован. Я пересекался со многими суперзлодеями, просто находясь в очереди на обед почти каждый день. Чем дольше ты будешь вести себя хорошо, тем дольше для меня это будет более чем нормально. — Хорооооошая. — Протянула злодейка. Она обняла себя и немного изогнулась таким образом, как не смог бы сделать никто, у кого скелет был жёстким. — Я очень хорошая, не так ли? Именно в этот момент лампы в комнате стали моргать. Занавески скрывали, закрывая окна, ночное небо, что смешалось с миганием света и придало реалистичность данному процессу. Это был полный световой спецэффект, с которым Нино был немного знаком, но заместо танцоров в клубе, вспышки высвечивали по-прежнему ходящую вокруг него Пекаря. Каким-то образом, с каждой вспышкой менялось выражение её лица: улыбки, желание поцелуя, странные движения языком и т.д. Только её глаза, сияющие в темноте пустоты в виде сердца на её лице, оставались видимыми и неизменными во время коротких промежутков между вспышками света, в то время как одно флиртующее выражение сменялось другим. Ну, а также за исключением её ухмылки, которая была полна заострённых зубов, а это выглядело абсолютно непривлекательно. Так что Нино решил, что это очень даже может быть вовсе не хорошая акума. После чего Нино начал потихоньку смещаться в сторону входной двери… Как тут же с его телефона, к которому он даже не прикасался во время всего этого светового шоу, заиграл, как будто записанный, голос, который, он мог бы сказать, принадлежал маленькой Маринетт: «Из чего сделаны девочки? Из сахара и пряностей, И всего хорошего. Вот из чего сделаны девочки.»** Пекарь поменяла направление своего преследования, отсекая Нино от выхода и кокетливо качая пальчиком, как бы показывая, что ни-ни. Нино сглотнул так, что со стороны казалось, что он квакнул, и сделал шаг назад. Теперь, когда его единственный путь отступления был перекрыт, у него оставался лишь последний вариант, как можно попытаться, но не каждый бы выбрал его: попробовать пробить за один раз без травм стену спальни. «…Из сахара и пряностей, И всего хорошего. Вот из чего сделаны девочки.» — напомнил о себе телефон изменённым голосом Маринетт. Пекарь Сердец сделала шаг вперёд, показушно издевательски изображая игрой пальцев свою нервозность, которую показывала вокруг Адриана: — Нино. — с придыханием сказала она. — Отдашь ли ты мне своё сердце? Оно взаправду сделает меня, ох, ТАКОЙ СЧАСТЛИВОЙ! Что за?.. Она что… Она пришла за ним подобно смерти?! Очередная вспышка на мгновение высветила очередную быструю улыбку, полную бритвенно острых зубов. Но несмотря на всё это, Нино нашёл в себе силы ответить: — Я… я… я… э… Я польщён, но знаешь: у м-меня уже есть девушка. Телефон вновь напомнил о себе своей песенкой, а Нино наконец вспомнил, что это был просто хороший, повторяющийся детский стишок, что он слышал когда-то давно. А затем ковёр под ним начал двигаться в сторону пугающей девочки с акумой. Нино попытался изобразить свою самую лучшую пародию на лунную походку, но он, к сожалению, не являлся Королём Попа. Он даже не был Виконтом Попа. Если он и был кем, то Неграмотным Фермером-Арендатором с Больной Коровой и Четырьмя Пропавшими Курицами Попа. Он споткнулся, стоило ковру выскользнуть из-под него, в результате чего он врезался в стену позади него, а после сполз по ней вниз. Пекарь плавно переступила последний целый кусок ковра, который за её спиной превратился в пищащую стаю летучих мышей. (Спустя пару мгновений, поизображав мрачное сопровождение злодейки, мыши решили покинуть сцену, чтобы найти что-нибудь выпить.) После чего она припала к земле, в результате чего она начала ползти в сторону Нино. — Твоя «девушка» сейчас не с нами, не так ли? — Прошептала она. — Ты был одиноким парнем, до того, как я появилась в твоей жизни. — Слушай, я был посреди выполнения моей домашней работы. — Нино отшатнулся от неё, в результате чего проскользил вдоль стены в сторону двери. — И может ты мне сначала позволишь доделать Физику, а уже потом превратишь в пирожное или какую-нибудь другую выпечку, или что ты там вообще делаешь с жертвами? — Физику? Не… — Она подползла к нему поближе, в результате чего