Полет буревестника

«В этом мире существует три вещи, так и непонятые часовщиками: Драголис, Великий раскол и непрерывное движение секундной стрелки» Из книги «Парадокс Эфларуса» в третьей редакции Темночаса.

      Обед подали в Часовой зале. Вокруг сияли подсвечники, окованные серебром и медью. Круглые столы были накрыты тяжелыми темно-синими скатертями и на них числились приборы на пять персон. Паркет начистили до такой степени, что дамы могли поправлять прически, смотря под ноги. Змиулан встречал гостей строгой роскошью, завернутой в холодную отчужденность.       Я успела переодеться и даже собрать волосы в весьма изящный пучок. Темно-сливовое платье для путешествий простого кроя складками падало к ногам, перехваченное под грудью тонкой цепочкой — в таком будет одинаково легко кружиться по зале и орудовать стрелой. Рэт тоже уже примерил плащ для временных переходов, и вместе мы смотрелись, как придворные какого-нибудь злобного короля. Отчасти это было правдой. — Значит, мы идем с зодчим, — я села за один из свободных столов. — А еще с Огневой и бронзовым ключником, — Рэт занял соседний стул. Его лицо выглядело уж слишком безразлично, чтобы обмануть меня. — Не самая худшая компания, — если судить, что другой группой заправляет беззубый старик.       На столах начали появляться первые закуски. В серебряных блюдах лежали горы всевозможных бутербродов и тарталеток: с красной рыбой, бужениной, вырезкой и козьим сыром, с паштетом и оливковой пастой. На подносах дымились пироги с капустой, грибами, луком и молодым картофелем. Огромная тыква, начиненная жареным кроликом и морковью, соперничала с тушеными помидорами, завернутыми в лаваш и сдобренными сыром.       Рэт учтиво отрезал мне одну четвертую от грибного пирога, которая едва уместилась в тарелке. Пришлось отомстить, вывалив ему половину летнего салата. Теперь он уныло пытался разобраться в горе овощей, вылавливая из них редкие кусочки мяса. А я, плюнув на приличия, ела пирог руками, отламывая понемногу от румяной корочки. — Смотри, кто к нам идет, — я проследила за взглядом Драгоция, раздраженно выдохнув.       Прямо на нас шагала Маришка в своем эффектном платье и ее беловолосый спутник. Рубиновый ключник, вспомнилось мне, брат Огневой. Но родственниками они совершенно не выглядели, да даже мы с Рэтом были более похожими, чем эти двое. — Надеюсь, вы не против нашей компании, — Резникова улыбнулась так сладко, что запахло жженным сахаром, — а то ты, Рэт, выглядишь слишком унылым.       Ее спутник боязливо покосился на нас, хотя старался сделать это как можно незаметнее. Потом, словно очнувшись, торопливо выдвинул стул для Маришки, а сам сел напротив меня. — Я просто думаю о предстоящей экспедиции. Все-таки нам предстоит не прогулка в парке. — Ах, пустое. Я уже была в Расколотом замке и совершенно уверена, что вам нечего опасаться, — ее взгляд прошелся по мне, — во всяком случае, большинству из вас.       Я нашла Василису, которая вместе с эфларцами заняла самый удаленный стол и вела там активные обсуждения чего-то. Огнева то и дело бросала в мою сторону заинтересованные взгляды, а, увидев Маришку, даже помахала рукой, подзывая к ним. Но я отстраненно кивнула, не собираясь покидать боевых позиций. Рэт между тем вел почти светскую беседу с белобрысой ключницей и ее дружком. — Скоро все секреты комнат будут раскрыты. Какой толчок это даст нашей науке, и сколько реликвий вернет на родину, — щебетала Маришка, — теперь Эфлара вновь станет центром часовой культуры, как и должно быть. А Духи будут нашими добрыми соседями, как и повелось века назад. — Уверена, такого будущего и жаждет наш учитель, — мне надоело молчать, — он первый радеет за благополучие вашей планеты. — О-да, — Рэт согласно кивнул, — давайте поднимем бокалы за Эфлару и перемены, ожидающие ее. Надеюсь, наш учитель всячески будет им способствовать.       В глазах Маришки промелькнула настороженность, хотя она учтиво кивнула, поддерживая наши слова. Норт же даже не пытался скрыть враждебности, но как болванчик повторял все действия ключницы. Раздался мелодичный звон хрусталя о хрусталь. Разговор свернул в сторону политики и каких-то «нелепых законов, позволяющим ремесленникам со второй степенью претендовать на гранты в высших школах, кошмар-р». Я полностью занялась пирогом, изредка обмениваясь с Рэтом косыми взглядами. — Пора идти к нашей группе, а то зодчий сам назначит себя главным, — Драгоцию похоже надоело трепаться без дела. — Он и так будет главным, — напыщенно подал голос Норт, но тут же сник под пристальным взглядом Рэта. — А насчет ремесленников… Думаю, Эфларе просто нужно более жесткое управление. И ты, как член Ордена Непростых, разумеется, понимаешь меня, — Драгоций криво улыбнулся       Маришке, демонстративно помог мне выйти из-за стола и повел в сторону шумной компании. Я чувствовала затылком прожигающий взгляд. — Ты ее знатно разозлил. Она теперь постарается досадить тебе, и, время, у нее есть неплохие возможности для этого. Не забывай, что было в прошлый раз. — Я слишком долго играл по ее правилам, а она привыкла к этому. Пускай только попробует что-нибудь выкинуть, и даже Дир не успеет защитить ее.       