Полет буревестника

«Если вас загнали в угол, то смысла пятиться больше нет. Идите вперёд» Курс битвы на времмах для начинающих

      Меня разбудил какой-то совершенно жуткий кошмар. Бывает такое, что проснешься, а уже и не помнишь сам сон, но ощущения живы. Так вот, мне явственно казалось, что в моем теле сидит кто-то еще. Как будто кожа стала тесной и чужой, а руки, ноги, волосы — все перестало принадлежать мне. Но сон медленно таял, пока легким дымом не вышел в приоткрытое окно. Это просто кошмар.       День начался с оглушительной новости. Намечалась вторая экспедиция в Расколотый замок, которая (о, мара, какой сюрприз) тоже будет сегодня. Как шептали по замку, эфларцы уже прибыли и сейчас настраивался временной переход. Мне никто не писал, а значит, и в предстоящей вылазке не ждали. Что же, с меня хватило и одной встречи с творением Эфларуса, больше — уже перебор.       Я отстраненно ждала назначенного часа и следила за общей суетой. Василиса с Захаррой учувствовали в экспедиции, поэтому вовсю ее обсуждали. Еще с ними шел Фэш и Рок, так что девочки не заскучают. — Маар уже в замке? — тихо шепнула Василиса, как будто я следила за ним. — А должен? — до меня дошло, что именно он хозяин ключа и без него комната точно не откроется, — пойду поищу.       Мы не отказались от плана, а лучшей возможности вряд ли представится. Поэтому я должна была найти Броннера, а Огнева свести его с Захаррой в одной комнате. Дальше наш план преобразовывался в белое растянутое пятно, в конце которого нас поджидала счастливая парочка. Я спустилась во внутренний двор, высматривая светлую макушку. Среди преимущественно темных Драгоциев она не могла спрятаться, но Маару это как-то удалось. Чья-то рука крепко придержала за локоть. Я резко обернулась, почти налетая на Феликса. — Не стоит убиваться раньше времени, — мягко посоветовал он. — Ты мог бы предупредить заранее о своем плане. А так пришлось вертеться, словно малевал под седлом. — Мог бы, но так куда забавнее. Слушай, птичка, мы деремся, — он насмешливо скривился, — в старых подземельях. Их давно забросили, так что помешать нам не должны. К тому же, все старшие займутся эфларцами. Но над нами будет один из узлов зеркальной сети замка. Там сходится больше всего хозяйственных путей, а значит, самая хрупкая сеть часовых коридоров.       До меня стал доходить его план. Это было… безумно. Не будь столь многого на кону, я бы ни за что не согласилась. Но руку жгло проверить свою догадку и если она подтвердиться… Нет, пока лучше не думать об этом. — Ты хочешь их всех грохнуть? — Умница, — сладко пропел Феликс, — но для этого придется хорошенько помахать стрелой. — Нас же убьют на месте, если мы разобьем все зеркала замка… Нет, ты сам-то себя слышишь? Я не хочу сидеть месяц в подземелье, да еще и с тобой в соседней камере.       Частичка разума орала в уши, что дело — дрянь. — Мы «грохнем» не все зеркала замка, а в лучшем случае пару десятков… Да и я мастер по наказаниям и знаю, что творю. А неделя в подземелье тебе в любом случае может прилететь, верно, любительница ночных прогулок?       Это был удар под дых. Я проглотила все протесты, другого шанса все равно не предвидится. Осталось надеяться, что моя первая драка не закончится сломанными ребрами и сырым полом камеры.       Оставшиеся несколько часов до этого славного момента я провела в своей комнате. Василиса с Захаррой пытались меня подбодрить и сетовали, что не смогут поболеть лично. И слава маре, чем меньше глаз это увидит, тем легче мне будет. Фэш похлопал по плечу и поделился богатым опытом своих драк. — Главное, бить прицелено. И если он сломает тебе нос, то постарайся держать голову вот под таким углом — кровь остановится быстрее. — Хватит пугать ее, братец! Они не собираются избивать друг друга вусмерть. — Это же Феликс. Если он согласился на драку с девчонкой, то от него всего можно ожидать.       От каждой их фразы становилось все сложнее держать улыбку. Нет, лучше бы и вовсе молчали. Я пожелала ребятам удачи в предстоящих приключениях и первая распрощалась с ними.       Последние полчаса я провела за книгой в тишине, приводя мысли в порядок. Во всяком случае, Феликс не будет вредить мне, у нас договор, а это что-то да значит. Пора было собираться.       