он отдёрнул ноги как можно дальше от неё, лишь бы она не касалась их. — Химию? -… неееееет, никакой домашки по химии сегодня. Только физика. О, и история, но я «забыл» учебник по ней в своём школьном шкафчике. — Отверг её вариант Нино. — Ооо, ты уверен? — Она продолжила ползти к нему. — А я так хотела использовать игру слов со словом «химия». Например, это значит… — Объяснение смысла шутки перестаёт делать её смешной! — Нино практически подпрыгнул из положения сидя, уворачиваясь от очередной попытки злодейки прикоснуться к нему. — Я в отношениях, так что спасибо, но я не ценю твои попытки сейчас! — Но тебе нравился сначала кое-кто другой. Не так ли? — Вкрадчиво, заглядывая ему в глаза, сказала злодейка. — Маленькая, милая девочка с косичками-хвостиками и голубыми глазами. Алья была просто твоим утешительным призом. Мы все знаем, какая именно девушка живёт в твоих фаааантазиях. — Последнюю часть она уже пропела. Ага. Вот оно. Хорошо, да, это имело место. Нино был новичком в этом странном, диком мире, что был прямо напротив него в классе, ведь до этого он предпочитал отсиживаться сзади, где сила хороших наушников и iTunes могли защитить его от внимания и, со скрипом, но помогли перейти в следующий класс. Но в этом году его посадили прямо напротив учительского места, к тому же предполагаемое место Маринетт занял один блондин. А затем, после стольких лет вместе за школьной доской, в Маринетт в этом году в ней проснулся какой-то неведомый огонь, что он не замечал до этого, что делало её ещё более привлекательной. Так что не удивительно, что он влюбился в неё очень быстро. Но затем произошло это ужасное свидание в зоопарке. (Если что и вынесли они по результатам того разговора, то то, что стоит тщательнее готовиться к подобного рода мероприятиям и запасаться более качественной аппаратурой.) До того, как суперзлодей начал свои действия. До того, как он оказался заперт на два часа в клетке вместе с Альей. Вспоминая рубрику в «Вопросах-ответах» «Как Выжить При Столкновении С Акумой», написанную девушкой Нино лично, самой опасной вещью, что он мог сейчас сделать, так это вызвать гнев у акуманизированного на себя. Так что Нино чувствовал себя неловко, поскольку его ответ был вынужденным: — Нет, у меня закончено всё с тобой. Я сейчас целиком и полностью поглощён Альей. У нас своя атмосфера, понимаешь? Пекарь нахмурилась: — Но когда заходит речь о девушке, которую ты считаешь более прелестной — ту, что тебе нравится представляяяяять — здесь только один победитель. — Начала она искушать его. — Алья. — Кивнул Нино. — Ты не воображал, — промурлыкала Пекарь, — как я буду выглядеть в крошечном купальнике? -… наши родители отдали нас в одну и ту же школу плавания, когда нам было пять, помнишь? Так что я видел абсолютно все твои купальники. И все твои тапочки. И то раздражающее розовое полотенце, которое ты никогда не выбросишь, потому что тебе нравится вышитый на нём мультяшный кот. — Успешно выстраивал защиту парень. — Разве ты никогда не посматривал на меня в коридоре? — Начала сердиться Пекарь. — Даже когда я носила шортики? — Мне сейчас несколько тяжело посматривать по сторонам, но, даже если это и происходит, то тебе ещё долго придётся ждать этого. — Парировал Нино. Злодейка пробила пол рядом с его правой коленкой: — Мы все прекрасно знаем, что тебе нравится моё восхитительное небольшое покачивание попки! Признай это! Я же видела это! — Ну, да. — Этот довод наконец позволил появиться улыбке на лице Нино. — Я и Алья признали, что мы оба можем наслаждаться этим видом и быть в счастливых отношениях вместе. Челюсть Пекаря упала на пол. Нино и Алья были заперты в клетке несколько часов, и, чтобы не говорила Хлоя… э… говорили некоторые люди, какую бы лапшу они не вешали на уши другим, как они внезапно проявили интерес друг к другу, Нино знал правду. Как только их заперли в клетке, Алья была озабочена молчанием, а Нино был очень смущён, чтобы хоть как-то попытаться хоть как-то начать разговор, но внезапно девушка начала петь. У неё не очень хорошо получалось это, а её репертуар состоял из ужасного микса Топ-10 Биллборда и Диснеевских песен, но она пела, вкладывая