Это мой дом!

      Что ж, было забавно наблюдать, как Алек выбегает в ужасе из квартиры, но забавно только в том случае, когда Магнус знал, что тот вернется. Это когда вы съедаете все конфеты в доме, ведь знаете, что запасы снова пополняться. И вот минутная стрелка на часах проходила круг за кругом, а долгожданных шагов на лестничной площадке он так и не слышал. Это заставило его забеспокоиться. И Мяо ни капли не успокаивал, а только ныл о том, что Алек убежал, так и не покормив его, а это расценивается им как высшая степень предательства. Поэтому домовому пришлось покормить ненасытное существо, но так как время коротать это не помогло, он разбежался и прыгнул в коробку, где хранились черновики. Кто-то сказал, что за чтением ожидание пролетает быстрей. Сейчас он это проверит. Но вот, неизвестно сколько времени спустя, почти задремавший домовой слышит поворот ключа и несколько голосов за дверью. Радостный он выпрыгивает из коробки и тут же оказывается на своем подоконнике, готовый встречать Алека с распростертыми объятьями. Два голоса он узнает, как же он не узнает голос Александра и придурка-Джейса, но вот третий… Он кажется знакомым, но будто вытащенный из далекого прошлого. — Так, мне надо осмотреть квартиру и ту вещь, которую испоганила нечисть, — раздался нежный женский голос, в котором звучали железные властные нотки. Магнус знал этот голос. Этот голос когда-то наполнял его сердце радостью, он был рад слышать его ранним утром и темной ночью. Но и этот самый голос разорвал его сердце на лоскуты, что так и не смогли срастись. Это была Камилла Белкорт — одна из его бывших хозяек. Как раз вместе с её переездом (она решила переехать сама, без помощи домового, что навсегда разбило его сердце, ведь для домовых добровольный переезд хозяина не просто переезд. Это значит, что бросили персонально их) и умерла вера домового в людей, которая столько лет никак не могла воскреснуть. И весь ужас ситуации состоял в том, что Камилла — настоящая ведьма и её магия вполне реальна. Она не шарлатанка с сельской ярмарки, которое даже ваше имя угадать не способна, Камилла могла не только превратить жизнь Магнуса в полный ад, она могла действительно его изгнать.       В комнату заходят Джейс и Алек, а с ними — изящная темноволосая девушка. Магнус вздохнул. А она изменилась. Конечно, сейчас ведьмы не носят чёрные платья в пол и остроконечные шляпы, а предпочитают кожаные куртки и рваные джинсы, но все равно что-то да говорило, что девушка знает намного больше, чем может показаться. Но взгляд — настороженный, цепкий и холодный — остался прежним. Белкорт вздыхает, улыбается и обращается к парням: — Мальчики, вы можете меня оставить? Джейс обеспокоенно взглянул на девушку и спросил: — А ты справишься? — Слушай, моделька, — отчеканила брюнетка. — Как бы ты плохо ко мне не относился, не смей сомневаться в моей компетентности. — Верю, — кивнул парень. — Пошли, Алек. Паранормальная хрень — единственное, что у неё хорошо получается. — Я бы сказала, что у тебя хорошо получается, — невинным голосом произнесла девушка. — Но такие слова неприлично произносить при детях, — она кинула быстрый взгляд на отрешенного Алека. — Кстати, у тебя оплата всё ещё почасовая? — Для тебя всегда будет почасовая, — спокойно ответил парень и потянул Алека из комнаты. Тот даже не обращал внимания на препирания между этими двумя. Он водил взглядом по квартире, будто пытаясь самому увидеть ту самую нечисть. — Строит из себя непонятно что, — прошипела Камилла и сделала парочку шагов по квартире, будто оценивала весь масштаб катастрофы. — Гребанные манекенщики. — Тебе хоть кто-то нравится? Девушка вздрогнула и повернула голову. Она совсем забыла о нем. Конечно, как носитель магического таланта, она могла видеть то, что сокрыто от глаз смертных, и домового она заметила сразу же. Магнус уже принял нормальный размер и упирался бедром в подоконник, скрестив руки на груди. Он больше не был тем милый домовым, сейчас он скорее был похож на диву: открытая рубашка с блестками, множество различных повязок, цветные прядки в стоящих ирокезом волосах. Именно таким домовым он был при Камилле. — Здравствуй, Магнус, — подчеркнуто холодно произнесла ведьма. — Здравствуй, Камилла, — в тон девушке отвечает домовой. Но долго злиться у него всё равно не получается (всё-таки с их последней встречи прошло почти 200 лет), и к тому же, у него теперь есть Алек — новый хозяин, который пусть и не видит его, но по крайней мере не такой токсичный. — Не скажешь, где эта семейка тебя нашла? — интересуется