На половине пути ко мне присоединился Рэт. Он, как старший, присутствовал на каком-то собрании с эфларцами. Советов и от него я бы не пережила, поэтому шли мы молча. — Точно не передумала? — Тебе врезать? — не выдержала я, — хватит уже так явно намекать на мой проигрыш. — Постой, — он взял меня за руку и развернул к себе, — хочу запомнить тебя еще с целым лицом.       Я не выдержала и пнула его под коленку. Драгоций только рассмеялся, а потом быстро придержал за локоть, так как равновесие мне изменило. — Если что, я вмешаюсь, — снова заговорил Рэт, когда мы почти дошли до места, — буду держать его, а ты отвесишь пару ударов. Как тебе такой план? — Восхитительно, а теперь не сбивай мне настрой.       Мы спустились в доселе неизвестную мне часть замка. Эти подземелья и вправду были заброшены, но когда-то здесь обитали слуги. Вокруг торчали остатки деревянных перекладин, свешивались куски холостины, под ногами хрустели черепки какой-то посуды. Рэт послал впереди нас шар-светильник, чтобы отвоевать немного места у сгущающегося мрака. — А куда нам идти? — шепнула я.       Мне не ответили, а потом впереди показался островок света и послышались голоса. Мара, как захотелось повернуть назад. Я остановилась, понимая, что ноги просто перестали слушаться. Как во сне. Рэт взял за руку, чего раньше никогда не делал. Сейчас поведет меня под все эти взгляды, как маленькую слабую девочку. Как козочку под топор мясника. Нет, надо держаться достойно.       Я сбросила оцепенение и сама пошла навстречу всем этим шакалам. Нет, меня им не сожрать. Я видела зверей и пострашнее и даже разговаривала с некоторыми. — А вот и они, — наше появление встретили бурными вскриками. Тут было человек десять.       Конечно, этот мерзавец просто не мог оставить свой триумф без зрителей. А вот и он, сидит на каком-то ящике, треплет по макушке Кая. Вот бы и вправду дать ему пару раз по роже. — Мы не договаривались, что приведем друзей, — сквозь зубы сказала я. — А тебя так смущает их общество? Не бойся, пташка, Рэт получит место в первом ряду. Ты же не хочешь, чтобы такое событие осталось без должного внимания, — тут Феликс очень красноречиво поднял брови. Вот шельмец, хочет и треугла погладить, и огнежара не упустить. — Я буду следить за вами, — мрачно пообещал Драгоций, — просто помни об этом.       Все расступились, и я поняла, что надо шагать вперед. Вперед, где была расчищена ровная круглая площадка и уже ждал Феликс. Мои пальцы мазнули рукав Рэта, а потом сжались в кулак. Если я чему-то и научилась за эти месяцы, то пора это показать. Не бойся быть сильной.       Мы встали друг против друга. И в этот момент стала понятна вся нелепость ситуации. Подтянутый, готовый к атаке Феликс, один из старших учеников, и я. Маленькая серая пташка, попавшая в когти треугла.       Он сделал шаг ко мне. В его руке блеснула стрела, а потом яркая красная вспышка резанула по глазам. Мне хватило прыти отскочить и выставить впереди защитный эфер. С потолка полетела пыль. Я откашлялась и стала наблюдать за Драгоцием. Кажется, он решил драться по-настоящему. Если проигрываешь сопернику в силе, то уверь его в этом, а потом нанеси удар. Все голоса смазались для меня, превратившись в далекий фон. Осталось только пламя на конце чужой стрелы и ровный круг арены. Я сделала легкий выпад и сама послала в Феликса цепочку шипящих огней. Они разбились о щит, даже не оставив следа. — Так мы ничего не решим, — устало сказал Драгоций, а потом скорость его атак выросла на порядок.       Я ушла в глухую оборону, только и успевая, что ставить блок. В какой-то момент кисть хрустнула и стрела отклонилась на пару градусов. Щит получился со смещением. — ГРОМ! — крикнула я, так как времени думать не было. Мое личное слово послушалось и накинулось на Феликса сотней шипящих искр.       Серебристый поток сжатой силы хлынул из стрелы, смешиваясь с остатками щита и погребая под собой чужие атаки. Это была лавина, лавина, которую сотворила я. Вокруг все стихло. Кто-то пару раз хлопнул в ладоши. Это был Рэт, даже спиной ощущался его прямой взгляд. Миг моего триумфа разлился в воздухе тревожным перезвоном. И в этой сладости легко было потерять голову. — Не опускай стрелу! — чужой оклик вышиб из меня воздух.       Я едва успела отбить первые белые комья, летящие в лицо. Феликс поставил ступенчатый эфер. Такой проходят только на старшем круге, а в некоторых школах и вовсе исключают из программы. Он позволяет одновременно сотворить две ветки времени, в каждой из которых применить свой эфер. Маров….       