всю свою душу в данное действие. А потом, час спустя, она расстроилась и начала долбить дверь. Снова. И тогда Нино подумал: «Так вот откуда Маринетт научилась этому». После чего он не оглядывался назад. Теперь он заливался краской, стоило ему вспомнить, как он в первый раз увидел истинный огонь души Альи. Так что он просто пожал плечами в ответ на шок Пекаря: — Что я ещё могу сказать? Всё познаётся в любви и акумах. С этими словами он натянул шапку злодейки прямо ей на лицо, оттолкнул её от себя подальше и помчался к двери. — Не думаю! — Не смог он удержаться от реплики, оставляя её в пыли своего следа. Классики были бы горды им. Но дальше всё пошло не так хорошо, как он рассчитывал, стоило ему открыть дверь спальни и обнаружить за ней очередного монстра, блокирующего ему путь отступления. Фигура в дверном проёме была такого же роста, что и Нино, и формой очень сильно напоминал Натаниэля из его класса, но на этом их сходство заканчивалось. Тёмный, хрустящий, пористый, похожий на печенье материал, из которого состояло данное существо, делало его определённо не человеком, только если Париж не стал более разнообразным, чем думал Нино. Запах пряников повис в воздухе. Но самой худшей частью этого существа являлось его лицо. Многие детали потерялись при переходе в состояние печенья, если бы не яркая белая краска, что так сильно напоминала эффект заморозки. Он позволял легко заметить выражение полнейшего ужаса и безмолвного крика, застывшее на лице пряника Натаниэля. Существо попыталось схватить Нино. Тот взвизгнул как девчонка, крякнул как утка и увернулся как диджей. — Оооооо! Он убегает! — Раздался голос Пекаря, и он звучал СЛИШКОМ счастливо для того, чтобы это доставило ему радость тоже. — Я знала, что ты меня не подведёшь! Она сказала это в тот самый момент, когда жизнь закрыла перед ним дверь, но открыла окно. Нино не знал об этом, точно так же как и об уродстве тех остальных монстров-печенек, с которыми он не успел познакомиться, но, даже не раздумывая, парень бросился к ближайшему окну и прыгнул в него вслепую, стоило ему услышать звук приближающихся к нему печений, как если бы кто-то жевал их… К его удивлению, окно внезапно оказалось открыто, а пожарная лестница была достаточно близко, чтобы остановить его падение. Но к сожалению, она не предупредила его о том, что внизу находилось ещё три пряничных монстра, поджидающих его в аллее, все с застывшими в ужасе лицами. И они стояли так, чтобы отрезать ему возможность убежать на улицу. Нино внезапно стало интересно, как много фильмов ужасов пересмотрела Маринетт, потому что она явно была мастером в воспроизведении подобных сцен. К сожалению, он пока не мог пока дать дань уважения данному жанру, потому что, мягко говоря, ему не нравилось быть участником данного фильма. Он несся по переулкам, пустым боковым улочкам, Взобрался по меньшей мере на один мусорный контейнер и каким-то образом перепрыгнул кирпичную стену в паркурном стиле (однако, никто не записывал его побег на видео, так что ему мог никто не поверить). Каждый раз, когда он думал, что он наконец сможет вломиться в какое-нибудь важное заведение, или же какое-либо жилое здание, да даже парк, лишь бы в нём были люди, что могли помочь, он сталкивался с отрядами хрустящих, делающих выпады в его сторону, пряничными монстрами, что блокировали ему дорогу. Он начал подозревать, что Пекарь Сердец просто играется с ним… … когда он вывалился из коридора между двумя тёмными зданиями и оказался в тупике. И прямо напротив него стоял дом, который весь светился и казался тёплым, в котором наверняка были люди, что Нино даже не обратил сначала внимания яркую неоновую вывеску, что гласила: «Настоящий китайский массаж! Очень полезно для здоровья. Акция: Два сеанса по цене одного! Посетители должны быть старше 18 лет! (Это легальное предприятие!) У Нино было достаточно времени, чтобы посмеяться, прежде чем в него сзади врезалась Пекарь Сердец, отправляя обоих в полёт в сторону двери массажного салона, которую они в итоге выломали. Оу. Каким-то не ведомым образом Нино умудрился удержать свои очки, хотя они повисли в воздухе, как и его здравомыслие. Он