домовой. — Ты вроде не афишируешь свои способности. Или времена сказались и на тебе и теперь приходится работать по объявлениям? — Там сложная схема, — улыбнулась Камилла. — Я бывшая девушка бывшего Джейса. Нет, этой сучке я бы никогда не помогла, но меня попросил Рафаэль, а вот ему отказывать опасно. — Заметив вытянувшееся лицо домового, девушка усмехнулась. — Да, хорошо, что ты не выходишь из квартиры. Это двадцать первый век, милый. Таких, как мы с Джейсом, очень много. — Девушка прошла и отодвинув стул, села на него, как обычно закинув ногу на ногу и облокотившись одной рукой о стол. — Мы можем за один вечер склеить своё сердце и тут же разбить его другому. Мы не можем отказать тому, кто влиятельнее и сильнее, но с удовольствием загрызём того, кто слабее. Там — на улице, жестокая жизнь, но мы готовы бороться за неё. Любыми способами. Магнус вздрогнул. Он всю свою жизнь был духом этого места, он всегда охранял его уют и комфорт. Даже когда здесь стояла холодная каменная пещера, а после нее грубо сооруженная хижина, потом деревянный домик, бетонный дом и вот сейчас это здание. Он всегда был закрыт четырьмя стенами, не волнуясь что твориться за их пределами, и теперь оказывается, что мир ни капли не изменился. Как был суров, так и остался. Получается, он своими же руками хочет вытолкнуть Алека в этот холодный, мраморный и жестокий мир, где есть мстительная Камилла и куча бывших Джейса? Что ж, тогда дом точно должен стать единственным безопасным местом для него, для Алека, в этой вселенной. Максимально безопасным. — Ты проведешь обряд очищения? — стараясь не выдать свой страх, спрашивает Магнус. — Придётся, — пожимает плечами Белкорт. — Хотя я знаю, что домовые на улице просто умирают. Особенно те, что прожили в одном доме всю жизнь. — Слушай, может обойдемся без этого? — Ну, знаешь, — хитро блеснула глазами девушка. — С нашей последней встречи прошло много времени. Много чего случилось. И цели поменялись. — И какая же сейчас? — приподнял бровь домовой. — Превратить жизнь Джейса в ад. У него уже сорвалось пару крупных планов и всё благодаря мне. — Магнус сузил глаза. Он уже понял к чему ведет ведьма. — Он же часто тут бывает? — Частенько, — усмехнулся домовой. — Тогда сделай так, чтобы он вообще забыл вход в эту квартиру, — кровожадно улыбнулась Камилла. Прошло двести лет, а ее сердце все так же усеяно шипами. — Не мне тебя учить, как портить жизнь людям. — Почему ты такая мстительная? — У меня могло быть всё идеально, — медленно и грустно произнесла ведьма. Она показательно рассматривала свой маникюр, но Магнус знал, что это от нежелания смотреть на собеседника. — Выйти замуж за издателя — это мечта каждой девушки. Пока эта тупая моделька не ворвалась в нашу жизнь. Он увёл мою мечту! Причём планов на жизнь у него никаких нет, он просто берёт то, что ему нравится, а потом бросает. Но никто не может взять и отнять то, что принадлежит мне. — А если я откажусь? — приподнял бровь Магнус. Он, правда, не собирался этого делать. Ведь пока он только выигрывает от данной сделки, а спросил чисто из любопытства. Камилла усмехнулась. Она пристально смотрела в глаза домового, а квартира начала содрогаться. Кухонные ящики стали выплевывать свое содержимое, телек пошел трещинами, окна задрожали, готовые разбиться, цветок на подоконнике Магнуса завял и разбился. — Я понял! — крикнул он, не желая еще большего разрушения своего же дома. Белкорт победно улыбнулась уголком губ и щелкнула пальцами, вмиг приводя все в порядок. Да, как домовой Магнус очень силен, но только в пределах квартиры, а вот сила ведьм не ограничена ничем, только их силой воли (и возрастом, но не всегда), а воли у Камиллы был целый вагон и грузовик. — Не стоит недооценивать меня, домовичек. — Магнус вздохнул и кивнул. — Я согласен, — решительный кивок. — Отлично, — улыбнулась девушка и встала. Она отряхнула невидимые пылинки с джинс и поправила волосы. Магнус смотрел, как ведьма выпорхнула на площадку. Он мог не сомневаться, что она убедит Алека и Джейса. Не желая бороться с искушением, он подошел к двери и прижался ухом к замочной скважине, услышав только: «Что ж, жаль это признавать, но дух намного сильней, чем я думала, но он безобидный — если его не злить — поэтому хозяину квартиры бояться нечего». И домовой был уверен, что она кинула один из своих колючих взглядов на Джейса. Но даже не смотря на все это, он был благодарен ей за помощь. Ведь… Алек теперь уверен, что бояться ему нечего, поэтому останется. Побоится слегка, повздрагивает от любого шороха от Мяо, но он привыкнет.