it's worth it

На самом деле, ангелу было страшно. Да, они повздорили из-за какого-то пустяка, и далеко не в первый раз, но всё же при каждой ссоре он боялся, что демон больше не захочет его видеть. В конце концов, шесть тысяч лет - не маленький срок и у ангела не было никого ближе, чем Кроули. Поэтому, стоя в лифте, он представлял, как они столкнутся в фойе театра и демон окликнет его, будто не было этого месяца. Они обсудят постановку, и, может быть, ангел сумеет соблазнить его на ужин в том ресторанчике с его великолепными блинами. Все будет так, как было сотни раз, когда судьба устраивала им случайные встречи по всему свету на протяжении тысячелетий. Все будет, как всегда. Все будет замечательно Он повторял это, садясь в такси, повторял покупая билеты и выискивая демона глазами в толпе, повторял до тех самых пор, пока не наткнулся на него взглядом. Кроули в женском обличье стоял в восьми метрах от него, сжимая тонкими пальцами либретто, заинтересованно рассматривая какую-то картину. Локоны, платье, запястье с изящным браслетом, тонкая полоска бледного бедра в вырезе черного как смоль платья, все это, безусловно, выглядело безупречно в мягком свете хрустальных люстр, но единственное, что по-настоящему приковывало к себе взгляд ангела - золотистый цвет глаз с тонкими зрачками, едва проглядывающимися над съехавшими очками. Ангел вдруг осознал, как не хватало ему этих глаз напротив, с их маленькими морщинками в уголках. Слегка прищуренных во время раздумий или широко распахнутых от восхищения, когда ангел вновь делал что-нибудь до ужаса безрассудное. Что-то сжалось у него внутри, когда после звонка Кроули поправил выбившуюся прядь волос, повернулся в противоположную сторону от ангела и, так и не заметив его, изящной походкой на тонких каблуках направился в сторону зала. Мир вокруг Азирафаэля остановился, и он застыл посреди фойе, пропуская первый акт. Люди, спешащие в зал, обходили его стороной, словно изваяние. Ангел начал приходить в себя только после объявления антракта, когда взбудораженные зрители покинули зал, заполняя собой пространство вокруг Азирафаэля, невольно прикрывшего рот ладонью. Чувство всепоглощающей любви, ставшее чем-то вроде воздуха за предыдущие 12 лет, новой волной накрыло его с головой и ангел уже не мог разобрать, от кого именно оно исходило: от него самого или Кроули. Вместе с этим на сердце Азирафаэля вдруг стало так спокойно, как бывает только по возвращению домой после тяжёлого дня. Дня, длиною в месяц. Окончательно вернуть себе самообладание ангел сумел лишь когда кто-то небрежно задел его, все так же стоящего посреди фойе, плечом и остановился, чтобы принести извинения. Опешив, он бегло кивнул в ответ и направился к выходу, чтобы отдышаться и вновь хорошенько все обдумать. Второй и последующие акты было решено пропустить. С комком волнения в животе Азирафаэль стоял на площади перед открытыми главными дверьми театра, нервно сжимая края рукавов и перебирая глазами лица людей, покидающих помещение. Завидев издалека огненные волосы в толпе, сердце ангела почти перестало вести свой счет. Демон же в этот момент как раз поднял голову, краем глаза заметив вдалеке знакомый силуэт. Шум толпы, свист колес машин и чей-то смех смешались в однородный звук вокруг, когда их взгляды встретились, и время, будучи созданием своенравным, на пару секунд остановило свой ход.