поместил их на место, после чего обнаружил себя прижатым к полу в прихожей Пекарем Сердец, что осматривала обстановку вокруг с полным восторгом. — Нино, посмотри! Какой замечательный массажный салон, в который я случайно врезалась без какого-либо желания и планирования! Нино нахмурился. Он не думал, что Маринетт будет так впечатлена узорами в характерном азиатском стиле. Она ведь видела уже достаточно много из них, в конце концов. И, по какой-то причине, казалось, она больше не обращала на него внимание. Она отступила от него и открыла ближайшую дверь, что вела в, как предположил Нино, массажную комнату. Профессиональная часть мозга Нино тут же отметила стоящий в углу граммофон, на что остальная часть его сознания вопила во всю ивановскую: «ТЫ ЧТО ДЕЛАЕШЬ, ПРИДУРОК?! БЕГИ, ПОКА ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ, И ТЫ НЕ ДУМАЕШЬ ЖЕ, ЧТО ТОТ, КТО РАБОТАЕТ ЗДЕСЬ, ПРОДАСТ НАМ ГРАММОФОН?!» Но только Нино стоило подняться на ноги, как в дверном проёме показались пряничные монстры, что перекрыли ему выход. Но они хотя бы не атаковали… Пекарь обернулась, подмигнула Нино, после чего вновь закричала: — Кто бы здесь ни жил или работал, Я чувствую, что это будет справедливо предупредить вас, что я магический террорист, что поедает сердца! И я очень страшная! А также чертовски горячая! У меня тематика «злого пекаря», потому что мои родители пекари! И я думаю, что я очень удачлива в данном деле! — Ты часом не ушибла свою голову, врезавшись? Должен ли я врезать по ней ещё раз, чтобы победить тебя? — Продолжил хмуриться Нино. — Мне нужна зацепка, потому что я растерян. Пекарь поместила палец на его губы. Это не было чем-то, вроде подкалывания или же эротическим. Его просто заткнули. А затем дверь с другой стороны от массажной комнаты открылась, явив на свет старого, низкого китайца в ужасной футболке с цветами. В руках у него был глиняный горшок, на котором были изображены неизвестные персонажи китайских легенд. Он бросил всего один взгляд на Маринетт и кивнул самому себе: — Я освобожу тебя ото зла. После чего швырнул в неё вязкое фиолетовое содержимое горшка. Оно приземлилось на Маринетт со звучным «чавком». Нино списал всё происходящее на какой-то дурной сон, вызванный жаром, в который он вляпался. Он глянул назад на пряничных мальчиков: там стояли впереди Натаниэль и ещё какой-то знакомый мальчик. Пряничный Натаниэль повернул голову в сторону Нино в ответ. Тем временем, Пекарь Сердец стояла посередине массажной комнаты со странной слизью, покрывавшей всё её тело, держа руки вытянутыми подальше от своего тела. — Почему с меня капает что-то липкое? Нино почувствовал небольшое облегчение, увидев, что она также удивлена, как и он.

***

Хищная Моль постучал по своей маске: — Алло? Алло?! Ты меня слышишь?.. Ты меня слышишь, но я не могу слышать тебя? Пекарь Сердец? — Пытался сыграть в игру «Глухой Телефон» злодей. Он насупился. Конечно, стоило этому маленькому пугающему миньону почти получить последнюю силу для полного раскрытия потенциала, как что-то произошло. И ведь Пекаря Сердец не победили! Он бы почувствовал это! Просто всё внезапно прервалось. А до этого дня он ни разу не терял способность слышать и видеть происходящее вокруг сквозь глаза обращённого. Он увидел блеск чего-то со стороны старика, прежде чем… Он нахмурился. — Тёмные крылья, падите. И стоило Хищной Моли исчезнуть, на его месте остались человек и квами, что давал ему силы. — Да, Мастер? — Обратилось существо к мужчине. — Нууру, что происходит? — Спросил он. — Вы хотите знать правду? — В печальных глазах квами на мгновение промелькнуло что-то острое. — Я всегда хочу знать правду. — Последовал ответ. Крылья Нууру затрепетали: — Вы пересекли тот предел, что давно уже намечался. — Что? Что ты имеешь ввиду? Что я сделал не так? Это связано с картофелем фри, что был у меня на ужине? То-то вкус мне показался странным… — Нет, мастер. Это девочка. И то, что вы сделали… -… да? — Он почувствовал лёгкий озноб, который уже весь вечер пробирал его до костей вместе с ветерком «драматической иронии», что весь вечер дул со стороны окна. — Вы облажались по полной, папаша. — Моргнул Нууру.