Где-то сверху раздался грохот и перезвон. Но я почти не обратила на это внимание. Мой гром слабел, превращаясь в белесые росчерки. Одна из градин больно ударила по щеке, а потом другая врезалась в коленку. Острая боль спицей прошла сквозь сустав. Я видела, как мой прекрасный серебряный купол опадает, как он медленно умирает, оставляя в своем нутре морозные раны. Нет. Нет. Я не хочу. Впервые мне до безумия хотелось не проиграть.       Я прошептала числовое имя, стремясь отдать эферу все желание и волю. Если в этом мире и существовала справедливость, то за нее нужно было бороться. На секунду гром усилился, вновь отвоёвывая себе место. Град с треском разбивался о его хребет. Я бросила короткий взгляд через плечо, туда, где стоял Рэт. И его губы что-то орали мне.       Это произошло быстро. Я даже не успела устоять, как по ногам наотмашь ударил невидимый хлыст. А потом голову резко дернули вверх так, что глаза обожгли слезы. Я часто задышала, стремясь встать. Но чужая рука лишь сильнее потянула за волосы.       Феликс нависал сверху, и его улыбка резала лучше наточенной стали. — Мы неплохо постарались, — прошептал он, — пожалуй, можно перейти и к более приятным вещам.       Горло стало настолько сухим, что слова лишь царапали его, не вырываясь наружу. — Ну-ну, не думала же ты, что я упущу такую прекрасную возможность. Как я сказал тогда твоей копии… Живая ты многим лучше.       Я краем глаза увидела, как Рэт прорывается вперед. Но кто-то (Дир?) придерживает его. Дальше все поплыло, так как Феликс сгреб все волосы в кулак и дернул, словно хотел снять скальп. Я прикусила губу, захлебываясь стоном. Что-то еще должно остаться. Время, как будто и не было этих месяцев и испытаний, как будто я вновь та самая девчонка на берегу озера. — Вред! — окрик Рэта заставил Феликса поморщиться, но, кажется, это лишь подстегнуло его. — Ну что же, ты сам выбрал ей учесть, — что-то холодное обожгло шею, — говорят, кто девку обстриг, тот ее и…       Меня перестало держать, и тело полетело вниз, на плитки. Вокруг посыпались темно-коричневые пряди. Это… мои волосы. Я ошарашенно провела по затылку, но рука задела пустоту. Багряная пелена ударила в висок. Что-то дикое и звериное вырвалось из горла, а потом я крутанулась на месте и увидела Феликса, сжимающего остатки моей косы. Толстой, блестящей и до дрожи родной. Маров мерзавец.       Все мысли ушли, вместо них в голове развернулась черная бездна. Я, сама от себя не ожидая, вскочила и вцепилась в Драгоция, как дикая кошка. Мои зубы совсем по-звериному сомкнулись на его запястье. Это единственное место, куда можно было дотянуться. Челюсть заныла от напряжения, но по губам уже скользили соленые струйки. Феликс на секунду оторопел, а потом пытался отцепить меня. Но я лишь сильнее вгрызалась в руку, мне было плевать на стихшие голоса, плевать на окрики Рэта и чьи-то руки, пытающиеся оттащить. Нет, я хотела сделать ему также больно. Вырвать кусок плоти, как он минутой ранее обрезал половину моей жизни. Кровь уже обагрила подбородок, он намок, и весь рот заполнила слюна.       Холодная струя воды ударила в лицо. Я закашлялась, кто-то подхватил меня под мышки и оторвал от Феликса. Драгоций смотрел со смесью ужаса и жалости в глазах. Его рука вся обагрилась, и след от укуса пылал на ней. Жаль, что не на правой. Так вспоминал бы обо мне каждый раз, что доставал стрелу. — Вельга! — хлесткий удар по щеке привел в чувство. Передо мной склонился Войт. И даже в его вечно безучастных глазах появилось смятение, — время, что вы устроили? Что. Тут. Произошло.       Все молчали. На полу валялись клочья моих волос, перемешанные с кровью Феликса. Часть прядей падала мне на лицо, слипшимися комьями. Я обнажила зубы, чувствуя и на них соленую корку. — Драк никогда не видел?       Меня снова ударили, но на этот раз по второй щеке. Было совсем не больно. — Хватит, — голос Рэта звучал плоско, без единой эмоции, — больше не бей ее. — Да вы видели! Она безумная, мара проклятая, — мне хотелось смеяться в лицо каждому, кто говорил. — Она чуть руку ему не откусила!       Я сплюнула тягучую розовую слюну прямо себе под ноги и подняла на толпу взгляд. А потом нашла Феликса. — Доволен? Ты этого хотел? В следующий раз, если меня ударишь, то это будет последний! Слышите? Больше никто не тронет меня!       Мои слова ушли в тишину. Неужели, чтобы заставить человека признать тебя, сначала нужно вдоволь напиться его крови…