Мы подошли к столу Огневой как раз в тот момент, когда Миракл объяснял нюансы тиккеровки над ключами. Судья по их лицам, мы им помешали. — А вот и наши дорогие Драгоции, — улыбнулся зодчий, — Рэт, Вельга, присаживайтесь. — Надеюсь, мы не заставили себя ждать, а то наша группа выдвигается первой, — я успела опередить Рэта, ожидая от него какой-нибудь резкости. — Думаю, без нас они не скучали, — все-таки он не сдержался, — разве учитель не рассказал тебе, как пользоваться медальоном, Огнева?       Уверена, что «учитель» в его понимании у Василисы был только один, и уж точно не тот, что стоял перед нами. — Я побольше тебя знаю, как им пользоваться, а лишний совет никогда не помешает. — Вижу, компания подобралась, что надо, — по-кошачьему прищурился Маар. — Пойдем, Диан, а то количество Драгоциев вокруг явно превышает разумные пределы.       Рэт проводил их удаляющиеся спины долгим взглядом, клянусь стрелой, он был просто горд собой. Хотя время, лучше бы иногда брал пример с Норта и просто молчал. — Ну вот, не прошло и пяти минут, как мы подружились, — я постаралась сгладить ситуацию, — осталось только закрепить результат хорошей дракой. Но, надеюсь, мы найдем занятие повеселее. — Мне нравится ваш настрой, юная леди, — Миракл очаровательно улыбнулся и даже слегка приобнял меня и Василису, — действительно, зачем пререкаться, когда впереди нас ждет незабываемое путешествие. А вы, мой друг, как думаете?       «Его друг» думал явно в ином ключе, и в его взгляде впервые промелькнула растерянность. Правда, еще быстрее она сменилась раздражением. — Нам пора выдвигаться, — сухо сказал Рэт, потянув меня на себя, высвобождая из хватки зодчего. — Это единственное, о чем я сейчас думаю.       Время, дай нам сил вернуться в первоначальном составе и не потерять никого.       Часовой переход засветился голубоватым сиянием, отражая две витые свечи. Его поверхность привычно размягчилась, принимая в свои объятия. Этот шаг дался мне нелегко, ведь я знала, куда попаду. Великий расколотый замок, творение самого могущественного часовщика, погубленное им же. Он был настолько окутан легендами и мифами, что сам казался чем-то эфемерным и давно потерянным. «Молния, пущенная Эфларусом, навсегда забрала дыхание времени у замка. После чего его сердце остановилось и призраки прошлого поселились, окутали стены», так писали в старых фолиантах.       Под ногами хрустнула крошка стены. Я сразу почувствовала странный, потусторонний холод, какой бывает в местах оставленных человеком. Рэт вышел из перехода за мной, придержав за локоть. Он тоже выглядел настороженным, будто то и дело поджидал эфер в спину.       Миракл зажег шар-светильник у нас над головами, и сразу стало светлее. Я жадно начала оглядываться, ожидая увидеть что-то невероятное. Ведь мы очутились в самом невообразимом месте, почти сказке. Но вокруг были такие же стены, пол и потолок, с которого свисала массивная люстра. Здесь не осталось легенд, теперь тут только пыль, тоскливо подумалось мне. — Похоже, тут раньше была спальня… И мне кажется, принадлежала она женщине, — заметила я, рассматривая резную спинку кровати и туалетный столик. На нем даже лежали мутные флаконы и шкатулки. — Все верно, это будуар одной известной часовщицы, если старик Фатум не ошибся в расчетах, — Миракл почесал нос, — по нашей карте отсюда можно легко пройти в нужную залу. Думаю, этой комнате стоит присвоить новое имя, как считаете, леди?       Мне все больше начинал нравиться этот мужчина с его элегантными и учтивыми манерами. Эх, дал бы он пару уроков нашим мальчишкам, не только же им стрелами махать. — У НАС тоже есть карта, составленная НАШИМ учителем, и она явно пригодится больше эфларской подделки, — Рэт был, конечно, не «леди», но высказаться ему это не помешало. — Путь, давайте назовем ее комнатой верного пути, — предложила я. — Но только не непутевости, — усмехнулся Маар.       Рэт надменно прищурился, а бронзовый ключник послал ему нахальную улыбочку. Мы с Василисой устало переглянулись. — Ну что же, пускай юные Драгоции ведут нас, — зодчий кивнул нам, как назойливым детишкам, выпрашивавшим лишний кусок пирога, — думаю, с такими провожатыми мы не заплутаем.       Рэт вынул карту и стал с важным видом разбираться в ней. Я же выполняла очень ответственное поручение, освещая пожелтевшую бумагу и заодно придерживая ее. Но моих умений явно не хватало, так как свет все время слепил Драгоцию глаза, а мои руки то и дело подёргивались. Наконец, меня ненавязчиво попросили отойти к эфларцам и постоять там. Эх, а ведь я старалась. — Нам стоит двигаться на северо-восток… Вельга, у тебя был компас. Нет, просто дай его мне. Из этих покоев можно попасть в центральную галерею.       Наш маршрут начался. Впереди шел Рэт, зажав карту под мышкой и устремив взгляд только вперед, похожий на выпущенную стрелу. За ним двигались мы с Василисой, тихо переговариваясь и обсуждая убранство комнат, а замыкали колону зодчий с Мааром.