***

Это был абсолютно случайный массажный салон швыряющегося фиолетовой слизью из горшка старым китайцем, где набирала обороты эпичная конфронтация. И у Нино было ощущение, что он не знает какой-то контекст сего действа. — Это смесь нескольких каналов позитивной энергии. — Объяснил Пекарю старик. — Она заблокировала Хищной Моли возможность видеть сквозь твои глаза и слышать сквозь твои уши. Секреты данного места должны быть защищены от него. Ну, а теперь приступим к возвращению твоей изначальной формы. Нино почувствовал, как будто он только что неожиданно перенёсся из одного жанра фильмов в другой. Когда это странный Триллер-Ужас, что шёл весь вечер, стал Дешёвым, Городским Фэнтези с Элементами Китайского Мистицизма? — Я то ожидала магическую сеть, сплетённую из шерсти яка, либо амулет, либо шлем, либо… — Фыркнула Пекарь. После чего зашлась в приступе смеха. — Тем не менее, я знала, что могу на вас положиться, Мастер Фу! — Она провела руками по голове и телу, сбрасывая с себя фиолетовую массу, что уже, казалось, засохла на ней, а потому легко отпадала с неё. Вышитые черепа, правда, теперь казались наполненными кровью, что без сомнения являлось напоминанием о предпочтении Маринетт к постоянству. — Теперь же, если вы не против, я позволю своей пряничной Армии побить вас с помощью палок, а после сожгу данное место дотла. Хорошо? Чууууу! — И она внезапно оказалась стоящей напротив Нино без какого-либо перехода или движения. — Но сначала, мы позаботимся о тебе. — Она схватила его за шею, в то время как два пряничных мальчика побежали в сторону старого китайца. (Затем прозвучало что-то вроде крика «Вайзз!», что Нино мог интерпретировать только как «Хэй, как дела, пряничные монстры?») — Итак, — сказала Пекарь, — поскольку ты оказался очень полезен, я буду вежлива с тобой. — Правда? — Сглотнул Нино. Она пихнула его в сторону стены и прижалась к нему: — Нет. Её руки внезапно оказались между ними, а после они вошли внутрь него. Её пальцы были холодными в его лёгких, и весь воздух, казалось, промерзал в том месте, где она исследовала ими. — Странно. — Нахмурилась злодейка. — Твоё сердце сложнее найти, чем у других. Нино попытался сказать что-то дерзкое и энергичное, но самое лучшее выражение, что он мог сейчас сделать, так это изобразить, как умирает золотая рыбка на сухой земле, так что он решил использовать его. — А! — Мило воскликнула Пекарь. — Вот оно! Оу, но оно сопротивляется! Почему ты не хочешь отдать мне своё сердце, Нино? — Надула она губки. Даже если и нужно было дать ответ на данный вопрос, то её это не интересовало. Это заставило Нино немного расстроиться из-за друга. Она положила свою голову, в то время как продолжала проводить свои «раскопки»: — Думаю, теперь оно у меня. Теперь надо просто аккуратно, медленно, осторожно достать. Чувствуешь, как ты умираешь? — поинтересовалась риторически она. — Ты становишься холодным, так что мне придётся выпекать тебя гораздо большее время, чем других. Ааааах… Вот! ОНО! И внезапно Нино наполнился такой глубокой пустотой, что он потерял себя в ней. Но, хотя бы, холодные пальцы Пекаря теперь не были в его груди. И в её голосе была настоящая теплота, стоило ей произнести: — Это чебакия***? Я всегда хотела попробовать хотя бы одну такую! Нино — ты самый лучший друг, что так страстно желал меня! После чего с её стороны не послышалось и капли утешения, стоило ей начать поедать его сердце.